Глава 218.3. Уход

Шэнь Мяо нахмурилась:

— Что-то случилось? — у Пэй Лана не было навыков боевых искусств, и если он встретится с какой-либо опасностью во время путешествия, у него не будет никакого способа защитить себя.

— Эта служанка тоже так решила, — сказала Хуэй Сян. — Но Ба Цзяо нашла это на столе в комнате Господина Пэя, — затем она достала из рукава письмо вещь и передала его Шэнь Мяо, прежде чем продолжить, — В комнате пропала только часть вещей, кажется Господин Пэй спешил.

Шэнь Мяо хотела открыть письмо, но остановилась.

Выражение лица Се Цзин Сина также немного изменилось.

— Он что-нибудь сказал перед уходом? — спросила Шэнь Мяо у Хуэй Сян.

— Он ничего не сказал и вёл себя как обычно. Он также сказал, что сегодня хорошая погода, — сказала Хуэй Сян.

Шэнь Мяо была несколько озадачена.

— Взгляни на письмо и на то, что в нём написано, — сказал Се Цзин Син. Он уже собирался встать, чтобы уйти, когда Шэнь Мяо схватила его за рукав.

Се Цзин Син обернулся, и Шэнь Мяо сказала:

— Давай прочтем вместе.

Се Цзин Син задумался, а затем сел обратно, при этом на его губах была тень улыбки.

После вскрытия конверта перед ними появился почерк Пэй Лана. Иероглифы Пэй Лана были так же ясны, как и его личность, и в них был изящный стиль знаменитых ученых. Он также выглядел как один из них, и было трудно представить, как такой элегантный человек может быть вовлечен в битву за власть.

В начале письма говорилось о том, как долго он пробыл в резиденции Принца Жуя и что доставил им множество неприятностей, а также благодарил супружескую пару за то, что они предложили ему убежище. Также он надеялся, что Шэнь Мяо сдержит своё обещание и поможет Лю Инь.

Пэй Лан писал, что, хотя он и последовал за Шэнь Мяо в Лун Е, это был только промежуточный план, и именно из-за Фу Сю И ему негде было спрятаться, поэтому он прибыл в Лун Е. Однако, если продолжить оставаться в резиденции Принца Жуя, появится ещёе больше неудобств. У него появились свои планы, и он готов путешествовать всю оставшуюся жизнь в поисках новых знаний, и поэтому ушёл, не попрощавшись.

Поскольку у него были некоторые отношения учителя и ученицы с Шэнь Мяо, а затем и некоторая дружба, он собрал немного информации для Шэнь Мяо, поскольку узнал о каком-то деле Принца Дина, когда останавливался в резиденции Принца Дина. Он надеялся, что в будущем она будет полезна Шэнь Мяо.

Когда это письмо окажется в руках Шэнь Мяо, их отношения будут считаться чистыми и ясными. Никто не был обязан друг другу, и Пэй Лан писал, что никто не знает, будет ли ещё одна возможность увидеть друг друга, поэтому он пожелал ей позаботиться о себе.

Пэй Лан написал это письмо предельно просто, и в нём, казалось, не было ничего особенного. Никто не знал, было ли это сделано намеренно, чтобы прояснить отношения с Шэнь Мяо, но выглядело оно отстранённо и вежливо. Всё было так словно они вернулись в прошлое, когда он был учителем, а она ученицей в Гуан Вэнь Тан.

В письме был еще один лист бумаги, и он был заполнен всей информацией о Фу Сю И. Некоторая была о его доверенных лицах, некоторая была связана с его планами, что-то было о будущих шагах, которые будут предприняты.

Се Цзин Син сначала бросил небрежный взгляд с Шэнь Мяо на листок бумаги, но после прочтения обратной стороны, его выражение лица не могло не стать серьезным.

Там не было ничего, кроме информации о Фу Сю И, казалось, не осталось никаких секретов, и Фу Сю И был перед ними, словно раскрытая книга. Это было все равно, что схватить змею в том месте, где ей больно, и просверлить ее сердце шаг за шагом.

— Как он мог узнать так много? — спросил Се Цзин Син.

Даже если Пэй Лан был шпионом со стороны Се Цзин Сина и даже с предыдущим доверием Фу Сю И, он не мог доверять ему до такого уровня. Более того, шпионы, которых Фу Сю И внедрил в самые глубокие места также были описаны Пэй Ланом. Предоставленные детали были похожи на то, что Пэй Лан был его любовником, который следовал за ним в течение многих лет и знал дела своего хозяина, как ладонь.

Кончики пальцев Шэнь Мяо слегка дрожали.

Кое-что из того, что описано внутри, произойдёт лишь несколько лет спустя. Даже в этот момент Фу Сю И еще не встречался с этими людьми, так откуда же Пэй Лан мог знать о них?

Если у Пэй Лана не было воспоминаний о прошлой жизни, тогда как он мог знать «будущих» доверенных лиц Фу Сю И и шахматные фигуры, а также «будущие» планы?

