Глава 5. Отчаянная храбрость

— Увлекся тренировкой? — нахмурился Лу Фан. — Для чего тебе вообще понадобилось заниматься боевыми искусствами?

Он собирался отругать сына, но, вспомнив о других молодых господах, которых интересовали только плотские утехи и развлечения, резко замолчал. В действиях этого юноши, в отличие от остальных, он вдруг заметил большие амбиции и стремления. И все слова, крутившиеся на кончике его языка, обернулись обычным вздохом.

— Если ты хочешь заниматься боевыми искусствами, тебе лучше обратиться к дяде Чжоу и учиться у него, а не тренироваться самостоятельно. Иначе это может закончиться не так, как тебе хотелось бы, — покачал головой он и, развернувшись, медленно направился к двери.

На полпути обернулся:

— Если тебе нужны какие-то лекарства, просто скажи. И я, пожалуй, добавлю две тысячи таэлей к твоему ежемесячному содержанию… — закончив говорить, патриарх, наконец, ушел.

Вторая Мать — Лю Цуйюй, протянув руку, вытерла лоб Лу Шэна влажным полотенцем.

— Твой отец слишком мягок, — вздохнула она. — После смерти патриарха семьи Сюй, которого он считал своим названным братом, Лу Фан чувствует себя крайне несчастным.

Недолго помолчав, она добавила:

— Я рада, что ты занялся боевыми искусствами, но их, обычно, начинают изучать в раннем детстве, когда быстрее всего усваиваются основы. В твоем возрасте начинать обучение немного поздновато…

Она говорила что-то еще, но Лу Шэн уже ее не слушал. Его внимание было полностью сосредоточено на технике черного саблезубого тигра, которую он недавно освоил.

«Это и вправду невероятно…»

Лу Шэн прищурил глаза. Со стороны могло показаться, что он внимательно слушает свою Вторую Мать, хотя, на самом деле, он просто оценивал состояние своего тела.

Он поиграл бицепсами.

«Мышцы на руках остались такими же, как и были. Хотя мышечная память упорно твердит, что я занимался спортом на протяжении многих лет. Просто…»

Он попытался напрячь мышцы на ногах. Ему показалось, что ноги стали намного сильнее, хотя в них еще и ощущалась остаточная слабость. Он чувствовал циркулирующую по телу силу, двигающуюся от кончиков пальцев ног к последним фалангам пальцев верхних конечностей.

Подобная текучесть силы была подробно описана в технике черного саблезубого тигра.

И называлась она — состояние Неограниченной Силы.

«Если верить тому, о чем говорилось в книге, у всех людей, практикующих боевые искусства, в теле циркулирует огромное количество силы. Если человек может мобилизировать, хотя бы 50% этой силы, он считается мастером, чтобы мобилизировать 80%, человеку нужно войти в так называемое состояние неограниченной силы».

Почерпнутые из книги знания не противоречили тому, что он знал, опираясь на воспоминания этого тела и с тем, что слышал от некоторых мастеров боевых искусств, в том числе и от дяди Чжао.

Считалось, что только мастера самого высокого уровня могли достичь состояния Неограниченной Силы.

Научившись мобилизировать силы и сосредотачивать их в одном ударе, человек получал силу и скорость, значительно превосходящую возможности простых людей.

«Дядя Чжао, скорее всего, тоже может достигать состояния Неограниченной Силы…» — Лу Шэн вздохнул.

Если бы не модификатор, он никогда б не смог достичь подобного эффекта.

«К сожалению, модификатор расходует не только кровь, но и жизненную силу, так называемую энергию Ци. Если изучение простейшей техники на столько времени приковало меня к постели, что будет, если я вознамерюсь изучить какой-нибудь более сложный навык?»

Ли Шэн начал постепенно понимать суть Модификатора.

Эта вещь, по природе своей, являлась индивидуальным регулятором, с помощью которого можно изменять «настройки» собственного тела.

Регулятором, потребляющим ментальную энергию, жизненную силу и кровь и не дающим никакой гарантии успеха.

«Тело включает в себя множество различных материалов — ткани, клетки, различные вещества и энергии. Модификатор, судя по всему, использует именно эти материалы, закладывая на исходной основе новый фундамент. Он не может увеличить мышечную силу или прочность костей из ничего», — выдвинул Лу Шэн кажущуюся наиболее верной теорию.

Изменения, произошедшие в его теле в последующие несколько дней, эту теорию только подтвердили.

Он начал медленно восстанавливаться, день ото дня становясь все сильнее. Мышцы его тела — рук, ног, спины и груди, стали заметно крепче.

Вместе с мышцами рос и аппетит.

