Глава 1107

«Медленный и вялый тон…»

«Тощее тело без мускулов…»

«Уже после недолгого пути появлялась одышка…»

«Хрупкое сердце, которое не смогло бы растоптать даже одного муравья…»

«Люди ненавидели каждый мой аспект. Из-за тех, кто игнорировал меня, и тех, кто насмехался надо мной за то, что я был жалким, я всегда чувствовал себя виноватым. Я думал, что я — ошибка. Я думал, что мое существование — сплошная неприятность».

«А потом я встретил её».

«Ты не ошибка».

«Вот что она мне сказала».

«Ты осторожен, а не медлителен. Ты вовсе не слабак. Ты просто отличаешься от других. Причина, по которой ты не можешь причинить вред муравью, потому что ты знаешь, как быть внимательным и уважительным».

«Ты ни в чём не виноват. Просто люди вокруг злые».

«Она была моим маяком. Она была моим единственным домом. Я полагался на её руки, и она защищала меня. Даже когда эти звери унижали ее, она улыбалась и уверяла меня, что с ней все в порядке. Сто раз, тысячу раз…»

«Нет, она была в миллион раз больше напугана и обижена, но она…»

— Ах…

Он снова не смог дотянуться. Его руки и ноги двигались слишком медленно, не в силах остановить ее от полета из окна. Его тупые губы не двигались, и он не мог извиниться перед ней — той, которая была печальна. Как и его сердце, стрела уже пронзила сердце Ефемины. Внешне она напоминала его бывшую возлюбленную, выпавшую из окна.

— Аааа…!

Он уже всё знал. Реальность и игра были совсем другими. Смерть в игре была тривиальна и отличалась от смерти в реальности. Да и он уже был не тем, что прежде. Но несмотря на это…

Но даже если и так, то почему именно он…?

— Куааааа! — крик Агнуса эхом отозвался в горящем лесу. Он вспомнил конец своей бывшей возлюбленной через падающую Ефемину и совершенно потерял рассудок.

— Человек… Я тебе этого не прощу, — это говорила та, кто выпустила стрелу в Ефемину. Голос тёмную эльфийку Бенияру, которую так отчаянно искал Агнус, проник в его уши.

— Ты…! Это ты! — глаза Агнуса, полные ненависти, были устремлены на Бенияру. В этот момент Агнус винил себя, а не кого-то другого. Почему он всё время повторяет одну и ту же ошибку? Почему он дал ей свободу действий? Хотя он и знал, что никто не должен жертвовать собой ради такой дряни, как он, но почему?

Агнус был настоящей чумой. Никто не должен приближаться к нему.

— Умри! — Агнус ревел как зверь, когда летел к Бенияру. Однако нынешний статус Агнуса был ниже, чем у обычного игрока, потому что он достиг своего предела, столкнувшись с Мари Роуз и Зибалом поочередно. Бенияру уклонилась от его медленной атаки и выпустила стрелу, которая раздробила рёбра Агнуса.

Шать.

Уродливое тело Агнуса наклонилось вперёд. Кинжал Бенияру нацелился ему в лицо.

— Агнус!

Агнус вытащил кинжал, застрявший у него во лбу, и зарычал на Зибала:

— Проваливай отсюда!

Ему хотелось побыть одному. Не было никакой необходимости в новых отношениях. Он просто хотел воскресить свою старую возлюбленную и искупить вину. Когда его зрение вспыхнуло красным, он вспомнил о навыке, который всегда игнорировал.

Лист персонажа[Ассимиляция]
Часть эго первого великого демона, Баала проникнет в Ваше тело.

В это время Ваш класс сменится на великого демона, и власть над телом перейдёт к Баалу.

Условия активации навыка: заключить новый контракт.

Продолжительность действия: 2 минуты

Время перезарадки: сбрасывается каждый раз, когда забирается 3 000 человеческих жизней.

