Глава 1512

— Хаджар, ты ведь понимаешь, что-то, что ты мне сейчас рассказал, может стоит жизни и тебе, и мне…

Они все еще сидели в шумной таверне в Синих Крышах. Люди все еще веселились, обсуждали последние новости и никто из них понятия не имел, что происходило за их спинами.

Лэтэя обнажила простой нож и резко провела им по ладони, оставляя на коже глубокую полосу. Произнеся нужные слова, она дождалась пока рана затянется во вспышке золотого света, после чего едва ли не залпом осушила пиалу с чаем.

Хаджар её не останавливал.

Принцесса Звездного Дождя разбиралась в играх ничуть не хуже, чем он сам. И клятву она принесла не ради того, чтобы случайно не раскрыть секрет. А чтобы, даже если кто-то попытается его выведать — у него ничего бы не получилось.

Лэтэя теперь, благодаря законам Небес и Земли, не могла нарушить данное слово, точно так же как объект не мог превысить предельное ускорение свободного падения.

— И, мне кажется, этим ключом ты испортил план Абрахама. Он ведь собирался торговаться с Сумеречными Тайнами. А теперь…

— Ключ исчезнет, — Хаджар вглядывался в свое отражение на поверхности чая. — он был создан для Гедания и, в чужих руках, превратиться в пыль.

Лэтэя подняла взгляд на собеседника. Недолго, но они помолчали.

— Ты все сделал правильно, Хаджар, — произнесла она чуть тише, чем это требовалось. — Мы выполнили контракт. Мы добыли для них ключ и стелу и сберегли им жизни. Сперва всему каравану, а затем и Теккане с Артекаем. Ты не можешь быть всюду и спасти каждого.

Да, это так… но, может, если бы у него было чуть больше времени, чем оставшиеся немногим меньше, чем шесть веков, то он мог бы сделать больше.

Хаджар опрокинул в себя чай, жалея, что там находиться не что-то покрепче. Но он уже видел куда его привел алкоголь в том видении, подаренном шаманом. Он не хотел повторять это вновь.

— У нас есть еще время? — спросил он у Лэтэи.

Та посмотрела за окно. Тени от заходящего солнца уже едва-едва ласкали крыши города. Будто ладонью заботливой матери касаясь черепицы, укрывая от вездесущего зноя и давая радость мимолетной прохлады, скрывая за ней стремящийся воцариться холод.

— Надо уходить, — ответила та. — скоро сбор в условленном месте, а нам еще добираться туда не меньше месяца из-за скорых разливов рек.

Хаджар кивнул, затем вспомнил о том, что все это время ключ будет находиться во владении Звездного Дождя, пока Алба-удун будет занят ковкой его копии. Абрахам все верно рассчитал — на изготовление копии уйдет не меньше четырех месяцев. И это с учетом, что почти два Хаджар с Лэтэей потратили на гонку.

Неделя до Синих Крыш, потом чуть дольше непосредственно на поиски, еще столько же обратно и сейчас — назад к Звездному Дождю мимо разлива реки Ар’н’ки.

Из-за зноя на горных вершинах, откуда берет свое начало река, растаяли ледяные шапки, отправив вниз по течению водяные толщи.

Так что дороги размоет и им придется ехать куда осторожнее, чем прежде, ибо кто знает какую звериную тропу они могут пересечь.

В итоге путь, занявший изначально всего неделю, растянется на добрых четыре. И это при самом оптимистичном раскладе.

— Вам все понравилось? — спросила пробегавшая мимо официантка. В руках она держала настоящую пирамиду из подносов, с покоившимися на них разнообразными блюдами и чарками, с кувшинами.

Лэтэя улыбнулась, поблагодарила за пищу и кров, после чего оставила на столе небольшой кожаный кошель. Официантка, с куда более счастливым выражением лица, чем прежде, подхватила его и умчалась дальше по своим делам.

Хаджар же, взяв шляпу, в очередной раз удивился особенным свойствам этого артефакта. Он не знал — была ли она магической изначально, когда её подарил простой старик на границе Дарнаса. Или её зачаровал кто-то уже потом, но после того происшествия с древом жизни, она растеряла все свои волшебные свойства, вновь став просто соломенной шляпой.

И единственной её особенностью было то, что она всегда к нему возвращалась. Даже если он её терял.

Стянув длинные волосы в хвост, Хаджар надел свою излюбленную защиту от солнца и, прикурив трубку, вышел следом за Лэтэей.

Улица встретила их шумом и гвалтом голосов, еще даже более громких, чем в таверне.

Все куда-то спешили.

По мостовым стучали подковы, трещали рессоры, люди, нагруженные тюками (разумеется, пространственными артефактами) покидали город.

— Что это со всеми…

— Гонка за терной закончилась, — пояснила Лэтэя. Девушка шла чуть впереди и одним своим присутствием рассекала толпу бредущих на встречу. — Путешественники и ловцы удачи направляются на север. К той гробнице, о которой сейчас столько речи. Правда не думаю, что её смогут вскрыть раньше, чем лет через пять. Но пока доберутся, пока передерутся за право быть массовкой среди учеников Пятерки Основателей. Вот и собираются заранее…

Путь развития… большинство тех, кого видел перед собой Хаджар, были, по меркам смертных, древними существами. От девяти веков и старше.

Они уже давно потеряли возможность развиваться при помощи обычных ресурсов или техник медитации. И вот, носились по Чужим Землям и всему Безымянному Миру в поисках того, что может помочь им стать сильнее.

Иногда они попадали в земли смертных и это порождало легенды о летающих Небесных Солдата и Рыцарях Духа, способных уничтожать горы. На деле это это Небесные Императоры и Безымянные, максимально снизив эффект своего присутствия, искали крупицы силы и знаний.

Иногда они делились ими с другими.

Как, к примеру, история Шакха.

Судьба, не иначе.

— Я уже несколько раз слышал о Пятерке Основателей, — Хаджар выдохнул облачко дыма. — они и вправду так могучи.

— Могучи ли Основатели? — Лэтэя от удивления даже обернулась. — Представь город Звездного Дождя, а затем сделай его в десять… нет, в пятнадцать раз больше. И количество людей, обитавших в нем, увеличь в двое от представленного. И это будет то, насколько велик и могуч слабейший из пяти Основателей — семья Лецкет. Кстати, в это время их торговые караваны, обычно, путешествуют по крупным свободным городам. Странно, что мы не застали их в Синих Крышах… но может что-то задержало по пути.

Хаджар хотел было уже что-то сказать, как в него, сзади, неожиданно кто-то врезался.

— Проклятый оборванец! — закричал нервный адепт.

Но и неудивительно, что он спутал Хаджара с «оборванцем». Тот, по старой привычке, скрывал свою ауру, лишая ту любых черт, отличающих его от простого Безымянного. Да и одежды он вновь преобразил в привычные добротные, но сотни раз штопанные и самодельные.

— Не спеши я так, то выпотрошил бы тебя на месте!