Глава 1785. Разрушающая мир тень Дракона

Когда три предка Яма одновременно атаковали, в этот миг пугающая дьявольская сила была настолько страшной, что казалось мгновенно может проглотить и обрушить пустоту.

В пространстве, поглощенном светом, дьявольские когти Янь Эра ударили уцелевших четырех Богов Моря Южного Моря.

Со скоростью разрывающей пространство, дьявольская сила пронзила души, могущественные четыре Бога Моря едва успели вовремя среагировать, объединив божественные силы перед приближавшимся темным взрывом.

Бум!

Золотая аура яростно расцвела, однако в одно мгновение взорвалась разлетевшись на обломки, и одновременно тела четырех Богов Моря яростно содрогнулись, губы и зубы обагрились кровью, и почти вся золотая аура в глазах рассеялась.

Четыре великих Богов Моря, двое из которых Божественные мастера девятого уровня и два восьмого уровня, оказались в явно невыгодном положении, после первого удара Янь Эра.

Действительно, перед лицом предка Яма, колоссальный разрыв в силе превзошел все ожидания, оставив четырех Богов Моря потрясенными до такой степени, что их души разлетелись на куски.

— Болтуны! — Янь Эр издал пронзительный вопль, и его дьявольские когти внезапно взорвались, потрясая напуганных Богов Моря вдалеке, а затем яростно ударил десятью сухими пальцами, начертив миллионы темных рубцов посреди темного пространства, накрывая кошмарной сетью четырех Богов Моря Южного Моря, и втягивая их все глубже и глубже в бездну тьмы.

— Янь Эр, Нань Цяньцю, должен быть живым, — равнодушно сказал Юнь Чэ.

Янь Эр повиновался приказу, и энергия которая первоначально охватывала четверых, была насильственно изменена и сосредоточена на одном человеке, Нань Цяньцю.

С другой стороны, дьявольская тень Янь Саня уже приблизилась к Божественному императору Южного Моря, и холодный блеск пары черных дьявольских когтей разрывавших душу схватила его голову.

— Сопляк Южного Моря, умри, ха!

В прошлом Нань Ваньшень редко действовал лично, если происходила действительно серьезная, непредвиденная ситуация, любой из четырех Королей Моря при нем, мог уничтожить всех одним щелчком пальцев.

Но теперь все четыре Короля Моря мертвы, и последние четыре Богов Моря не могли позаботиться даже о себе, он никогда не думал, что, будучи Божественным императором номер один Южной области, однажды будет «один против всех».

Гнев и ненависть почти разорвавшие его тело, наконец нашли куда излиться, оставшиеся у него волосы встали дыбом, зрачки превратились в чистое ослепительное золото, сила гнева Божественного императора Южного Моря быстро конденсировалась в колоссальную золотую атакующую формацию, желая разорвать Янь Саня на мелкие, черные куски.

Бум!

Сотни километров пространства рухнули в одно мгновение, черные дьявольские когти и золотая атакующая формация одновременно разбились, Янь Сан отлетел назад, тело Нань Ваньшеня резко упало, брызгая кровью из ран и прежде чем он снова смог вздохнуть, в его зрачках вдруг появилась страшная гримаса Янь Саня, сопровождаемае несравненным, пронзительным дьявольским смехом.

— Болтун, хахахаха!

Бум

Нань Ваньшень, как будто столкнулся с разрушительным ураганом, и на мгновение даже его сознание замерло, затем он остановил свое тело, и как только его сила вот-вот нахлынула, он безумно выплюнул несколько глотков крови, в груди появились пять черных как смоль кровавые дыры, которые почти насквозь пронзили его тело.

С точки зрения общей силы Нань Ваньшень, был немного сильнее Янь Саня, самого слабого из трех предков Яма.

Однако, Нань Ваньшень только что был тяжело ранен Великой Пушкой Бога Моря, и его аура и кровь были в неудержимом гневе и ненависти, поэтому он не мог быть соперником Янь Саня в нынешнем состоянии.

Кроме того, он был снова сильно ранен, и перед Янь Санем, не говоря уже о сопротивлении, просто сопротивляясь изо всех сил, еще сильнее усугублял свои раны… Серьезные раны от Великой Пушки Бога Моря, пусть даже если он немедленно уединится совершенствоваться, понадобятся десятилетия, чтобы исцелиться.

