Глава 1597

Задержавшись на несколько секунд под статуей павшего короля, Хаджар мгновение думал, что сейчас этот золотой титан шагнет вниз и вступит с ним в схватку, но… Король остался недвижим.

Все же, сохраняя некоторую настороженность, Хаджар вошел во внутренний двор. Здесь не было ни садов, ни каких-то иных растительных сооружений, при взгляде на которые можно было определить принадлежность к летнему двору.

По правую руку находилось здание, немного напоминавшее храм. Напротив него тоже располагался фонтан, только намного меньшего размера, чем на площади. Слева же — широкая лестница из белого мрамора.

Хаджар поднялся по ней, отворил дворцовые двери и с удивлением обнаружил, что ни стражи, ни замка на них — так же не было.

— Ты уверен, что мы в правильном месте, демон? — с подозрением спросил Хаджар.

— «У меня вообще-то имя есть и…»

— Он уверен.

Хаджар резко обернулся и…

Он стоял посередине широко тронного зала. Залитый светом, сверкающий камнями самых разных пород. Такой большой, что в него, наверное, поместился бы весь тот дворец, что еще недавно видел перед собой Хаджар.

В нефритовых ваннах под высокими колоннами плавали рыбы, больше похожие на ожившие драгоценности. С далекого свода, украшенного росписями, которые невозможно описать языком смертных, спускались люстры, каждая из которых сложностью узорного орнамента и изысканностью буквально кружила голову.

Статуи, гобелены, картины — все выполнено лучшими мастерами из когда-либо живших — самими Фейри. Тех, кто по приданиям, обучил первых мастеров-ремесленников Безымянного Мира.

Фейри…

Десятки, сотни, тысячи. В одеждах, камзолах, платьях, доспехах. Похожие на животных, похожие на людей, похожие на стихии. Красивые и уродливые, но даже в уродливости своей — изысканные и лощеные. Их тут было целое море. А в центре, мокрый, едва перешагнувший через бортик фонтана, стоял Хаджар.

— Это все было…

— «Наваждение… проклятье! Я должен был догадаться, что во время летнего солнцестояния Титания и не на такое способна!»

Иными словами — пытаясь попасть во дворец Королевы Лета Хаджар с Хельмером немного перестарались в, прямом смысле слова, заявились в разгар чужого праздника.

— Нарушители! — взвизгнул кто-то на пьедестале.

В красной мантии с белоснежной оборкой, он походил на прямоходящую свинью. С обвислыми ушами, пяточком вместо носа и пузом, вываливающиеся из камзола.

— Уймитесь, главный жрец, — прозвучал властный голос. — И вернитесь к празднику.

— Но миледи…

— Моя Королева, — с нажимом повторил голос.

— Моя Королева, — повторил с поклоном жрец и спустился с пьедестала.

В это время вокруг звучали несмолкающие шепотки и смешки. Хаджар ловил на себе сотни взглядов. От любопытствующих, до нейтральных и даже кровожадных — желавших немедленной расправы.

— «Мне нужно немного времени», — прошептал демон и затих.

Как всегда… вот хоть бы раз ему не потребовалось «немного времени».

— Достопочтенная Королева Лета и Огня, — поклонился Хаджар настолько галантно, насколько только позволяло его воспитание принца. Пусть он и не видел самой Титании, но явно ощущал её присутствие. — Прошу прощения, что столь… грубо явился н ваш праздник. Просто, видимо, мое приглашение потерялось где-то в пути. Не могли же вы забыть про вашего лучшего врага — Безумного Генерала.

— Дерзость!

— Казнить его немедленно!

— Королева, позвольте мне лично выпустить ему кишки!

— Эти поганые смертные забыли о свем месте!

— Верные подданные… — на фоне урагана возмущенных воплей голос Королевы звучал едва слышимым бархатом, но все же — заставил всех умолкнуть. — Прославленный генерал, я рада вам в своем доме. Будьте моим гостем.

