Глава 21. Противопоставление (часть 3)

— К чему такая спешка? — тихо спросил Лу Шэн, взяв кошелек.

— Ранняя птица первой получает червя. Вскоре в городе могут начаться волнения, и я хочу, чтобы ты в это время находился где-нибудь далеко. Волноваться не стоит, это всего лишь предосторожность, — Лу Фан улыбнулся, вот только Лу Шэна эта улыбка совсем не убедила.

Но он промолчал. Позвав Малышку Цяо, он собрал необходимые вещи и вместе с девочкой направился к ждущему их у бокового входа экипажу.

Сидя в карете, Лу Шэн смотрел на быстро удаляющиеся ворота поместья Лу. На сердце у него было тревожно.

— Господин, мы в самом деле отправимся в Горный Край? Это так далеко… — заволновалась Малышка Цяо.

Лу Шэн, улыбнувшись, в ответ промолчал.

Карета, в которой они ехали, ничем не отличаясь от большинства снующих по улицам экипажей. На ней не было никаких знаков, указывающих на принадлежность к семье Лу.

Миновав центр города, они направились к главным городским воротам. Несколько раз экипаж останавливали городские патрули.

Чуть отодвинув занавеску, Лу Шэн заметил, что отряды городских стражников включают в себя множество новых воинов, которых он раньше не встречал.

Потом перевел взгляд на здание, мимо которого они в этот момент проезжали.

— Тьфу ты! — внезапно Лу Шэн хлопнул ладонью по стенке экипажа.

Подчиняясь его приказу, карета свернула влево, в довольно узкий проулок. Потом, замедлившись, остановилась.

Задернув занавеску, Лу Шэн покинул экипаж, приказав Малышке Цяо следовать за ним.

— Брат Шэн, опаздываешь, — путь ему преградила упитанная фигура Чжэн Сяньгуя.

— Вы?! — удивленно воскликнула Малышка Цяо.

— Идем. Неподходящее место для разговоров. Я уже подготовил вам убежище, — шепнул Лу Шэну Чжэн Сяньгуй.

Их карета медленно покинула переулок. Однако пассажиров в ней уже не было. Лу Шэн и Малышка Цяо, пересев в другой экипаж, никем незамеченные, вскоре покинули город.

Их путь лежал к скалистой гряде, расположенной несколькими километрами западнее хребта Черных Ветров.

Рядом с ней раскинулся небольшой лесок, по которому бежал весело журчащий горный ручей.

Карета остановилась на опушке леса.

Выбравшись из экипажа, Чжэн Сянгуй цепким взглядом окинул окрестности.

— Это место — мое тайное убежище, о котором, кроме моих охранников, больше никто не знает. Можете находиться здесь столько, сколько потребуется.

Лу Шэн помог Малышке Цяо выбраться из кареты.

— Спасибо, толстяк, — усмехнулся он в ответ.

— Брат, зачем каждый раз об этом напоминать? — ничуть не обиделся Чжэн Сяньгуй. — Окрестности здесь не обжиты. Ближайшее поселение — загородное поместье моей семьи. Каждый день мои охранники будут доставлять к хижине еду, так что голодать вам не придется.

Лу Шэн кивнул.

Чжэн Сяньгуй спустя мгновенье продолжил:

— Будь осторожен, это место расположено слишком близко к хребту Черных Ветров. Хотя главная дорога и охраняется солдатами, волки и другие дикие животные иногда сюда забредают.

— Не волнуйся, все будет в порядке. Ты главное вместе с едой не забывай мне сообщать обо всех достойных внимания городских новостях.

— Обязательно.

Не став больше задерживаться, троица вошла в лес. В нескольких метрах от едва заметной тропинки, вдоль скалы, серебристой лентой вился ручей. Чистый, словно кристалл, он петлял между кустарниками и одинокими валунами.

Лес был наполнен щебетом различных птиц. Деревья и трава были без единого признака присутствия человека.

