Глава 1317

— Поражает, да? — Шенси легонько толкнул в бок Хаджара.

Тот и сам не знал, когда успел спуститься с крыши дилижанса, чтобы оказаться на… самой настоящей проезжей части. С поправкой, разумеется, на то, что это все-таки не была Земли, а находились они внутри горы.

Но, для полноты картины, начинать стоило, пожалуй, не с проезжей части, по которой, в сторону таможенных терминалов, разделяясь на бесконечные вереницы очередей, делилась процессия гостей, а со света…


Да-да, именно с него.

Невероятное множество нитей, чем-то напоминающих провода, протягивались над головами идущих. С них свешивались маленькие, стеклянные колбочки, внутри которых нежным, белым светом, сияли кристаллы. Это не было электричеством в привычном для Хаджара понимании.

Скорее какой-то особенной магией, тесно переплетенной с технологией, потому как Хаджар еще никогда прежде не видел, чтобы волшебную энергию передавали таким образом — через нити провода.

Света, излучаемого странными лампочками, было вполне достаточно, чтобы под горой не было даже намека не темноту. И это было как нельзя кстати.

Потому что проезжую часть Хаджар назвал именно так не потому, что по ней ездили кареты, неспешно двигались повозки или гуляли гномы и прочие гости горы. Нет, для последних, с одной и другой стороны проезжей части, имелся вполне себе добротный тротуар с высоким поребриком.

Что же до тех, кто бороздил просторы материала, чем-то похожего на асфальт, то они ездили… больше всего это напоминало странный гибрид первых машин начала двадцатого века и того механического коня, которого Шенси впряг в дилижанс.

Редко четырех, чаще — трехколесные, грохочущие, чадящие черным дымом, громоздкие самоходные повозки. Железные подвески, двигатели, полные всяких шестеренок, рычажков, бешено крутящихся цилиндров и чего-то еще.

Помимо высоких технологий, Хаджар никогда не был силен и в механике. Ему все это попросту не требовалось. Он знал где включить свой ноутбук и какие кнопки нажать, но понятия не имел о внутреннем устройстве агрегата. Тоже самое касалось машин и всего прочего.

Он даже не знал по какому принципу самолеты удерживались в воздухе и не падали.

Что же до домов гномов, то здесь все сложнее. Насколько позволял вид открывшегося проспекта, то гора имела сложную многоуровневую систему. Чем выше, тем лучше выглядели дома, а чем ниже, то… кажется, там были какие-то ремесленные цеха, шахты и забои.

А может и нет — эту информацию почерпнула уже нейросеть, как губка поглощавшая и структурировавшая все, до чего могли дотянуться уши Хаджара.

Так вот дома на первых уровнях, каменные, максимум в три этажа, ничем не отличались от тех, что можно встретить в любом более-менее крупном городе Семи Империй.

Но чем выше, тем… тем больше Хаджару казалось, что он спит и видит сон. Если глаза его не подводили, то где-то у самого свода, он заметил несколько стеклянно-стальных башен. Очень гротескных, невероятного вида, но, до боли, напоминающих небоскребы Земли.

И, разумеется, все местное «небо» заполняли какие-то мосты, механические дороги, перевозившие разные грузы, канатные пути, по которым перетаскивали материалы и товары.

Гора напоминала живой, дышащий муравейник.

Слышались клаксоны мех-мобилей, крики людей, по тротуарам ходили представители властей в разной форме. Иногда, но крайне редко, можно было встретить даже удунов.

Их, как и говорил Шенси, было легко опознать по отсутствию доспехов, коже металлического оттенка и чуть светящимся глазам.

Те встречались взглядом с Албадуртом, плевали себе под ноги и спешили уйти в сторону. Тот же взирал на своих собратьев по оружию свысока и горделиво. Примерно как люди-птицы на всех остальных.

— Не глазей, — шепнул Гай, поправляя свою маску. — здесь этого не любят.

— Но…

— Да-да, — замахал рукой Шенси. — это кареты без коней, дома из стекла, и свет из склянок. Именно так описывают Рубиновую Гору все бродячие менестрели. Магия без магии. Гномы называют её наукой земли.

— Земли? — дернулся Хаджар.

