Глава 14.1. Биение сердца твоего

18 октября 2017 года, 00:13 ночи, недалеко от дома семьи Адамс

— Ай, аккуратнее!

— Не шевелись. Отрастила волосы… Ты о стрижке не думала?

— А вот… АЙ!

Чего же он там так долго копается? Я, конечно, понимаю, длинные волосы, темно и все дела, но это уже чересчур неловко. Да, я сама попросила Айка застегнуть кулон, но блин, не думала, что это так затянется. И как бы ни было больно, как бы сильно он не дёргал мои волосы, в душе немного приятно. Теперь придётся ждать следующего дня рождения ради такого вот случая?

— Готово.

Я посмотрела на свою грудь. После короткой вспышки комплексов, мой взгляд переключился на блестящий серебряный четырёхлистный клевер. Красиво. Интересно, как он выбирал? О чём может думать парень, выбирая украшение в качестве подарка? Ах, я слишком всё возношу. Скорее всего, он смотрел на соотношение цена/не убогость.

— Спасибо.

— Кхм. Пошли в дом.

Это же мой шанс. Такой идеальный момент и так сильно хочется его продлить. Ещё чуть-чуть, пусть это лишь прогулка, но я совсем не замёрзла и хочу постоять здесь вместе с ним.

— Давай ещё немного постоим тут.

— Раздражаешь.

Я совсем не подумала. Айк, наверное, уже жутко замёрз. На нём не так много одежды, как на мне. Это так на меня похоже. Всегда думаю лишь о себе и своём самочувствии. Так эгоистично с моей стороны, что даже настроение немного упало.

— Ладно, только недолго.

Айк оставил сумки у двери, и мы вместе сели на ступеньки перед моим домом. Папа, спасибо тебе за твою работу. Твоя дочь искренне благодарна за твои ночные курсы по готовке восточных блюд. В конце концов, если бы не это, то у меня никогда бы не было столь чудесного вечера, или, вернее сказать, ночи. Звучит превратно. Хм, и это тоже похоже на меня. Ах, мой характер ужасен.

*ШУРХ-ХРУМ-ХРЯСЬ*

— Ты где чипсы взял?

— Купил. Есть охота. Ты же меня не покормила.

— Нечего было опаздывать!

— Нечего было меня за насильника принимать.

Он меня до конца жизни этим попрекать будет. Вот сижу и вижу такую картину: нам по сорок пять, встреча выпускников и Айк такой говорит что-то вроде – «Ты ещё принимаешь людей за насильников?». Ааааааа, прочь из моей головы, глупые мысли.

— Ну, если ты, правда, это хочешь, то я не против.

— КХА! КХЕ…

Так прямо сказать… Нет, однозначно нет! И всё-таки его беспардонность и самоуверенность неимоверно выводят из себя. Это тёмная сторона парня с белыми волосами. Фу, фу, фу!

— Прости, я думаю, ещё рано.

— Уже скорее поздно.

— Что ты несёшь? Мне только пят… шестнадцать!

— А возраст тут причём?

— ТЕБЕ НЕ ВАЖЕН ВОЗРАСТ?!

— Срок годности на упаковке – все, что меня волнует.

Это какой-то извращённый термин для обозначения страннейших плотских утех, уверена. Боже, Эмили, ты же живешь с этим человеком под одной крышей! Неужели её никогда не посещала и тень сомнения по поводу порядочности Айка?

— Да как ты вообще можешь так спокойно относиться к подобным вещам?!

— А почему бы и нет? Я часто так делаю.

Ч-ч-ч-часто… Меня пробрала дрожь. Может, мои предположения по поводу насильника были не безосновательными. Страшно. Серьёзно, я вся трясусь не то от холода, не то от этого разговора. Нужно срочно положить конец беседе на эту тему!

— Я не хочу с тобой спать!

*ЗВУК: СИЛЬНЫЙ КАШЕЛЬ*

— Гха! Кхе! Кхм. Ты озабоченная? Что в твоей голове, дура?!

— Это я дура?! Не ты ли только что расхваливал свой образ жизни?!

— Да я просто чипсы ел. Тебе совсем нездоровится? Может, ты сама на насильников охотишься?

Ел… чипсы? Ах-ха-ха-х. Нет, это не смех над происходящим, а душевный крик боли, отображающийся в виде нервного смешка. Кажется, я сейчас вообще перестала осознавать себя в качестве живого человека. Моё тело лишь отстранённо существует. Думаю, вечер безвозвратно извращён. Боже, да как до такого докатилось-то?

— Прости, я просто так подумала… Ты это сказал сразу после той шутки.

— Я, наверное, пойду.

— Постой, дверь же там.

— Я домой.

— Э… Это из-за моих слов?

— Нет.

— Тогда почему?

Я действительно не понимаю. С Мурао он даже не так шутит, а она буквально предлагала ему секс. И лишь от меня Айк сбегает, хотя минуту назад был спокоен. Он просто потёр шею и резко встал. Может, будет правильнее отпустить его?

— Мне нужно кое-что сделать.

