Том 16: Глава 5. Эссенция

Мне казалось, моё тело парит в воздухе. Я словно воспринимал события глазами других людей. С помощью порталов меня и королеву доставили в самую крупную больницу Мелромарка.

У нас обоих глубокие раны. Настолько серьёзные, что даже мне кажутся ужасными.

— Плохи дела… на них сильнейшее проклятие. Нужен магический ритуал, и скорее! — заявил врач.

Вскоре собрали заклинателей из Церкви Четёрых Героев. Похоже, нас собираются лечить всеми возможными методами.

— Пожалуйста, держитесь.

— Да! Братец!

— Господин-сама!

— Рафу!

Рен, Садина и остальные пострадавшие находятся в другой палате. К счастью, их раны не такие серьёзные как у меня и королевы. Думаю, они уже скоро поправятся и снова смогут сражаться.

— Что же, я приступаю к лечению. Пожалуйста, помогите нам.

Фиро, Фоур и остальные до конца выкрикивали слова поддержки. Я снова потерял сознание.

Когда очнулся в следующий раз, перед моими глазами были королева и Подонок. Раны королевы настолько плохи, что все смотрят на неё как на покойницу.

— Кхо!.. — зашлась она кашлем.

Подонок сжимал её ладони трясущимися руками и молился.

— Давайте ей зелья Иггдрасиля одновременно с Дритт Хилом и святой водой максимальной плотности. Готовьте магические ритуалы… — раздавал указания врач, по ходу дела занимаясь её ранами.

Как и положено, королеву лечили как только могли. Однако никакие методы ей уже не помогали.

— Какое ужасное проклятие… оно напоминает то, от которого раньше страдал Герой Щита…

— Но у Героя Щита большие запасы жизни… а вот у королевы…

— Мирелия.

Услышав голос Подонка, королева медленно открыла глаза и посмотрела на него.

— Я слышала голос… и… разговоры.

— Вам нельзя говорить, королева! — предупредил врач, продолжая ухаживать за ней.

— Я всё понимаю… — королева покачала головой. — Меня уже не спасти, не так ли?

— Понимаете… — попытался что-то ответить врач, но притих под взглядом Подонка.

— На что ты намекаешь?! — воскликнул Подонок, вставая. — Ты лечишь не кого-нибудь, а королеву нашей страны! Настоящий врач бы костьми лёг, чтобы её спасти!

— Не проси… от них невозможного, — слабым голосом сказала королева.

Не знаю, как к этому относиться, но прямо сейчас я хорошо понимал чувства Подонка, ведь он ощущал то же, что и я, когда терял Атлу. Он точно так же скорбел о потере дорогого человека, так же отчаивался в самом себе и так же ненавидел причину трагедии. Все вместе эти чувства не дают думать ни о чём другом.

— Но…

— Возможно… это моё наказание… за всё то, на что я шла, чтобы защитить нашу страну…

— Нет! Это неправда! — изо всех сил спорил Подонок с её словами.

— Ты правда так думаешь? Я… не могу отделаться от мысли, что я сама во всём виновата. Именно моё бессилие привело к тому, что наша дочь… Малти выросла такой… Возможно, как раз моя нерешительность привела к тому… что всё так закончилось.

— Нет, это я… я… — дрожащим голосом обронил Подонок, который явно считал, что сам виноват в этой трагедии.

— Я думаю, Герой Кнута… вернее, захватчики скоро вторгнутся в нашу страну, — сказала ему королева.

— …

— Мелромарк находится в очень сложном положении. К счастью, у нас есть Иватани-сама, Герои и их спутники.

— Но Герой Щита…

— Дорогой… разве ты ещё не понял? Ты должен забыть прошлые обиды и посмотреть в будущее ради всего мира.

По щеке Подонка пробежала слеза. Он молился, прямо как я и Фоур. И я прекрасно понимал, о чём именно.

— Мирелия… Люсия…

Затем Подонок тихо произнёс и имя Атлы.

— Когда-то тебя называли Королём-мудрецом… Я знаю, ты сможешь найти надежду.

— Но… Посох больше не отвечает мне!..

— Ты ошибаешься. Посох помогал тебе не потому что ты Герой, а потому что ты обладал непревзойдённой мудростью.

— …

— Я верю, что тебе хватит хитрости выйти победителем из безнадёжной битвы, ведь ты уже спас Мелромарк, когда тот находился на грани разрушения, и превратил его в сильную страну.

— Я… я…

— Хе-хе… Интересно, какими необычными ходами Король-мудрец удивит мир на этот раз?

