Глава 372. Они говорят про меня!

Бай Сяочунь не так долго отсутствовал, и все знали, куда и с какой целью он уезжал. Поэтому вся секта, притихнув, ожидала его возвращения, гадая, что там произошло. Хотя все были готовы к худшему, но каждый думал: а что, если у Бай Сяочуня получится совершить чудо. На самом деле патриархи уже отправили сообщение в секту и рассказали о результатах. Все уже знали, что секта Противостояния Реке смогла заполучить сто процентов ресурсов и сокрушила остальные три секты и что Бай Сяочунь в одиночку довёл почти сотню избранных до белого каления. Поэтому, как только Бай Сяочунь вернулся, вся секта начала радостно приветствовать его так громко, что небеса закачались.

— Старший брат Бай, ты просто невероятен!

— Младший патриарх сокрушил Двор Звёздной Реки и одержал верх над Двором Реки Противоположностей. Ему нет равных под небесами!

Бай Сяочунь только что сошёл с меча Небесного Рога и, когда он услышал ликование, тут же оживился. Обрадовано потянув Ледосекта за рукав, он сказал:

— Это они про меня!

Ледосект прочистил горло и ничего не ответил. Вытянув рукав из хватки Бай Сяочуня, он направился вместе с мастером Божественный Ветер и Алой Душой к горе Противостояния Реке. Бай Сяочунь полетел в воздух, преисполнившись восторгом оттого, что его возвращение приветствовали так много учеников. Через мгновение он уже понял, что сейчас не время сохранять маску холодности и безразличия. Постаравшись выглядеть как можно более дружелюбно, он прочистил горло и отправился к самой большой толпе из тех, что оказались в зоне видимости.

В последующие несколько дней Бай Сяочунь без устали всем рассказывал различные версии истории про свои подвиги в зоне наследия. Однако в каждой из них он неизменно оказывался доблестным и могущественным, в одиночку побеждающим всех противников. Бай Сяочунь хорошо мог видеть, насколько ученики в секте обожают его. На самом деле был случай, когда он просто слегка улыбнулся одной из учениц, а она буквально свалилась в обморок от восторга. В этот миг Бай Сяочунь почувствовал, словно весь мир улыбается ему, одобряя. Даже солнце, казалось, улыбалось… Крутыш тоже оказался в центре внимания и тут же отправился красоваться перед самками боевых зверей, с которыми раньше проводил время.

Только спустя полмесяца восторг вокруг Бай Сяочуня начал потихоньку утихать. Вспоминая о том, что с ним происходило в зоне наследия, Бай Сяочунь более чем кто-либо другой начал беспокоиться о своей основе культивации.

«Мне нужно стать сильнее!» — решил он. После этого он торжественно удалился в уединённую медитацию, чтобы культивировать Заклятие Развития Воли Ледяной Школы и Неумирающие мышцы.

Заклятие Развития Воли Ледяной Школы оказалась очень глубокой техникой. Прежде его культивация этой техники состояла из продвижения в темноте на ощупь. Ему даже пришлось задать несколько вопросов Ледосекту, прежде чем он смог хоть что-то в ней понять.

«Используй технику для формирования Ледяной Стужи, а потом используй Ледяную Стужу, чтобы развить Волю…» — закрыв глаза, он проделал всё так, как указывала мнемоника. Он использовал при этом ту каплю вод реки Достигающей Небес, которую он до этого впитал и превратил её в силу Ледяной Стужи. Постепенно вокруг него начала возникать ледяная Ци, пока наконец на стенах пещеры бессмертного не образовался иней. В то же время его тело стало становиться всё холоднее и холоднее.

Прошло ещё несколько дней, и он наконец открыл глаза. Глубоко в них мерцал глубокий блеск, теперь Бай Сяочунь почувствовал уверенность в том, что смог ухватить суть Заклятия Развития Воли Ледяной Школы.

«Сначала сформируй Ледяную Стужу, а потом начни развивать Волю. Ледяная Стужа…» — он медленно поднял правую руку и посмотрел на пальцы, их кончики покрывал иней.

«У меня недостаточно ледяной Ци. Согласно описанию Заклятия Развития Воли Ледяной Школы, люди, которые используют ледяную Ци, делятся на четыре уровня: ледяные аколиты, ледяные адепты, ледяные мастера и ледяные парагоны. Ледяные аколиты могут призывать ледяную Ци и замораживать предметы вблизи от себя. Ледяные адепты могут заморозить всё в радиусе трёх километров, а ледяные мастера — создать вокруг себя ледяную пустыню на тридцать километров во все стороны. Более того, замороженные области можно использовать для создания проекций себя и клонов. Что же касается ледяных парагонов, то они могут заморозить даже целые участки реки Достигающей Небес!»

Глаза Бай Сяочуня засияли странным светом, когда он подумал, каково это — заморозить часть реки Достигающей Небес. Даже заморозить совсем небольшую часть — это уже проявление такой огромной силы, которая вызвала бы у всех благоговение. «Сейчас меня нельзя считать даже ледяным аколитом.»

Бай Сяочунь глубоко вздохнул. Он знал, что тут спешка ни к чему. Ему оставалось только медленно поглощать воду из реки Достигающей Небес и накапливать ледяную Ци. Ледяная Ци будет скапливаться внутри Золотого Ядра небесного Дао, а когда все девять духовных морей, составляющих ядро, полностью преобразуются в ледяную Ци, то это будет означать, что он достиг пика стадии Золотого Ядра.

