Глава 1035. Цена билета на Луну

Луна принадлежит всему человечеству, но кто его представляет?

В 1967 году был подписан договор касательно космического пространства. В 1969 году Нил Армстронг водрузил звездно-полосатый флаг на поверхность Луны.

Так называемая резолюция Организации Объединенных Наций была просто листком бумаги, как и сама ООН. Положение о том, что Луна принадлежит всему человечеству, тоже было бессмысленным — Луна принадлежала тем, кто был в состоянии на нее приземлиться.


На первый взгляд Цзян Чэнь был открыт для инвестирования лунных ресурсов инвесторам из других стран. Но на самом деле он просто хотел связать с собой международные капиталы, чтобы освоить Луну самостоятельно.

Независимо от того, сколько денег инвесторы вкладывали бы в Луну, все операции должны были проходить только после признания легитимности Лунного Города, так как вся деятельность заключалась именно там, а не в Нью-Йорке или, например, Новой Москве.

Конечно, если бы кто-то осмелился бы сказать что-то против Цзян Чэня, он бы мгновенно отключил все блага, электричество, энергию и т. д. Контролируемая технология производства энергии ядерного синтеза была первой ступенью для начала межзвездной колонизации. Через несколько десятилетий, когда другие страны совершат прорыв в производстве электроэнергии, Луна уже будет покрыта торговыми фабриками Небесной Торговли.

После того, как Небесная Торговля организовала рейсы в Лунный Город, компания открыла канал продажи билетов на своем официальном сайте и выпустила 500 билетов в день по цене 100 000 долларов Циня.

На пути длиной в 400 000 километров скорость полета в определенный момент составляла 10 километров в секунду. Для достижения лунной орбиты даже с такой скоростью требовалось около половины дня. Конечно, для многих стоимость в 100 000 долларов Циня могла показаться космической, как бы двусмысленно это ни звучало, но вместе с этим в мире никогда не было недостатка в богатых людях.

Всегда были люди, которым было просто некуда тратить свои деньги, и пусть даже сам полет на Луну не казался им очень впечатляющим, это в целом могло показать другим, насколько они на самом деле были богаты. По крайней мере, в будущем на деловых встречах они могли бы с гордостью сказать, что побывали на спутнике Земли.

С учетом того, что существовал только один корабль, доставляющий людей на Луну,

Чайка, сама возможность попасть на этот корабль была весьма ценной. Помимо людей, Чайка также перевозила грузы с Земли. Самым главным ограничением было то, что Лунный Город мог принять только 10 000 туристов, и это было не самое подходящее время для развития массового рынка туризма.

На самом деле Цзян Чэнь все же недооценил привлекательность лунного туризма для миллиардеров. В первый же день продажи билетов билеты на семь рейсов в течение одной недели были распроданы почти за одну секунду. Если бы не тот факт, что билеты продавались только за семь дней вперед, скорее всего, при наличии свободных билетов на рейсы на следующий месяц они были бы раскуплены так же моментально.

Глава компании по продаже недвижимости предвидел это безумие, поэтому он дальновидно приказал своему помощнику, а также еще чуть ли не сотне других людей купить для него билет. Как раз в тот момент, когда он думал, что победа была в его руках, несколько миллисекунд вырвали билет из его рук. Он уставился на встревоженного помощника и хлопнул ладонью по столу.

«Дураки! Вы, ребята, все дни напролет сидите за своими телефонами! И даже не смогли купить мне ни одного билета!»

Помощник всхлипнул.

«Босс, не вините нас! Это не билет на самолет или поезд. Таких билетов всего лишь несколько сотен, в разы меньше, чем желающих их купить! И я подозреваю, что кто-то определенно использует ботов или умные программы для перехвата данных!»

Когда глава компании услышал эти слова, он пришел в еще большую ярость.

«Если кто-то может использовать в этом деле технические обманки, почему вы не можете? Я отправил столько людей на это дело, и что в итоге? Я что, должен сам этим заниматься?»

«Но у нас же нет таких технологий…»

«Но программистов-то у нас достаточно! Почему они этим не занялись? Я просил тебя найти людей, но ты должен также использовать свой мозг!»