— Ну да, — пожал плечами Абрахам. — знаниями о свойствах металлов, камней, огня и всего прочего, чем они здесь владеют. Тем, что им дает мать-земля.

— А, эта земля, — облегченно выдохнул Хаджар.


Наверное, просто нервы… и еще воспоминание о том, что Хельмер говорил на русском языке.

— А разве есть какая-то другая? — удивился Абрахам.

Хаджар не успел ответить.

Они как раз подходили к терминалу. Своеобразной стойке с длинным, железным, исписанным волшебными рунами шлагбаумом, который преграждал дорогу внутрь горы. И таких шлагбаумов было не меньше сорока штук в ряд. И около каждого стояло по одному гному в броне и одному Удуну.

Видимо, этого было достаточно, чтобы обеспечивать безопасность города-страны.

— Конечно есть и другая земля, — прозвучал сухой, старческий голос. Тоже гномий. Но только не такой… каменный, а скорее слегка песчаный. Будто Хаджар снова оказался где-то неподалеку от Моря Песка.

К дилижансу, незаметно, насколько это было возможно, подошел старый гном. В белой рясе, с каменным посохом в руках. Он слегка горбился, отчего казался еще ниже, чем остальные его собратья.

Некогда густые волосы и борода успели поредеть и были до того седыми, что казались прозрачными. Морщинистое лицо напоминало собой мокрый камень, которого веками обдували песчаные ветра. Глубокие морщины скорее напоминали трещины в скальной породе, нежели складки кожи.

Но при всем при этом, от гнома исходила какая-то внутренняя мощь, а на сухих руках проглядывались очертания некогда могучих мышц.

И еще глаза. Зеленые и яркие. Как ограненные опытным ювелиром драгоценные камни.

— Мудрец, — поклонился спрыгнувший на землю Алба-удун. Он скрестил кулаки и ударил ими о плечи. — для меня честь встретить вас.

— Молодой удун, — чуть одобрительно улыбнулся старик. — необычная компания для Абрахама Шенси.

— Дабладурт, — приподнял шляпу контрабандист. — да будут твои дни…

Договорить ему не дал Албадурт. Демонстрируя необычную для себя скорость, он обнажил топоры и, миновав ошарашенных Гая, Густафа и Ицию, буквально подлетел к Шенси и приложил лезвия оружия к глотке последнего.

— Как смеешь ты, грязный вор, произносить своими устами имя мудрейшего Дабла-эдена!

— Молодой Удун, — каменный посох глухо ударился о землю. — не позорь меня перед старым другом.

— Но… — Албадурт ошарашенно переводил взгляд с Дабладурта (который, вероятно, имел чрезвычайно высокий статус) на Шенси и обратно.

— Слушай, что говорят старшие, юноша, — Абрахам, как обычно, по-плутовски улыбнулся и, двумя пальцами отодвинув лезвие топора гнома, подошел к старику и крепко его обнял.

— Здравствуй, друг мой, — радостно поприветствовал Шенси. — Да будут своды над тобой крепки.

— И тебе не хворать, старый плут, — Дабладурт похлопал Абрахама по спине.

От вида происходящего у Алба-удуна, кажется, начали протекать те самые «своды».

— Смотрю с тобой новенькие, — старик посмотрел на Хаджара. Их взгляды встретились и почему-то Хаджару показалось, будто его прочитали, как открытую книгу. И узнали сразу все и обо всем. — А, раненное сердце… Даг-лад говорил, что ты придешь с Шенси. Но я надеялся, что это произойдет позже.

— Почему? — машинально спросил Хаджар.

В ответ старик лишь улыбнулся, а затем махнул рукой в сторону заставы.

— Пойдемте, — позвал он. — старушка уже греет мховый чай. А его пить следует только свежим. Да и с дороги вам не мешает отдохнуть. Все дела подождут.

— О великие каменные предки, — прошептал с благоговением Алба-удун. — неужели я побываю в обители самого Дабла-эдена? Учителя учителей. Эдена среди эдинов.

Хаджар понятия не имел, о чем трепался гном, но одно он знал точно — такой же радости от компании старика, как Абладурт, Хаджар не разделял.