Глава 522. Изучение Души Духовной Длани.

Юнь Синь Юэ сжимал свои кулаки всё сильнее и сильнее, до того, что похоже собирался сломать себе кости, и пот струился потоками по его лбу. Он поднял голову и сказал голосом полным силы воли, «Патриарх… Не то, чтобы я не смею, но я не могу с этим согласиться! Я, Юнь Синь Юэ, всегда был предан и искренен, на каких основаниях я должен подвергаться Изучению Души Духовной Длани на публике, лишь потому что какой-то посторонний высказал какие-то безосновательные обвинения в мою сторону?! Это потому что… он крёстный сын Патриарха? Если Изучение Души Духовной Длани докажет мою невиновность, этот вопрос в конце концов будет замят, и ваш крёстный сын, его просто отпустят, ударив по рукам…? Разве это так должно происходить? Я не могу это принять… Патриарх, если вы будете вести себя таким образом, вы лишь обескуражите весь наш клан… Я правда не могу этого принять.»

«Ты не можешь этого принять?» Юнь Цин Хун издал невесёлый смешок, «Раз причина в этом, Патриарх сделает так, что ты согласишься… Чэ’ер!»

«Крёстный Отец.» Ответил Юнь Чэ.

Юнь Цин Хун торжественно заявил, «Вопрос о том, что бы Юнь Синь Юэ прошел Изучение Души Духовной Длани, полностью в твоих руках. После того, как Изучение Души Духовной Длани будет завершено, если он действительно замешан в попытке убийства Сяо’ер и Седьмой Под Небом, то ты на самом деле помог нашей Семье Юнь разобраться с фантомной угрозой и это действительно будет великой заслугой. И в таком случае, Совет Старейшин естественно тебя наградит, и ты заполучишь одобрение всей семьи Юнь. Тем не менее, если Юнь Синь Юэ действительно невиновен… То получается, что ты злонамеренно обвинил одного из учеников Семьи Юнь. Даже если ты мой крёстный сын, я не позволю тебе легко отделаться! В этом случае, ты будешь обязан уничтожить все меридианы в своём теле, на глазах у всех присутствующих здесь… Согласишься ли ты на эти условия? Если нет, то и нужды в Изучении Души Духовной Длани нет!»

Уничтожить все его меридианы… Это невероятно жестокое наказание, заставило всех присутствующих почувствовать дрожь в своих телах.  Изначально, множество членов Семьи Юнь чувствовали, что внезапный гнев Юнь Цин Хуна был чтобы защитить Юнь Чэ, но когда он произнёс эти слова, никто в не сомневался; они даже думали, что Юнь Цин Хун был необычайно жесток со своим крёстным сыном.

Хоть Юнь Цин Хун и был стопроцентно уверен в Юнь Чэ, он всё ещё оставил путь отступления для Юнь Чэ… Уничтожить чьи-то меридианы, на глазах любого практика, даже если это будет Монарх [9], он будет невероятно этим напуган. Но, у него и Му Юй Жоу меридианы были искалечены на протяжении двадцати лет, и Юнь Чэ полностью их восстановил за два месяца. Даже если в конечном итоге, он будет вынужден уничтожить все его меридианы, это не будет большой проблемой, чтобы полностью их восстановить.

«Да!» Юнь Чэ кивнул, и без колебаний объявил во весь голос, «Если Юнь Синь Юэ докажет свою невиновность под Изучением Души Духовной Длани, я, перед всеми присутствующими здесь, уничтожу все меридианы в моём теле… Если я покажу какие-нибудь признаки неповиновения, любой присутствующий может предпринять действия против меня, и я не буду сопротивляться!»

Юнь Цин Хун медленно кивнул, «Юнь Синь Юэ, теперь, у тебя всё ещё есть что сказать?»

Теперь, когда ситуация дошла до этого, и Юнь Цин Хун долго говорил, если Юнь Синь Юэ продолжит сопротивляться, то это будет выглядеть ненормально. Грудь Юнь Синь Юэ яростно вздымалась и его ноги начали слегка дрожать. Он стиснул зубы и сделал шаг на арену, но не мог сделать второй… потому что всем присутствующим было предельно ясно, каким будет результат Изучения Души Духовной Длани.