Для того, чтобы скрыть от близких эти изменения, ему каждую ночь приходилось тайком пробираться на кухню и устраивать себе дополнительную трапезу.

Так продолжалось семь дней. Тело Лу Шэна с каждым днем становилось все крепче, он даже немного раздался вширь, правда, внешне это почти незаметно.

Что касается книги — он давным-давно вернул ее дяде Чжао в целости и сохранности.

Дядя Чжао, узнав, что он заболел и не может встать с постели, только покачал головой и вздохнул. Лу Шэн догадался, что дядя Чжао подумал — что он, тренируясь, довел себя до изнеможения.

Честно говоря, именно такими и были мысли дяди Чжао.

Первоначально он хотел дождаться, пока Лу Шэн столкнется с трудностями во время самостоятельного изучения техники, после чего попросит у него помощи. Кто знал, что безрассудство парня приведет к такому результату. Поэтому, когда Лу Шэн вернул ему книгу, он не стал у него что-либо спрашивать, ожидая, что юноша сам начнет задавать вопросы. Когда этого не произошло, старый мастер решил, что молодой господин, сдавшись, и вовсе утратил интерес к боевым искусствам.

Относительно всего этого, дядя Чжао мог только вздыхать, не осмеливаясь что-либо говорить вслух.

В итоге, со временем все вернулось на круги своя.

Гибель рода Сюй не оказала большого влияния на жизнь поместья семьи Лю. Молодое поколение продолжало жить своей обычной жизнью — пить цветочное вино, слушать музыку, кататься на лошадях и посещать выставки. Хотя город Цзю-Лянь и не был слишком большим, но и маленьким его сложно было назвать: в нем было довольно много развлекательных учреждений.

Что касаемо старшего поколения — они время от времени посещали различные собрания, в том числе и чиновничьи.

Лу Фан, чтоб отвлечься, с головой погрузился в дела.

Все словно забыли о недавно произошедшей трагедии, вернувшись к обычной жизни.

Все, кроме двух человек…

Одним из которых была Лу Ия. Ее лицо никогда не просыхало от слез. Она потеряла не просто жениха, а возлюбленного. С каждым днем девушка выглядела все более изможденной.

Вторым был Лу Шэн.

Встав, наконец, на ноги, он стал довольно часто выходить на улицу.

Он не ходил слушать музыку или танцевать, а отправлялся за город, в соседний лес, чтобы тренироваться.

Так, день за днем, он практиковался в использовании техники черного саблезубого тигра.

***

Черные вихри кружились у подножия высокого горного хребта, расположенного юго-западнее города Цзю-Лянь.

Лу Шэн мчался в ту сторону, захватив с собой купленную у лучшего городского кузнеца саблю.

Читайте ранобэ Путь Дьявола на Ranobelib.ru

Он не собирался достигать хребта Черных Ветров, а просто хотел найти место, где можно проверить свои навыки.

Он изучил технику черного саблезубого тигра с помощью модификатора, о котором не собирался никому рассказывать. Это был его главный козырь.

Для посторонних он был просто обычным молодым парнем из богатой семьи, слишком слабым, чтобы справиться даже с курицей.

Ему это даже было выгодно — чем несерьезней его будет воспринимать противник, тем проще его будет победить.

Конечно, во многом победа зависела и от реальной эффективности техники черного саблезубого тигра в бою.

В городе Цзю-Лянь не было никакого комендантского часа, поэтому его ворота оставались открытыми даже ночью. Одевшись в обычную, не бросающуюся в глаза одежду, он, немного загримировав свое лицо, чтоб не быть узнанным, тайком вышел из дому. Накинув на голову глубокий капюшон, он стал похож на одного их сотен безымянных путешественников, каждый день проходящих через город.

Дождавшись темноты, Лу Шэн покинул город.

Темнеющая на горизонте горная гряда казалась огромным спящем зверем, убаюканным призрачным светом луны.

Его сердце забилось быстрее.

Собрав в кулак все свое мужество, он, выбравшись за пределы городских врат, двинулся в сторону хребта Черных Ветров.

— Динь, динь, динь…

Возвращавшийся из путешествия караван, свернув с главной дороги, направился к воротам города. Перезвон висевших на повозках колокольчиков, качающихся на ветру, слышен был издалека.

Лу Шэн покинул город через отверстие в стене.

Честно говоря, он вообще не понимал, для чего городу нужны ворота. То, что они не закрывались на ночь, это еще полбеды. В окружающих город стенах было столько больших и малых дыр, что они не имели никакого практического значения для обороны.

— Что-то вы сегодня возвращаетесь слишком поздно, – донесся до него хриплый голос.