— Мирелия…

— Я доверяю будущее нашей страны тебе. Спаси мир вместе с Иватани-самой, о Герой Посоха… — королева сплюнула кровь и улыбнулась Подонку. — Снова стань тем человеком… безграничной мудрости которого боялись все наши враги… Покажи миру, чего стоит… мой возлюбленный…

На эти слова королева потратила все остатки своих сил.

— Королева! — в палату вдруг ворвался королевский советник. — Фобрей объявил войну всему миру! Все страны говорят о том, что мы должны объединиться, чтобы дать им отпор.

Ситуация потребовала ответа намного раньше, чем ожидала королева.

Следующей в моей голове всплыла сцена, случившаяся через два дня.

— Фобрей решил воевать со всеми странами? Какая наглость!

После лечения Рен и остальные встретились в замке с командирами объединённой армии, и те бурно отреагировали на новости. Но вид у них мрачный — все прекрасно понимали, как много сил у Фобрея. Тем более что их элитные бойцы обгоняют Рена по уровню в три с лишним раза, и мы уже почувствовали на себе их силу. Конечно, мы хотим остановить Фобрей, но понимаем, что это будет нелегко.

— Как это подлый Герой только посмел… миру угрожают волны, а он считает, что у него есть время на захват мира?! — Рен тоже громко возмущался.

— По всей видимости, есть, — парировал Ицуки.

— Падре и Фиро-тан! Я никогда не прощу людей, которые так сильно ранили наших! — добавил Мотоясу.

Командиры охотно поддакивали. Им уже рассказали, что произошло в Фобрее.

Кроме того, за столом были и посланники из Шильтвельта, включая Вальнара и того гэнмуобразного деда.

— Наофуми до сих пор в больнице… мы должны сражаться с Фобреем без него?

— Да, — ответил Рену один из командиров. — Фобрей решил напасть на Мелромарк в первую очередь. Они уже собрали всю армию и движутся к нам. Когда в странах на их пути находятся люди, которые пытаются сопротивляться… их забрасывают бомбами с недавно разработанных самолётов, и они сразу сдаются.

— Есть какое-то объяснение тому, почему никто не может их остановить?

— Да. Самолёты пытались сбивать летающими монстрами, но они ничего не могут против машин…

— Тем более, я уверен, что у пилотов очень высокий уровень, — прокоментировал Ицуки.

— Уа-а-а… — как обычно протянула Лисия, и Ицуки погладил её по голове.

— Как некстати ранило Наофуми! — Рен ударил кулаком по столу. — Как он сейчас?

— Порадовать нечем, — ответил командир. — Он несколько раз приближался к границе жизни и смерти.

— Наофуми-сан… — протянул Ицуки.

— Да кто такой этот Такт, что умеет похищать Оружие Героев?! — возмутился Рен.

Именно тогда в зал вбежал солдат.

— Новая информация! Шилдфриден и Фобрей заключили альянс!

— Что?!

— Помимо этого Звёздный Герой Такт Алсахорн Фобрей всенародно объявил себя сыном бога и прилюдно подтвердил, что владеет несколькими Звёздными Оружиями!

Люди повскакивали со стульев с изумлением на лицах.

Враг сделал блестящий ход. С точки зрения простых людей, если он владеет несколькими Оружиями, то либо не боится богов, либо снискал божественное одобрение. В этом мире сильна вера в Легендарное Оружие и отношение к нему настолько особенное, что можно простить даже убийство Героев.

— Кроме того, он объявил себя спасителем мира, а призванных Священных Героев — злодеями, и призвал все страны уничтожить Героев. Он сказал, что уже успел очистить мир от четырёх Звёздных Героев!

— Неужели он думает, что это сойдёт ему с рук?!

— По всей видимости, Церковь Звёздных Героев Фобрея уже встала на его сторону. Однако другие церкви внутри и снаружи Фобрея не согласны с его мнением. Увы, все мятежи быстро подавляются людьми, получившими благословение Героя.

Тень что-то прошептала гэнмуобразному деду из Шильтвельта. Наверняка очередные дурные вести.

— Наша страна уже точно знает, на чью сторону встанет…

Положение становилось хуже с каждой минутой.

— Но что думает Герой Рукавицы?

— Ты спрашиваешь меня как хакуко или как Героя Рукавицы?

— Я спрашиваю вас как Героя Рукавицы, спутника Героя Щита. Или вы хотите сделать заявление как наследник Тайлана Га Феона? — спросил старик с вызовом в голосе, пытаясь на что-то спровоцировать Фоура. — После случившегося с леди Атлой возмущению нашего народа нет предела. Они не простят Героя Фобрея за такое трусливое убийство одного из символов нашей страны…

Но Фоур покачал головой и твёрдо заявил:

— Я Герой Рукавицы, защитник деревни Героя Щита. Моя кровь — дело вторичное.

