Глава 1500

Артекай, едва поспевая отбиваться от раненных зверей, все никак не мог понять что именно происходило в данный момент. Да, он видел навыки мастера Ветра Северных Долин, когда тот не дал своему противнику даже клинка обнажить. Он видел и его силу, когда он одним движением обозначил смертельный удар Геданию — сильнейшему воину, которого до селе встречал юноша.

Но то, что творилось перед его глазами…

Воительница Азалия и её копье, без устали разящее врагов потоками жидкого звездного света. Каждый выпад её копья, каждый взмах, оставлял такие разрушения, что казалось, если бы она не сдерживала себя, опасаясь задеть кого-нибудь из каравана, то в одиночку проложила бы себе путь через джунгли.

Да и вообще — остались бы после неё эти самые джунг…


И тут все застыло. Не как в прошлый раз, когда по джунглям прокатился океан меча, поражая все, что не обладала достаточной силой или защитой, чтобы сохранить себе жизнь.

Нет.

Это было что-то другое.

Битва давно уже снесла «крышу» леса. Плотные этажи сливающихся воедино веток и листьев обнажили жарящее полуденное солнце. И Артекай, за эти несколько минут, привык биться под палящим зноем и жаркой, почти огненной атмосферой.

Но сейчас, внезапно, небо почернело. Черные тучи, предвестники жуткой бури, с грохотом расколовшейся вселенной сомкнулись над его головой.

Но ливня так и не последовало. Вместо него, разъяренными драконами, из черных небес выныривали молнии, одновременно похожие на разбушевавшихся Хозяев Небес и исполинские мечи — точные копии клинка, которым владел мастер Ветер Северных Долин.

— Бам! — что-то ударило с такой силой, что даже у Артекая, несмотря на защитные амулеты, на которые не поскупился его отец, из ушей потекла кровь.

Несколько адептов за его спиной пошатнулись и упали. Благо жизнь еще теплилась в их источниках. Потерявших сознание и едва не отправившихся к праотцам на справедливый, последний суд, их взяли под руки и оттащили к дилижансам.

— Бам! — вновь громыхнуло и молнию, толищной с крепостную башню, сорвалась с неба. Пастью гневного дракона она понеслась к земле, пока не соединилась с синим штормом, несущимся к ней на встреч.у

— Что это?

— Это гром?

— Или боевые барабаны?

— Не двигайтесь! — воскликнула Азалия.

Она раскрутила копье над собой, а затем с силой вонзила его в землю древком. Копье всегда соединяло в себе два начала — невероятную наступательную мощь и столь же существенную защиту.

Возможно именно поэтому такая могущественная воительница, как прекрасная Азалия, обладала одновременно не только чудовищными разрушительными техниками, но и равными им — защитными.

Караван мнгновенно укрыл водяной купол, чем-то напоминающий звездное небо, только не черное — а голубое, похожее на гладь чистейшего водоема.

Волны ветра, вырывающие с корнями деревья, смалывающие в прах раненных монстров, уничтожая даже их Ядра — крепчайшие элементы Безымянного Мира, ударили по куполу.

Артекай не знал, выдержали ли бы стены его родного города этого ветра.

Азалия выдержала.

И при этом он не видел, чтобы она страдала под натиском невероятной бури. Будто бы… будто бы она могла не только защититься от неё, но и сразиться.

Артекай поднял свой палаш.

Он ведь был на две стадии ступени Безымянного «сильнее» мастера Ветра Северных Долин, так почему… почему он чувствовал… нет, даже знал — тот мог бы уничтожить весь их караван даже не обнажая клинка.

Монстры?

Монстры не жили в джунглях и не ходили в шкурах.

Монстры носили перья в волосах и звенели фенечками.

А еще монстры были невероятно прекрасны и держали в своих руках белоснежные копья, без особого труда накрывая непроницаемой защитной техникой целый караван из адептов.

Вот как выглядели монстры.


Теперь Артекай это знал.

***

Белоснежная молния окутала Хаджара. Кожа на его теле лопалась от энергии, находящейся за пределами возможности его тела. Как физического, так и энергетического. После объединения воли и сердца, его сила возросла, как он теперь понимал, не на двадцать процентов, как он предполагал ранее, а… пятикратно.

Хаджар, как и всегда, проигнорировал сообщение клятой железяки. Может та и могла пользоваться его силой лучше, чем он сам, но это не означало, что он выберет легкий путь.

С него достаточно.

Достаточно этих легких путей. Не для этого он пролил реки своей и моря чужой крови. И не для этого он отправился в свой поход против Седьмого Неба.

Нет, только не когда он коснулся настоящей силы.

Больше никаких легких путей.

Глотку Хаджара разодрал его старый боевой клич. И будто снова за спиной стояла его верная Лунная Армия. И словно в ветре слышались их возгласы, удары клинков и копий о поставленные щиты.

А может это просто треск костей, что неустанно ломались и вновь срастались, когда молния, сорвавшаяся с небес, встретилась с вихрем бури, рожденной внутри самого Хаджара.

Может возгласы Лунной Армии — это звон от рвущихся мускул, стягивавших волокна. Все тело Хаджара, даже его одежда-броня, распадались и срастались заново, пока Звездная Вспышка набирала мощь.

Будь перед Хаджаром не обезумевший от боли и ярости Дикий Бог, а другой адепт, он бы успел десять раз отправить глупца, не знавшего мощи техники, которую пытался использовать, к праотцам.

Но зверь этого не понимал.

Вместо этого он лишь глубже вкапывался передними лапами в земляной провал, где уже пенилась лава и поднимались километровые языки пламени.

— А-а-а-а! — наравне с громом ревел боевой клич, полный ярости битвы и боли.

Будто не один, а два Диких Богах стояли посреди пылающих посреди шторма, джунглей.

Трекс костей Хаджара и звон рвущихся мышцы слился с эхом от разламывающегося энергетического тела. В глазах постепенно темнело.

— Еще не все… — прорычал Хаджар.

Он потянулся дальше. Глубже внутрь Имени Ветра. Потянулся туда, откуда пришел его верный друг и брат. Потянулся на север. Он позвал его. Позвал на битву — эту и все последующие.

Хаджар не знал, откликнулся ли север на его зов или нет. Скорее — нет.

Север был горд и своенравен. Он не прощал слабость и не признавал силу. Ибо сильные на севере были лишь равными. Нельзя быть сильным там, где каждый шаг — балансирование на тонкой нити между обрывами жизни, где в провале раскрыла пасть неминуемая бездна.

Север был холоден.

Ко всем.

Можно было заслужить его уважение, но не дружбу.

Но, так или иначе, белые полосы вспыхнули на мече Хаджара и едва заметные руны потянулись по его рукам. Они скрепляли его сломанные кости, стягивали расходящиеся мышцы и сшивали кожу.

— Не достаточно…

Хаджар выдохнул и произнес:

— Техника Воина Ветра!