— На обратном пути у повозки отвалилось колесо, вот и задержались.

Глава каравана и начальник городской стражи беседовали, стоя у городских ворот.

Лу Шэн стоял на узкой тропинке, ведущей в юго-западном направлении. По сравнению с главной, эта дорога была намного уже. С этого место было хорошо видно горящие на воротах факелы, от которых исходил тусклый свет.

— Воистину дремучие времена… — покачал головой Лу Шэн.

Оглянувшись по сторонам, он ничего не увидел — вокруг царила непроглядная темнота, и лишь город Цзю-Лянь отсвечивал в ней тусклым светом.

— Никаких уличных фонарей. Дикая первозданная природа — рай для опасных хищников.

Некоторое время он колебался, но циркулирующая по телу сила быстро смыла цепляющий за душу страх.

Кроме того, в технике черного саблезубого тигра был свой способ борьбы с кромешной тьмой. Черный Тигр был отличным охотником, хорошо видящим в темноте. Люди, владеющие техникой черного саблезубого тигра, чувствовали то, что их окружает, вслушиваясь в звуки ветра. Последователям этой техники легко ориентировались в темноте.

Погладив рукоять сабли, Лу Шэн потуже затянул пояс, после чего по узкой дороге быстро зашагал в направлении горного хребта Черных Ветров.

Пройдя несколько сотен метров, он достал из мешочка, висящего на поясе, два небольших кремня, вытащил из заплечной котомки заранее приготовленный факел.

С силой потер друг о друга кремни, высекая искру.

Через несколько секунд на навершии факела заплясали крошечные огоньки.

Лу Шэн оглянулся. Тусклые огни города Цзю-Лянь уже едва были видны.

Подняв повыше факел, он медленно двинулся вперед.

— Если верить словам охотника, виденный им дикий волк обитает где-то поблизости. Посмотрим, насколько я везуч.

Конечно, лучше было бы отправиться прямо к подножию хребта, но он опасался. Если в этом мире на самом деле существуют призраки и различные монстры, такое путешествие могло для него закончиться плачевно, поэтому он не рискнул слишком далеко отдаляться от города.

Если бы ему не нужно было проверять эффективность своих новых навыков втайне ото всех, он и вовсе б не вышел за городские ворота в одиночку.

Еще немного пройдя вперед, он вскоре заметил стелющиеся по земле следы.

Старый охотник был прав — это были следы дикого волка. Рядом валялись округлые кусочки белых волчьих фекалий.

Потыкав в испражнения палкой, Лу Шэн понял, что они давно высохли. Внутри обнаружилось что-то, похожее на человеческий ноготь.

— Должно быть, это именно то место… Этому куску фекалий не больше нескольких дней. По словам старого охотника, он видел этого волка вчера. Видимо, это произошло где-то неподалеку.

Взяв в левую руку факел, а в правую саблю, Лу Шэн медленно, настороженно оглядываясь по сторонам, двинулся вперед.

Сабля была странной — комбинация из изогнутого лезвия и рукояти какого-то сельскохозяйственного орудия, которая, по мнению юноши, была слишком длинной.

Рукоять и лезвие сабли были примерно одной длины. Без лезвия эту рукоять можно было бы использовать в качестве шеста для разведывания болотистой местности. Ему требовалось прикладывать немало сил, чтоб удерживать ее одной рукой.

Недолго подумав, он воткнул конец факела в расщелину торчащего из земли камня.

Камни здесь валялись повсюду, они были немыслимых форм и размеров. Вокруг не было ни одного дерева, так что опасность что-нибудь поджечь была исключена.

Освободив руку от факела, Лу Шэн достал из-за пазухи бумажный пакет, в котором находился кусок свежей свинины, купленной им сегодняшним утром.

Осторожно развернув бумагу, положил мясо на землю.

На поверхности мясной вырезки все еще оставались следы не успевшей высохнуть крови, запах которой, подхваченный ветром, тут же разнесся по округе.

Крепко сжав в руках древко сабли, Лу Шэн спрятался за обломком большой скалы.

Ветер был довольно холодным.

Прижавшись к камню, Лу Шэн внимательно следил за куском мяса.

Время текло невыносимо медленно.

Вдали послышался волчий вой, больше похожий на плач ребенка.

В свете факела промелькнула стремительная черная тень.

В мгновение ока, схватив кусок мяса, тень растворилась в темноте.

Лу Шэн, обрадовавшись, вознамерился ринуться в погоню, но его спина вдруг напряглась, словно ее коснулся порыв холодного ветра.

Глаза юноши широко распахнулись. Резко обернувшись, он наискось взмахнул саблей.