Неудивительно, что под наступлением Янь Саня Нань Ваньшень шаг за шагом отступал, но к Божественному императору Южного Моря, никто не вышел, чтобы дать ему передышку. В то время четыре Богов Моря были полностью подавлены Янь Эром, Нань Гуйчжун оставался неподвижным на месте, потому что перед ним уже появилась такая мощная аура, что не давала ему опрометчиво двигаться.

Цянь Бинчжу.

— Старший брат Бинчжу, — выражение лица Нань Гуйчжуна оставалось равнодушным, но чистый свет его старых глаз, казалось, пришел в упадок, — я не видел тебя много лет, и теперь, было бы неплохо обменяться опытом.

Цянь Бинчжу сказал, — естественно, хорошо обмениваться опытом со старым другом. Жаль, только что место, где мы с тобой стоим сегодня, является полем битвы.

Жестокий шторм разразился и рядом с Цянь Бинчжу появилась фигура Цянь Угу.

Два великих предка Брахмы, два Божественных императора Фантянь, их ауры, их совместное давление ауры, было настолько сильным, что даже такой сильный, как Нань Гуйчжун, почувствовал, что его кровь остановилась в этот самый момент.

Глядя на состояние четырех Богов Моря и Нань Ваньшеня, он вздохнул, и в его руке появился старый меч из темного золота.

Если бы он сражался в одиночку с Цянь Угу или Цянь Бинчжу, он был уверен, что сможет остаться непобежденным. Но, столкнувшись с ними одновременно, у него не было ни одного шанса на победу.

— Убрать все печати со столицы! — Подняв старый меч, голос Нань Гуйчжуна разнесся по Божественному Царству Южного Моря, как огромные волны, — сыновья и дочери Южного Моря, дьяволы приближаются к городу, это день, когда будет определено выживание Южного Моря, используйте все свои силы и сражайтесь!

Большинство печатей столицы Южного Моря, были ранее уничтожены Великой Пушкой Бога Моря, и в это время, по приказу Нань Гуйчжуна, все печати были открыты. В данную минуту в столицу, некогда недостижимую первую священную землю Южной Божественной области, вступили мириады духов.

Янь Эр подавил четырех Богов Моря, Янь Сан сражался против Нань Ваньшеня, а два предка Брахмы подавляли Нань Гуйчжуна… с момента существования Южного Моря и до сих пор, у них никогда не было такого высокого уровня битвы.

Но полем битвы этого ожесточенного боя была столица Южного Моря, и независимо от того, чем она закончится, столица Южного Моря снова будет подвергнут огромной разрушительной катастрофе.

Янь И в одиночку набросился на трех Божественных императоров, Шитяня, Желтого императора и Фиолетовой Тайны, как глава трех предков Яма, его сила превосходила любого из присутствующих людей, и при приближении то, что принесло трем Божественным императорам, была, несомненно, несравненно огромное давление тьмы.

— Не волнуйся за них, — вдруг сказал Юнь Чэ, боковым зрением посмотрев на трех Божественных императоров с несравненным равнодушием.

Фигура Янь И остановилась и вернулась к Юнь Чэ, больше не двигаясь.

Потрясающий душу рев стоял в ушах, и сотрясающие воздух вопли доносились снизу, толпа старейшин Южного Моря и стражников Южного Моря, только что подавленные силой трех предков Яма, метались скрежета зубами.

— Дядя Гу, — Цянь Инь`эр посмотрела вниз, — ты не убивал много лет, но сегодня, боюсь, ты можешь совершить самую большую резню в жизни.

Гу Чжу слегка улыбнулся и сказал. — Мисс благополучно вернулась и начала новую жизнь, этот старый раб на склоне лет не испытывает сожалений, упорство, которое у меня когда-то было, давно не стоит упоминания.

Когда он закончил говорить, его фигура уже постепенно размылась, и из ниоткуда возникла буря, мгновенно разрывая пространство и тела, быстро окрашивая бурю в шокирующий кроваво-красный цвет.

Цянь Инь`эр тоже сделала ход, Божественный Оракул, подобно золотой змее вынырнувшей из темной бездны, в одно мгновение пронзил тела десятков стражников Южного Моря, а после разорвал тело старейшины Южного Моря.

Ожесточенное сражение затянулось, и половина практиков Южного Моря бежала, а другая половина практиков яростно бросилась к столице.

Каков был фундамент? Фундамент был достаточно прочный, чтобы отлить гигантскую башню, способную пробиться сквозь облака.

