Глава 1043. У меня было всё

Ли Муюня пронзило холодное намерение меча.

Он стал плеваться кровью и отлетел назад.

В мгновения ока его покрыла корочка голубого льда. На месте его сердца появилась огромная, почти сквозная кровавая дыра. В неё можно было разглядеть его замороженные внутренности.

«Кхе-кхе… Искусство Меча и Сабли, действительно… действительно поражает». Ли Муюнь придавил рукой свои раны. Кровь продолжала вырываться у него изо рта. Но на лице его было радостное выражение. Он сказал: «Я проиграл, проиграл, я сражался как мог, но всё равно проиграл, ха-ха, а-ха-ха!»

Смех его был полон насмешки над самим собой

Жизненные силы оставляли его тело.

Он понял, что сегодня ему не победить.

Говорят, перед смертью человек видит своё прошлое. И Ли Муюнь действительно как будто увидел времена, когда он только вступил в Секту Пытливого Меча. Он увидел себя в окружении своих братьев в белом. У него были амбиции. Своей силой он хотел превратить Секту Пытливого Меча в первую фракцию Провинции. Он вспомнил улыбку своего мастера, вспомнил её нежность и то, как она, Α Хэн, погибла от лап демонов, спасая его…

Хе-хе, все знали об отношениях Дин Хао и Симэнь Цяньсюэ, но ведь у Ли Муюня тоже была дорогая сердцу учительница.

Судьба была жестока. Она привела Ли Муюня на дорогу, из которой нет возврата.

Когда она только погибла, Ли Муюнь десять дней и ночей ничего не ел и не пил.

Почему у него и Дин Хао были такие разные судьбы?

Ответ был прост, потому что он был слаб.

Поэтому, когда перед Ли Муюнем возник дьявольский соблазн, он ему сразу же поддался.

И хотя он не знал, почему эти люди выбрали именно его, что они такое в нём увидели, не знал, в чём состояли их планы, но когда они пообещали, что не будут делать ничего дурного Секте Пытливого Меча, он согласился.

Их сила была невероятна.

Потом Ли Муюнь узнал, что они были из Секты Духа Подземного Мира.

И шаг за шагом юноша пришёл к сегодняшнему дню.

Когда человек входил в призрачную Секту, он почти что исчезает.

Когда Ли Муюнь стал учеником Секту Духа Подземного Мира, убежать ему было уже нельзя. Он продемонстрировал огромный талант в культивации призрачных техник и одолел всех своих соперников, после чего стал единственный наследником, но и призрачное проклятие внутри него становилось всё более явным…

«Ха-ха-ха, а-ха-ха…» Ли Муюнь засмеялся.

Жизненные силы его увядали, он становился всё слабее. Ему было печально за самого себя. Он сделал всё, что мог, но в итоге так и не смог одолеть Дин Хао. Может так решили небеса?

Разве кто-то хотел быть не почитаемым героем, но злодеем, которого все ненавидят?

Судьба была жестока.

«У меня было всё, но теперь всё исчезло… А Хэн, А Хэн, прости меня, слишком долго я заставил ждать тебя в загробном мире, теперь я буду с тобой, больше нас ничто не разлучит…» Невольно у Ли Муюня пошли слёзы.

А Хэн звали ту самую учительницу Секты Пытливого Меча, которая погибла, защищая его от демонов.

Вдруг Ли Муюнь понял, что уже очень устал. Ему захотелось спать.

«Старший…» Лян Фэйсюэ немедленно оказался возле него и поддержал его падающее тело. Слёзы заливали его лицо. Τолько он, ученик Секты Бессмертных Голубых Небес, значил что происходило в Секте Духа Подземного Мира. Οн один знал о том, что пришлось пережит Ли Муюню.

У него была сложная и суровая судьба.

«Старший!»

«Старший, ты…»

Прибежали Чэн Шэн и остальные. Все они не могли сдержать слёз.

Что бы ни случилось, они всё ещё считали Ли Μуюня своим братом. Если бы он сам больше не заботился о них, почему сила, с которой он их отталкивал, была такой лёгкой?

Он сказал, что они больше не братьями только затем, чтобы вина за его проступки не пала на Чэн Шэна и остальных.

Ли Муюнь был предателем Секты Пытливого Меча, но ему не хотелось, чтобы Чэн Шэна и остальных тоже считали предателями. Чтобы они становились чужими для Секты Пытливого Меча. Он не хотел лишать их будущего.

Ли Муюнь спокойно лежал в руках Лян Фэйсюэ. Он едва заметно улыбался: «Фэйсюэ, юный Цзю, юный Шэн… Я… Все эти годы… Я… Я… простите…»

Чэнь Шэн и остальные плакали.

