Глава 1572

К тому моменту, как Хаджар вернулся на цветочный луг — Хельмер вновь спрятался в его тень. Они обсудили с демоном примерный план дальнейших действий и тот счел, что лучше и дальше, без крайней необходимости, не показываться на глаза духам.

Когда Хаджар и его «незримая ноша» подошли к частоколу деревни, то над лугами и полями опустились темные покровы ночи. Причем еще мгновение назад, до того, как генерал сделал последний шаг, солнце стояло в полуденном положении.

Время в Стране Духов действительно являлось такой же эфемерной метафорой, как и все и прочее.

— Леди Розалия, — поклонился Хаджар. — Сэр Аравендир.

Как и прежде, двое духов появились перед странниками шагнув изнутри бриза, несущего с собой цветочные лепестки. Одна, похожая на розу, а второй — на тюльпан. Они были по-своему прекрасны, но Хаджар знал, что это все напускная красота сидхе и их потомков.

Всем полу божественным и божественным созданиям была известна техника Семидесяти Двух Превращений, что позволяло им принимать любой облик, какой они только пожелают. Как же истинно выглядели духи можно было узнать лишь появись на то их собственная воля.

— Генерал, — леди подошла к нему так близко, что Хаджар смог вдохнуть приятный аромат цветов. Он видел маленькие капли на её атласной коже, стекающие в открытый вырез платья на груди. Небольшой, но от того не менее красивой. — Вы проявили себя не только, как воин, но и как мудрый человек.

Хаджару ничего не стоило сбросить с себя легкое касание чар духа. Стоило только леди Розалии попытаться затуманить его разум и сознание, как он тут же вызвал в памяти облик, заточенный в ледяном гробу. И словно сам, в этот же момент, оказался в плену холода и мрака.

Его разум остыл, чресла успокоились. Он дышал ровно и, если приглядеться, можно было увидеть маленькие облачка пара, срывавшиеся с его чуть посиневших губ.

Леди Розалия отшатнулась. Она провела аккуратными, изящными пальцами по шее и декольте. Там, где еще недавно скатывались капельки влаги, теперь красовались белесые полоски инея.

— Не удивительно, что Её Величество Мэб так благосклонна к вам, — произнесла леди Розалия. — Вы соответствует духу королевства тьмы и зимы.

Она явно вкладывала в произнесенные слова куда больше значения и смысла, чем смог понять Хаджар, но его это не очень беспокоило.

— Я выполнил свою часть нашего уговора, миледи, — спокойно и, как мог, галантно поклонился Хаджар. Да, по сути, он вел переговоры со своими врагами, но это не означало, что он не мог их уважать или должен был вести себя подобно животному. — И с нетерпением жду, что вы укажите мне путь к Скале Предков.

Леди Розалия повернулась к своему тюльпановому рыцарю и тот незамедлительно сделал шаг вперед.

— Разумеется, славный генерал, — произнес он, протягивая руку, но так и не рискуя закончить жест доброй воли. Он неловко спрятал ладонь в складках ладони и продолжил. — Но сейчас ночь и мы не сможем найти тропу цветов, которая отвела бы вас в нужное место.

— Что же, — кивнул Хаджар. — тогда я пережду ночь здесь, а на утро мы снова встретимся.

— Чтобы прославленный генерал, избавивший нас от болотной твари, провел ночь на холоде и под открытым небом?! — возмутилась леди Розалия. — Что после этого скажут о цветочном народе? Какие слухи разнесутся по странам о нашем гостеприимстве? Нет, славный генерал, будьте гостем в нашем доме. Мы приглашаем вас войти внутрь равным с нами до тех пор, пока ваши стопы не отправят вас дальше по пути к Горе.

Хаджар замешкался. Он и без рассказов Хельмера знал о двуличности и лживости созданий, которые, по законам Небес и Земли, не могли врать. Фейри и духи всегда говорили правду. И именно поэтому они являлись лучшими обманщиками Безымянного Мира.

Войти в их дом равными с ним — с одной стороны приглашение звучало безопасно и обнадеживающе, но как раз в этом и таилась опасность.

— Откройте ворота! — прогремел приказ сэра Аравендира.

