Глава 8.1. Ветер перемен (часть 2)

23 сентября 2017 года, 7:08 утра, Бета-квадрант галактики Млечный путь, система Лапута, планета Лапута-2, южная часть архипелага

Четыре бойца неизвестной организации с неизвестными намерениями и даже неизвестными лицами смотрели прямо на меня, скрывая взгляды капюшонами своих зелёных мантий с изображением ветра перемен. Куда уж больше неизвестности и неопределённости. Я не знаю ни их планов, ни кто они, ни как сюда попали. В невыгодном положении Малкольм Райсс оказывался и раньше, но тогда у меня было чем поторговаться. Сейчас же при мне лишь кучка водорослей и стандартный спасательный пояс с пайком на неделю и медицинскими принадлежностями.

— Заберём в лагерь? – раздался грубый мужской голос из-под одного капюшона.

— Мы, собственно, за этим и пришли.

— Так это из-за него нам пришлось завалить двух мегалитов?

В недолгую дискуссию вмешался убийца гигантов. Он был ниже первого заговорившего со мной воина, но все солдаты прислушивались к его словам. Должно быть, он и есть их капитан. Да, так они его называли. Он хоть знает, что только что справился с двумя мегалитами одним лишь своим прыжком?! Тот обезумевший робот наверняка всё ещё крушит противника в округе. Возможно, экипаж «Меняющего» может управлять мегалитами. Как-никак одни и те же технологии в основе военной силы обоих заставляют задуматься.

— Ну, в общем-то, это я начал. На него мех напал и я…

— Не имеет значения. Если он приманивает мегалитов, он пригодится. Как пушечное мясо уж точно.

Капитан отряда отвернулся от меня. Он повесил своё громоздкое оружие на поясное крепление, как и остальные члены отряда. Никогда раньше с подобным не встречался. Рукоять маленькой пушки располагалась сверху, у небольшой панельки с переключателями. Дуло имело отверстия через каждые девяносто градусов при повороте, высеченные на протяжении всего ствола, а оканчивалось ружьё четырьмя когтеобразными выступами и отходящими от них нитями белого света, переплетающимися в центре. Эта штука может валить стального гиганта без особого труда. Нам бы такую и война приблизилась бы к своему завершению.

Три оставшихся солдата переглянулись, а потом стянули свои капюшоны. Передо мной оказался молодой юноша с длинными, до плеч, коричневыми волосами, девушка чуть постарше и мужчина преклонных лет с брутальной небритостью и шрамом на щеке. Последний напомнил мне Лито, моего помощника, который, скорее всего, уже поёт песни с духами на том свете.

— Я Шарли, а это Рюк и Лайт, – приветливо улыбнулась девушка.

— Малкольм Райсс, капитан…

— Крейсера поддержки «Проксима»?

Неужели я настолько известная личность? Да откуда всем этим людям известно, кто я такой?! Мы же впервые встречаемся, да и разведка у них не может быть настолько подкована в плане сбора данных о мелких пешках. А я не просто мелкая, мельчайшая пешка.

— Расслабься. У тебя всё написано на нашивке.

Я потрогал своё плечо. За столько лет плотного контакта с челноками и униформой Синдиката я ни разу не замечал, что на спасательных теплостойких жилетах компьютер пишет всё, что касается находящегося в них человека. Точно, это же происходит во время запуска капсул, а при тренировках такого не случается. Вот и оставался я в неведении до сего момента.

— Шарли, быстрее. Капитан оставил Малыша у штурвала.

— Ох, я не подумала. Нам нужно бежать, пока есть куда.

Девушка схватила меня за руку и повела в сторону ровной площадки. Помнится, там раньше был лес. Шарли производит впечатление души компании. Она немного легкомысленна для солдата и бесцеремонна. Зато разговорчивей остальных и одно это уже делает её моей опорой в сложившейся ситуации. Пять дней назад член экипажа «Меняющего» попал ко мне в плен. Он умер, пытаясь не выдать сведения. Если об этом узнают, я пойду по его стопам.

