Глава 1546

Сразу после того, как Аглен покинул шатер, начались подготовления. И тот факт, что к холму, где они вели переговоры, уже подъезжали груженые повозки и дилижансы, подтягивались воины в доспехах с гербом Лецкет, а на горизонте замоячил знакомый пустынник — все это говорило о том, что Аглен заранее просчитал возможный исход диалога и выбрал именно тот, что и притворился в реальность.

И именно это — сила интриг. Возможность повернуть судьбу в то русло, что тебе нужно, не мечом или силой, а словами и… гнусным использованием других людей. Без их на то ведома и согласия. И именно поэтому Хаджар, так сильно не люб…

— Мастер Ветер Северных Долин, — Аль’Машухсан, сменив свой тюрбан с синего, на белоснежный, протянул руку, которую Хаджар тут же пожал. Так же поступила и Лэтэя. — рад, что мне удастся отправиться в приключение именно с вами. Я буду отвечать за координацию воинов в нашем походе.

— Взаимно, достопочтенный Аль’Машухсан, — кивнул Хаджар. Ему действительно нравилась компания этого пустынника. В нем чувствовалась суть простого и честного воина.

Будь в мире больше Аль’Машухсанов и меньше Аглен Лецкетов, то… это был бы уже не Безымянный Мир, а утопия.

— Видел вашу битву с Калеоном, — пустынник, приглашающе протянув руку, повел Хаджара с принцессой Звездного Дождя в сторону собиравшегося отряда.

Всего Хаджар насчитал порядка двадцати адептов ступени Безымянного — разных стадий и склонностей к терне. И еще порядка четырех Небесных Императоров начальной стадии.

Подумать только — раньше даже само словосочетание «Небесный Император» заставляло Хаджара оглядываться по сторонам в поисках столь мифического представителя пути развития, а теперь… теперь он видел их почти так же часто, как в бытность Небесным Солдатом — Повелителей.

Единственное что, ему не очень просто было отвыкать от масштабов Чужих Земель. По размерам территорий они превосходили регионы Алого Феникса и Белого Дракона вместе взятых и помноженных на два, но вот обитало здесь куда как меньшее количество народа.

Что уж там говорить, если десяти тысячная армия Лецкетов считалось одной из самых крупных в регионе. Небольшие города, небольшие армии — все это было куда ближе и роднее слуху и взгляду смертного с Земли, нежели те гигантские армии, города и страны, что расположились в смертных регионах Безымянного Мира.

Интересно, как на этом фоне будет выглядеть страна Бессмертных?

— Ваш стиль действительно соответствует своему названию, — продолжал Аль’Машухсан. — Если у вас появится возможность, время и желание, я бы попросил вас сойтись со мной в таком же поединке. Я с гордостью ношу титул Мастера стиля Сабли Скорпионьего Жала, — пустынник похлопал по ножнам. — И последний раз сходился в поединке стилей, дай Яркие Зезды вспомнить, когда это вообще было.

— Разумеется, достопочтенный Аль’Машухсан, — искренне улыбнулся Хаджар. Дружеские спарринги между адептами — такая же неотъемлимая часть жизни воинов, как и воздух, которыми они дышали. — А сейчас, прошу меня простить.

— Разумеется. Воительница Падающая Звезда, — поклонился пустынник.

— Достопочтенный Аль’Машухсан, — кивнула на прощание Лэтэя.

И их пути разошлись. Аль’Машухсан отправился улаживать организационные момента похода, на Хаджар, вместе с Лэтэей, направились к стоявшей на отшибе лагеря паре адептов.

Расстояния для забравшихся столь высоко по пути развития все чаще становились простой условностью. Так что неудивительно, что за несколько минут Аглен успел не только вернуться в город, но и направить к холму своего, отчего-то непутевого, сына.

Артеус Лацкет, напоминая собой скульптуру гениального творца, в простых одеждах, стоял поодаль от лагеря. Но не он привлек внимание Хаджара, а стоявшая рядом с ним женщина.