Айк уходит. Он движется довольно торопливо, чуть ли не убегает. Я не хочу смотреть на это. Не хочу видеть, как его затылок скрывается во мраке ночи прочь от меня. Это же… Так… Понимаю, момент не подходящий, но другого может и не представиться.

— Ты мне нравишься.

Айк остановился в трёх метрах от меня. Он не повернулся. Это плохой знак? Митчелл молчит и смотрит в землю. Ну же, не молчи. Знаешь, как трудно было сказать такое кому-то вроде меня?! Я долго думала над этим. И теперь я уверена, я решилась. Будь что будет, но я больше не хочу бояться, не хочу жалеть о чём-то.

— Ясно.

Айк просто пошёл дальше. Всего лишь «ясно». Я так… Я зла! Даже в такой момент он не смог повернуться и сказать что-то внятное мне прямо в лицо. Он трус, он не способен относиться к чему-либо серьёзно. Даже отказывая, нужно хотя бы отказать. Я так зла на него. Кажется, сейчас скажу лишнего. Ну и пусть!

— Ты не можешь всегда вести себя так! Не будь таким жалким, просто скажи. Не молчи, придурок.

— Мне больше нечего сказать тебе.

— А мне есть. Я тебя ненавижу! За то, что ты трус, за твою отстранённость, за твоё отношение ко всем вокруг! Твои родители… Ты не думал, что они редко бывают дома, потому что не хотят видеть такого жалкого сына?! Не думал почему, кроме как из группы, друзей у тебя нет?! Ты трус, ты не смог даже честно ответить. И эту слабость в тебе не видит только Эмили!

— Ты права. Я так слаб.

С этими словами Айк, наконец-таки, повернулся ко мне, но то, что я увидела, было худшим из всех возможных вариантов. Он улыбался. Искренне, неподдельно и с чувством, он улыбался так, что все предыдущие выражения его лица в моей голове заменились на эту улыбку.

Я больше не могу держать себя в руках. Глаза заплыли, нос чешется. Что-то солёное скатилось по щеке прямо на мои губы. Не хочу, чтобы он видел меня такой. Айк улыбается. Всё происходящее лишь позабавило его, а я же не могу сдержать своих чувств. Я так ненавижу. Но не его, а себя. Ненавижу свои чувства к этому человеку.

Будто читая мои мысли, фигура Митчелла растворилась в моих глазах, залитых слезами. Когда же я протёрла лицо рукавом куртки, лишь недоеденная пачка чипсов напоминала о его присутствии. Не могу вернуться домой так. Я села под клёном в нашем саду и сложила руки на коленях. Но знаете, несмотря на всю ситуацию, есть и положительная сторона. Лесли Адамс, несмелая, грубая, неряшливая, ушла в небытие. Я наконец-то набралась храбрости. Но вот только зачем?

1:24 дня, старшая школа имени Роберта Барроумена, корпус астрономии

— Знаешь, это же так плохо? Кроме того, Айка сегодня не было в школе. Значит, он тоже переживает.

— О чём ты? Он прогуливает по пять раз на неделе.

— Ха-ха. И то верно. Ну и зачем тебе нужен такой?

— Не знаю.

— Вот и хорошо. А теперь соберись и отнеси эти карты в ту секцию, верхняя полка.

Шона с гордостью и видом победителя вручила мне с дюжину свёрнутых астрономических карт. Они тяжелее, чем выглядят. Должно быть, набрали вес из-за пластиковой оболочки, в которую заключены для защиты от грязных рук и просто неловких людей, таких как я.

В словах моей подруги есть смысл. Просто не думать об этом. Конечно же, это не решит всех проблем, но какого чёрта, Рим не сразу строился. Даже мне потребуется время, чтобы всё пришло в норму. А если Айк пропускает школу по своей прихоти, то ему же хуже. Барроумен больше не потерпит прогулов от кого бы то ни было.

Я прошлась через огромный зал и очутилась в углу, заставленном стойками с книгами, глобусами и картами. Странно, здесь же не ведут географию. Наверное, просто хранят оборудование. После вчерашнего мне так хочется забивать голову всякими глупыми мелочами. И это работает.

*ЗВУК: ПОДПРЫГНУЛА*

Зачем же делать такие высокие потолки, а потом ещё и книжные полки под них цеплять. Так же и убиться можно. Не сумев дотянуться, я поискала опору. Вот она. Через пару рядов стоял одинокий стул. Подтащив импровизированную ступеньку, я встала на неё. Внезапно всё вокруг зашаталось и поплыло.

— Хьяааааааа!

— Огх.

Я рухнула на пол. А не так уж и больно, как я думала. Кажется, приземлилась… на что-то мягкое? Я пошарила рукой по полу и повернулась. Подо мной лежал незнакомый парень. На вид ему столько же, сколько и мне. Кроме того, его волосы рыжие. Одет как-то простовато, но это ничего. Я попыталась встать, и в этот момент лицо парня искривилось в предвкушении боли. Проследив за его взглядом, мои глаза упали на… КЬЯЯЯЯ! Я держала его за это самое! Как стыдно!

