Глава 1554

За мгновение он переместился к краю обрыва. Предгорная местность, где тысячи эпох бежали с горных вершин потоки ледяной воды, льдов и селей, из обычной долины превратился в изрезанной ущельями и каньонами пространство.

На границе одного из таких каньонов Хаджар себя и обнаружил.

— А-а-а-а! — крик привел его в чувства, прогнав ощущение дежавю.

К столбу был привязан Артеус. Его лицо, покрытое кровью и ранами, уже почти не выражало эмоций. Изломанное тело свисало на стальных кинжалах, вбитых в каждый сустав и в кости между ними.

Изорванные одежды обнажили тело, покрытое ужасными ранами, которые нельзя было оставить в битве — лишь медленно и мучительно причинить безвольному пленнику.

Посох, вернее обломки оного, лежали в стороне.

— А вот и наш блудный брат! — засмеялся мучитель мага.

Облаченный в странные, будто ломанные доспехи — в шипах, мятых пластинах и изорванных тканях, мечник отошел от Артеуса. Рядом с ним возвышался воткнутый в землю странный, широкий, тяжелый меч. Высотой почти в два метра, он обладал рукоятью в тридцать сантиметров, а ширина клинка была такова, что его легко можно было бы использовать, как корабельное весло.

По центру шла вязь золотых рун. Они слегка светились в ночной мгле.

Дрожала цепь.

Цепь, связывавшая яблоко меча и правый наплечник Ворона. Левая рука была обнажена, а вот правая, куда более крупная и мощная, нежели левая, облаченная в полную латную перчатку, походила скорее на когтистую лапу какого-то зверя.

Именно на них — стальных когтях, увенчавших пальцы, остались следы крови Артеуса.

— Где Лэтэя? — спросил Хаджар.

— Прошу меня простить, мастер, — воин произнес это с издевкой. — но мы еще даже не представились друг другу. Меня зовут Элегор Горенед, я седьмой ученик нашего Мастера. Он передает тебе привет и просит одуматься, пока еще не поздно.

В свете луны, вынырнувшей из-за темных туч, Хаджар с удивлением обнаружил, что ему не показалось и кожа фанатика действительно серая, как гранит, а волосы даже не седые, а серебренные.

— Где Лэтэя? — повторил свой вопрос Хаджар.

— Лэтэя? — задумался Элегор. — А, ты про ту златовласую? Не знаю, если честно. Наш доносчик сказал, что она должна быть в твоем дилижансе, но, когда он подмешивал тебе яд, её уже не было.

Шпионы… разумеется… как еще орден фанатиков мог существовать все эти годы, если бы не развитая сеть шпионов по всем Чужим Землям. И, разумеется, один из таких смог проникнуть и к ним в отряд.

Хаджар все гадал, когда же те нанесут удар, но не предполагал, что орден выберет столь незначительный момент, который с ними даже и связан не был.

Или был?

Или Лецкет что-то не договорил.

Проклятые торговцы…

— Мне уже успели все уши прожужжать, что ты не согласишься присоединиться к нашей священной миссии, — Элегор вытащил меч из земли и опустил себе на плечо. — И не станешь частью Парад Демонов, так что не стану повторять предложение. И просто убью тебя.

Он был быстр. А для того, кто носил тяжелый доспех и владел не менее тяжелым и широким мечом — невероятно быстр.

Хаджар едва успел подставить Синий Клинок под удар вражеского клинка. Красные глаза Элегора, нависшего над, в прямом смысле — вбитом в землю Хаджаре, вокруг ног которого образовалась воронка шириной в несколько метров, смеялись.

Горенед нисколько не воспринимал всерьез происходящее.

— И это все?! — смеялся он. — И как же ты убил Кафема, если даже удар выдержать не можешь?!

Хаджар почувствовал, как дрожат его ноги, едва выдерживая вес и силу удара. Он чувствовал, что Горенед обладал силой Небесного Императора начальной стадии, но его мистерии меча и терна… они были так плотны, как Хаджар прежде еще не встречал.

Разжигая энергию в ядре и призывая собственную терну, Хаджар всем весом отбросил противника в сторону и… отлетел на несколько метров назад, когда вражеский клинок рассек его одежды и оставил на груди глубокий, кровоточащий порез.

— Техника воплощения духа, если что, — Элегор отряхнул кровь со своих когтей. — видишь ли, учеником Мастера может стать лишь обоерукий мечник, а мне не очень повезло в этом плане, так что пришлось побродить по аномалиям в поисках того, что может мне помочь.