Гэнмуобразный дед посмотрел на Фоура с жаром в глазах.

— Я вижу, вы понимаете, что именно этот дух мы ценим больше всего.

— Да! — поддержал Вальнар. — Герои оплакивали наших братьев и злились на виновника. Тот подлец, что виновен в их смерти, пытался нанести удар по нашей гордости и по нашей вере!

Полулюди, участвовавшие в совещании, дружно закивали. Они тоже не могли простить корень зла, из-за которого погибли их братья по оружию.

Жажда мести горела не только во мне.

“Мы должны покарать эту сволочь за смерти во время битвы с Фэнхуаном”, — витала в воздухе общая мысль.

— … — Фоур молча смотрел на собравшихся.

Позднее гэнмуобразный дед рассказывал, что в тот миг Фоур молчанием и мужественным взглядом напоминал своего деда.

— Ладно, вопрос в том, как быть дальше… — сказал дед. — Король-мудрец, мы уже видим путь, по которому должны двигаться. Как вы исполните предсмертную волю вашей мудрой жены?

— Кстати, — снова заговорил Рен. — Мне одному послужной список нашего врага кажется… странным? Он настолько гениален, что придумал самолёт и бомбардировки… это ведь оружие наших миров.

— Герои могли оставлять в этом мире какие-то технологии, и гениальный человек мог бы их воссоздать. Мне… — Ицуки ненадолго замялся. — Мне кажется, он может похищать ещё и ино, способности моего мира. У нас это был популярный сюжет в литературе — у человека проснулось умение воровать чужие способности, и он хочет стать сильнее с её помощью. Возможно, он обладал этим умением с самого рождения.

— Понятно. Не удивлюсь, если ты окажешься прав, Ицуки.

— В таком случае никто не замечал этого раньше, потому что он, как в тех историях, не хотел привлекать к себе внимания, пока какой-то веский повод не вынудил его использовать свою силу прилюдно. Другими словами, он вёл себя прямо как раньше я, — пояснил Ицуки с горечью в голосе.

Я бы с ним согласился. Мне тоже известны истории, в которых герой пытается скрывать свою силу, потому что она слишком велика. Позже правда вскрывается в ходе каких-либо происшествий, что уже показал Ицуки на своём примере.

— Вероятнее всего, поначалу он считал, что слишком опасно показывать людям отобранное у Героев Оружие. Однако затем он бросил жребий и кинулся покорять мир… — предположил Ицуки.

— Судя по женщинам в его окружении, он может руководствоваться тем же, чем прежний Мотоясу. Хорошо, теперь всё сходится. Спасибо, что помог разобраться, — Рен понимающе кивнул.

— Вы говорили о том, что его история напоминает Кё — пришельца из другого мира, который взял под контроль Лингуя, — сказал один из командиров. — От этого веет большой опасностью. Как мы собираемся сражаться против Фобрея?

— С помощью силы Кутенро, — предложил Ицуки. — Хотя Рафталии-сан с нами нет, вместо неё нас может благословить Руфт-сан. Также можно пустить в ход его Астрал Энчант.

В Кутенро придумали умение, которое позволяет собрать уровни многих людей в одном человеке. К тому же оно ослабляет Священное и Звёздное Оружие, так что на роль основы тактики подходит идеально.

— Это будет нелегко. Как говорила наставница, армию пытались остановить настоящими Камнями Воли Сакуры, но у них есть ограничения по уровню. Конечно, можно героически сражаться под прикрытием Камней, но нас всё равно победят за счёт уровня. И кстати, я уже пытался атаковать Мечом Камня Воли Сакуры, но на них он почти не действует.

— Возможно, они каким-либо образом нейтрализуют его эффект, — предположил Ицуки.

Совещание продолжалось…

А я почувствовал, что парю в пустоте. Виднелись только всполохи света.

Где я?

Вдруг меня наконец-то посетили те, кто может объяснить эти видения. Но я обомлел, увидев их возле себя.

— Атла?.. Ост?

— Да.

Погибшие Атла и Ост парили в пустоте возле меня. Я тут же обнял Атлу, чтобы проверить, настоящая ли она.

— Ах… как я об этом мечтала… Наофуми-сама-а!

Судя по реакции — настоящая. Но это, конечно, не отменяет того, что она мертва. Возможно, это всего лишь иллюзия, созданная моим сознанием.

Ост тихонько усмехнулась.

