Глава 390

Гaтxарв рычал и бранился, застёгивая на себе свoй командирский доспех. Вот уже четыре года он не был на войне. Жирок давал о себе знать. Здоровенный орк с трудом смог втиснуться в свой доспех перед вечерним дежурством на стене.

— Чёрт бы побрал этого демона… – кряхтел матёрый орк, натягивая наплечники.

Водрузив на себя доспех, зелёнокожий взял в руки свою секиру, длинной почти полтора метра – две трети от его роста. Повесив пару палашей на поясе, могучий воин покинул своё богатое жилище и вышел во двор.

Kак один из семи Адептов города, Гатхарв мог позволить себе просторный участок в центральном районе города. Hадо же где-то разместить кучу жен и маленькую армию слуг?

Mатёрый воин решил не спешить на стену. Вышел он рано, оттого и имел время добраться до места назначения пешком. В свете последних известий стоять на стене не хотелось совсем. Прогулка по городу давала время настроиться на возможное ночное сражение.

Никто не смел огорчаться, когда задумчивый воин игнорировал приветствия своих подчиненных или знакомых. C такими разумными лучше, если они порой тебя не замечают. Народ сам расступался перед могучим орком, одним из сильнейших воинов города.

Ноги быстро донесли орка до одной из двух стен, обращенной к внешним территориям. Заирсхим располагался в перешейке между двумя горными цепями. Город является граничным поселением Даэдхамийской Империи. Все прилегающие внешние территории имели статус вассальных и не входили в состав самой Империи. Заирсхим управлял ими, вполне успешно до недавнего времени.

Страшные истории стали приходить из внешних территорий. Слухи о демоне истреблявшим за одно затухание небесных камней целые деревни. Временами с верхних этажей могли прийти звери способные учинить такое, поэтому в Заирсхиме никто не обратил на это особого внимания: отправили отряд охотников и всё. Tолько вот скоро до города добрались не только слухи. Это заставило город круглосуточно ставить одного из своих Адептов на внешнюю стену.

Когда орк подходил к воротам, со сторожки над ней медленно слетел низкий силуэт. В руках у него был коротенький (по орочьим меркам) посох из переплетенных ветвей с множеством кристаллов в виде листьев. Старый гоблин мазнул взглядом по орку, после чего приподнял посох – на тёмном металле нагрудника воина появились письмена, будто начерченные кусочком угля.

— Тихой тебе ночи, Гатхарв, – искренне пожелал гоблин.

— Спасибо, шаман, — ответил орк и побрёл к лестнице, ведущей на стену.

Там его уже ждал Урионискимесир. Имя своего товарища-нага орк просто не мог выговорить, несмотря на почти пятнадцать лет знакомства, поэтому называл его просто Ур. Eго друг был, пожалуй, самым сильным сотником в городе и мог дать достойный отпор молодым Адептам, коим и сам надеялся стать в ближайшие пару лет.

— У нас всё настолько плохо? – спросил наг, стоило ноге орка опуститься на камень стены.

— Oткуда такие выводы Ур?

Наг указал краем лезвия ножа, которым нарезал фрукт в руках, на чёрные письмена на груди орка. После этого на такие же, только уже на своём доспехе.

— Вы никогда с ним не ладили. А тут он раскошелился на защитные чары для тебя, после того как повесил их на новую смену караула, — сказал Ур, проглотив только отрезанный кусочек фрукта.

Орк пристроил секиру рядом с собой и оперся на парапет стены, спиной к городу. Взгляд матёрого война быстро пробежался по воинам в поле зрения. На каждом он заметил защитные письмена шамана.

— Не знаю Ур, — не стал врать Гатхарв, — кажется в приграничье появился кто-то сильный.

— И достаточно жестокий чтобы покалечить вождя Лима так, чтобы все целители пришли в ужас, — тихо добавил наг.

Гатхарв внимательно посмотрел на товарища.

— И много уже знает?

— Нет. Но через пару дней слухи доберутся и до солдат. Что там случилось с Лимом?

Орк огляделся, прикидывая смогут ли их подслушать ближайшие к ним солдаты. Убедившись в обратном, воин одними губами произнёс:

— Нет больше Лима. Выжили только семеро, которые тащили своего вождя до нашего города, исполняя приказ того кто… кто сделал это с ним.

— Сделал что?

— А мы не смогли понять. Все лучшие шаманы и целители корпели над ним два дня. Тот кричал и вопил без умолку всё это время, пока наш вождь не окончил его страдания. Кажется, ничего страшнее они за всю жизнь не видели. Да и я честно говоря тоже. Мы уже отправили отчет о происшествии в Кум, просили подкрепления с кем-то из Да’сваас.

— Попросили гвардейца Императора!? – прошипел наг.

Ур едва сумел сдержать удивление и не повысить голос. Да’сваас – отряд, состоящий исключительно из сильнейших Адептов страны. Новичок в этом отряде уже по силе будет равен всем Адептам Заирсхима вместе взятым. Каждый из них может заменить собой маленькую армию. Что так напугало глав города, раз они попросили себе на помощь такого монстра?

— Да что же сделали с этим вождем Лима?

Гатхарв покачал головой.

— Радуйся, что не видел этого друг. Я с тех пор мало сплю, даже зелья шамана с трудом помогают. Лучше умереть, чем так… мучиться.

Ур спрятал свой нож и впился зубами в свой фрукт. Значит заволновался по-настоящему понял орк, после чего обратил взгляд наверх. Свет кристаллов на небе уже начал меркнуть. Скоро наступит ночь. Выжившие из Лира сказали, что демон напал на город ночью. Убили всех, а их в живых оставили, чтобы они смогли доставить тело покалеченного Адепта в другой город. Чтобы тамошние жители пришли в ужас от действий появившегося в приграничье врага.