Агнусу пришлось отвернуться от этого. Он чувствовал огромное нежелание отдавать другим контроль над своим телом. Кто в этом мире может передать свое тело кому-то другому? Это мог сделать только очень глупый или сумасшедший человек. Кроме того, существовала и более серьезная проблема. Настоящая проблема заключалась в содержании «контракта», необходимого для активации навыка.

Лист персонажа(Убивайте ежедневно 100 человек до конца своей жизни. Каждый раз, когда контракт будет нарушен, Ваш уровень будет падать на один.)
Причинять вред ста людям каждый день было нелегкой задачей. В частности, чем сильнее был противник, тем труднее было ему навредить. Поэтому у него не было времени бегать и охотиться на людей каждый день. Конечно, решение проблемы существовало. Он мог убивать относительно слабых. Посетить небольшую деревню и уничтожить её или сбросить заклинание на охотничьи угодья, где собрались начинающие игроки. Он забрал бы сто жизней в одно мгновение.

Однако у Агнуса не было хобби запугивать слабых. В частности, он крайне неохотно причинял вред невинным детям. И не потому, что он был особенно добр, а потому, что такова уж человеческая природа. Это была решающая причина, по которой Агнус отвернулся от навыка Ассимиляции.

Теперь всё изменилось. Агнус вышел из себя и больше не был связан своей прежней совестью. Он потерял всё, потому что был слаб. Даже последнее достоинство было растоптано. Он имел право отплатить тем же самым всему миру.

Агнус пробудился ради негативной цели и закричал:

— Баал!

[Ассимиляция активирована.]
[Баал, абсолютный правитель ада, весело смеется.]
— Хех? Агнус, что это такое? Я не знал, что ты сделаешь такой выбор.

«Не будь таким саркастичным!»

— Ку-ку-ку, я вовсе не саркастичен. Я пытаюсь сделать тебе комплимент. Очень хорошо сработано. В редких случаях ты принимаешь правильное решение.

[Часть эго Баала вошла в Ваше тело.]
Небо было затянуто тучами. Это были красные облака, похожие на кровь. Все растения в лесу быстро сгнили, и местность почернела. Мерзкий воздух вредил не только раненой и рухнувшей Ефемине, но и Зибалу с Бенияру. Каждый вдох яда, который они делали, вызывал отток крови.

— Что…

Что за внезапные изменения? Смущённые взгляды Ефемины и Зибала обратились к Агнусу. Они могли видеть, что всё тело Агнуса было покрыто демонической энергией. Почерневшие белки его глаз ещё больше выделяли холодные золотые зрачки.

— Ку-ку-ку, ку-ха-ха-ха! — Агнус громко рассмеялся. Часть эго Баала, опустившаяся в тело Агнуса, вытащила изо лба рог и держала его, как меч. В то же время Бенияру упала. В её груди зияла огромная дыра. Рог, который Баал вытащил и держал в руке, внезапно пронзил грудь эльфийки.

— Падшая? Можно ли называть тебя падшей, когда ты прячешься, как крыса в лесу? — Баал насмехался над Бенияру, сокращая между ней и собой расстояние. Он крепко схватил волосы Бенияру и прошептал ей на ухо: — Запомни, эльф, который робок, как мальчишка-подросток. Единственный долг, который должен исполнить падший, — это месть, разрушение и хаос.

Бах!

— Но у тебя не будет шанса сделать это.

— …

Баал избивал Бенияру кулаками так, что та вздрогнула. Ее окровавленные и выпученные глаза были так ужасны, что Зибал не мог на них смотреть. Ефимина, которая была ошеломлена критическим ударом в сердце, наконец закричала:

— Агнус, успокойся! Я в полном порядке!

— Хммм.

Баал перевел взгляд на Ефемину:

— Так это ты.

Топ-топ. Баал улыбнулся, подходя к Ефемине. Это была действительно освежающая улыбка, но кончики его пальцев превратились в кинжалы:

— Та самая, которая часто проявляла нелепую доброжелательность к моей игрушке.