Небольшой шаттл с двумя цилиндрическими двигателями у нижней части приземлился поодаль. Капитан уже ждал, пока трап опустится, что и произошло через мгновение. Меня втащили на борт и усадили на скамью. Корабль состоял из двух отсеков: кабина и, собственно, грузовой. Их разделяла железная перегородка, которая в данный момент была открыта. Разглядеть штурмана не представлялось возможным, как и капитана, занявшего место второго пилота.

Корабль оторвался от обугленных просторов архипелага. Через стекло кабины можно было обозревать всё поле боя. Десятки мегалитов наступали семимильными шагами на линию обороны Синдиката. Вспышки огня то и дело выскакивали из воды, а подбитые танки на антигравитационных платформах пытались прорваться под ногами гигантов в тыл. Но ничего не выходило. Все машины противника были в боевой форме и непрерывно обстреливали союзников самыми мощными зарядами, не боясь расколоть литосферную плиту под нами. Дело доходило даже до тех торпед, что мегалиты пускают из груди. Разрушительней их только нулевой луч, если не брать в расчёт оружие «Меняющего». Интересно, на этой ли планете неизвестное судно или оно сражается в космосе? Нужно попытаться заговорить со своими спасителями-похитителями и выудить побольше информации.

— Куда мы летим?

— В лагерь.

— И далеко это?

— Пара минут. Если не заткнёшься, пара минут и новая челюсть.

Рюк довольно чётко изложил свою позицию относительно моей болтовни. Значит, до их лагеря всего пара минут лёту. Они стали прямо посреди поля боевых действий. Нет, посреди океана. Хотя глубина здесь редко превышает три метра, а количество мелких островов и пещер зашкаливает, так что есть место для простора действий.

— Смотрите! Это же тот помутнённый!

Весь экипаж, словно малые дети, с восторгом прилип к небольшому экрану на стене. Дисплей отображал происходящее под нами. Один мегалит втаптывал второго в каменистый берег, а напоследок прострелил ему голову из ручного оружия. Далее озверевшая машина направилась в тыл Создателей. Ох, и устроит он там суматохи. Минуточку… Помутнённый? Значит, люди с «Меняющего» не управляют мегалитами. Они могут лишь только влиять на их действия. Видимо, капитан сам не знал, как себя поведёт гигант после его… что бы он там ни сделал. Но даже так эта технология помутнения разума может повернуть исход войны. Стоит нам вытворить такое в Пустошах, и армия Создателей повернётся против них же.

Полёт продлился немного дольше, чем мне говорили. Минут через пятнадцать я уже не мог разглядеть то ужасное поле боя, но над моей головой всё ещё разрывались мощные флоты враждующих сторон. Один раз мы чуть не врезались в обломок фрегата, но штурман умело избежал столкновения. Отряд звал его Малышом. Странное прозвище. Может, он карлик. Но, помнится, они не хотели оставлять шаттл на него, а сейчас Малыш сидит за штурвалом, да и пилот из него неплохой. Выходит, они не хотели оставлять его одного. Одних не хотят оставлять только детей. Выходит, Малыш – ребёнок. Это многое объясняет.

*ЗВУК: ЛЁГКАЯ ВСТРЯСКА*

— На выход, – скомандовал Рюк, ткнув мне своей пушкой в спину.

Я послушно повиновался. Трап опустился, и яркий свет проник в тёмную грузовую часть шаттла. Пересилив желание поморщиться, я оглядел так называемый лагерь. Увиденное никак не увязывалось с реальностью. Всего в нескольких десятках миль отсюда бушует битва, а здесь настоящий райский уголок! На мелководье купались девушки, а чуть подальше рыбачили мужчины в плавках. Группа солдат в таких же зелёных накидках рассматривала голограмму космического боя и это, пожалуй, было единственным напоминанием о войне. Здесь даже дети бегают. Что эти люди о себе возомнили? Они не бессмертны!

— Потеряйся нахер.