Когда Пэй Лан успел это узнать? Раньше он ничего не знал.

Может быть… сердце Шэнь Мяо дрогнуло. Это было из-за убийства во время дня рождения Се Цзин Сина… Ей снилась предыдущая жизнь, может быть с Пэй Ланом тоже произошло подобное?

Она посмотрела на Хуэй Сян:

— В последние дни с Господином Пэй Ланом происходило что-то странное?

— Странное? — Хуэй Сян тщательно подумала, прежде чем ответить: — Кажется, нет, ничего необычного. Он часто был в оцепенении, когда сидел, и никто не знал, о чём он думал. Однако ранее личность Господина Пэя была спокойной, поэтому он оставался таким же, когда восстанавливался от своих травм.

Шэнь Мяо не могла решиться и хотела спросить Пэй Лана, знает ли он о делах прошлой жизни. Пэй Лан был человеком, который следовал за Фу Сю И дольше всех и, естественно, знал Фу Сю И лучше всех. Но стоило ей заговорить, как она остановилась.

Так что насчёт этого? Если Пэй Лан действительно вспомнил прошлую жизнь, то как Шэнь Мяо не могла встретиться с Пэй Ланом, так и Пэй Лан определенно понятия не имел, как встретиться с ней.

Они были не заклятыми врагами, но и не друзьями, которые могли бы доверить друг другу свои сердца. Между ними были долги крови, но все они были оплачены лично. В глубине Дворца бывали моменты, когда все происходило не по собственной воле, но это действительно были ошибки. Нельзя было воспринимать это так, как будто ничего не произошло, но и нельзя было четко сформулировать ситуацию.

Когда Се Цзин Син увидел её неуверенный взгляд, он спросил:

— Нужно ли мне поручить людям вернуть его?

Шэнь Мяо пришла в себя:

— Не нужно. Если он хочет жить своей жизнью, пусть живёт, — поскольку встречи друг с другом могут привести к дракам, лучше было не встречаться. Хорошо, что Пэй Лан ушел вот так. Она держала этот листок бумаги, а ее глаза стали серьезными.

Когда Се Цзин Син увидел это, он сказал:

— То, что написано…

— Это правда, — сказала Шэнь Мяо. — Нужно передать это Старшему Брату. Мы далеко от столицы Дин, поэтому не сможем помочь. Если передать это Старшему Брату и Отцу, они смогут быть начеку. С этим у семьи Шэнь, по крайней мере, будет ещё несколько козырей под рукой, — после этого она с трудом произнесла: — Но это очень ценно. Если это будет утрачено во время путешествия обратно в Мин Ци…

— Пусть это сделает армия Мо Юя, — небрежно сказал Се Цзин Син. — Армия Мо Юя передавала письма в течение многих лет и не была перехвачена.

Сердце Шэнь Мяо немного успокоилось, но прежде чем она смогла заговорить, письмо Пэй Лан, которое было у нее в руках, забрал Се Цзин Син. Се Цзин Син намеренно отбросил письмо в сторону и сказал:

— Уже поздно. Время для отдыха.

— Как это поздно? — с любопытством сказала Шэнь Мяо, — Небо только потемнело. Даже если нет необходимости возвращать Господина Пэя, нужно по крайней мере обеспечить его безопасность, если он окажется ранен без причины или за ним будут следить…

Прежде, чем голос приземлился, Шэнь Мяо была унесена Се Цзин Сином и брошена на кровать. Подойдя ближе, он мрачно произнёс:

— Попробуй еще раз позаботиться о Пэй Лане.

Шэнь Мяо потеряла дар речи.

* * *

Во Дворце.

В императорских садах Лотос цвёл так красиво летом, что зеленые листья лотоса почти заполняли весь пруд.

Императрица Сянь Дэ сидела в павильоне, и хотя сегодня не было луны, светили звезды, а вода была невероятно прозрачной, что делало эту сцену чудесной. Она велела людям заваривать чай, так как летом его можно было пить понемногу.

Тао Гугу стояла позади неё и улыбалась:

— В этом году лотос прекрасен.

Императрица Сянь Дэ взглянула на него и улыбнулась:

— В прошлом году я поручила изменить сорт, так что в этом году они цветут лучше. Они словно прохлада летом.

Как раз в тот момент, когда она говорила, можно было увидеть, как кто-то подошёл издалека и, по-видимому, увидел императрицу Сянь Дэ, прежде чем слегка приостановить свои движения и направиться к этому павильону.

Только когда человек подошёл поближе, можно было ясно увидеть, что этот человек — не кто иной, как Супруга Цзин.

По сравнению с предыдущей высокомерной и тяжело одетой Супругой Цзин, нынешняя Супруга Цзин выглядела так, словно она была в трудном положении. Не стоит говорить, что так было только сегодня. В последнее время положение Супруги Цзин стало не очень хорошим, и у неё не было настроения обращать внимание на свою одежду и внешний вид, поэтому в ее обычно красивом лице чувствовалась некоторая усталость.