Но если бы фундамент разрушился, даже если башня пробивала небеса, она рухнула бы в одно мгновение.

Фундаментом Божественного Царства Южного Моря, несомненно, были Короли Моря и Боги Моря. Но с гибелью четырех Королей Моря и большинства Богов Моря, главной силой Божественного Царства Южного Моря, остались только четыре Бога Моря, Нань Ваньшень и Нань Гуйчжун, что делало уже невозможным противостояние Юнь Чэ и его группе… даже если в группе противника было всего восемь человек!

Как ужасно было поле битвы людей Царства Божественного мастера, даже Божественным Владыкам, было невозможно приблизиться. Огромная численность и преимущество родной земли, в жестокой битве такого уровня были совершенно бесполезны. А те практикующие, Южного Моря, что волнами хлынули на поле битвы, желая всеми силами защатить свою священную землю, были просто бесстрашными и невежественными дураками, трагически погибая под последствиями силы Божественных мастеров, даже не успев приблизиться к полю боя.

Бум! Бум! Грохот

Все Божественное Царство Южного Моря дрогнуло, и небо, которое было разрушено силой, продолжало трескаться, не имея возможности восстановиться.

Однако всего за пятнадцать минут четверо Богов Моря, объединивших свои силы, были ранены Янь Эром, тьма вторглась в их тела и души, заставив не только их тела похолодеть, но и их воля и гордость были быстро поглощены ужасом.

Нань Ваньшень время от времени вопил, но был подавлен Янь Санем, совершенно не способный ответить ударом на удар, его тело было разорвано еще одним черным шрамом, а под черными шрамами его кости быстро заражались тьмой.

Нань Гуйчжун был окружен двумя предками Брахмы, и даже сопротивляться было все труднее и труднее.

С самого начала этого ожесточенного сражения, центральная сила Южного Моря была разгромлена, и старейшины и стражи Южного Моря были беспощадно убиты один за другим от рук Цянь Инь`эр и Гу Чжу.

Дорога помощи извне была отрезана, и теперь единственным фактором, который мог изменить ситуацию в Южном Море, были три Божественных императора Южной Божественной области.

Три силы на уровне Божественного императора, и двое наследовали божественную силу, безусловно, эти силы могли вмешаться в битву.

Однако, все трое с самого начала не сделали шаг.

Янь И, который устремился к ним, а затем внезапно остановился, несомненно, получил предупреждение Юнь Чэ… говоря им, что его целью было только Южное Море, и что если они осмелятся сделать шаг, они будут похоронены вместе.

— Божественный император, действительно… не сделает шаг? — Прошептал Бог Моря, стоявший позади Цан Шитяна.

Цан Шитянь прищурился и не ответил.

Император Желтого императора и император Фиолетовой Тайны побледнели, и их умы сосредоточились на Янь И. Могущественная тьма исходившая от главы предков Яма давала им понять, что при малейшем движении дьявольские когти стороны противника пронзят их сердца и души… не оставив возможности сожалеть.

— А!

Послышался болезненный крик, грудь Нань Ваньшеня пронзили дьявольские когти Янь Саня, и на теле чрезвычайно возвышенного Божественного императора появилась кровавая дыра, заполненная ужасным темным туманом.

Нань Ваньшень в спешке попятился назад, прикрывая грудь, его взгляд несущий бесконечную ненависть, резко повернулся к трем Божественным императорам, из его уст вылетел отчаянный рев, похожий на рев дикого зверя, — неужели не будете действовать?!!

Лица императора Желтого императора и императора Фиолетовой Тайны одновременно напряглись, и император Желтого императора слегка скрипнул зубами, на его теле внезапно взорвалась аура, а аура меча заволновалась.

— Ты уверен, что хочешь сделать шаг? — Слова Цан Шитяна прозвучали холодно, неся легкую задумчивость.

— Хм! — Аура императора Желтого императора слегка сжалась, он тяжело сказал, — если, я Божественный император Южной области испугаюсь дьяволов и не осмелюсь сражаться, я стану трусом, над которым все смеются!

— Верно! — Слова императора Желтого императора, также разрушили сомнения императора Фиолетовой Тайны, он твердо сказал, — мы разделяем одну и ту же участь, если мы не поможем Южному Морю прогнать Юнь Чэ сегодня, следующими, кто умрет, будем мы… к тому же мы станем позорным посмешищем после смерти!