«Интересно, сколько лет мне на это понадобится…» — подумал он, качая головой. Однако он не чувствовал беспокойства. В конце концов, у него в запасе сейчас было больше тысячи лет жизни, чтобы всё успеть.

Потом он сосредоточился на Неумирающих Мышцах. К этому времени он уже перешёл от большого пальца ко второму пальцу ноги… Кроме своей культивации, у него была ещё одна задача — изготовление пилюли Противостояния Реке. Хотя сейчас он уже хорошо представлял себе процесс перегонки, но у него по-прежнему не было решения проблемы с нехваткой жизненной силы. Капля Ци и крови истинной души укрепила его уверенность в своей способности преуспеть, но, проведя несколько тестов, он понял, что добиться успеха пока не в состоянии. Что ещё важнее, он по-прежнему не мог придумать способ добыть достаточно жизненной силы из реки Достигающей Небес.

«Наверное, всё дело в моей основе культивации. Я просто недостаточно силён, чтобы извлечь безграничную жизненную силу из вод реки Достигающей Небес», — он покачал головой. Сейчас не имело смысла беспокоиться о процессе перегонки — ему нужно было придумать, где взять необходимую жизненную силу. Пока он думал об этом, его взгляд упал на бездонную сумку, и он вспомнил об идее, которая пришла ему на ум до того, как отправиться в зону наследия. Корень проблемы заключался в нехватке жизненной силы, и он уже давно придумал, где её можно взять.

Черепашка!

Неумирающие, неразрушимые свойства черепашки означали, что он должен был содержать достаточное количество жизненной энергии. Однако сразу было понятно, что по доброй воле черепашка свою жизненную силу не отдаст. Поэтому Бай Сяочунь начал тайно планировать, как приготовить определённое духовное лекарство. Он хотел получить очень мощное снотворное, чтобы погрузить черепашку в глубокий сон. Хотя это и казалось просто, на самом деле это было не так. У него имелась всего одна попытка. Ему нужно было каким-то образом обхитрить черепашку, чтобы тот сам принял лекарство. Но если лекарство даст сбой, то можно было легко вообразить, как далеко сможет зайти черепашка, чтобы отомстить.

«Какая головная боль!» — подумал он, вздыхая.Через некоторое время он стиснул зубы и продолжил прежние попытки изготовить лекарство. Хорошо, что вскоре намечался визит трёх сект, которые должны были доставить большое количество легендарных духовных лекарств. Обдумав всё немного, Бай Сяочунь решил, что ему определённо нужно изучить их.

Пока Бай Сяочунь занимался изготовлением лекарств, мир культиваторов средних пределов пришёл в волнение. Три секты постарались сделать всё, чтобы предотвратить распространение новостей о случившемся в зоне наследия, но это оказалось практически невозможно, учитывая, насколько масштабным было событие. Вскоре уже все в средних пределах прознали об этом и были поражены случившимся.

Более того, когда все узнали, что младший патриарх Бай Сяочунь победил в одиночку и не только справился с десятками избранных Формирования Ядра, но ещё и оставил на их телах особую отметину, это уже привело к большой шумихе. И люди ещё не прознали про Заклятие Живой Горы. К этому времени всем стало интересно прошлое Бай Сяочуня, и вскоре подробности из его жизни начали всплывать.

Подростком он присоединился к секте Духовного Потока, потом сражался в битве против клана Лочень и рисковал своей жизнью ради спасения своих друзей. Он завоевал первое место на битвах избранных, а ещё являлся эксцентричным гением в изготовлении пилюль. Позже он проник в секту Кровавого Потока, где стал и кровавым дитя, и Кровавым Предком. Ещё он предотвратил войну между сектами Духовного и Кровавого Потоков и убедил две секты объединить силы. Потом они поглотили секты Глубинного Потока и Потока Пилюль. В конце концов он стал младшим патриархом новой секты Противостояния Реке. Если бы он совершил только что-то одно из всего перечисленного, то это уже оказалось бы поразительным, не говоря уже о том, что он сумел совершить все эти поступки.

Вскоре слава о Бай Сяочуне распространилась по всему миру культиваторов средних пределов. Конечно, секта Противостояния Реке контролировала, какую именно информацию о нём можно предавать огласке. У секты не было никакого желания, чтобы люди узнали всю правду о его настоящем характере. Это хранилось в тайне.

Ещё одним событием, которое потрясло все средние пределы, было то, что у всех культиваторов Формирования Ядра, которые вернулись из зоны наследия после встречи с Бай Сяочунем, остались отпечатки черепашки на теле. Это были очень странные отметины, они ярко светились ночью, их нельзя было ничем прикрыть, потому что свет проступал даже через толстую одежду или магические щиты. Как бы три секты ни пытались свести отметины, у них ничего не получалось. Даже совместные усилия многих культиваторов Зарождения Души оказались бесполезными, привлекли даже патриархов Царства Дэвов. Поразительно, но даже они не смогли ничего поделать с отметинами. В итоге весь мир культиваторов оказался ошеломлён.

Что касается тех культиваторов Формирования Ядра, которые получили отметки, то они пребывали в печали, но даже поплакать не могли. Более того, теперь они ненавидели Бай Сяочуня больше всех на свете. Многие из них ушли в уединённую медитацию и отказывались выходить на люди. Для них оказаться отмеченными навсегда отпечатком черепашки было хуже, чем сама смерть. Из-за ужасающих свойств черепашьей метки многие люди стали опасаться Бай Сяочуня и решили ни за что в жизни никогда не провоцировать его.