Зажглись сигнальные башни, освещая ночь танцующими языками волшебного пламени. В мир словно вернулись звуки и запахи. То, что раньше выглядело безжизненным частоколом, теперь преобразилось в цветущую, живую изгородь. Лилии, тюльпаны, ирисы и розы сложили свои огромные лепестки и спрятали бутоны в листьях, освобождая путь внутрь деревни.

Дома цветочному народу заменяли холмы, вместо дорог — травяные тропы и луга. Воду они брали не в колодцах, а в странных, высоких цветах, собиравших утреннюю росу. Их наряды походили на бутоны цветов, а запахи в воздухе убаюкивали сознание.

— «Не спеши», — произнес Хельмер. — «Видишь границу?».

Хаджар посмотрел туда, где только что находились ворота, а теперь поднимался портал внутри разрыва единого массива живой изгороди. И действительно — свет, льющийся изнутри деревни, четко ограничивался концом владений цветочного народа.

Дальше — тьма и ночь.

— «Они не видят меня, но чувствуют неладное,”– демон звучал немного обеспокоенно. — «Эта граница пахнет волшебством. Думаю, если я пересеку её не подготовившись, то они смогут меня изгнать из твоей тени. А если мы будем тянуть время, они только укрепятся в своих подозрений. Придется тебе импровизировать, Хаджи-дружище. Мне нужно несколько минут».

Хаджар мысленно выругался. Разумеется, все сказанное Хельмером могло оказаться не более, чем простой паранойей, но… Повелитель Ночных Кошмаров являлся одним из Древних и вряд ли беспокоился бы по пустякам.

— Леди Розалия, сэр Аравендир, — Хаджар сделал шаг назад и постарался вложить в это движение опаску и страх, но не больше, чем позволил бы себе обычный, настороженный смертный. Оставалось надеяться, что навыки, приобретенные за десять лет жизни актерским ремеслом, не развеялись за больше, чем век его странствий. — Не сочтите за грубость, но я плохо знаком с укладом жизни вашей страны.

Двое цветочных переглянулись и, будто, безмолвно общались взглядами таинственных глаз.

— Вы хотите сказать, что не доверяете нам, славный генерал? — с небольшим нажимом и легким недовольством спросила леди Розалия.

— Вовсе нет, прекрасная Розалия, — снова поклонился Хаджар. — Я лишь хочу спросить — не будет ли недовольства среди вашего народа, что к ним в дом придет кто-то носящий одежды, сшитые королевой Мэб.

Хаджар взмахнул рукой и его простой наряд преобразился, представ в виде синих одежд, где белоснежные облака плыли по подолам и, порой, из-за них выглядывали мерцающие звезды. Если не знать, что это доспехи Зова, то можно было бы подумать, что генерал носит волшебную ткань.

— «Хитро… уважаю. Я почти закончил».

— Вы гость в нашем доме, — Аравендир протянул руку в приглашающем жесте. — Мы вольны приглашать тех, кого мы сочтем достойным. И тот факт, что вы носите одежды Мэб не делает вас хуже или лучше в глазах нашего народа. Проходите, Безумный Генерал, чувствуйте себя эту ночь, как дома.

От слуха Хаджара не укрылась повторная оговорка «эту ночь». Видимо хитрые цветочные духи держали в уме запасной план. Если у них получится задержать Хаджара до рассвета, то он потеряет свой статус гостя. Оказаться посреди деревни, заполненной полу божественными созданиями, явно не испытывающими к нему особого тепла — перспектива не из самых приятных.

— «Все, я готов».

— Тогда прошу простить мне мою нерешительность, — улыбнулся Хаджар и, стараясь держать как можно более спокойное выражение лица, перешагнул через границу.

Он не почувствовал ничего необычного и уже подумал, что Хельмер действительно зря волновался, как демон воскликнул:

— «Вечность и Грань! Проклятые духи».

Хаджар едва было не позволил себе спросить, что именно демон имеет ввиду, но тот и сам уже ответил на незаданный вопрос.

— «Они заперли меня! Пока мы не покинем деревню, ты сам по себе, Хаджи. Постарайся, пожалуйста, не подохнуть. Пока я в твоей тени — наши жизненные силы связаны, если ты понимаешь, о чем я».

Хаджар понимал. Умрет он — следом отправится и Хельмер.

Проклятье.

Что же задумали духи?