— Хехе, — улыбнулся Цан Шитянь, — Божественный император? Верно, каким бы почетным ни был этот титул, он символизирует вершину власти и статуса в нынешнем мире. Однако…

Он медленно протянул руку и указал на Юнь Чэ, — три старых монстра, окружающие Юнь Чэ, насколько превосходят любого из нас, однако только достойны быть верными собаками у его ног. Тогда, что такое наш титул «Божественный император» в его глазах?

— Цан Шитянь! — Глаза императора Желтого императора были полны гнева, — это нормально, если ты боишься смерти и не хочешь действовать, но зачем унижать других и себя?

Уголки рта Цан Шитяна слегка скривились, и он не торопясь сказал. — Если тебе это неприятно, то считай этого короля пердуном. Если вы хотите сражаться, конечно, этот король не остановит вас. Только вам не стоит забывать, что Юнь Чэ ранее своими жестокими руками уничтожил Бога Дракона и теперь поклялся истребить Южное Море, однако с самого начала он никогда не нападал на нас.

— Теперь, сделав шаг, вы только добровольно спровоцируете его, и после этого больше не будет места для сожалений, — Цан Шитянь холодно улыбнулся, — а последствия этой провокации вы все видели своими глазами, когда придет время, не обвиняйте этого короля в том, что он вас не предупредил.

— Ерунда! — Сказал император Фиолетовой Тайны, — нынешний Юнь Чэ сумасшедший дьявол! Ты действительно бредишь, считая, что Юнь Чэ не тронет нас?

— Бред? — Цан Шитянь сказал. — Судя по нынешней ситуации в Восточной Божественной области, те, кого Юнь Чэ ненавидел, и те, кто сопротивлялся получили печальный финал. Но те, кто покорно подчинился, живут действительно очень хорошо. Особенно, Царство Стеклянного Света, Охватывающее Небесное Царство и искалеченное Царство Звездного Бога, которые добровольно сдались, остались почти невредимыми.

Лицо императора Желтого императора вздрогнуло, а потом резко рассмеялся, — с дьяволами перед нами и страданиями Южного Моря, как император Южной области, твоя первая мысль не помочь, а…. сдаться? Ха… хехе, Цан Шитянь, хотя этот король смотрел на тебя все эти годы с презрением, однако я никогда не думал, что ты настолько никчемен!

Император Фиолетовой Тайны тоже стиснул зубы и сказал, — только этими словами ты позоришь Южную область, и еще больше Царство Голубого Вала Десяти Сторон!

Цан Шитянь совершенно не разозлился, напротив улыбнулся и сказал. — Только что Цянь Угу сказал очень интересные слова, что правильно, а что неправильно, что добро, а что зло, чем старше, тем сильнее это размыто. Но этот король думает иначе, в глазах этого короля, победитель решает и указывает что абсолютно правильное, а что нет, что добро, а что зло.

Император Желтого императора и император Фиолетовой Тайна остолбенели.

— В сегодняшней битве, если мы будем действовать, лучшим результатом будет прогнать их, без возможности нанести им какой-либо тяжелый урон, и после этого мы станем смертельным врагом без шансов на примерение.

— Но если мы не предпримем никаких действий, Южное Море будет разбито, и мы потеряем наше достоинство, но мы, вероятно, сможем сохранить наши жизни. После этого единственные, кто может уничтожить Юнь Чэ, это только Царство Бога Дракона. Сегодня, с трагической смертью Пепельного Бога Дракона, Царство Бога Дракона нападет на Северную Божественную область и если Северная Божественная область будет на грани гибели, то мы нападем и сделаем все возможное, чтобы отомстить за сегодняшнее унижение. Однако, если.. в конце концов, даже Царство Бога Дракона ничего не сможет сделать против Юнь Чэ…

Голос Цан Шитяна стал приглушенным, — если вы начнете действовать, то поспешно выкопаете сами себе могилу!

— Абсурд! — У императора Желтого императора все еще было гневное выражение на лице, но аура его тела бессознательно втянулась, и он явно колебался.

В это время и без того мрачное небо вдруг снова потемнело.

Фигура Юнь Чэ медленно поднималась к небу, его руки раскинулись, черные волосы танцевали, и густой темный туман окутывал все его тело, словно свет всего мира безумно пожирала его тьма, становясь все чернее и чернее.