Перешагнув через ручей, Лу Шэн увидел спрятавшуюся в тени деревьев небольшую хижину, сложенную из белых деревянных бревен. К домику вела узкая, посыпанная серым гравием дорожка.

— Надеюсь, скоро я скоро вас снова увижу, ребята, — тихо сказал Чжэн Сяньгуй.

Он взял с собой только двух телохранителей, преданных лично ему, поэтому и не беспокоился, что об этом месте кто-то узнает.

— Я понимаю, на тебя сейчас навалилось много работы. Возвращайся, как справишься, мы будем ждать, — кивнул Лу Шэн.

Улыбнувшись, толстяк похлопал друга по плечу, после чего отправился в обратный путь.

Лу Шэн приказал Малышке Цяо как можно быстрее прибраться в хижине, так как близился вечер.

В хижине, кроме зерна и сушеного мяса, они нашли корзину свежих овощей и фруктов — спасибо брату Сяньгую.

— Молодой господин, мы что, будем жить здесь? Мы же должны были отправиться в Горный Край… — непонимающе посмотрела на Шэна Малышка Цяо.

— Отправимся, но не сейчас. Некоторое время нам придется провести здесь, — ответил Лу Шэн.

К вечеру, когда на землю начали опускаться сумерки, уборка дома, наконец, была закончена.

Малышка Цяо зажгла масляную лампу.

В чернильно-черную ночь тускло-желтая лампа отлично освещала убогую хижину.

Лу Шэн вышел во двор и поднял к бездонному небу голову.

Небо было похоже на огромное темное пятно. Луна и звезды скрылись за облаками.

Тусклый свет масляной лампы, пробиваясь сквозь небольшое окно, был хорошо виден даже с другого края леса, который тоже был участком чернильной тьмы. Изредка из него доносились какие-то странные звуки.

Лу Шэн инстинктивно обхватил ладонью рукоять висевшей на поясе сабли.

Чжэн Сяньгуй хотел приставить к нему двух охранников, но он отказался. Чем меньше людей знают, где он, тем лучше.

Еще несколько минут посмотрев в сторону окутанных тьмой деревьев, Лу Шэн направился к хижине. Он закрыл ставнями окно, благодаря чему пробивающийся через узкие щели свет стал едва заметным.

Читайте ранобэ Путь Дьявола на Ranobelib.ru

Зайдя внутрь, Лу Шэн увидел лежащую на узкой кровати Малышку Цяо.

В хижине была одна кровать, сделанная из деревянных досок. Сверху нее — дерюжный коврик и хлопчатобумажный матрас. И один небольшой тюфяк.

— Господин… — глаза Малышки Цяо блестели, щеки были красными, словно она натерла их соком свеклы. — Если вы хотите отдохнуть, Малышка Цяо с радостью согреет вам постель.

— … — Лу Шэн на мгновенье опешил. — Там, в соседней комнате, есть тюфяк. Отправляйся туда.

Малышке Цяо было всего двенадцать, точнее, уже почти тринадцать лет. Он никак не мог воспользоваться ее предложением, считая это неприемлемым.

— Хорошо… — Малышка Цяо покраснела еще сильнее.

Девочка, помогавшая Лу Шэну переодеваться и купаться, считала близость между ними вполне нормальным явлением.

Но, к сожалению, ее молодой господин думал иначе.

Следуя приказу Шэна, девочка была вынуждена лечь спать отдельно.

Проснувшись на рассвете, обмывшись водой из ручья, Лу Шэн занялся тренировкой, все еще надеясь изучить никак не дающуюся ему технику «Черной Ярости».

Вскоре из хижины вышла малышка Цяо и забрала доставленную к воротам дома охранниками Чжэн Сяньгуя коробку с едой.

Позавтракав, Лу Шэн решил повторить все шаги техники «Разрывающая сердце длань», после чего снова занялся «Черной Яростью».

После обеда очередь дошла до техники «Черного Саблезубого Тигра».