«Хмф!» Выражение Юнь Цин Хуна стало яростным, он сказал пронзительным голосом, «Старейшина Порядка, в случае, когда не пагубные действия предпринимаются против Семьи Юнь, как кто-то, кто намерен идти против приказа Патриарха, будет наказан?»

Старейшина Порядка был взят врасплох, но быстро ответил: «Отвечаю Патриарху, если кто-то игнорирует приказы Патриарха… Лёгким наказанием будет принудительное лишение свободы, и тяжёлое наказание… Тяжёлое наказание, это избавить человека он внутренних искусств и изгнать его из семьи.»

«Юнь Синь Юэ, ты хочешь стать калекой и быть изгнанным из Семьи? Или ты хочешь войти в Арену Священного Облака и доказать свою невиновность? Если ты показываешь сомнения, даже перед лицом совершения такого простого решения, это просто доказывает, что всё сказанное Юнь Чэ вовсе не было ложью!»

Юнь Синь Юэ не двигался. В это время, его дух был на грани краха, и среди хаоса и страха господствовавшего в его разуме, он едва мог слышать, что говорил Юнь Цин Хун.

«Раз ты всё ещё отказываешься взойти на Арену Священного Облака, то я могу лишь заставить кого-нибудь помочь тебе это сделать.» Юнь Цин Хун посмотрел на трёх Великих Старейшин и сказал с почтительным взглядом, «Наши трое Великих Старейшин, я сожалею об этом, но этот вопрос требует вашей помощи. Потому что, только если трое Благородных Старейшины лично примут участие, все присутствующие будут удовлетворены.»

Юнь Цзян, Юнь Си, Юнь Хэ, были людьми, что испытали всё под этим солнцем. И текущее состояние Юнь Синь Юэ ясно говорило ему о том, что происходит. Как только Юнь Цин Хун договорил, Великий Старейшина Юнь Си взмыл в воздух и мгновенно предстал перед Юнь Синь Юэ. Прежде чем Юнь Синь Юэ смог ответить, внутренняя энергия, бескрайняя, как океан, окутала его тело. Он не мог сопротивляться и самую малость, его глазах потемнело, и сознание было полностью похоронено.

Его тело предстало на Арене Священного Облака на коленях.

Внутренняя энергия Благородного Старейшины была такая плотная и сильная, что прежде чем кто-либо смог увидеть, что произошло, Юнь Синь Юэ уже был в центре Арены Священного Облака. Его тело замерло, а глаза широко открыты, но взгляд был рассеян; будто его душа покинула тело.

Со вспышкой, Благородный Старейшина Юнь Си появился на своём месте. Он сухо сказал, «Его сознание уже подвергнуто Изучению Души Духовной Длани, на следующие пятнадцать минут. Что бы Патриарх не хотел узнать, прошу, можете его спрашивать.»

Став свидетелем того, как его сын, был принудительно поставлен на колени, как преступник, у всех на обозрении, и увидев, как действовал и говорили Благородные Старейшины, ясно показавшие, что они на стороне Юнь Цин Хуна, тело Юнь Вай Тяня задрожало и он в взревел от гнева, «Хорошо… Хорошо… Давайте, спрашивайте, вперёд, спрашивайте!! Невиновность моего сына не боится никаких ложных обвинений! Юнь Цин Хун, попомни свои слова! Если мой сын невиновен, то этот Юнь Чэ… Обязан уничтожить все меридианы в своём теле!! И сегодняшнее происшествие… Я определённо его не забуду!»

«Великий Старейшина, прошу, успокойтесь. В настоящее время, разве мы не собираемся доказать невиновность твоего сына? Ты должен быть чуть спокойнее.» Юнь Цин Хун кивнул в сторону Юнь Чэ, «Юнь Чэ, подтолкни меня, я хочу услышать каждое слово, что он произнесёт.»

«Да.» Ответил Юнь Чэ спрыгнул с арены. После этого, он повёл каталку Юнь Цин Хуна, и вернулся на Арену Священного Облака, приземлившись прямо перед Юнь Синь Юэ.

