Глава 1326

Хаджар поднялся и, обнажив меч, легко провел им по воздуху. Так, будто хотел указать направление. Одновременно с этим, внутри его души вспыхнуло пламя энергии и, слившись воедино с Истинным Королевством Синего Ветра, потекла прямо в Черный Клинок.

Со стороны это выглядело так, как если бы Хаджар медленно, невзначай, протянул клинком по воздуху. После чего, сделав едва заметный полушаг, скрылся в недолго маячившем, будто бы пространственном разрезе.

На самом же деле, используя Истинное Имя Ветра, Хаджар призвал верного друга на помощь и, увидев его глазами, смог раздвинуть потоки ветра, проложив между ними собственную тропу.


Тропу, которую никто кроме него не видел. И, разумеется, самого Хаджара на ней тоже видно не было.

Сам же он, пером птицы, скользя по потокам ветра, спустился с подножия скалы. Легкий, как пух и незримый, как весенний бриз. Только адепты высочайшего уровня смогли бы почувствовать его присутствие.

Ну или те, кто с рождения был чужд ветрам. И любое подобное дуновение для такого существа было бы чужеродно и незнакомо.

— Хаджар-дан? — дернулся в его сторону Алба-удун.

Вместе с пятеркой остальных гномов, он лежал в небольшой низине. Измазанный грязью и чем-то еще, он выглядел скорее ожившим камнем, нежели живым существом… как бы странно это ни звучало.

— Албадурт, — Хаджар, сойдя с тропы ветра, пригнулся. — там четыре вагона с построением один-два-один.

Гном выругался.

— Нельзя верить тем, кому звук денег дороже удара сердца, — закончил он свою тираду, после чего повернулся к остальным гномам. — Братья. Сегодня тот день, когда мы, Удун, сложим свою головы, чтобы…

— С этим можно повременить, — перебил Хаджар.

Гномы, уже сверкавшие глазами в поддержку пылкой речи Алба-удуна, повернулись к Хаджару с легким недоумением все в тех же пылких глазах.

Каждый из них щеголял отличными друг от друга татуировками, да и и туман, который постепенно наполнял их глазницы, выглядел несколько отлично.

Видимо не так все просто было у этих странных полуобнаженных вояк… если будет возможность, Хаджар обязательно расспросить Алба-удуна обо всем, что тот может рассказать.

Сбор сведений о путях развития был для Хаджара так же важен, как и о лже-богах.

— У нас с Шенси есть план.

— Не пойми меня превратно, Хаджар-дан. Тебе я верю, как своему топору. Но этот плут, низкий и жалкий вор, он…

— Заинтересован в успехе ничуть не меньше нашего, — снова перебил Хаджар. — Так что, Албадурт, прошу, доверься моему слову.

Хаджар наблюдал за тем, как в глазах гнома решительность билась с подозрением, но, в итоге, кажется, обе эти стороны нашли компромисс.

— Хорошо, — кивнул гном. — что ты предлагаешь, Хаджар-дан?

— Там, — Хаджар указал мечом в сторону двигавшейся прямо на них процессии. — есть адепт. Очень сильный дракон. Она куда сильнее меня и… пожалуй всех нас, вместе взятых. Если мы нападем на них сейчас, с такой численностью и раскладом войск, то все отправимся к праотцам.

— Удуны не боятся смерти! — чуть ли не в полный голос рявкнул Алба-удун.

— Нет смерти для удун! — поддержала его стройным хором пятерка воинов. — только почет в кузне Каменных Предков!

— Да, это разумеется так, — интересно… Хельмер и иные чувствовали себя при разговоре с Хаджаром так же, как он сейчас, когда говорил с молодым гномом? — Но, если мы сейчас погибнем, то кто поможет принцессе Эдлет добиться справедливости? В общем, не время для разговоров, Албадурт. Слушай, что я скажу…

***

Принцесса Тенед смотрела в окно вагона, который внутри был обставлен лучше, чем самые дорогие кареты высокогорцев Рубинового Дворца. Только личный транспорт её отца и его приближенных был так же комфортен.

Она сидела на диване из смертной древесины, обтянутой лучшими шелками и парчой. Подушки были набиты перьями птенцов Грозовых Птиц. Они грели её спину ничуть не хуже угля из Пылающего Дерева.

Качки в вагончике почти не ощущалось. А тишина стояла такая, что можно было услышать дыхание соседа.

В данном случае — Таш’Маган.

Принцесса смотрела на свою лучшую подругу как-то иначе. И это не укрывалось от взгляда самой Таш.


