Глава 1380

Черные, могильные тучи схлопнулись каменным гробом над головами летавших вокруг Пика Предка драконов. Штормовой ветер обрушился на горы. Он ударил о них невидимыми кувалдами, превращая камни и валуны в каменную крошку. Древние камни на столь же древней арене вздрогнули и застонали.

Драконы, один за другим, использовали защитные артефакты и техники, потому что лишь одна только стихия, призванная Безымянным, заставляла их ощутить на себе касание лезвия Костлявой.

Грянул гром.

Падающим небом он опустился на плечи зрителям. Самые слабые из них закашлялись кровью и, объединившись с соседями, усилили совместной энергией. Десятки и сотни вспышек энергии осветили небо, но даже они не могли справиться с наступающей тьмой.


Мир постепенно выцветал. Краски затухали, отступая перед натиском оттенков серого и черного цветов.

И в этом могильном блеске мрака из неба, раскалывая могильную крышку, вырвалась яркая молния. Она ударила в песок Арены, выбивая в камнях и скалах глубокую расщелину.

Когда пыль осела, то зрители увидели жуткую фигуру. Высокий, больше двух метров, широкоплечий воин. С виду такой могучий, что своими объятьями мог задушить громадного быка.

Наглухо закованный в черную броню, позади его спины развевался окровавленный плащ. Латные перчатки сжимали рукоять длинного клинка. Такого же черного, как и сама броня и лишь маленькое пятнышко синего цвета на его поверхности выделялись из общей картины.

— Претенденты! — Чин’Аме, так же облаченный в черное, выступил на центр арены. — Я, Верховный Маг наших племен, правом данным мне Первыми Предками, объявляю начало вашей битвы! Но прежде, чем вы сойдетесь в поединке чести и права крови, напомню вам, что вам запрещено использовать какие-либо алхимические предметы и артефакты, кроме оружия и брони. Поединок решит лишь ваша сила и мастерство!

С этими словами Чин’Аме ударил посохом о землю. Песчаный вихрь окружил его и поднял высоко в небо. Дракон раскинул руки в разные стороны и начал на распев произносить слова древних заклинаний.

Камни, стоявшие вокруг песчаного круга диаметром в тысячу метров, начали мерцать чистой энергией. Силой, которая заставляла сердца драконов сжиматься.

Один за другим они покидали свои земляные оковы и поднимались в небо к Чин’Аме. И, уже там, они сформировали такой же круг как и на Пике Предка.

Медленно, плавно, древние монолиты начали свое вращение, создавая вокруг Арены непроницаемый купол, словно отделивший Пик Предка от остальной реальности.

Но, даже так, драконы не рисковали опускать своей защиты. Каждый из них ощущал, что в этот вечер может произойти все, что угодно.

— Да начнется поединок!

Первым сорвался в выпаде черный рыцарь. Из его доспехов словно струился туман чистого мрака, а меч его разрезал пространство, оставляя за собой лишь тьму.

***

Хаджар не собирался медлить.

Всего полчаса прошло с того момента, как, благодаря сокровищу Чин’Аме, он смог пробиться через ступень Повелителя и достичь ступени Безымянного. Ступени, на котором ты получаешь, действительно, свое собственное имя, которое призывает твою собственную силу.

Для Хаджара это был Ветер Северный Долин. И, если прежде, он мог сражаться, используя имя Ветра всего-лишь несколько секунд, то теперь он чувствовал, что и минута, возможно, не была для него пределом.

Но это не значит, что проблемы отступили на задний план. Нет. Во-первых Хаджар еще не осознавал в полной мере вновь приобретенную силу, а значит не мог ей пользоваться во всей её полноте. Использование потенциала вновь опустилось ниже пятидесяти процентов.

Не говоря уже о том, что где-то в его душе пробуждалось Наследие Черного Генерала. Наследие столь могущественное, что полностью бы уничтожило сознание Хаджара, заменив его разумом первого из Дарханов.

И не важно, что Черный Генерал заявил, что Наследие принадлежит ему полностью и что Хаджар получит лишь одну технику — кто знает, сколько истины заключалось в этих слова.

Так что Хаджар отчетливо осознавал, что единственный его шанс на победу, это элемент неожиданности.