— Ублюдки Южного Моря, — Юнь Чэ слегка пошевелил губами, и голос его был похож на дьявольское проклятие, шепчущего в уши всех людей, — навечно умрите во тьме!

Сияние неба Южного Моря погасло, черные тучи забурлили, хаотичные, неконтролируемые потоки воздуха превратились в бесчисленные бури тьмы, а элементы тьмы между небом и землей выросли превышая здравый смысл, желая поглотить всё.

Поражающее Небеса Дьявольское Бедствие!

Такой же темный туман плыл над Янь И, Янь Эр, Янь Сан и Цянь Инь`эр, и по началу небывалый поток тьмы, снова резко увеличился, мгновенно заставив непрерывно пугливо вопить четырех Богов Моря… Вопль Божественного императора Южного Моря также явно нес страх и легкое отчаяние.

В то же время десятки стремительно приближающихся темных аур тоже наконец прибыли, первым прибыл Янь Тяньсяо, когда аура императора Яма пронзила столицу Южного Моря, и без того темное Южное Море снова покрылось еще одним слоем отчаяния тьмы.

— Это… это? — Император Фиолетовой Тайны с ужасом смотрел в небо.

— Действуем! — Все тело императора Желтого императора дрогнуло, когда из его тела были выпущены тысячи лучей меча, — если мы не нападем, будет слишком поздно…

Прежде чем он успел закончить фразу, он вдруг поднял голову.

В этот момент внезапно разорвался безграничный темный небосвод, и появилась… аура Божественного мастера десятого уровня!

Бесчисленные глаза на поле боя непроизвольно переместились к ауре уровня Божественного императора, но то, что появилось из тьмы, тем не менее было нежной фигурой, что никто не осмелился поверить в это.

— Кто… кто это!? — Все были испуганы, ведь у появившегося человека была известная репутация, которую в нынешнем мире знали все.

Цянь Инь`эр остановилась и посмотрела на внезапно появившуюся девушку со слегка удивленным выражением.

Юнь Чэ медленно поднял глаза, из его черных как смоль зрачков поднялся особый, странный блеск, и мягко произнес, — Кай… Чжи…

Царство Божественного мастера… десятого уровня?

Ее развитие было таким… удивительным!

— Ах… Небесный Волк… Звездный Бог! — Тело Нань Ваньшеня качнулось, когда появилась аура другого Божественного мастера десятого уровня, он искал спасителя, но реальность была еще одним кошмаром.

Кайчжи равнодушно смотрела с огромной высоты, и в ее зрачках почти не было эмоций. Она посмотрела вниз, и священный меч Небесного Волка в ее руке медленно поднялся и указал прямо на небо.

Чи!

Глаза волка засверкали на острие меча, но это была не синего цвета божественная сила Небесного Волка, и не темный свет после преображения в дьявола, а медленно расцветавшее… багровое сияние.

— … !? — Брови Юнь Чэ слегка напряглись.

Это багровое сияние…

Багровое сияние распространялось, небосвод разошелся, и между бесформенными глазами, растянулось огромное самостоятельное пространство.

Рев

Посреди этого странно раскинувшегося пространства вырвался душераздирающий рев, и любой мог мгновенно распознать, что это явно рев дракона, могучий рев небесного дракона, несравненный для любого живого существа!

Под ревом дракона огромная драконья тень пронзила пространство и появилась над небом.

Тень дракона была длиной три тысячи метров, а серовато-белое тело, было исключительно древним и казалось, было пропитано бесконечными невзгодами Солнца и Луны, и то, что оно принесло, было явно огромной драконьей силой Божественного мастера средней ступени.

Это внезапное изменение заставило поле битвы на мгновение задохнуться, но появление этого дракона Царства Божественного мастера на средней стадии было только началом.

Прежде чем толпа смогла оправиться от потрясения, в одно мгновение появилась вторая тень дракона, с тем же телом дракона, тем же серовато-белым цветом и той же драконьей аурой Царства Божественного мастера, которое было столь же тяжелым, как десять тысяч гор.

Потом третий, четвертый… десятый… двадцатый… пятидесятый… сто!

Несравненно редкие драконы Царства Божественного мастера, на виду у толпы, быстро возникли посреди этого странно расколотого пространства, и их огромные крылья расправились накрывая небо, а сто нитей драконьей ауры Царства Божественного мастера были настолько тяжелы, что связывали каждую крошечную песчинку и пыль в воздухе до смерти.