— Она говорит, что её зовут Ост, и она очень хорошо понимает все ваши положительные черты. Наофуми-сама, обнимите меня ещё раз!

— Хватит, Атла! Лучше скажи, что это — загробный мир?

Судя по тому, что вокруг меня одни только призраки — очень может быть. Конечно, судя по видениям, я ещё должен быть жив, но может, мой мозг уже умер? Буду надеяться, что я всё-таки не погиб в том бою.

Кстати, я что-то думал, что после смерти попаду в ад, а на самом деле загробный мир выглядит вот так? Во всяком случае, это подозрительное место на рай не тянет.

— Если вы ставите вопрос именно так, то нет, это не загробный мир, — с улыбкой ответила Ост. — Я бы сказала, это мир Щита… или мир Легендарного Оружия.

— О-о… ясно. Атла, тебе больно?

— Нет, ни боли, ни щекотки.

Ответ Атлы меня успокоил.

Кстати, все мои видения были связаны с Героями. Рен, Мотоясу, Ицуки, Фоур, Лисия, Подонок. Я наблюдаю за избранными Героями.

— Я могу посмотреть на Героя Звёздного Кнута? Тем более, он забрал мой Щит.

— Да. Только вы не правы, он не забрал Щит.

— А? Но ведь он отобрал его в бою.

— Этого слишком мало, чтобы полностью подчинить себе Священное Оружие. Это поверхностный эффект, который не даёт использовать настоящую силу Оружия.

— Да, эта никчёмная сила не сможет отобрать Священное Оружие у справедливо избранного Героя! — поддакнула Атла.

С помощью Оружия Такта мы смогли заглянуть в недавнее прошлое.

Его армия захватила королей и прочих правителей страны, которые не подчинились… и устроила им прилюдную казнь.

— Гха-а-а… заносчивый мерзавец! Священные Герои покарают тебя!

Немолодого мужчину — судя по виду, генерала — бросили на раскалённую стальную плиту, но он мужественно поднялся на ноги. Такт и его женщины смеялись над его ожогами и тыкали пальцами.

Ещё я вижу, судя по всему, дочь этого генерала… но с ней что-то не так. Она жмётся к Такту и смотрит каким-то отстранённым взглядом.

— Папа… я так рада, что ты разрешил мне выйти замуж. Наконец-то я стану невестой Олли…

— Я заставлю тебя забыть про своего Олли. Но он молодец — сберёг для меня твою девственность!

Очевидно, Такт с помощью иллюзии внушил девушке, что он — её возлюбленный.

— Ты не думал о счастье дочери, поэтому заслужил смерть!

— Что за чушь?!

— Господин Такт прав! Будь уверен — он сделает её счастливой. А ты должен расплатиться за грехи.

— Жизнью.

Такт, его женщины и Ссука ухмылялись, глядя на казнь. Убивать отца на глазах дочери… и говорить отцу в лицо о том, что он собирается изнасиловать его дочь… какой же мерзавец!

— Суровая кара ждёт любого, кто пойдёт против Такта, божественного сына! Ничто не останется безнаказанным!

— Ха-ха-ха-ха! Все, кто продолжают упрямо верить в Героев-подонков, не заслужили право на жизнь! Долой старый легенды, я создам новые!

Чёрта с два ты создашь!

— Где Рафталия?

— Есть одно видение, но оно не новое…

Сцена казни исчезла. Вместо этого появилась сидящая в темнице Рафталия, к которой пришёл Такт в окружении гарема. Он прошептал Рафталии какие-то слащавые слова, но, кажется, ни в чём не убедил.

Он так и ушёл с раздражённым видом, и вскоре Рафталия осталась в полном одиночестве. Я начал переживать…

Но тут Рафталия… точнее, Катана засветилась и исчезла.

Телепортировалась? Но куда?

Вдруг “в камеру” помахала Раф-тян-два. Затем убежала в угол и спряталась, потому что пришла Ссука со свитой.

Хм?..

Раф-тян-два распушила хвост. Видимо, что-то колдует.

Вдруг… Ссука и женщины связали одну из своих подружек и начали пытать. Кажется, иллюзия внушила им, что это Рафталия.

— Я не уверена, что это видение заслуживало просмотра, — сказала Ост.

— Ну нет, я же переживаю за Рафталию.

— Разумеется, с Рафталией-сан всё будет в порядке, — заверила Атла. — Если бы она так просто сдавалась, вы бы давно стали моим.

Ну… не спорю. Правда, хочется задать вопрос, что это у Атлы за извращённая вера в Рафталию.

— Где сейчас Рафталия?

— Думаю, в мире её Оружия, — ответила Атла.