Хаджар скрипнул зубами и убрал ладонь с меча. Какие бы эмоции он не испытывал по отношению к Титании, по чьему приказу Теант некогда съел цветок, способный избавить Аркемейю от проклятья, но законы гостеприимства… Чем лучше он будет богов и духов, если нарушит их по собственной воле.

— Благодарю, Королева, — без доли почтения в голосе, чуть склонил голову Хаджар.

В зале поднялся было очередной гвалт недовольства, но его тут же заглушил шорох трепещущих крыльев бабочек. Тысячами они спускались из-под свода. Сотканные из белого огня, они кружили вокруг статуи преклонившего колено рыцаря.

А затем, вспыхнув ярким светом, стали невиданным красоты платьем, обернувшим тонкий, изящный стан Королевы. Или, в данное время, было бы правильней сказать — принцессы?

Так же, как изменчива природа, так же изменчив и непостоянен был облик её королев.

Ей не было и шестнадцати лет. Молодая и красивая, лишь недавно расцветшая и потому — красивая настолько, насколько только может быть красива прекраснейшая из духов. Её волосы живым пламенем спускались на тонкие плечи и обрамляли мраморное лицо.

Диадема двумя крыльями лежала на, казалось бы, небрежной прическе.

Титания подняла ладони и бабочки слетели с них, мгновенно преображая зал. Теперь Хаджару казалось, что он стоит не посреди камней, а в лесной роще… роще, которая, одновременно с этим, оставалась тронным залом.

Магия Фейри… древняя, как сам Безымянным Мир. И такая же иллюзорная.

— Королева…

— Моя Королева…

Всюду, где по голым камням ступала владычица лета — расцветали полевые цветы. Придворные духи кланялись ей в след и не смели сказать ни слова.

Так, оставляя за собой цветущую и благоухающую тропу, она подошла к Хаджару на расстояние вытянутой руки. Будучи выше на полторы головы, Хаджару все равно казалось, что он смотрит снизу вверх. А пылающие глазницы Титании — два огненных водоворота.

— Генерал, — поприветствовала его Королева Лета. Несколько бабочек подлетели к её уху и что-то прошептали. — Вот оно что… неблизкий путь вы проделали, чтобы попасть сюда. И, вместе с вами, я скорблю об окончательном уходе Белого Дракона. Он был хорошим другом Летнему Двору.

На последних словах Хаджар почувствовал, как его кожу обожгли накалившиеся одежды. И случилось это явно не случайно.

— Не холодно? — спокойно спросил Хаджар.

Титания лишь недоуменно изогнула бровь.

— Босыми ногами по голому полу. Заболеете еще… а у нас потом лето все дождливое будет.

Зал едва было не взорвался от жажды крови, но мигом утих, стоило Королеве едва заметно провести ладонью по воздуху.

— Смертные, — улыбнулась она и, видят Вечерние Звезды, этой улыбкой можно было написать тысячи баллад. — Вы так наивно уверены в своем… Вечность, — она засмеялась. — я даже не знаю, в чем вы можете быть уверены, генерал. Но, позвольте мне спросить, какой у вас план?

Хаджар ответил молчанием.

— Все же, не может же быть, чтобы вы были настолько безумны, что решили положиться на волю случая? — она подошла еще ближе и Хаджар отчетливо ощутил то, как летний жар может опалять даже кости. Ему резко стало нечем дышать. Огонь, казалось, зажегся внутри его костей. — Да, за летом придет зима и в этом зале сядет моя сестра, но… — она потянулась пальцем к груди Хаджара и, не касаясь миллиметром до одежд, выжигала сквозь доспехи узоры на плоти сцепившего зубы Хаджара. — время здесь идет иначе, генерал. И мы с вами сможем провести множество жарких ночей, прежде чем я отдам вас Мэб. И, кто знает, может вы не захотите от меня уходить.

Природа… лето и весна — пора, когда мир цветет и дышит продолжением жизни. И сама Титания — весь её манящий и чарующий облик об этом говорил. Как и несвойственные ей слова.