«Ваше Высочество, что нам делать?» Позади Герцога Хуэй Е, Почтенный Каменный Дракон прошептал мягчайшим из его голосов.

Лицо Герцога Хуэй Е было непроницаемо, как стоячая вона, его пальцы были словно веер, и его указательный палец сделал крюк, выполняя неясный жест.

«Великий Старейшина, Ю Бай, прошу уйти. И другие старейшины, проследите за великим старейшиной? Не позволяйте ему лично войти на Арену Священного Облака. Тоже самое сделайте и для Герцога Хуэй Е.» Сказал Юнь Цин Хун спокойным голосом, смотря на Юн Синь Юэ.

«Хмф.» Герцог Хуэй Е слегка фыркнул, но не покинул Арену Священного Облака.  Вместо этого, он зафиксировал взгляд на спине Юнь Цин Хуна будто мог пронзить её взглядом.

Оба, Му Ю Бай и Юнь Вай Тянь согласились и покинули Арену Священного Облака. Но Юнь Вай Тянь сказал гневным голосом, «Мне не нужно, чтобы за мной присматривали! Мой сын определённо невиновен! Юнь Цин Хун, я уверен, что ты об этом пожалеешь!»

«Хеххех.» Юнь Цин Хун сухо рассмеялся, «Юнь Вай Тянь, никогда не думай, что раз ты его отец, то знаешь о нём всё. Но я более чем готов поверить, что о вещах, которые он совершил, ты оставался в неведении. Чэ’эр, тем, кто обвинил Юнь Синь Юэ в попытке убийства Сяо’эр и Седьмой под небом, был ты, так почему бы тебе лично не провести допрос. Особенно, учитывая, что ты был тем, кто обличил улики, ты лучше знаешь, какие вопросы нужно задать.»

«Понял.» Юнь Чэ кивнул и взглядом пересёкся с Юнь Цин Хуном; они невольно засмеялись, когда их взгляды встретились.

Во время сегодняшнего торжественного собрания, Юнь Цин Хун изначально хранил молчание и молчал настолько, что можно было с лёгкостью забыть о его присутствии. Но как только он открыл рот, вся ситуация попала в его руки. Он разрушил величие Герцога Хуэй Е и заставил Хэ Лянь Пэна потерять дар речи; Он заставил всех из Семьи Юнь ловить каждое его слово и действие; Вопли Юнь Синь Юэ о справедливости полностью испарились, и лишь пара слов заставили Благородного Старейшины лично принять меры, чтобы ограничить Юнь Синь Юэ…

Юнь Чэ редко кем-либо восхищался. Изначально он думал, что будет звездой Великого Собрания Семьи Юнь, но превосходя все ожидания, роли главного героя была легко забрана Юнь Цин Хуном. Он вдохнул в своём сердце… Не удивительно, что я такой превосходный, это потому что у меня такой отличный отец!

Ох, вот, каким он должно быть был, в самом своём расцвете сил!

В то время, как все присутствующие представители Семьи Юнь были обведены вокруг пальца практически безупречным сценарием, развернувшимся перед их глазами, Юнь Цин Хун смотрел сквозь него. Когда все присутствующие начали спрашивали и насмехаться над Юнь Чэ, он решил поверить… Это не связанно с доверием Юнь Чэ, это была мудрость и дальновидность Юнь Цин Хуна.

Юнь Чэ шагнул вперёд, став рядом с Юнь Цин Хуном. Он хотел напомнить Юнь Цин Хуну быть осторожнее, если кто-то сделает шаг, чтобы заставить замолчать Юнь Синь Юэ, но прежде чем он смог произнести слова, он их проглотил. Он верил, что, что с мудростью и дальновидностью Юнь Цин Хуна, ему не нужно об этом напоминать.

«Как тебя зовут?» Юнь Чэ встал перед Юнь Синь Юэ и казалось начал допрос.

«Юнь Синь Юэ…» Юнь Синь Юэ говорил медленно и безжизненно, но достаточно ясно, чтобы все слышали.

«Сколько тебе лет?»

«Двадцать семь…» Когда Юнь Синь Юэ говорил, слюни потекли из уголка его рта, и упали на пол.

«Какие девушки тебе нравятся больше всего?»