Что-то огромное и мягкое пихнуло меня в спину. Я поднял голову и увидел огромное лицо. Большой толстый человек ростом метра два еле вылез из шаттла. В отличие от других членов отряда, его пушка была больше и болталась на спине, а не на поясе. Кроме нас четверых в корабле был только… Малыш?! Они издеваются! Этот Малыш совсем не похож на ребёнка, напротив, он выглядит так, будто съел десяток детей. Да от него ещё и несёт, как от борова. И вот сейчас я не сдержался и поморщился. Моё выражение лица заметил паренёк, что пытался защитить меня на пляже от гнева капитана.

— Малыш, поди искупайся.

— Я мылся три дня назад.

— От тебя несёт гнилой рыбой! – вмешалась Шарли.

— Капитан, прикажите ему помыться.

Они ведут себя не как солдаты, а как старые приятели или даже курсанты. Глядя на эту компанию сейчас невозможно вообразить, что всего полчаса назад они завалили мегалита и заставили второго убивать для них. Что касается капитана, тот всё ещё сидел в шаттле и до сих пор не снял капюшон. Ещё не доверяет мне. Но даже при всей этой подозрительности, что такого случится, если я увижу его лицо? Он сгорит так же, как в тот раз, когда в камере на «Проксиме» погиб наш пленный? Чушь какая. Должно быть что-то большее.

— Мне всё равно, – бросил капитан в ответ, равнодушно вышел из шаттла и уже через мгновение растворился в толпе солдат.

Создавалось впечатление, что бойцы не знали, как себя вести рядом с ним. Одни отдавали честь, прижимая одну руку к груди, а другую, вытягивая вдоль тела. Иные же пытались поздороваться, а третьи и вовсе делали вид, будто рядом никого нет. Странная дисциплина в этой организации. Дети на поле боя, никакого порядка в строю, но они убивают мегалитов и довольно успешно.

Меня отвели вглубь острова. Маленькие хижины из свежеспиленных пальм и странных одеревеневших лиан были совсем свежими. Наверняка дома построены недавно, но на это всё равно потребовалось бы немало времени. Из этого следует, что экипаж «Меняющего» прибыл многим раньше нас. И всё это время они сражались? Но с орбиты не было заметно следов боя, да и подкрепления Создатели не вызывали. Почему тогда эти люди рискуют жизнями своих семей и что, вообще, здесь забыли?

— Эй, а куда вы меня ведёте?

— В твоё гетто.

Моё гетто?! И зачем я только спрашивал! Гетто – места постоянного проживания никому не нужного населения. Но люди там работают. Мы нужны им, как рабочая сила. На Лапуте-2 есть запасы пергия и много металлов. Разработка этих вулканических островов очень выгодна любому, даже человеку, поклявшемуся изменить саму вселенную. Капитан, так вы не брезгаете заработком на рудниках. Похвальная стратегия, однако, слишком неоправданная.

Рюк пихнул меня в деревянные ворота. Те со скрипом отворились и впустили нас внутрь. С полсотни людей заинтересованно столпились вокруг, пытаясь разузнать, кого же к ним занесло. Эти нашивки на их плечах говорят, что почти все пленные с «Нотрдама», «Горна» и «Проксимы». Да, тут много знакомых лиц!

— Капитан! Вы живы!

— Вот твоё рабочее место.

Солдат из отряда «Меняющего» пальцем показал на группу лесорубов неподалёку и вышел из гетто. Мужчины и женщины, раздетые до пояса, вырубали толстые лианы металлическими топорами. Среди них даже пара детей была, но вся эта картина никак не складывалась с эмоциями рабов. Они веселились! Люди ведут спокойную беседу о том, что будут есть на ужин и совсем забыли про войну над нашими головами. Хотя с момента гибели моего корабля прошло уже много часов, значит, битва сместилась из-за вращения планеты вокруг своей оси. Правильнее будет сказать, мы сместились. Уже и не видно тех грозных флотилий, а жаль. Космические сражения – зрелищное дело, почти что искусство. Они могли длиться неделями и всё это время адмиралы больше напоминали игроков, чем военнокомандующих.