— С моей сестрой, братом и остальными все в порядке, — в который раз объясняла она принцессе.

— Да, но…

— Это приказ вашего отца, моя принцесса. Благодаря тому, что сейчас происходит, мы сможем найти опухоль на теле нашей родины и выжечь её до того, как она поразит самое сердце.

— Я понимаю, — вздохнула принцесса. Она помнила все, что говорил ей отец, Император Драконов. Но… — столько лжи, Таш… столько жертв…

— Они бы все равно нас предали, — Таш откинулась на подушки. В её острых когтях-ногтях сверкали драгоценные украшения. Подарки местных чиновников… коррумпированные ублюдки, забывшие о чести и долге. — посольство специально было собрано так, чтобы под нож попали только те, кто замыслил зло против нашей родины и вашего отца.

Тенед вздохнула…

Все те молодые драконы, которые погибли при так называемом «бунте»… подчиненные её отца специально отбирали их на протяжении многих лет, подстраивая все так, чтобы нанести болезненный удар по силам заговорщиков, обставив все так, будто в дело вмешались Фениксы.

И все это, в том числе предательство давних союзников — королевской семьи гномов, только с одной целью.

Обыграть противника, таящегося где-то в тени.

И даже Хаджар…

— Мы могли избежать…

— Не могли! — перебила Таш’Маган. В её глазах плескался ледяной холод. — Вы будущая правительница Белого Дракона, моя принцесса. Ваш отец оставит вам все, на что падает взгляд с Заоблачной Палаты! Все, над чем простираются крылья Великого Предка, будет подчиняться вам. Вы не имеете права поддаваться эмоциям.

Тенед еще раз посмотрела на свою давнюю подругу и самую верную защитницу. Она знала… чувствовала, хоть Таш того и не признавала, что её самой тяжело.

Хаджар был достойным драконом. Пусть и полукровкой. Пусть и отринувшим понятия чести и достоинства. Бегущим от них, как от воды, но… достойным. Умудрившийся среди кромешной тьмы, раздиравшей его душу, выбрать ускользающий верный путь.

Он не заслуживал такой участи.

— Если бы он тогда не появился… — протянула Таш, словно подтверждая мысли принцессы.

Тогда, на празднике Рубина и Дракона, должна была победить Таш. Таков был план Императора. Он должен был утихомирить толпу, рассерженную нарушением традиций, а затем спуститься и переписать извечный закон, который запрещал женщинам участвовать в церемониальном поединке.

И Таш’Маган из самой верной престолу семьи, стала бы первой женщиной Героем Рубина.

Но… появился Хаджар Дархан. Никому неизвестный полукровка необычной, пусть и невеликой силы.

И своем появлением он умудрился нарушить план самого Императора Драконов. План, по которому должен был появиться прецедент, когда женщина получила то, чего не могла получить.

Это стало бы очередной ступенькой той лестнице, по которой Император с самого рождения вел свою дочь к наследному престолу.

— Я…

— Тише принцесса, — Таш, неожиданно, подалась вперед. Её зубы-клыки сложились в усмешке, а зрачки вытянулись веретенами. Принцесса увидела, как из-под волос воительницы начинают проглядывать рога. — Он здесь… глупый солдат. Не знает, когда ему отступить.

Принцесса выглянула из окна и посмотрел в сторону поворота дороги. Там, среди кристальных деревьев, окутанный вихрями пыли, стоил высокий воин.

Все его могучее тело, с головы до пят, сковывали непроглядные, черные доспехи. Жуткие железные латы, которые больше подошли какому-нибудь демону из детских страшилок, нежели достойному воину.

Темный плащ стелился по самой земле. Он как крылья ночного ужаса хищно оскалился на встречу противнику.

В руках жалом или клыком сиял непроглядной чернотой длинный, узкий меч. И лишь небольшое синее пятнышко можно было разглядеть на его плоскости.

— «Хаджар…» — мысленно прошептала принцесса. — «почему… почему ты так страшно кричишь…».

Может ей казалось… может это не так… но когда все гномы испугались внешнего вида могучего воина. Когда даже привычная доспехам Хаджара Таш’Маган чуть дрогнула, Тенед чувствовал совсем иное…

Это были не доспехи, выкованные из ужаса и страха… нет. Они словно были ожившей болью. Болью, от которой Хаджар бежал, пропадаю все глубже и глубже во тьме.

— «Пожалуйста… не умирай… позволь мне попытаться тебя спасти… хотя бы тебя…».