То есть, она ушла от опасности через призыв в мир Кидзуны? Надеюсь, она в порядке. Вот бы с ней увидеться поскорее.

— И? Что я делаю в этом мире?

— Вы здесь по приглашению Эссенции Щита, которая даёт вам силу, — пояснила Ост.

— А-а… это и есть тот самый треклятый Щит?

— Да, тот самый, — согласилась Атла.

— Я немного сочувствую Эссенции.

Между Ост и Атлой парил шарик света. Это и есть Эссенция? Что-то она не очень внушительно смотрится.

Шарик начал двигаться, словно уловив мои мысли.

Читайте ранобэ Восхождение Героя Щита на Ranobelib.ru

— Она говорит, что расстроена вашим отношением.

— Понятно. Дайте я ей для начала врежу.

Будет знать, как призывать меня в это чистилище.

— Хотя я понимаю ваши чувства, вы всего лишь второй Герой Щита, посетивший это пространство. До вас здесь был лишь самый первый из обладателей Щита, — сказала Атла.

— Ясно-понятно. И что же Эссенция Щита от меня хочет?

— Иватани-сама, ей нужно, чтобы вы приняли решение.

Со всех сторон слетелись огоньки, похожие на Эссенцию Щита. Думаю, это Эссенции другого Оружия.

Раз, два, три… а почему их всего четырнадцать?

Огоньков, похожих на Эссенцию Щита — включая её саму — четыре, все разных цветов. Ещё восемь одинакового цвета, но отличаются мерцанием. Если это Звёздное Оружие, то среди них одно лишнее. Почему-то пять из этих огоньков очень тусклые.

Наконец, последние два огонька разноцветные, в отличие от остальных. Это ещё что такое?

— Я?

— Да, — подтвердила Ост. — Если говорить прямо, то Эссенция предлагает вам отказаться от своего долга и отстраниться от судьбы этого мира.

— Отказаться от долга?

— Да. Вас пригласили, чтобы задать вопрос: не хотите ли вы получить вашу награду уже сейчас?

— Награду?..

— Все Герои, спасшие мир или пережившие волны, удостаиваются награды от Легендарного Оружия, — передала Атла слова парящего огонька.

Награда за спасение мира, значит. Знать бы об этом с самого начала, конечно.

— Первый вариант — возвращение в прежний мир. В этом случае вы в качестве награды получаете три любых желания в вашем мире.

— Любых?

— Наофуми-сама, ваш мир работает на законе кармы, — продолжала переводить Атла слова Эссенции. — Влияя на него, можно изменять определённые вещи. Вы можете стать богачом, найти лёгкую работу и жить, ни в чём себе не отказывая. Но вы, разумеется, не можете просить о бессмертии.

— Ага…

— Увы, поскольку в данном случае речь идёт о прерывании, а не выполнении долга, Эссенция не будет исполнять ваши желания. Впрочем, она разрешает вам взять с собой любимую девушку.

— А что будет с тобой, Атла?

— Я всегда с вами, Наофуми-сама. Я тоже отправлюсь в ваш мир.

Это… неплохой вариант. Я посмотрел на Ост, и та ухмыльнулась.

— Вам не удастся уговорить её ещё и на это.

— То есть, я должен радоваться уже тому, что смог встретиться с тобой ещё раз?

— Я Лингуй. Я всегда живу внутри Щита.

И зачем только скромничает? Ладно хоть добродушно.

— А нельзя ли тебя выпускать из Щита на правах фамилиара?

Ост почему-то посмотрела на Раф-тян-два в видении. Сдаётся мне, у Раф-тян-два есть какой-то секрет…

— Можно… но я воздержусь.

— Ясно.

Вернёмся к теме. Поскольку я очень хочу вернуться в прежний мир, ничего другого мне и не надо.

— Эссенция Щита предлагает вам вернуться в прежний мир, забыть о войне и жить спокойной жизнью, — продолжила Атла. — Разумеется, она обещает принять меры по адаптации Рафталии-сан к вашему миру. Правда… переговоры с Эссенцией Оружия Рафталии-сан идут не так легко, как хотелось бы.

— Почему она так уверена, что я возьму Рафталию?

— Эссенция спрашивает: “А что, нет?”

— Ну…

Если Рафталия придёт в мой мир и будет жить в нём вместе со мной, я буду совсем не против. Конечно, я должен уважать её чувства, но Рафталия вроде как говорила, что любит меня. Несмотря на огромную разницу в возрасте, у неё взрослая внешность, и тем более Эссенция обещала помочь с адаптацией.

Да, это достойная награда за всё, что я пережил.