— Агнус…?

Кинжал был воткнут в нежную шею Ефемины. Её голубые глаза погасли, а маленькое тельце рухнуло в объятия Баала, как сломанная кукла.

— У меня в голове звенит. Перестань кричать. Сейчас же. Успокойся. Отныне я сделаю так, чтобы твоя мечта стала явью, — сказал Баал, отбрасывая прочь Ефемину, которая уже стала сереть. Затем он всадил кинжал, пропитанный кровью Ефемины, в Бенияру, которая всё ещё лежала у огромного дерева.

Внезапно перед его лицом появилась темно-золотая рука. Кинжал ударил по руке, но осталось еще три таких же конечности, каждая из которых использовала технику меча. Связь, Убийство, Вершина — это фехтование было знакомо для Баала, оно было от его предыдущего подрядчика.

— Ку-ха-ха! Как же весело! — Баал заметил, кто появился, и очень обрадовался. Он повернул голову к небу, блокируя кинжалом три техники фехтования от Рук Бога. Обрушилась молния.

— Агнус!

— Потомок Пагмы!

Меч Просвещения и кинжал Баала столкнулись и вызвали ударную волну. Глаза Грида, виднеющиеся за челкой, были полны гнева и ненависти:

— Сукин сын! Что ты…! Что ты сделал с Ефеминой?

Причина, по которой Грид прилетел сюда, была связана с просьбой Мирового Древа. Его попросили спасти Бенияру. Первое, что увидел Грид после прибытия сюда, была смерть Ефемины. Его товарищ столкнулась с одинокой смертью, в то время как он заботился о других.

Грид снова взмахнул Мечом Просвещения. Он являлся трансцендентным игроком. Грид рассудил, что Агнуса, который был относительно слаб в ближнем бою, можно было легко одолеть. Но Агнус довольно просто блокировал атаки Грида маленьким кинжалом. Взрывающиеся черное пламя и красные молнии были легко нейтрализованы демонической энергией.

«Такой сильный?»

Время было справедливым ко всем. По мере того как он рос и развивался, росли и развивались другие люди. Грид, естественно, знал об этом. И все же, не было ли это слишком большим разрывом? Грид не был уверен, что это связано с ростом Агнуса, учитывая, что он еще даже не призвал своих рыцарей смерти и лича.

— Почернение!

«Может быть, он получил особый навык, подобный Насмешке Бентао?» — Грид пребывал в размышлениях, собирая свою демоническую энергию. Несмотря на то, что его переполнял сильный гнев, он был на удивление трезв. Он решил спасти тяжелораненую Бенияру и на этом закончить бой.

— …?

Демоническая энергия, созданная Почернением, была уничтожена, словно ее и не было. Почернение прервалось, и эффект навыка не возник. Баал усмехнулся, глядя на сбитого с толку Грида:

— Глупо полагаться на демоническую энергию в моем присутствии.

— …?

— Ха-ха! Ты даже не заметил этого? В отличие от Пагмы, ты довольно туп.

«Что это за чушь?» — хмурый Грид, который не понимал нелепого лепета Агнуса, запоздало кое-что понял. С белой кожей и длинными клыками, а также глазами с почерневшими белками, внешность Агнуса отличалась от обычной. Это напоминало Грида в его состоянии Почернения…

[Боевая энергия достигла максимума!]
— …?!

Его боевая энергия была уже заполнилась…? Это была самая быстрая скорость в мире.

— Кто ты такой?! — у Грида мурашки побежали по коже. Ощущение холодного пота, стекающего по спине, было неприятным.

Баал ответил на вопрос дрожащего Грида:

— Я сижу на троне ада. С интересом наблюдаю за притязаниями Богов и людей. Ах, я очень свободный человек.

Этого было достаточно для объяснения. Как будет выглядеть потомок Пагмы, когда он узнает, кто такой Баал?

