Глава 1997. Сразись со мной!

— Жить тяжело, и жизнь серая.

На этот раз Хан Сень должен был признать тот факт, что он сделал то, что навредило другому человеку и не принесло ему пользы. Он сломал дамбу, которая сдерживала суматоху и боль тысячи жизней. Он спровоцировал демона.

Ученики за пределами арены были защищены элитой, поэтому эмоции Одинокого Бамбука оказались в ловушке в пределах арены. И на этой арене только Одинокий Бамбук и Хан Сень противостояли приливу боли. Ужасные эмоции, порождённые Одиноким Бамбуком, давили на Хан Сеня.

Парень чувствовал, что его жизнь была серой, отчаянной, болезненной, грустной и полной сожалений. Все эти эмоции поразили его сразу. Независимо от того, насколько сильна была его воля, он не мог отразить их всех.

Из красной кареты вышла хорошенькая молодая невеста. Ей предстояло выйти замуж за красивого мужчину, но во время церемонии ворвалась группа воров. Засверкали ножи, а затем всюду была кровь. В воздухе раздался непристойный смех. Красивую невесту изнасиловали до смерти на глазах у жениха.

В этой жизни Одинокий Бамбук умер, не закрывая глаз.

В лесу тигрица-мать играла с двумя детёнышами. Но внезапно раздался выстрел. В тигрицу-мать попали транквилизатором и она была парализовала. Она наблюдала, как с двух её детей снимали шкуру, а затем готовили их. Охотники спокойно съели их. Из её глаз текли кровавые слезы.

В этой жизни Одинокий Бамбук предпочёл бы умереть.

В небе фехтовальщик сражался с множеством врагов. Он убил многих, но был ранен. Он остался бессильным, и вскоре должен был умереть от полученных ран.

Мужчина средних лет, держащий на руках молодую женщину, с презрением посмотрел на фехтовальщика. Он посмеялся:

— Одинокий Бамбук, просто умри. Я буду играть с твоей женщиной и присматривать за твоим домом. Хотя, возможно, я могу убить твоего сына.

Фехтовальщик зарычал от ярости, но от смерти ему было не спастись. Он умер под ногами человека, не в силах даже схватиться за его одежду.

Каждый сон был петлёй отчаяния. Все прожитые жизни, богатые или бедные, важные или чёрные, заканчивались печально.

Отчаяние Одинокого Бамбука сводило Хан Сеня с ума. Депрессия поглотила парня, когда он увидел всё то, что пришлось пережить Одинокому Бамбуку.

Хотя ему не нужно было переживать все кошмары Одинокого Бамбука, он видел самые печальные сцены из памяти парня. Они оказались прямо в разуме Хан Сеня, и заставили его почувствовать себя так, как будто юноша сам их переживал.

Хан Сень хотел использовать свою волю, чтобы победить надвигающуюся депрессию, но всё было слишком страшно. Он не мог сдержаться. Юноша был вынужден переживать все эти печальные истории, и они причиняли парню боль. Он хотел умереть.

Хан Сень быстро сосредоточился на борьбе с депрессией с помощью Одинокого Бамбука.

На этой арене Одинокий Бамбук и Хан Сень стояли друг перед другом. Одинокий Бамбук выглядел как демон, у Хан Сеня были закрытые глаза, и его лицо потеряло всякий цвет.

Теперь тишина была страшнее, чем если бы они дрались на мечах. Ужасающее присутствие Одинокого Бамбука росло. Это было похоже на прорвавшуюся плотину, которая не могла сдержать наводнение.

Одинокий Бамбук выглядел безнадёжным, как будто он хотел всё окончательно разрушить. Его рука переместилась к нефритовому мечу на поясе.

— О нет! Одинокий Бамбук больше не может сдерживать это, — сказал Юнь Чанкун с ужасом.

На арену прибыли старейшины Нефритового Дворца. Все серьёзно смотрели на Одинокого Бамбука.

Печаль и одиночество тысячелетий были тем, чего не мог вынести даже Король. Даже лидер Небесного Дворца не мог исправить что-то подобное. Всё, что они могли делать, это смотреть, потому что не могли ему помочь.