— Позвольте я расскажу о других вариантах, — сказала Ост. — Второй — это остаться в этом мире на правах живого бога-Героя, почитаемого людьми. Многие прежние Герои Щита выбирали именно это.

Ну, это явно не моё, хотя я могу понять Героев, на долю которых выпали обычные приключения. Собственно, если бы и я не знал прогнившую сущность этого мира, я бы этому порадовался.

— Что-то это не очень похоже на награду.

— По словам Эссенции, сражаться ради людей, строить свой дом и жить в собственноручно спасённом мире — и есть высшая награда.

— Будто я спрашивал её высокохудожественное мнение!

Как тебе только хватает наглости, Щит! Можно подумать, в этом мире найдутся простаки, которые поведутся на такие проникновенные речи…

— Третий вариант — вернуться в прежний мир, но с правом перемещаться между тем миром и этим.

— И в чём смысл?

— Сложно сказать…

Эх. Хотя, конечно, возможность ходить туда-сюда это неплохо. Можно доделать все дела в старом мире, потом поселиться здесь на правах живого бога. Но хотя я всё понимаю, я не хочу оставаться в этом прогнившем мире.

Вдруг на ум пришли улыбки жителей деревни. Да, я хочу вернуться домой, но…

— У меня тонна вопросов.

— Каких же?

— Я должен выбрать прямо сейчас?

— Именно так. Удобное время для этого есть только сейчас, следующее настанет только после того, как в мире установится спокойствие.

Я могу вернуться домой прямо сейчас и даже взять с собой Рафталию, которая сбежала в мир Кидзуны.

— Почему Эссенция решила обратиться ко мне только сейчас?

Когда меня обманули, когда мне было тяжелее всего, когда я чуть не погиб, она молчала, но сейчас решила поговорить. Как понимать то, что она вдруг решила выставлять условия?

— Эссенция Щита говорит, что на самом деле вам досталась самая сложная судьба среди всех Героев Щита, — перевела Атла.

“Тоже мне, честь”, — подумал я, глядя как рядом кружат другие Эссенции.

— Также она говорит, что к концу этой войны Легендарное Оружие слишком ослабнет под натиском вражеских атак. Возможно, оно уже растеряло слишком много сил в преддверии грядущих битв. Поэтому перед гибелью мира оно хочет спасти хотя бы Героев, которых призвали сюда не по своей воле.

— Ещё раз, почему она спохватилась сейчас?

— Потому что вы находились при смерти. По её словам, Эссенции точно так же посещали Героев Меча, Лука и Копья, когда они приближались к порогу смерти.

— Что будет с деревней, страной… и миром, если я уйду?

— Скорее всего… они погибнут, — ответила Атла.

Я не могу забрать с собой всех. Получается, я могу спасти только Рафталию и Атлу…

Что скажет Рафталия и как посмотрит на меня, если я скажу ей, что мы бросаем мир и прощаемся со всеми?

Я… снова вспомнил предсмертные слова Атлы.

— Мне… пока рано возвращаться. Я уйду только после спасения мира, когда буду всем доволен.

Мне казалось, я хочу вернуться. Но сейчас у меня появились подопечные, и я должен их защищать. У меня появился враг, которого я должен победить.

Я хочу вернуться довольным.

Тем более, предложение кажется мне подозрительным. Так и кажется, что если я вернусь, мне скажут, что настоящий Герой так бы не поступил, и я заработаю плохую концовку. Я ведь тоже геймер со стажем…

Почему-то после этих мыслей засветилось место на руке, где был Щит. Неужели Эссенция радуется моей догадливости?

— Вы… уверены в вашем решении? — переспросила Ост. — Бесстрашие может привести к гибели. Вы точно не жалеете?

— Жалеть-то жалею, но если вернусь домой — буду ещё сильнее жалеть о том, что не остался. На мне слишком большая ответственность… так сказать, на своих двоих не унести.

Когда у тебя тяжёлый груз, его проще везти на машине. Вот и сейчас я выбрал не лёгкое бегство пешком, а комфортное возвращение на машине.

Тем более, раз уж я собираюсь вернуться с Рафталией, я хочу, чтобы она сама сделала выбор. Плюс я хочу, чтобы после моего ухода жители деревни были счастливы.

Да, на мне много ответственности… но я не чувствую себя несчастным.

— Остальные Эссенции восхищаются выбором Эссенции Щита, — сказала Атла.

— Ага, хорошо, прекрасно. Может, вернёмся к вопросам и ответам?

У меня накопилось множество вопросов к Эссенции Щита, и я хотел бы их задать. Я уже давно живу с чувством, что этот мир нарочно хранит от меня секреты.