Хаджар внезапно ощутил некоторое… омерзение. Его пытался совратить и одновременно с этим — уничтожить — простой инстинкт.

Это же как быть изнасилованным животным.

— Хватит издеваться над моим другом, старуха.

Цветы завяли, кроны деревьев опали и стволы вновь обернулись колоннами. Хаджар вновь стоял посреди тронного зала, а не в центре цветущей рощи. Жар ушел, а на его место пришло ощущение… промозглой серости.

Словно он вернулся обратно в Город и стоял где-то на балконе. Курил. Пока с серого, низкого, вечно затянутого тучами неба шел такой же — вечный и непрекращающийся, промозглый дождь.

Фейри что-то закричали. Кто-то схватил оружие. Другие разбежались кто куда.

Посреди тронного зала, перехватив руку прекрасной женщины, закованной в броню, стоял Повелитель Ночных Кошмаров.

Вместе с рощей исчезла и одурманенная похотью принцесса.

Хаджар вновь видел могучую и статную Титанию.

— Я вижу ты пришел не один, генерал. — произнесла она и выдернула руку из хватки серых пальцев.

Плотоядный плащ Хельмера рычал и огрызался на духов. Рой его верных кошмаров кружился вокруг, пытаясь зацепить клыками и зубами хоть кого-нибудь.

— И в отличии от генерала, — демон чуть приподнял шляпу и его единственный, алый глаз сверкнул кровавым заревом. — я не твой гость.

— Значит, — тяжело произнесла Титания и в её руке появился огненный клинок. В прямом смысле — он был выкован из живого огня. — ты сегодня умрешь.

— Не раньше, чем верну тебе долг, старуха.

— «Беги, Хаджар,» — прозвучало в его голове. — «Сокровищница за троном. Чтобы войти, нужно нажать на мизинец статуи сатира».

Хаджар посмотрел на Хельмера, затем на Титанию и тысячи придворных, окруживших их.

— Проклятье, — выругался Хаджар.

Но, поступи он иначе, и… чем был бы он лучше богов, духов и демонов?

Обнажив клинок, Хаджар встал спиной к спине с Хельмером.

— Я возьму на себя правые полтысячи сраных бессмертных духов, ты — левые, а с Титанией разберемся в процессе.

В зале повисла тишина.

— Ты…

— Мы пришли сюда вместе, значит и уйдем тоже — вместе, — Хаджар перехватил меч поудобнее и сплюнул на все эти блестящие драгоценные камни. — Тем более, чтобы я считался гостем, гостем должен быть и ты. Титания только что подтвердила, что ты — не гость. Так что меня больше не ограничивают законы гостеприи…

— Действительно — безумен, — перебил его демон и щелкнул пальцами. — Будет на то воля Вечерних Звезд — еще свидимся, дружище.

Сонм ночных кошмаров окружил Хаджара и потащил его куда-то в сторону трона. Сквозь темный рой чужих страхов Хаджар услышал:

— Вы помните наш вальс, королева? Кажется, нас тогда прервали.

— Я закончу то, что начала в тот раз, полукровка. Вот только Князь тебе уже не поможет.

Затем Хаджар увидел статую сатира, открывшуюся потайную дверь и сокровищницу. Барды не врали — они действительно была заполнена бесчисленным множеством всевозможных артефактов, книг и богатств. Вот только маленьким страхом было плевать.

Они несли Хаджара сквозь лабиринты сокровищ, пока не остановились около маленького, острого шипа. Лежавшего на бархатной подушке.

Рука Хаджара, против его воли, схватила этот шип и…

* * *
Он стоял по колено в снегу. Скрипнули заледеневшие железные петли и дверь открыл могучий Бадур.

— Уже вернулся? — удивленно спросил он. — Не прошло и пяти минут, как ты выш…

Взгляд северянина сместился ниже и увидел зажатый в кулаке Хаджара шип.

— Как думаешь, — протянул Хаджар, глядя куда-то во тьму гор. — чертов демон — очень каламбурно звучит?