— Ку-ку-ку…? — Баал ожидал увидеть отчаяние на лице Грида, но в итоге он весь напрягся. Выражение лица Грида не изменилось. Во-первых, он не выглядел слишком удивлённым.

«Он меня не боится…?»

Грид обратился к Баалу, который по неизвестной причине находился в состоянии дискомфорта:

— Так и кто ты?

— … — Баал был кем-то внушительным. Он был похож на финального Босса, о котором всегда мечтали главные герои. Баал встречался со многими героями и видел нечто общее между всеми ними. Они были мудры, независимо от своих способностей. Герои времен Баала были так же умны, как и он сам. За один разговор можно было обменяться десятью смыслами, так что иногда возникало даже взаимопонимание.

«Но почему именно этот человек…?»

Сбитый с толку неожиданной реакцией, Баал на мгновение застыл, прежде чем закричать:

— Ты действительно потомок Пагмы! Более умный и презренный, чем любой герой, которого я когда-либо видел. Такой же, как Пагма.

— …?

— Ты сразу заметил, что у меня нет времени, и решили потратить его впустую… Ху-ху, это немного разочаровывает. Мне придётся отложить знакомство с твоими навыками до следующего раза.

— …?

«Да что этот субъект все время несёт?» –Грид в замешательстве склонил голову набок, и в этот момент случилось это. Баал двинулся со скоростью, которую было трудно уловить даже с трансцендентными чувствами Грида, и в одно мгновение оказался рядом с Бенияру.

— Я рад, что у меня ещё есть время закончить эту работу.

— Подожди! — Грид поспешно пронесся с танцем мечей. Слияние четырёх танцев меча было завершен в одно мгновение, угрожая Баалу.

Однако Баал уже пожинал дыхание Бенияру.

— Ха-ха, встретимся в следующий раз.

В тот момент, когда меч Грида был воткнут в торс Баала…

[Продолжительность ассимиляции закончилась.]
Эго Баала вернулось в Ад, и Агнус вновь обрёл контроль над своим физическим телом. Смерть была прямо перед ним. Агнус, который рефлекторно попытался использовать Насмешку Бэнтао, быстро остановился и забрал тело Бенияру в свой инвентарь трупов. А затем Агнус превратился в пепел.

— Мне сказали, что Бенияру всё равно должна умереть. Так в чём же был смысл этой попытки спасения…? А? — Грид остался в прогнившем лесу и вдруг закрыл рот. Он запоздало обнаружил Зибала.

Зибал восхищался им во многих отношениях.

— Ты действительно великий человек.

— Чего? Нет, подожди, — удивился Грид. — Гроссмейстер? Почему он здесь?

Он что, спящий в лесу принц? Почему он дрых здесь? Грид прищелкнул языком и попытался дотянуться до Зикфректора, но ему помешал Зибал.

— Бесполезно пытаться разбудить его, потому что это не сработает. Разве избегать его не должно быть твоим приоритетом? Новые Красные Рыцари скоро придут, и тебе будет трудно справиться с ними в одиночку.

— Да, я позову Пиаро.

— Этот несчастный человек… В любом случае, когда придёт время, гроссмейстер навестит тебя.

— Хм… Ты играешь вместе с гроссмейстером?

— Именно.

— Ты выбрал хорошую сторону, — Грид ухмыльнулся. Красные Рыцари закончили работу и уже приближались. Так как они были измотаны, битва против Церкви Ятана, должно быть, была тяжелой. — Раз уж ты так сказал, сегодня с отступлю. Я очень занят.

Грид вытащил свиток возвращения и без колебаний разорвал его. Прежде чем снова встретиться с Мировым Древом, он хотел взглянуть на статус Ефемины.

Когда Грид исчез, Зибал покачал головой.

— Какой страшный парень…

Может быть, это и не основное тело, но он был поражён тем, что Грид был так спокоен, несмотря на встречу с первым великим демоном Баалом.