— Капитан, выпейте.

— Что здесь происходит?

— Мы сами не уверены. После гибели наших кораблей отряды зелёных привели нас сюда. Нам дали работу взамен на еду и защиту на время сражения.

— Кто с «Проксимы» ещё здесь?

— Только я, пара техников и врач. Капитан… Лито погиб. Его растоптали до того, как подоспели зелёные.

Услышать о смерти помощника для меня было проще, чем я думал, ведь я и так уже считал его погибшим. Оказалось, что рабским это положение назвать нельзя. Нам разрешали свободное перемещение по острову, но не за его пределы. Люди были вежливы и даже помогали нам с работой, но всё это время меня не покидало ощущение тревоги. Для войны здесь слишком тихо и спокойно. Будто в сказке. Может, я умер, попал в мир духов, и теперь они издеваются надо мной.

За следующие несколько часов я полностью овладел навыками дровосека. Ничего трудного в этом нет. Тебе лишь нужно делать насечки, а потом сесть на лиану, дабы та с треском повалилась на землю. К тому же в любой момент можно было остановиться и передохнуть. Как-то пара девушек даже заглянули в гетто и занесли нам попить, но следом за ними Малыш и ещё шестеро вояк забрали всю древесину. В общем, жизнь текла своим чередом, давая мне возможность забыть о резне вокруг. Но я помню! За весь день ни один выстрел не пронёсся над лагерем, ни один мегалит не соизволил заявиться и растоптать этих детей. И в этом случае может быть только одно объяснение. Мегалиты запрограммированы не причинять вреда своим хозяевам, то есть Создателям. Выходит, «Меняющий» сражается против своих же сородичей!

24 сентября 2017 года, 22:14 вечера, планета Лапута-2, неизвестный лагерь

— ВСЕМ ПОСТРОИТЬСЯ В ОДНУ ШЕРЕНГУ!

Красные лампы на столбах из стволов пальм замигали, оповещая о приближающемся высокопоставленном зелёном. Что ж, это очень ожидаемо и входит в мои планы. Времени мой экипаж даром не терял. За день нам удалось с горем пополам соорудить плот и спрятать его под кучей листьев, которые должны будут сгореть во время ночного гуляния. Такие танцы в лагере проводят каждый день. И вчера так было, и сегодня так будет. Чудесный шанс для побега – момент ночной вылазки. Почти все солдаты покидают лагерь и уничтожают всех ближайших мегалитов, чтобы те не заявились ночью. По их возвращению листья обливают маслом и поджигают. Значит, в этот промежуток нам нужно сесть на плот и добраться до назначенной точки. Куда именно? Инженер с «Нотрдама» дал почти точные координаты крупного обломка ангара. По его словам, там должны сохраниться целые шаттлы, если их не разбомбили мегалиты. Судя по тому, как они заняты союзными войсками, роботам не до обломков.

*ЗВУК: МЕТАЛЛИЧЕСКИЙ ЛЯЗГ*

Два солдата отворили ворота и широко раскрыли их, впуская довольно высокого статного военного в капюшоне. Обе его руки были заменены на протезы, и это создавало впечатляющий шум стальной поступи. Странно, но я думал, что всем из отряда «Меняющего» легко удаётся отращивать новые конечности, как моему пленнику, что почил на днях. Вот досада.

— Малкольм Райсс, шаг вперёд!

Меня назвали? Спокойно. Обнаружить плот они не могли, ведь куча довольно большая, да и смысл им в ней рыться? Да даже если бы наш план побега раскрыли, зелёные с абсолютной точностью не смогли бы определить зачинщика. Нужно вести себя спокойно и непринуждённо. Я сделал шаг вперёд, пытаясь выдать волнение за возбуждение. Командир стал прямо напротив меня. Его четырёхпалые руки потянулись к капюшону и стянули зелёную ткань с головы.