Глава 1510

Хаджар передвинул фигуру по доске.

— Через два дня?

Шакх, снявший маску, кивнул. Хаджар помнил его как немного наивного (хотя кто из них не был наивен) мальчишку, влюбленного в Ильмену, да будет её перерождение благостным. Сейчас же перед ним сидел молодой мужчина, насколько можно было назвать молодым человека, разменявшего свой век.

Жесткие линии лица — почти такие же хищные, как песчаные бури в Море Песка. Кожа, цвета мокрой бронзы изрезанная несколькими уродливыми шрамами, оставленными когтями.

Какой-то зверь умудрился полоснуть Шакха от левого виска до правой ключицы, оставив на лице и шее три длинных, белых борозды, сильно выделявшихся на общем фоне.

Две сабли, артефакты Божественного уровня плохо качества, покоились в его ножнах. Странный доспех с тремя отверстиями в центре он убрал обратно в амулет и сидел теперь в просторном, цветастом кафтане.

Длинные, столь же хищные пальцы, что и когти оставившие шрамы, двигали фигуры на доске.

— Когда вы с Эйненом уехали… как, кстати, этот лысый островитянин?

Шакх сделал ход и Хаджар задумался над тем, как ему лучше ответить. Не на вопрос, разумеется, а на ситуацию, сложившуюся на доске.

— Живет в Даанатане. У него семья и дети. Старший путешествует, остальные, насколько мне известно, остались с родителями.

— Женат? Семья? — искренне удивился Шакх. — Что за сумасшедшая женщина согласилась связать себя узами с этим радужно-глазым?

Хаджар улыбнулся и подвинул слона дальше по полю.

— Эльфийская женщина.

— Вечерние Звезды! — воскликнул Шакх. — Слышат предки, я думал, что это мне посчастливилось пережить невероятные приключения, но теперь вижу — вы времени даром тоже не теряли.

Хаджар, наблюдая за фигурами на шахматной доске, вспомнил все, что с ними произошло после того, как они покинули Море Песка. Школа боевых искусств, орки, демоны, дворцовые интриги, война…

— Вижу, и у тебя есть пара шрамов, — Шакх провел ладонью по груди. Он вовсе не имел ввиду те полосы, что теперь украшали его лицо.

— У кого из нас их нет, старый друг.

Шакх не ответил. Не сразу. Они расстались в Подземном Городе не на лучшей ноте. Шакх долгое время винил Хаджара и Эйнена в том, что произошло с Шакаром и Ильменой. Но…

— Ты прав, старый друг, — кивнул он и сделал ход фигурой.

Но кто старое помянет…

— И все же, — вздохнул Хаджар и посмотрел на небо над головой. Ясное, лишь с несколькими кучевыми, неспешно плывущими среди лазурного океана. — Всего два дня…

— Представь мое собственное удивление, Хаджар, — в глазах Шакара, окрашенных пустыней, отобразились теплота и ностальгия. — Она появилась на пороге Подземного Города. Могущественнее богов и демонов. Небесный Император средней стадии. Ты бы видел старика. Тот едва ли душу ей не продал.

Стариком Шакх называл Рахаима. Колдуна, правящего Подземным Городом Моря Песка, а так же создавшего своего клона, который и владел караваном, где пересеклись судьбы Хаджара и Шакха.

— Она сказала, что хочет исследовать Библиотеку Города Магов. Или, хотя бы, то, что от неё осталось. Мы около месяца путешествовали по пустыне в поисках обломков и осколков. Вели беседы и… ну, ты сам понимаешь. Я рассказывал ей о себе, она о себе и своей родине… Вокруг бесконечные пески, а над головой Вечерние Звезды.

Хаджар мысленно добавил, что сердце Шакха тосковало по теплу, а женщины, достигшие таких ступеней развития и пережившие так много трансформаций тела, редко когда лишены неземной красоты.