К тому моменту, как Хаджар вернулся на цветочный луг — Хельмер вновь спрятался в его тень. Они обсудили с демоном примерный план дальнейших действий и тот счел, что лучше и дальше, без крайней необходимости, не показываться на глаза духам.

Когда Хаджар и его «незримая ноша» подошли к частоколу деревни, то над лугами и полями опустились темные покровы ночи. Причем еще мгновение назад, до того, как генерал сделал последний шаг, солнце стояло в полуденном положении.

Время в Стране Духов действительно являлось такой же эфемерной метафорой, как и все и прочее.

— Леди Розалия, — поклонился Хаджар. — Сэр Аравендир.

Как и прежде, двое духов появились перед странниками шагнув изнутри бриза, несущего с собой цветочные лепестки. Одна, похожая на розу, а второй — на тюльпан. Они были по-своему прекрасны, но Хаджар знал, что это все напускная красота сидхе и их потомков.

Всем полу божественным и божественным созданиям была известна техника Семидесяти Двух Превращений, что позволяло им принимать любой облик, какой они только пожелают. Как же истинно выглядели духи можно было узнать лишь появись на то их собственная воля.

— Генерал, — леди подошла к нему так близко, что Хаджар смог вдохнуть приятный аромат цветов. Он видел маленькие капли на её атласной коже, стекающие в открытый вырез платья на груди. Небольшой, но от того не менее красивой. — Вы проявили себя не только, как воин, но и как мудрый человек.

Хаджару ничего не стоило сбросить с себя легкое касание чар духа. Стоило только леди Розалии попытаться затуманить его разум и сознание, как он тут же вызвал в памяти облик, заточенный в ледяном гробу. И словно сам, в этот же момент, оказался в плену холода и мрака.

Его разум остыл, чресла успокоились. Он дышал ровно и, если приглядеться, можно было увидеть маленькие облачка пара, срывавшиеся с его чуть посиневших губ.

Леди Розалия отшатнулась. Она провела аккуратными, изящными пальцами по шее и декольте. Там, где еще недавно скатывались капельки влаги, теперь красовались белесые полоски инея.

— Не удивительно, что Её Величество Мэб так благосклонна к вам, — произнесла леди Розалия. — Вы соответствует духу королевства тьмы и зимы.

Она явно вкладывала в произнесенные слова куда больше значения и смысла, чем смог понять Хаджар, но его это не очень беспокоило.

— Я выполнил свою часть нашего уговора, миледи, — спокойно и, как мог, галантно поклонился Хаджар. Да, по сути, он вел переговоры со своими врагами, но это не означало, что он не мог их уважать или должен был вести себя подобно животному. — И с нетерпением жду, что вы укажите мне путь к Скале Предков.

Леди Розалия повернулась к своему тюльпановому рыцарю и тот незамедлительно сделал шаг вперед.

— Разумеется, славный генерал, — произнес он, протягивая руку, но так и не рискуя закончить жест доброй воли. Он неловко спрятал ладонь в складках ладони и продолжил. — Но сейчас ночь и мы не сможем найти тропу цветов, которая отвела бы вас в нужное место.

— Что же, — кивнул Хаджар. — тогда я пережду ночь здесь, а на утро мы снова встретимся.

— Чтобы прославленный генерал, избавивший нас от болотной твари, провел ночь на холоде и под открытым небом?! — возмутилась леди Розалия. — Что после этого скажут о цветочном народе? Какие слухи разнесутся по странам о нашем гостеприимстве? Нет, славный генерал, будьте гостем в нашем доме. Мы приглашаем вас войти внутрь равным с нами до тех пор, пока ваши стопы не отправят вас дальше по пути к Горе.

Хаджар замешкался. Он и без рассказов Хельмера знал о двуличности и лживости созданий, которые, по законам Небес и Земли, не могли врать. Фейри и духи всегда говорили правду. И именно поэтому они являлись лучшими обманщиками Безымянного Мира.

Войти в их дом равными с ним — с одной стороны приглашение звучало безопасно и обнадеживающе, но как раз в этом и таилась опасность.

— Откройте ворота! — прогремел приказ сэра Аравендира.