После наступления сумерек он уселся читать написанное Чжэн Сяньгуем письмо, найденное в коробке для еды. Как оказалось, за прошедшие сутки в городе ничего странного не произошло, что не могло не радовать. Оставшиеся четыре часа перед сном Лу Шэн занимался техникой «Черной Ярости».

На следующий день цикл повторился.

Лу Шэн и Малышка Цяо жили в лесу уже почти полмесяца.

В технике «Черной Ярости» по-прежнему не было никаких подвижек. Другой человек к этому времени давно бы уже сдался, но не Лу Шэн.

Он понимал, что техника «Черной Ярости» — одно из давно утерянных боевых искусств с давно исчезнувшей в прошлом схемой движения энергии Ци. По крайней мере, Дуаньму Юань ему об этом говорила едва ли не прямо.

Вот почему он до сих пор упорствовал. Правда, он не думал, что изучение этого искусства затянется так надолго.

Но и его терпения не могло хватить навечно. И вот, в один из дней, когда он все же решил отказаться от своей мечты, в его теле появилась новая нить энергии Ци.

***

Небо было темным и тяжелым.

Несмотря на то, что приближался полдень, дул холодный и пронизывающий до костей ветер.

Лес был укутан тенями. И даже ни на минуту несмолкающие птицы сегодня практически не щебетали, лишь изредка с глубин густой чащи доносилась одинокая трель.

Взяв в руки длинную саблю, Лу Шэн раз за разом повторял давно заученные до автоматизма шаги, доводя до совершенства технику «Восемьдесят Четыре Ласточки, Преследующие Ветер».

Его скорость не была быстрой, поскольку он всего лишь отрабатывал точность ударов. Вместе с ударами он концентрировался еще и на первой мантре техники «Черная Ярость».

*Удар, удар, удар!*

Еще раз повторив одну довольно сложную серию ударов, Лу Шэн опустил саблю, намереваясь отправиться на обед.

Однако совершенно для него неожиданно под его челюстью промелькнула тонкая струйка обжигающего потока Ци и тут же исчезла.

Лу Шэн замер, не в силах поверить тому, что произошло.

Он медленно активировал технику «Черной Ярости», отслеживая ее движение в его теле.

Странное жгучее ощущение на мгновенье возникло где-то в районе поясницы, между почками.

— Это же… Я чувствую Ци!

Лу Шэн едва не танцевал от радости.

После стольких дней тяжелых тренировок он, наконец, смог убедиться, что руководство по технике «Черной Ярости» все-таки не подделка.

К счастью, все его труды окупились. Внутренняя сила, циркулирующая по его телу, смыла тяжелое бремя с его встревоженного сердца.

«Я должен немедленно инициировать эту технику, пока нить Ци не исчезла».

Как говорится, куй железо, пока горячо.

«Deep Blue» — мысленно сказал Лу Шэн, и перед его глазами привычно вспыхнула голубая рамка Модификатора.

Потом так же мысленно он нажал на кнопку «Изменить».

«Техника «Черной Ярости»: не инициирована».

Эти несколько простых слов породили в душе Лу Шэна неудержимую радость.

Так как в последнее время он так и не смог найти способа себя усилить, техника «Черной Ярости» была его последней надеждой.

Он не знал, как сможет справиться без нее с неизвестной угрозой, нависшей над его семьей.

«Изменить технику «Черной Ярости», поднять на один уровень!»

Лу Шэн и глазом не успел моргнуть, как надпись «не инициирована», сменилась на «инициировано».

*БУМ!!!*

В тот момент, когда это произошло, все его внутренние органы, расположенные в брюшной полости, в том числе и кишечник, словно стянуло в тугой узел. Потом объяло огнем.

Из воздуха в его тело хлынула тепловая волна, варварски пытаясь прорваться сквозь десять его меридианов.

Упав на колени, парень закрыл руками лицо, которое, покраснев, сильно опухло. Кожа по всему телу стала красной, словно панцирь сваренных в укропной воде креветок.

Пот, вытекая из пор его тела, превращаясь в пар, растворялся в воздухе.