«Те, с… Большими… Задницами…»

«Ох! Я и представить не мог, что между нами будет что-то общее.» Юнь Чэ широко раскрыл глаза, «Так, кто же эта девушка, с которой ты спал недавно?»

«Леди Хризантема из Пьяной Кобылы…»

Пфф… Присутствующие мгновенно выпрыснули свои напитки в ответ на это.

«Ты ублюдок!!» Юнь Вай Тянь практически встал, указал на Юнь Чэ и кричал, «Что за идиотские вопросы ты задаёшь? Ты… Ты… Очевидно, что ты боишься, что выяснится, что ты ошибся, и сознательно делаешь это!»

Юнь Чэ быстро сделал успокаивающий жест, «Великий Старейшина Юнь, прошу, не злитесь. Это первый раз, когда я вижу легендарное Изучение Души Духовной Длани в действии, и я просто хотел узнать, правда ли, что на любой вопрос, что я задам, будет дан ответ… Да, я дума, что закончил с проверкой. Это Изучение Души Духовной Длани действительно таинственное, но сейчас нужно начинать допрос. Но, цык-цык… подумать только, что уважаемый сын Великого Сына Семьи Юнь на самом деле будет посещать бордели, когда захочет женской компании… Ох! Но по крайней мере, он предпочитает посещать бордель, а не как некоторые ученики других Благородных Семей, что насилуют и доминируют над невинными женщинами; его действия действительно наполнили меня уважением к нему. Просто эта, Леди Хризантема… Когда я слышу это имя, я не могу не подумать, что вкусы Великого Молодого Мастера Юнь похоже немного на не той стороне…»

«Ты!!» Тело Юнь Вай Тяня бесконтрольно тряслось и взгляд был полон жестокости; Он выглядел так, будто ненавидел то, что не может рвануть на арену и разобраться с Юнь Чэ.

«Да! Начинаю, прямо сейчас!» Юнь Чэ сильно закашлялся, случайно бросив взгляд на выражение молчавшего Герцога Хуэй Е. После чего, он с серьёзным тоном спросил, «Юнь Синь Юэ, позволь мне спросить. Два месяца назад, откуда ты узнал, что Юнь Сяо и Седьмая Под Небом чаются за городом?»

Юнь Чэ не спросил ‘знал ли ты’, вместо этого он спросил ‘откуда ты узнал’. Юнь Вай Тянь холодно ухмыльнулся, и с презрением сказал, «Под влиянием Изучения Души Духовной Длани, все слова идут прямо из глубины души, так что не может быть никакого обмана! Неужели ты думаешь, что если ты будешь задавать наводящие вопросы, он послушно сплетёт для тебя рассказ?»

Но, как только Юнь Синь Юэ открыл рот, выражение Юнь Вай Тяня застыло на месте.

«В тот день… Я проходил мимо двора Юнь Сяо… И так случилось, что я услышал звукопередачу, что Юнь Сяо отправил Седьмой Под Небом… Договорившись о встрече, следующим утром, в десять часов по утру… в Павильоне Дождевого Облака, что в тридцати пяти километрах от города…» Юнь Синь Юэ ответил медленно, но ясным голосом.

«Ох!» Юнь Чэ кивнул, «На самом деле, как и ожидалось, ты подслушал звукопередачу Юнь Сяо»

«Это… Это… Ах…» Казалось язык Юнь Сяо завязался в узел. Он вспомнил, что в первый день, когда встретил Юнь Чэ, Юнь Чэ спросил у него, использовал ли он Звукопередачу, чтобы попросить Седьмую Под Небом на встречу и также спросил, мог ли кто-нибудь подслушать эту звукопередачу…

Шёпот проносился по толпе. Первый же вопрос Юнь Чэ по теме и ответ Юнь Синь Юэ, заставил людей, что подозревали Юнь Синь Юэ, почувствовать что-то забавное.

Выражение Юнь Вай Тяня мгновенно исказилось, но он быстро закричал, «И что с того, что это правда? Синь Юэ случайно подслушал… Это означает, что из-за того, что он случайно услышал звукопередачу, то он тот негодяй, что организовал их уйбиство?!!»