Зажглись сигнальные башни, освещая ночь танцующими языками волшебного пламени. В мир словно вернулись звуки и запахи. То, что раньше выглядело безжизненным частоколом, теперь преобразилось в цветущую, живую изгородь. Лилии, тюльпаны, ирисы и розы сложили свои огромные лепестки и спрятали бутоны в листьях, освобождая путь внутрь деревни.

Дома цветочному народу заменяли холмы, вместо дорог — травяные тропы и луга. Воду они брали не в колодцах, а в странных, высоких цветах, собиравших утреннюю росу. Их наряды походили на бутоны цветов, а запахи в воздухе убаюкивали сознание.

— «Не спеши», — произнес Хельмер. — «Видишь границу?».

Хаджар посмотрел туда, где только что находились ворота, а теперь поднимался портал внутри разрыва единого массива живой изгороди. И действительно — свет, льющийся изнутри деревни, четко ограничивался концом владений цветочного народа.

Дальше — тьма и ночь.

— «Они не видят меня, но чувствуют неладное,”– демон звучал немного обеспокоенно. — «Эта граница пахнет волшебством. Думаю, если я пересеку её не подготовившись, то они смогут меня изгнать из твоей тени. А если мы будем тянуть время, они только укрепятся в своих подозрений. Придется тебе импровизировать, Хаджи-дружище. Мне нужно несколько минут».

Хаджар мысленно выругался. Разумеется, все сказанное Хельмером могло оказаться не более, чем простой паранойей, но… Повелитель Ночных Кошмаров являлся одним из Древних и вряд ли беспокоился бы по пустякам.

— Леди Розалия, сэр Аравендир, — Хаджар сделал шаг назад и постарался вложить в это движение опаску и страх, но не больше, чем позволил бы себе обычный, настороженный смертный. Оставалось надеяться, что навыки, приобретенные за десять лет жизни актерским ремеслом, не развеялись за больше, чем век его странствий. — Не сочтите за грубость, но я плохо знаком с укладом жизни вашей страны.

Двое цветочных переглянулись и, будто, безмолвно общались взглядами таинственных глаз.

— Вы хотите сказать, что не доверяете нам, славный генерал? — с небольшим нажимом и легким недовольством спросила леди Розалия.

— Вовсе нет, прекрасная Розалия, — снова поклонился Хаджар. — Я лишь хочу спросить — не будет ли недовольства среди вашего народа, что к ним в дом придет кто-то носящий одежды, сшитые королевой Мэб.

Хаджар взмахнул рукой и его простой наряд преобразился, представ в виде синих одежд, где белоснежные облака плыли по подолам и, порой, из-за них выглядывали мерцающие звезды. Если не знать, что это доспехи Зова, то можно было бы подумать, что генерал носит волшебную ткань.

— «Хитро… уважаю. Я почти закончил».

— Вы гость в нашем доме, — Аравендир протянул руку в приглашающем жесте. — Мы вольны приглашать тех, кого мы сочтем достойным. И тот факт, что вы носите одежды Мэб не делает вас хуже или лучше в глазах нашего народа. Проходите, Безумный Генерал, чувствуйте себя эту ночь, как дома.

От слуха Хаджара не укрылась повторная оговорка «эту ночь». Видимо хитрые цветочные духи держали в уме запасной план. Если у них получится задержать Хаджара до рассвета, то он потеряет свой статус гостя. Оказаться посреди деревни, заполненной полу божественными созданиями, явно не испытывающими к нему особого тепла — перспектива не из самых приятных.

— «Все, я готов».

— Тогда прошу простить мне мою нерешительность, — улыбнулся Хаджар и, стараясь держать как можно более спокойное выражение лица, перешагнул через границу.

Он не почувствовал ничего необычного и уже подумал, что Хельмер действительно зря волновался, как демон воскликнул:

— «Вечность и Грань! Проклятые духи».

Хаджар едва было не позволил себе спросить, что именно демон имеет ввиду, но тот и сам уже ответил на незаданный вопрос.

— «Они заперли меня! Пока мы не покинем деревню, ты сам по себе, Хаджи. Постарайся, пожалуйста, не подохнуть. Пока я в твоей тени — наши жизненные силы связаны, если ты понимаешь, о чем я».

Хаджар понимал. Умрет он — следом отправится и Хельмер.

Проклятье.

Что же задумали духи?