Их даже описывать бесполезно, потому как каждая будет достойна собственного зала портретов и скульптур в лучших дворцах.

— Не знаю, что её привлекло во мне, — пожал плечами Пустынный Мираж (татуировка Имени украшала его левую руку) и подвинул фигуру ладьи. — Мы предавалась утехам на барханах, а вокруг нас не было никого, кроме миражей таинственных городов и стран, рожденных зноем и холодом. Так я и получил Имя.

У каждого свой путь в Имени. И никто, даже величайшие мудрецы, до сих пор не знали, с чем это связано и что это вообще такое — Имя.

— Когда её исследование закончилось, то она предложила мне отправиться вместе с ней. Сюда, в Чужие Земли. Ей требовался помощник в секте, — Шакх похлопал по бедру, где на поясе кафтана висел медальон секты Сумеречных Тайн. — Я даже не раздумывал. Меня больше ничего не держало на родине. Служить всю жизнь охранником караванов и бодаться с бедуинами за доступ к оазису?

— Ты выбрал странствия, — Хаджар отбил нападение на короля ловкой контратакой конем.

— Именно, — кивнул Шакх. — И, надеюсь, Ветер Северных Долин, ты не винишь меня, что я не попросил её отправиться сперва за вами.

— Нет, — честно ответил Хаджар. — у каждого из нас свой путь. Ты прошел своим. А я — своим. Я лишь рад, что они снова пересеклись и мы смогли сказать друг другу теплые слова.

— Я давно вас не виню в произошедшем, Хаджар. Ни тебя, ни Эйнена. Такова жизнь адептов. Мы теряем и мы находим. И лишь боги свидетели наших собственных трагедий.

Хаджар промолчал. Насчет богов он не был согласен, но к чему эту пустые препирательства. Редко когда у адепта выдавалась возможность встретиться с тем, кто помнил начало твоего пути.

И еще реже, когда ты мог назвать этого человека другом.

— Так началось мое услужение секте Сумречных Тайн, — продолжил рассказ Шакх. — А что было дальше — чистое везение. Я тренировался со своими парными саблями и, в один день, мимо бараков слуг проходил один из мастеров секты. Он не был родом из Моря Песка, но путешествовал там, когда пытался лучше разобраться в своей магии песка.

Маги… они как лучники — чем дальше по пути развития, тем реже встречались и те, и другие. Слишком много времени и ресурсов требовалось, чтобы продвигаться по их стезе. Порой на тысячу могущественных адептов с трудом встретишь десяток магов или лучников.

— Он предложил мне сделку, которую я не мог не принять. Так я начал помогать ему с Именем Песка, отправляясь с ним по пустыням Чужих Земель. А он, в свою очередь, обучал меня чему мог и подарил знание о Терны.

Хаджар уже ощутил в Шакхе маленькую вспышку Терны. Осколок столь незначительный, что незаметный даже на фоне Лэтэи. Это сложно было назвать «знание о Терне», но, кто знает, как принято в Сумеречных Тайнах.

— Так я сперва стал учеником внешнего круга, а потом, — Шакх отодвинул короля и подготовил себе почву для попытки поставить мат Хаджару. — вместе с Этелинэ и её товарищами, мы попали в аномалию.

— Аномалию?

Шакх кивнул.

— Я понимаю твое удивление. Я сам никогда не верил в их существование но… — Пустынный Мираж провел ладонью по шрамам на лице и шее. — Там мы встретили Дикого Бога и пещеру, полную ловушек и того, что я никогда не смогу описать человеку, не бывавшему в аномалии. Я видел такое, Хаджар, что заставила меня усомниться в своей разумности.

Аномалии… Хаджар так много слышал о них, но еще никогда прежде не видел того, кто побывал в такой. И вот — эта участь выпала на долю Шакха.

— Ты…

— Мне повезло, — голос Шакха потяжелел, а взгляд потускнел. — Но иногда мне кажется, что наоборот — мне не повезло выжить там.