— Нет, постой! Не то, что ты подумал!

Но объясняться у меня не было ни сил, ни желания. Вся красная и с ужасно колотящимся от страха сердцем я выбежала из корпуса и растворилась в толпе. Шона, чтоб тебя. Сама будешь в своём клубе работать. Как стыдно. Везёт мне в последнее время на неловкие ситуации. Хорошо ещё, что этого парня я раньше не видела. Наверное, он не из нашей школы. Фьююх, аж полегчало.

23 октября 2017 года, 2:15 дня, старшая школа имени Роберта Барроумена, класс 11 «С»

*ЗВУК: ЗВОНОК С УРОКА*

Наконец-то! Понедельники так долго длятся. Из всех дней недели почему-то именно понедельник чаще всего ругают. Скорее всего, это из-за исходящей от этого дня недели ауры. После выходных выход на работу или куда-нибудь вроде школы всегда кажется более тяжёлым. Ненавижу понедельники. Я подняла голову с парты и начала собирать учебники в рюкзак.

— Ребята, кто-нибудь свободен после уроков?

Стоило миссис Дженкинс произнести это, как класс в спешке опустел. Такой толпы убегающих людей Земля не видела со Второй мировой. Естественно, я, как абсолютная копуша, промедлила и не успела покинуть зону поражения. Моя классная руководительница подозвала меня.

— Я хочу, чтобы ты занесла вот эти вот бумаги Митчеллу. Думается, он ещё не скоро выздоровеет.

— Не, не, не! Я даже не знаю его адреса.

— У меня всё есть.

— Эм, это… У меня нога болит. И вообще, в десятой параллели есть девушка. Она с ним живёт.

— Като уже ушла домой. Но если ты не хочешь, то тогда ладно.

Сказав это с интонацией глубочайшего разочарования, миссис Дженкинс уселась на стул и принялась копаться в бумагах. Это была довольно приличная стопка с домашним заданием, документами по баскетбольному клубу и просто справками. У меня тоже есть такая же, но поменьше. Намного меньше. Здесь ещё и запросы на объяснительные по поводу частых пропусков. На каждый урок?! Парень, ты влип. На заполнение всех бланков уйдёт половина жизни.

Айк уже четыре дня не появлялся в школе, не считая выходных. Он раньше никогда так надолго не задерживался. Не то чтобы я волновалась или простила его, просто это немного интересно. Не может же он переживать по поводу меня и скрывать это за болезнью? Ну, вообще-то, с трудом верится, что такого человека сломила простуда. Нужно будет переговорить с Эмили на этот счёт. С того дня мы ещё не общались, ведь находимся в разных классах, а Като приходит сюда лишь из-за Айка. Правда, есть более быстрый способ. Но это так страшно… Кхм. Ладно, будь что будет.

— Миссис Дженкинс, я отнесу бумаги.

— Замечательно! Хороший, правильный ответ, Лесли.

Что она имела ввиду под правильным? Её слова предполагают, что у этого вопроса мог быть только один ожидаемый исход. И это, как мне думается, моё согласие. Никогда не думала, что моя классная руководительница – манипулятор. Хм, но она вроде ничего такого не делала. Я сама передумала.

Взяв бумаги и листок с адресом со стола, я пихнула их в сумку и направилась к двери. На полпути меня окликнула миссис Дженкинс:

— С тобой пойдёт ещё один парень. У него то же задание в том же районе.

— Э?

Я вышла из класса и направилась к расписанной точке рандеву. У школьной лаборатории, в которой часто проводились лабораторные работы по химии и биологии, меня уже ожидал мой спутник. Слегка рыжие волосы… КЬЯЯЯЯЯЯЯ!

— Это же ты? Ты на меня тогда упала!

— Я не хотела! Это случайность!

Что он делает в этой школе? Неужели учится?! Мы стояли друг напротив друга, боясь поднять глаза. Нам обоим стыдно. И как прикажете в такой обстановке идти вместе? Кхм. Моя вина в этой ситуации прослеживается куда проще, чем его. Думаю, я должна извиниться и тогда неловкость если не исчезнет, то хотя бы спадёт.

— Я должен…

— Я должна…

Фигассе. Никогда не думала, что кто-то вот так вовремя может подхватить атмосферу и действовать по обстоятельствам. Этот парень не промах, но всё же извиняться должна я.

— Я первая. В общем, это, прости как бы. Я не хотела.

Боже, это так ущербно звучит. Куда подевался весь мой запал бодрости и смелости? Ах, такие ситуации скоро вгонят меня в могилу. Даже интересно, что может быть выгравировано на могильной плите при смерти от стеснения и неловкости.

— Это я должен извиниться. Я не должен был так реагировать. Прости меня, пожалуйста.

Этот парень вообще без тормозов. Извинившись, он поклонился. Эй, ты нормальный? Америка, двадцать первый век, а ты тут из себя строишь дворецкого каменного века. Хм, тогда вроде не было дворецких, ну да ладно, не в истории смысл.