Император еще не видел его в бою. А даже если Тенед или Маганы успели поделиться информацией, то только касательно предыдущей его ступени.

— Да начнется поединок! — прозвучало где-то далеко над головой.

Через прорези шлема Хаджар ясно видел перед собой своего противника. Возможно — самого могущественного из тех, с кем ему доводилось биться в этой реальности.

Правитель Города Демонов был ограничен ритуалом, через который проходил, а Император Драконов… что же, это будет славная битва.

Хаджар призвал своего верного друга. Ветер коснулся его сознания и стал не только кровью в его венах и воздухом в его легких, но и наполнил собой меридианы и каналы, вспыхнув яркой звездой внутри источника силы.

Черные лоскуты тумана сочились сквозь броню Хаджара, а сам он ринулся в бой.

Скорость, на которой он двигался, была такова, что каждое его движение не просто не создавало остаточных изображений, но и более того — от его передвижения на песке арены звучали взрывы. Казалось, что воздух не может выдержать того удара, что наносил по нему летящий в выпаде рыцарь.

Расстояние в тысячи метров Хаджар преодолел быстрее меньше, чем за долю мгновения. И все, что свидетельствовало о том, что недавно он стоял совершенно в другом месте — опадающий за его спиной шлейф из черного тумана.

— А-а-а-а! — закричал он, давая выход ярости битвы и грохоту бушующего внутри ветра.

Для зрителей это прозвучало так, будто буря над головой вдруг переместилась на Пик Предков и разродилась жутким ревом, достойным самых могучих из их сородичей — Повелителей Небес.

Черный Клинок, оборачиваясь полотном тьмы, рассекая землю, выстрелил в восходящем ударе.

Черный Рыцарь обрушился на противника со своей его мощью. Будто сама тьма напала на спокойного Императора. Ни единого мускула не дрогнуло на лице правителя. Его глаза, все такие спокойные и невозмутимые, не выражали ровно никаких эмоций.

И за мгновение до того, как восходящий удар рассек бы его грудь, между двумя сражающимися возник диск духа и беса, выглядящий как серп и кинжал.

От их столкновение разлетелось эхо белых и черных вспышек. Волнами они пронеслись над Пиком Предкам, разлетаясь на многие и многие километры. Камни под их давлением превращались в пыль, а за спиной Императора выросла десятиметровая волна черного ветра, внутри которого ревели мистерии меча.

Она ударила о купол, созданные магией древних и тот задрожал, затрещал, но выдержал.

Камни над их головами вспыхнули ярче.

Императора, пусть и невредимого, легко защитившегося от удара, от которого даже Таш’Маган, наблюдавшая за поединком из летающей кареты, не смогла бы защититься без жизне-спасающих артефактов, подбросило в воздух.

Черный туман вскинул окровавленный плащ и Хаджар, будто обретя крылья за своей спиной, взмыл в небо. Он не мог использовать Тропу Звезд в той же мере, что в стране Борея, но даже так — этого было достаточно, чтобы не только подняться в небо, но и оказаться над спиной Императора.

Обхватив рукоять меча обеими руками, Хаджар занес его над головой и призвал энергию, волю и мистерии. Его источник вспыхнул с такой силой, с которой не пылал еще никогда прежде.

Техника Драконьей Бури еще не когда не знала прежде такой мощи.

Энергия раскаленной лавой потекла по его рукам, а Черный Клинок жадно захлебывался в её нескончаемом потоке.

Над Хаджаром распахнулась невероятных размеров драконья пасть, а затем, раскалывая рыком скалы, обрушилась на спину Императора.

Зрители ахнули, когда их правитель маленькой черно-белой точкой врезался в песок арены. Камни, будто превратившись в воду, заходили волнами и, раскалываясь, выстреливали градом осколков. То, что еще некогда выглядело песчаным кругом, превратилось в кратер глубиной десятки метров.

— Ты прошел длинный путь, — облако каменной пыль оседало на плечи выпрямившегося Императора. Ни единого пореза на его гордом лице. Ни единой капли крови не упало на камни. Ни одной вмятины на его доспехе. Он выглядел так же, как и мгновением прежде. — Травес бы тобой гордился.

Император мягко и плавно взмахнул белым клинком и мир застыл.