Если у вас болела душа, вы должны были сами себе помочь. Если Одинокий Бамбук не сможет этого сделать, даже Бог будет не в силах его спасти.

Хан Сень был не в лучшем состоянии, чем Одинокий Бамбук. Он также боролся с сильной депрессией. Его воля была поглощена пустотой, которая продолжала распространяться.

Независимо от того, насколько сильным был человек, у каждого была доля сочувствия. Жизни, которые видел Хан Сень, заставили бы плакать даже Бога. А он был просто человеком.

Глаза юноши начали тускнеть, а его тело будто поглощала смерть.

— О нет! На Хан Сеня подействовал демон Одинокого Бамбука, — Журавль Тысячи Перьев заметил, что что-то не так. Он сказал Юнь Чанкуну. — Учитель, может, нам забрать оттуда Хан Сеня?

— Его сейчас нельзя сдвигать с места. Именно он спровоцировал депрессию Одинокого Бамбука. Его присутствие помогает Одинокому Бамбуку. Он всё ещё хочет победить. Если Хан Сеня заберут, Одинокий Бамбук потеряет свою цель. Он будет полностью сломлен, и тогда не останется никакой надежды, — сказал Юнь Чанкун, качая головой.

Глаза Одинокого Бамбука казались убийственными, а лицо — демоническим. Его дыхание было хриплым. Зелёные вены на его руке выпирали, растягивая кожу. Он медленно вытащил нефритовый меч, который был подобен горе.

В Небесном Дворца нахмурилась женщина.

— Лидер, Одинокий Бамбук не может управлять своим демоном. Ты не собираешься помочь?

Лидер Небесного Дворца покачал головой:

— Если мы нанесём удар сейчас, мы спасем только труп. Он должен сам спасти себя.

— Демон в его сердце. Как он может спастись? — спросила женщина.

— Если у него есть вера, у него есть шанс пройти через это и остаться живым, — тихо сказал лидер Небесного Дворца.

— Где он найдёт нужную ему веру? — снова спросила дама.

Лидер Небесного Дворца не ответил. Он посмотрел на арену, где были Хан Сень и Одинокий Бамбук.

Одинокий Бамбук обнажил нефритовый меч. Это было чистое лезвие, без единой царапины или пылинки на поверхности. Но нефритовый меч обладал ужасающей аурой, как будто он нес все адские огни.

Затем под тяжестью депрессии всё тело Одинокого Бамбука окутал чёрный огонь. На огонь было трудно смотреть.

Одинокий Бамбук поднял нефритовый меч в сторону Хан Сеня. Он шел медленно, его губы шевелились. Однако он говорил слишком тихо, чтобы кто-нибудь мог его услышать.

— Одинокий Бамбук полностью попал под контроль демона? — спросил Журавль Тысячи Перьев.

Многие представители элиты и старейшины думали, что Одинокого Бамбука контролирует его демон. Казалось, что он хотел высвободить свой гнев и убить Хан Сеня. Их лица выглядели испуганными.

Ученики Небесного Дворца видели, как Одинокий Бамбук подошел к Хан Сеню. Он был похож на демона-людоеда. Это зрелище их потрясло.

Хан Сень стоял неподвижно, его глаза всё ещё были закрыты. Казалось, что он не знал о приближении своего соперника. Его лицо стало серым, и его гнетущая аура исчезла.

Все кошмары мелькали в его голове. Он был заражен ими. Хотя они не были для него такими же реальными, как для Одинокого Бамбука, но они проникли глубоко в его сердце.

Одинокий Бамбук подошел к Хан Сеню с красными глазами. Он поднял свой меч и ударил им парня.

Юнь Суи закричала.

Юнь Чанкун и старейшины теперь задумались, стоит ли им спасти Хан Сеня.

Но меч Одинокого Бамбука не достиг тела парня. Он направил его в нос Хан Сеня, а затем взревел, как монстр:

— Сразись со мной!

— Он не потерян! — взволнованно закричали зрители.

Глаза Хан Сеня открылись, и он схватил свой Нож Призрачный Зуб.