— И начну я… да, вот с чего. Почему призвали именно меня?

— Потому что у вас есть Геройские качества, Наофуми-сама, — ответила Атла. — И сейчас Эссенция уже сделала вывод, что не ошиблась — вы и правда будете идти вперёд, отплёвываясь кровью, в какую бы беду ни попали.

Эссенции Священного Оружия чуть ли не танцевали. Судя по Эссенции Щита, если бы у неё была грудь, она бы выпятила её от гордости.

— Отплёвываясь кровью… а по чьей вине, а?!

Вот гадина… но ладно. Геройские качества, значит…

Приятно, конечно, об этом слышать, но неужели моя болезненная мнительность — Геройское качество?

— Эссенции Меча, Копья и Лука всегда обижались на Эссенцию Щита. Мол, почему только у неё всегда призывают первого в списке.

— Судя по этим словам, у остальных происходит что-то иное?

Что значит, с первого раза? На ум пришли мысли абитурента, который составляет рейтинг университетов, в которые хочет поступить.

— Так-так-так?.. — вслушалась Атла. — Похоже, что у остальных призываются, как правило, третьи кандидаты.

То есть, Рен, Мотоясу и Ицуки на самом деле были резервными вариантами?.. Да уж, лучше им про это не знать.

Но почему же я с моим сложным характером стал самым желанным кандидатом? Эссенция в своём уме? Или, возможно, она на многое не рассчитывает и сразу ищет компромиссные варианты. Вот спасибочки.

— Однако несмотря на призыв первых кандидатов, многие из них быстро умирают. Нельзя говорить о том, что первый кандидат — всегда лучший.

Ага, всегда есть возможности оказаться в Шильтвельте и быть убитым во время придворной интриги.

От каких-то Героев ничего не ожидают, но они становятся великими, поэтому не стоит много думать о том, каким по счёту кандидатом на призыв я был. В конце концов, Рен и остальные Герои тоже умудрились выжить и оказались не такими уж плохими людьми.

— Третьи кандидаты тоже обладают Геройскими качествами, но имеют серьёзные изъяны в характере.

— Ага, понятно… ещё что-нибудь?

— Когда приходит время получать награду, они как один пытаются уйти от своей смерти.

Все остальные Герои попали в этот мир, потому что умерли. Разумеется, они хотят изменить свою судьбу. Не очень-то приятно столько промучиться, спасая этот мир, а затем вернуться и тут же сдохнуть.

— По-моему, изъяны в моём характере не меньше.

Эссенции запрыгали, услышав эти слова. Такое чувство, что они мной недовольны.

— Они говорят: “Долг Эссенции Щита — защищать других. Она не могла ошибиться с выбором или поддаться влиянию врага”, — пояснила Атла.

Врага? Кажется, в данном случае речь идёт о первопричине происходящего. И об этом тоже нужно расспросить.

— Наофуми-сама, похоже, вы не до конца поняли. Эссенция Щита выбрала именно вас в качестве цели призыва. Вы должны гордиться собой.

— Нет, это я понял. У меня есть другие вопросы.

— По их словам, они плохо разбираются в том, что не касается долга Легендарного Оружия.

— Ничего, мне это и нужно. О каком враге они говорят?

— О настоящем враге Легендарного Оружия, с которым оно и должно сражаться.

— И кто это?

— Этого они не знают. Но это существо невозможно победить, оно пожирает целые миры. Задача Героев — не дать ему вторгнуться в мир.

— То есть мы должны торчать тут и не пускать его?

— К тому же это существо обладает ещё большей силой, чем Эссенции Священного Оружия, хранители миров.

Хм… загадок становится всё больше.

— В общем, мне ясно одно — кто-то стоит за слиянием и разрушением миров.

Пожалуй, можно предположить, что цель этого существа — пожирать миры. В играх тоже бывают такие зловещие персонажи, которых якобы “в принципе невозможно уничтожить”. А наша задача, получается, охранять мир и не отдать его ему.

— Да. Это… вероятнее всего, — сказала Ост.

— Ваш нынешний враг — его авангард. Эссенции недавно заметили, что он заранее испортил Рукавицу, чтобы не дать ей обменяться методами усиления с Щитом… Кстати, обладатель Клановой Книги тоже был авангардом.

Так вот почему в Помощи не было методов усиления! Очередные козни нашего врага!

И кстати… Кё тоже состоит в авангарде?! Охотно верю. Больно у них похожие характеры.

Эссенция Щита колебалась туда-сюда, словно привлекая внимание.