Назвать её красивой — язык не поворачивался, потому как это было бы для неё большим оскорблением и принижением. Нет, все женщины, прошедшие так далеко по пути развития и пережившие подобное количество трансформации тела, были прекрасны.

Но если одна начинает развитие уже с рождения обладая красой, то, в конечном счете, она становится несравненна на фоне тех, кто таким даром не обладал.

Может, если с кем и сравнивать, то равной ей Хаджар нашел бы лишь Лэтэю, ибо даже дух Курахадана блекла на фоне прекрасной леди.

Густые, рыжие волосы огненным водопадом опускались почти до самой земли. Она была не высока, не мала, не худа, но и не пышна. Грудь медленно поднималась и опускалась в такт дыханию, а стройные ноги не могли скрыть даже просторные одежды.

Она не носила украшений и от того её изумрудные глаза казались двумя большими, драгоценными камнями, застывшими посреди лица цвета свежего молока.

Ради таких женщин не развязывают войн и не свергают королей. Ибо ни один смертный не способен представить себе такого совершенства.

— Достопочтенная глава Лецкет, — поклонился Хаджар.

В этих двоих — в женщине и юноше легко угадывалось родственное сходство, так что не удивительно, от кого Артеус унаследовал свои изящные, почти женственные черты.

Чего не скажешь об Эйте или Калеоне.

Что же — жен главы домов меняли довольно часто, а если не меняли, то практиковали многоженство, что, от части, претило варварскому духу Хаджара.

Ни одна женщина севера не потерпит, чтобы в доме, помимо неё, жила вторая, если это не мать, сестра или дочь.

— Мастер Ветер Северных Долин, — даже говорила она так же легко, мягко и тепло, как Артеус. Ну или наоборот… — И вы, прекрасная Лэтэя. Вас особенно прошу — не держите зла на моего мужа. Он, как и все его предки, находятся в плену предсказания.

— Прошу прощения? — немного опешила Лэтэя.

— Старая история, — улыбнулась женщина и, Хаджару буквально услышал, как позади него разбилось несколько сердец бравых вояк. Не удивительно, что Аглен перемещался по городу с таким количеством охраны. — Когда-то предок Лецкетов столкнулся с Древом Жизни и то предсказало, что род Лецкетов погубит дочь. С тех пор у всех Лецкетов мужского пола очень предвзятое отношение к женщинам.

— Вот только тот предок сошел с ума, — добавил Артеус. — так что верить его словам — что верить южным ветрам около прибоя.

— Сынок, — женщина обняла волшебника и нежно поцеловала его макушку. — прошу, возвращайся ко мне обратно.

— Конечно, матушка, — улыбнулся в ответ Артеус. — я всенепременно вернусь. Не волнуйся.

— Как мать может не волноваться о сыне, — вздохнула женщина, после чего, кротко поклонившись Хаджару с Лэтэей, исчезла во вспышке магии.

И вот ответ не второй вопрос — откуда у младшего сына клана торговцев столь серьезные познания в искусстве волшебства.

— Мастер, я…

Хаджар развернулся и направился в сторону Аль’Машухсана. Им было что обсудить.

— Не держи на него зла, — тут же попыталась сгладить ситуацию Лэтэя. — он не очень любит магов и торговцев.

— А я и тех и других! — засмеялся Артеус.

***

После пяти дней пути, когда стены города Лецкет остались далеко позади, караван-отряд встал на привал. Зверям требовалось отдохнуть и попастись, а воинам размять ноги.

Этим воспользовался и Хаджар. Подойдя к дилижансу Артеуса, он постучал по бортику.

— Да, мастер? — выглянул наружу волшебник.

— Пойдем, — Хаджар молча отправился на поляну, где уже стоял Аль’Машухсан и Лэтэя.

— Что? Куда? Зачем?

— Мы проведем дуэль, — строго ответил Хаджар.

— Но зач…

— Потому что я должен знать, кто будет прикрывать нам спину и вообще — есть ли смысл в том, что Лэтэя позвала тебя с нами.

Старые привычки трудно умирают. А Хаджар уже давно привык не доверять магам и колдунам.