Помощник замолчал. Он знал, что босс зол и просто хотел выплеснуть свой гнев на кого-нибудь. Лучше было держать голову опущенной, чем защищаться.

В этот момент в комнату ворвался менеджер компании,

«Босс! Билет можно купить на черном рынке!»

Босс услышал новость и сразу же спросил:

«Сколько стоит?»

«За билет через три дня один миллион… долларов».

Услышав это, босс мысленно выругался, поскольку речь шла о цене дома. Но затем, обдумав предложение несколько секунд, он решил, что ему все же стоит на это потратиться, и с болью и горечью в голосе он ответил:

«Поторопись и сделай заказ, купи… купи десять!»

Первоначально он планировал купить только три билета, на себя, жену и сына. Но ему в голову пришла мысль, что в дальнейшем стоимость этих билетов может подняться еще выше, и он мог возместить себе потраченные деньги, перепродав кому-нибудь остальные билеты по еще более высокой цене.

Потенциальных покупателей было много, и билет на черном рынке мог стоить в десятки раз выше своей первоначальной цены. Самой высокой ценой, названной после того, как официально все билеты были проданы, были 10 миллионов долларов США.

Другим интересным явлением было то, что особой ценностью считались билеты на места ближе к носу корабля, и особенно это касалось ранних рейсов. Примером мог служить билет на место № 001 на самом первом рейса — какой-то ближневосточный миллиардер приобрел его за 15 миллионов долларов.

Хотя 1012 человек уже ступили на Луну, каждый хотел быть 1013-м. Даже если история не вспомнит имя 1013-го человека, высадившегося на Луну, оно все равно будет стоить славы. Цзян Чэнь признал, что недооценил стремление богатых людей к исключительности. Мгновенно взлетевшая цена билета серьезно повлияла на работу рейса Чайка.

В результате со второго дня продажи билетов стали привязываться к идентификационной информации покупателя. Владелец билета должен иметь туже визу и паспорт, что и покупатель билета, чтобы подняться на борт судна. Это правило мгновенно повлияло на перекупщиков, которые уже не могли просто покупать билеты и перепродавать их, оставляя разницу себе.

В наземном командном центре Келвин смотрел на зеленое пятно на радаре, отмечавшем Чайку.

«По-моему, мы продаем билеты слишком дешево. Черный рынок продает их за 10 миллионов долларов. Мы можем официально оценить билет в 200 000 долларов Циня. При такой цене мы можем, по крайней мере, заработать 50 миллионов за рейс».

Чайка использовала ядерный термоядерный генератор для перелетов, и общая стоимость батареи с применением гелия-3 и металла висмута, потребляемого в полете, составляла менее 1 миллиона долларов Циня. Даже если добавить расходы на обслуживание корабля и затраты на рабочую силу, стоимость полета составляла всего два миллиона долларов Циня.

Даже с уже установленными ценами эти полеты приносили миллионы, и при дальнейшем повышении цены компания могла еще больше повысить свою прибыль!

Лунная Колония, которая фактически целый год сжигала деньги без возврата, наконец-то достигла безубыточности за счет продажи электроэнергии и добычи редкоземельных элементов. Добавлением к этому становился и туризм. За два дня до первого полета взволнованный Келвин был чуть ли не в слезах.

Но только ничего не могло быть вечным.

«Рано или поздно спрос на перелеты снизится. Богатые сейчас, конечно, полны энтузиазма, но и им в какой-то момент надоест. К тому же у нас в руках огромные запасы, зачем думать об этой мелочи?» усмехнулся Цзян Чэнь.

«Есть такая пословица: мясо комара — это все равно мясо», качнул головой Келвин.

«Есть еще одна пословица: тот, кто может достичь успеха в крупном деле, не думает о мелких заботах».

Цзян Чэнь похлопал Келвина по плечу и оставил смущенного ученого в покое.

Еще немного постояв возле карты, Келвин, глубоко задумавшись о словах Цзян Чэня, нахмурился.

Стоя рядом с картой маршрута в течение долгого времени, брови Келвина сошлись вместе, думая о словах, сказанных Цзян Чэнем.

После долгого молчания он наконец выдавил из себя фразу с серьезным выражением лица.

«Почему я не помню этой пословицы?»