Глава 2235. Смерть Короля Ночной Реки

Атака Нефритового Барабана Кровавого Скорпиона не была бы такой мощной, если бы расстояние между противниками было больше. Пытаясь атаковать Хан Сеня, у Короля Ночной Реки не осталось сил для защиты. Даже обладая телом класса Король, он не смог выдержать звук, издаваемый Нефритовым Барабаном Кровавого Скорпиона.

Звук барабана был подобен жалу скорпиона, вонзившемуся прямо в его мозг. Мыслить вдруг стало очень трудно и казалось, что голова вот-вот взорвется. Собрать всю волю и продолжить атаковать, стало почти невозможно.

Бао’эр продолжала колотить по Нефритовому Барабану.

Каждый удар был похож на толстую иглу, которая вбивалась все глубже в череп Короля Ночной Реки. Он схватился за голову и громко закричал. Контролировать свое тело Король больше не мог, он начал падать.

Грохот барабана эхом прокатился по небу. Он ударил по золотому Бай Сема, но щит отразил звук. Барабанная дробь не могла навредить Хан Янь и остальным ребятам, которые прятались под щитом.

Хан Сень, следуя ритму, ударил Короля Ночной Реки. Мощные удары барабана не влияли на юношу.

Кровь Хан Сеня, наделенная силой Сутры Кровавого Импульса, глубоко проникла в Нефритовый Барабан Кровавого Скорпиона. Хотя Хан Сень еще не мог полностью контролировать Нефритовый Барабан, часть его крови соединилась с Кровавым Скорпионом. Между ними начала формироваться связь.

Кровавый Скорпион принял Хан Сеня за свою половину, поэтому не причинил ему вреда.

Хан Сень орудовал своим ножом, как хищный демон. Он стоял прямо над Королем Ночной Реки и раз за разом наносил удары по горлу противника. При каждом ударе нож издавал пронзительный металлический звук, оставляя светлые следы на теле.

Но это была не самая большая проблема Короля Ночной Реки. Пока барабан Бао’эр продолжал звучать, Король Ночной Реки не мог сопротивляться. Он схватился за голову. Вскоре у Короля из глаз, носа и ушей хлынула кровь.

Хан Сень продолжал наносить удары. Его нож был страшен как никогда.

Одним ударом убить Короля Ночной реки было невозможно, то от ста ударов результат был гарантирован. Если не поможет и сотня, тогда потребуется тысяча ударов. Неважно, насколько крепким было тело Короля Ночной Реки, у него был предел, и Хан Сень знал это. Король Ночной Реки не мог вечно противостоять атакам юноши.

Маркиз не мог даже поцарапать кожу Короля, но нож Хан Сеня был очень мощным. Даже Герцоги не могли соперничать с ним.

А сила Зубов обладала мощной разрывающей способностью. Когда Хан Сень разрезал рану, пурпурная рана становилась все глубже, а сила, разрывающая плоть, становилась все сильнее.

Бай Вэй по-прежнему находилась под щитом Бай Сема. Она смотрела, как Хан Сень начал перерезать горло Короля Ночной Реки. Из раны лилась кровь. От этой сцены девушка потеряла дар речи.

Хан Сень немало удивил ее, он доказал, что уверен в себе и обладает тонким чутьем. У него был щит, способный выдержать удар обожествленного врага, Нефритовый Барабан, который дезориентировал существо класса Короля. Все умения Хан Сеня вызывали зависть у королевы Верховного Короля.

Если бы Бай Вэй захотела оружие Короля или обожествленное оружие, она могла бы легко получить его.

Однако обладание таким оружием мало что значило. Девушка была всего лишь Маркизой и не могла использовать всю силу обожествленного оружия. Поэтому для Бай Вэй в этом оружии не было никакого смысла.

Однако трехцветный щит Хан Сеня можно было использовать и Маркизе, блокируя обожествленные атаки. Трудно было представить, что это за сокровище.

Бай Вэй узнала и Нефритовый Барабан. Барабан принадлежал классу Короля, и девушка не могла бить по нему так же, как Бао’эр. Бай Вэй никогда не смогла бы противостоять противнику класса Король.

Удивительным было и то, что Бао’эр, которая била по Нефритовому Барабану, выглядела как пятилетний ребенок.

Хан Сень продолжал наносить удары по Королю Ночной Реки.

Нож впивался в шейную кость, разрывая ее.

Наконец Хан Сень разрубил кость. Голова Короля Ночной Реки болталась как тряпка.

Хан Сень махнув рукой, приказав Бао’эр остановиться. Он посмотрел на полумертвого Короля Ночной Реки.

— Кто послал тебя убить меня?

Хан Сень не верил, что у Короля Ночной Реки хватило бы смелости прийти на Планету Ледяной Синевы и попытаться убить его. Если бы Король Ночной Реки владел статуэткой Древнего Бога, он не стал бы прятать ее до этого дня.

Король Ночной Реки хотел убить Хан Сеня задолго до того, как они ушли с Верховным Королем.

Хан Сень уже знал ответ, но все равно хотел услышать его от противника.

Шея Короля Ночной Реки была перебита, и сила Зубов все глубже вгрызалась в рану. Он лежал на земле, полностью обездвиженный. Лицо Короля было в крови, глаза закрыты.

— Нет… не надо… убивать… меня… — неразборчиво пробормотал Король Ночной Реки.

— Кто послал тебя убить меня? — повторил вопрос Хан Сень.

— Инспектор… Не убивай меня…

Услышав слова Короля, Хан Сень с силой ударил его.

Голова Короля Ночной Реки откатилась в сторону.

Хан Сеню нужно было узнать, кто стоял за всем этим, но от того, что Король Ночной Реки останется в живых, не было никакой пользы. Одного его слова было бы недостаточно, чтобы убить Эдварда.

У Эдварда было бы больше возможностей исказить правду, если бы Король Ночной Реки остался жив. Спасти Короля Ночной Реки было бы возможно.

Убив Короля Ночной Реки, Хан Сень, забрал два Клинка Лунного Колеса класса Короля, а также множество других вещей. Но это были не души зверей, которые могли попасть в его Море Душ, Хан Сень должен был нести все сам. У него и так было много собственных вещей, так что его возможности были ограничены.

Два Клинка Лунного Колеса были очень дорогими. Хан Сень мог бы обменять их и некоторые другие ксеногенные предметы класса Короля.

Убийств Короля Ночной Реки, Хан Сень больше не мог продолжать поиски. Он уничтожил камеру и забрал тело Короля Ночной Реки на базу.

Хан Сень обвинил Короля Ночной Реки в том, что тот разбил камеру, и это оправдание помогло ему избежать многих неприятностей.

Король Рыцарей Ледяной Синевы был в ярости после возвращения Хан Сеня. Но не потому, что Король Ночной Реки хотел убить Хан Сеня, а потому, что чуть не погибла Бай Вэй.