Однако, увидев Императрицу Сянь Дэ, эта усталость мгновенно превратилась в ненависть.

Она сказала:

— Я увидела издалека кого-то, а учуяв столь прекрасный аромат духов, поняла, что это Императрица.

Императрица Сянь Дэ уклончиво улыбнулась:

— Бэнь Гун пьёт здесь чай. Хочет ли Супруга Цзин выпить чашку?

Супруга Цзин холодно улыбнулась, глядя на неё:

— У Старшей Сестры есть настроение пить чай, но у Младшей Сестры нет таких мыслей.

Император Юн Лэ начал подавлять семью Лу, и хотя люди во Внутреннем Дворце не смыслили в политике, они могли видеть это через отношение Императора. Ранее любимая супруга впала в такое состояние, когда даже плач или мольба не могли поколебать выражение лица Императора, и это имело более глубокий смысл.

— Бэнь Гун всё равно, есть у Супруги Цзин такая мысль или нет, — Императрица Сянь Дэ улыбнулась и продолжила наливать чай. — Чай всегда здесь.

Супруга Цзин была так рассержена, что даже задрожала.

Лу Фужэнь пришла во Дворец, чтобы найти её, сказав, что Император Юн Лэ имеет дело с семьёй Лу, и её отношение было таким, что она даже не заботилась о каких-либо прошлых отношениях. Лу Фцжэнь также сказала, что у неё есть благосклонность Императора Юн Лэ, так почему же нет никакого эффекта в том, чтобы дуть ветром на подушку? Она хотела, чтобы та узнала о намерениях Императора Юн Лэ и, если потребуется, попросила о снисхождении.

Супруга Цзин сделала это, но это совсем не помогло. На самом деле, в течение стольких лет, несмотря на то, что Император Юн Лэ очень любил её, Императрица Сянь Дэ должна была дать ей некоторую свободу действий, что, независимо от того, насколько высокомерной она была, ей всегда это сходило с рук. Однако она никогда раньше не меняла мнение Императора Юн Лэ.

Иногда ей казалось, что Император Юн Лэ видел всё и знал, что она намеренно доставляет ему удовольствие, и иногда Супруге Цзин становилось немного стыдно. Однако были времена, когда она чувствовала, что Император Юн Лэ действительно благоволил ей. Теперь, когда что-то случилось с семьей Лу, и она нуждалась в её, очери, помощи, Супруга Цзин искала Императора Юн Лэ, но отношение Императора Юн Лэ стало ледяным.

Супруга Цзин плыла с ветром и течениями всю свою жизнь. Когда она вошла во Дворец, она легко поднялась до положения Супруги из-за происхождения из семьи Лу, и теперь, когда семья Лу находится в беде, она также страдала от этого. Теперь же она обнаружила, что после стольких лет, кроме того, чтобы враждовать с людьми и устраивать неразумные сцены, она больше ничего не сделала.

С другой стороны, Императрица Сянь Дэ, которой она была недовольна, действительно могла сидеть в павильоне и пить чай неторопливо и непринужденно, и это заставляло сердце Супруги Цзин наполняться негодованием.

Она думала, что Император Юн Лэ не любил Императрицу Сянь Дэ и что Императрицу Сянь Дэ все уважали только из-за положения Императрицы. Это было слишком несправедливо. Если бы не было Императрицы Сянь Дэ, она стала бы Императрицей, а Император Юн Лэ не игнорировал бы семью Лу, и у неё не было бы сейчас головной боли.

Злобная обида появилась в сердце Супруги Цзин.

Она случайно увидела, что в павильоне, где сидела Императрица Сянь Дэ, была лестница, ведущая к озеру. Было удобно кормить рыб в обычные дни, и это также выглядело элегантно, но и было несколько опасно.

Супруга Цзин тихонько приблизилась к Императрице Сянь Дэ и сказала:

— Старшая Сестра столько лет варила чай, а я, естественно, не знаю правил заваривания чая. Однако эта Младшая Сестра не любит чай, так как чай горький, и те, кто его пьют, не будут чувствовать себя комфортно, так зачем его заваривать? — когда эта фраза была произнесена, она закричала и, споткнувшись, полетела к Императрице Сиань Дэ. Императрица Сянь Дэ сидела напротив воды, так что, зацепив Императрицу Сянь Дэ, Супруга ЦЗин столкнула бы её в воду!

Что за человек была Императрица Сянь Дэ? Супруга Цзин была глупа, а Императрица Сянь Дэ — нет. Эта маленькая хитрость даже не была достойна её внимания. Она уже давно была настороже и, увидев склонившуюся над ней Супругу Цзин, отступила на шаг, избегая её взгляда.

Послышались звуки всплеска воды.

Дворцовая служанка рядом с Супругой Цзин вскрикнула от шока.