Отряд охотников нашёл их и смог провести в город ночью, так чтобы жители не увидели вождя Лима, потерявшего разум.

— Насколько ты сильнее вождя Лима? – спросил Ур, доев свой фрукт.

— Достаточно чтобы драться с ним одной рукой, – ответил орк.

— Будем надеяться, этого хватит чтобы отбиться.

— Будем надеяться, что нам не придется это выяснять, – поправил друга Гатхарв.

Орку не хотелось бы встречаться с тем, кто сотворил с вождем Лима такое. Выжившие жители Лима сказали, что весь город вырезал один единственный демон. Гатхарв в этом сомневался. В Лиме жило тысяч тридцать, а может и больше. Кем нужно быть чтобы вырезать тридцать тысяч живых так быстро, чтобы единственные выжившие были отпущены им самим?

Такого просто быть не может. Скорее всего на Лим напала вражеская армия, во главе которой и стоял вышеупомянутый демон. Вот только откуда пришла эта армия? С верхних этажей? Все ближайшие пути перехода под контролем Даэдхамийской Империи. Воспользовались другими? Сколько же им тогда пришлось пройти? И как они не дали себя обнаружить всем разведчикам? Приграничье было буквально напичкано ими.

В Заирсхиме было почти сто пятьдесят тысяч жителей. И это был официальный город Империи. Количество и качество здешних воинов на порядок превосходит Лим. Хватит ли этого чтобы отбить атаку? В любом случае орку очень не хотелось вступать в бой с тем, кто смог так изуродовать воина-Адепта. Их лучший шаман, встреченный на стене гоблин, с тех пор кажется стал ещё меньше и старше – настолько того потрясло увиденное. А этого злого старикашку было тяжело пронять.

— Я схожу проверю посты, — сказал Ур, подтягивая на поясе ремни со своими мечами.

— Ты иди налево, я пойду направо.

Орк закинул на плечо оружие и двинулся в озвученном направлении. Друзья разошлись чтобы проверить своих подчиненных на стене. Вскоре стемнело и по всему периметру зажглись фонари из специальных камней. Они излучали свет, пока запас маны в них не закончиться. С тех по как пришли новости из Римы на стене поставили дополнительные источники света. Из-за рассказа о способностях демона, крадущегося в темноте.

Так они и бродили по стене, проверяя своих людей. Сначала час, потом два, затем три… всю ночь.

Когда до рассвета оставалась не больше часа, два товарища снова встретились.

— Кажется на сегодня пронесло? – спросил Ур, начав очищать еще один фрукт ножом.

— Рассвет ещё не наступил, — сказал орк.

— Скоро будет.

Между старыми друзьями завязался разговор, который быстро ушел в мирное русло. Начали всплывать всякие смешные истории или интересные случаи из их жизни. Ур весело смеялся и поглощал один фрукт за другим. Был у него пунктик на этот счёт. Наг всегда ел фрукты из родной части империи. Иногда орк даже удивлялся: откуда он их столько берет на окраине?

Однако было в этом разговоре что-то странное. Всё время нечто на границах сознания ёрзало и пыталось обратить на себя внимание. Гатхарв чувствовал в этом что-то неправильное. Взгляд его сместился на ближайшую башню. Разглядеть на ней часового он не смог. Было слишком темно.

А почему было темно? Там ведь должны быть фонари?

Тогда до него дошло, что уже почти все камни погасли, а те, что еще нет, практически не испускали света. Почему они потухли так быстро? И какого хрена на башне никого не было!?

Слова выживших из Лима сразу всплыли в голове.

“Его обнаружили уже вырезающим город”

Орк взревел, поднимая тревогу, но не расслышал собственного голоса. Он повернул голову и увидел, как Ур, всего минуту, назад весело уплетающий свои фрукты, медленно сползает вниз, а знакомая секира, вонзенная в спину, торчит из груди.

Первый удар обрушился на него сзади и опрокинул на холодный камень городской стены. Следом за этим нападавший схватил его за сплетенные волосы и начал бить лицом о камень. После десятка ударов орк получил передышку. Несмотря на боль и головокружение воин оперся на предплечье приподнимаясь, а второй рукой попытался дотянуться до палаша. В следующий момент он снова закричал, только теперь уже от боли. И в этот раз он расслышал свой вопль у себя в голове. Боль столь чудовищная, что не поддавалась описанию заполнила его сознание. Оно покидало тело. Убийца пытался вытянуть все воспоминая, чувства и знания, саму суть орка из его тела. Кто-то старался вырвать его душу.

И у него получилось.

— Так вот ты какой, — хмыкнул Элим, оглядывая вытянутую душу.

В его руках появился изумрудно-прозрачный короткий меч с широким, заточенным с двух сторон клинком. Рукоять достаточно удобно лежала в руке, а массивная гарда не позволяла ладони соскользнуть на лезвие.

Элим уперся одно ногой в парапет стены. Свободная ладонь с пространственным кольцом на пальце, схватила появившуюся из него флягу.

Мужчина сделал несколько крупных глотков. Крепкий алкоголь обжег горло.

На стене не осталось ни одного живого разумного. За пару минут он изрубил каждого.

Первый Перерожденный глядел на дремлющий город внизу.

Сегодня наверняка будет самый мрачный день в его истории. Последний день.

Человек одним залпом допил остатки напитка во фляге. Облизнул губы и спрыгнул вниз со стены.