— Наофуми-сама, Эссенция Щита готова ответить на вашу решимость. Эта атака вам больше не навредит. Это ничтожество уже не сможет вас остановить.

— Хорошо говоришь, но…

Вдруг Эссенция Щита подлетела к остальным. Восемь Эссенций выстроились в ряд, преграждая путь к двум разноцветным. Одна из восьмёрки тоже усиленно что-то дёргалась в воздухе.

— Наофуми-сама, вы ведь хотите лично покарать этого злодея?

— Да, если можно.

— Эта Эссенция говорит, что хочет на время одолжить вам свою силу. Это означает, что вы освободитесь от ограничений вашего Оружия, пока снова не призовёте Эссенцию Щита.

— То есть… я смогу носить другое оружие?

— Да, и призвать Щит, когда понадобится, — подтвердила Ост. — До этого вы сможете сражаться оружием Звёздного Героя — с его согласия, разумеется.

— Однако для полного возвращения Оружия вам придётся забрать его назад у мерзавца, — добавила Атла.

Пока Эссенция кружила вокруг меня, наполняя силой, я понял, что за Оружие она представляет. И кроме того, понял, как именно победить Героя Кнута… вернее, захватчика из иного мира.

Ясно. Значит, вот как можно победить его в лоб. Да, это может сработать.

Если бы я не замкнулся в своём мире после гибели Атлы, то и сам бы про это догадался. Но главное — теперь я не проиграю.

— Эссенция также просит вас наставить её обладателя на путь истинный.

— Я могу подбодрить его только в моём стиле. Пусть не рассчитывает на многое.

— Помните, Четыре Священных Оружий и Семь Звёздных это ещё не все. Пожалуйста, спасите ещё и пять Клановых.

— Понял. И уже знаю, как. Последний вопрос: меня отправило в этот мир “Сказание о Четырех Священных Орудиях”. Что это за книга?

— Это портал в параллельный мир и книга, в которой написано предсказание будущего. Судя по всему, оно не сбылось.

Атла и Ост медленно поднялись в воздух вместе с Эссенциями.

— Я всегда буду с вами, Наофуми-сама.

— Атла, я не смог тебя защитить…

— Наофуми-сама.

— Что?

— Пожалуйста, не цепляйтесь за мои слова вечно, — Атла улыбнулась мне. — Я хочу, чтобы вы всегда были собой.

— Ты говоришь это мне, потому что видела, как я веду себя после твоей смерти?

— Да. Мне очень тяжело видеть, как вы мучаете себя.

— Ты просишь невозможного…

Если я буду самим собой, то снова стану заносчивым типом, который не доверяет людям. Как отвечать на чувства тех, кто любит меня, если я снова стану тем человеком?

С другой стороны, если уж и Атла просит меня об этом… то мне и правда не стоит зацикливаться на одном и том же.

Хех… не думал, что Атла даже после смерти будет меня учить.

— Ладно, хорошо. Ты принесла себя в жертву ради меня, поэтому я прислушаюсь к твоим словам.

— Так держать, Наофуми-сама! Все, кто любит вас не меньше меня и Рафталии-сан примут вас таким, какой вы есть.

— Ты выдвигаешь невозможные условия.

Не думаю, что кто-то ещё любит меня так же как Атла и Рафталия.

— Хи-хи, вот уж нет, соперниц у нас хоть отбавляй.

— Похоже, тебя это не очень напрягает.

— Я уже смогла стать вашим щитом. Разумеется, не напрягает.

Узнаю Атлу. Невольно тянет улыбнуться.

— Ага.

Я протянул руку и взял её за ладонь. От прикосновения полились слёзы, хоть мне и не было грустно.

— Мы ещё увидимся?

— Я и без этого всегда с вами.

— Я тоже буду рядом с вами, пока вы сражаетесь ради мира, — Ост тоже приложила ладонь. — Попросите меня о помощи, и я откликнусь… Милосердие и душа Лингуя всегда будут с вами.

— Ага…

— У Эссенции Щита для вас ещё одно сообщение.

— Какое?

Эссенция Щита подлетела к Ост, привлекая к себе внимание.

— Она говорит, что рядом с вами находится некая Сэйн, которая подпитывает Эссенцию Щита силой, — перевела Ост. — От этого Щит станет ещё сильнее.

Похожи, что Эссенции видят в Сэйн союзницу.

— Хорошо… я понял.

— Герой Щита, я надеюсь, что впереди вас ждёт счастье, — сказала Ост и тоже улыбнулась мне. — Я всегда буду присматривать за вами.

Атла и Ост превратились в сгустки света и исчезли. Я проводил их взглядом и начал возвращаться в реальность…