Хаджар еще никогда прежде не видел подобного.

Плащ Горенеда словно ожил. Он взмыл над головой воина, а затем сформировал огромный торс закованного в тяжелую броню воина. Шлем этого призрака больше походил на навершие боевой палицы, а в своей правой руке тот держал меч еще более невероятный, чем у самого Элегора.

Метра три длиной и почти тридцать — шириной.

Именно этот клинок, а не тот, что держал сам Горенед, оставил на груди Хаджара рану.

— Не разочаровывай меня, брат, — с грустью вздохнул Ворон. — до меня донеслось эхо той резни, что ты устроил нашим братьям и сестрам. Уважаю. Было сильно. Я даже немного возбудился и перестарался с магом, — он указал за спину — на едва дышащего Артеуса. — Терпеть не могу магов. Ты должен понимать — это у нас семейное. Все же, именно маг оказался повинен в падении нашего предка. Маг и торговец. Цветами.

Хаджар не слушал. То время, что смотрящий на него свысока подонок ему дал, Хаджар использовал с толком. Он собрал энергию и терну и раскусил заранее заложенную за губу пилюлю.

Звезды вспыхнули на его одеяниях и Хаджар исчез во вспышке.

Звездная Вспышка — одна из сильнейших техник Хаджара на данный момент. Она превратила его в полосу энергии и терны. Потоки силы взмыли до самого неба, а яркий серебристый луч протянулся от одного горизонта, до другого.

— О да!

Хаджар не мог поверить тому, что он увидел. Его меч ударил о другой меч. Всего один. Элегор удержал всю силу Звездной Вспышки, заставившей обнажить оружие Бессмертного, одним своим мечом.

Земля вокруг него обуглилась и потрескалась. Мистерии клинка, резонируя в воздухе, рассекали пространство, но Ворона это не беспокоило.

— Уже лучше, брат! — глаза Горенеда сверкнули, и воин за его спиной взмахнул мечом.

Хаджар, используя остатки Звездной Вспышки, смог переместиться в сторону. Он тяжело дышал и, стоя на одном колене, опирался на вонзенный в землю меч.

— Но все еще разочаровывает, — Элегор опустился на корточки. Он скучающе возил железным когтем по земле, рисуя там карикатурного Хаджара. — Хотя и понятно, почему проиграл Кафем.

Хаджар раскусил еще одну пилюлю и поднялся на ноги.

— Не утруждай себя.

Элегор даже не прервал свои художества. Призрачный воин, созданный из его плаща, взмахнул мечом и опустил его в рубящем ударе.

Поток силы и мистерий клинка, сформировавшийся в виде вороньего клинка, обрушился на Хаджара. Он вновь вбил его в землю, но на этот раз не только сформировал воронку, но и пронесся по округе, превращая деревья и камни в труху. И это не было эхо — лишь частью техники. Техники, напрочь лишенной брешей, и вся её мощь была сконцентрирована в этом ударе.

Полное и стопроцентное использование потенциала.

Даже Кафем не был на такое способен.

Хаджар выдержал удар. Но его руки покрылась ранами, одежды превратились в лохмотья, а сам он теперь мало чем отличался от Артеуса.

— «Тебе не победить его, ученик», — прозвучал голос, и черный ворон опустился на плечо Хаджара. — «Он стоит на грани осознания Правила. Его сила находится за пределами понимания даже таких, как Кань’Дун. Макака, едва успевшая стать бессмертной, пала бы от его руки».

Элегор Горенед… Небесный Император начальной стадии; седьмой, даже не первый ученик Мастера Ордена Ворона и он был способен уничтожить Бессмертного?

Как вообще тогда им сражаться с Орденом?!

— «Мальчишка-маг выиграл достаточно времени»

— Что?

— Что… что? — переспросил Элегор. — Ты с кем разговариваешь? С этим куском мяса? Так он сейчас уже к праотцам уйдет.

Артеус в этот момент что-то договорил, и короткая желтая вспышка осветила небо, а к ногам Хаджара упало ядро. Хорошо знакомое ему ядро Громовой Птицы.

— «Слушай меня внимательно, ученик» — ворон распахнул крылья и взмыл в небо. — «У тебя будет всего один шанс. Элегор не ожидает от тебя техники его Мастера. Используй Технику Воина Ветра, но только в самый последний момент».

Хаджар поднял с земли ядро и, сжав его в немеющих пальцах, расколол. В ту же секунду тысячи белоснежных искр окутали его тело.

— «Сейчас!».