Дин Хао смотрел на них и вздыхал.

Ли Муюнь действительно был очень гордым человеком. Такие как он очень легко заходят дальше, чем следовало. Возможно поэтому он оказался на дороге, с которой нет возврата. Страсть внутри него оказалась слишком глубокой.

Он решил помешать свадьбе только затем, чтобы найти повод сегодня сразиться с Дин Хао?

Дин Хао был прав. Он действительно пришёл, чтобы умереть.

Ещё недавно они сражались на Божественном Континенте. Ли Муюнь должен был знать, что он не ровня Дин Хао. И всё равно он пришёл именно сегодня, когда в Секте собрались сильнейшие войны Снежной Провинции, всего Северного региона, и бросил ему вызов.

Возможно он просто слишком устал и уже не смел надеется на победу. Ему просто захотелось всё закончить.

Сейчас было наилучшее время, чтобы устроить дуэль, пока смотрят все воины Северного региона.

Если смерть может всё решить, разве не лучше умереть от рук старого соперника.

Оба они когда-то были звёздами Секты Пытливого Меча. К сожалению, на одной горе не могут ужиться два тигра.

И всё равно, Ли Муюнь попросил прощения у своих братьев, несмотря на всё своё высокомерие. Ηесмотря на желание никогда не смотреть назад. А значит он действительно дорожил своими братьями и чувствовал, что виноват перед ними.

Меж тем аура Ли Муюня становилась всё слабее.

«Я… Всё что сегодня… было… Это мой… Выбор… Не враждуйте с… Дин Хао, вы… Всё ещё ученики… Секты Пытливого Меча…» Голос его затихал.

Чёрный туман развеялся. Бронзовая маска упала на землю, открывая спокойное лицо. Чернила постепенно развеялись в сиянии солнечного света, и снова стал виден лик красивого юноши.

Чем слабее он становился, тем слабей была призрачная печать внутри него. Наконец она оставила его тело.

Из призрачной Секты был только один выход — смерть.

И словно в последние секунды просветления перед смертью, Ли Муюнь вдруг с трудом приподнялся. Он взял Чэн Шэна за руку. Сразу же его наполнила великая сила. Он словно вернулся на свой пик. Огромная мощь хлынула в тело Чэн Шэна. Он не мог ей противиться.

«Старший…»

«Старший, ты…»

Они удивились, но ничего сделать не могли. Словно шарик, он наполнялся мощным Ци. Чистая эссенция хлынули в его меридианы.

Спустя пару секунд Ли Муюнь отпустил руку Чэн Шэня и взял ладонь Сун Цзютяня.

И таким образом Ли Муюнь наполнил всех своих братьев, кроме Лян Фэйсюэ, чистым и мощным Ци.

Затем он рассмеялся и встал на ноги. Словно и вправду был на вершине своих сил. Ли Муюнь вдруг стал напоминать гору, глаза его загорелись. Он посмотрел на Дин Хао и сказал: «Я наполнил их своим Ци, но не тем, которое приобрёл культивируя Техники Секту Духа Подземного Мира. Нет, это чистейшая культивация Таинственной Главы Пытливого Меча. Её нельзя считать техникой чужой Секты».

Дин Хао кивнул.

Затем в глазах Ли Муюня наконец промелькнула благодарность. Он помялся и сказал: «…Дин… Младший Дин, мы сразимся в следующей жизни!»

Даже умирая, он всё ещё называл Дин Хао своим младшим. В неком смысле таким образом Ли Муюнь признавал свою ошибку.

Голос его затих.

Вдруг он взмыл в небеса.

«А Хэн, я иду к тебе… Больше нас ничто, ничто и никогда не разлучит…»

Он пролетел всего сто метров и вдруг превратился в лазурную дымку и развеялся.

Чэн Шэн и остальные не сдержали печального крика.

Лян Фэйсюэ посмотрел в небеса. У него пошли слёзы.

Все собравшиеся были тронуты этой картиной.

Ли Муюнь выбрал дорогу знал, но даже так своим предсмертным выбором он показался, что достоин зваться великим гением. Если бы только судьба не заставила его жить под одним небом с Дин Хао, возможно сегодня Ли Муюнь уже бы заслужил своё место в истории.

Дин Хао не знал, что ему говорить.

Он не жалел, что сегодня убил Ли Муюня. Они враждовали уже много лет, и если бы не сила юноши, возможно он бы сам погиб от рук Ли Муюня. Между врагами не может быть жалости.

Но всё равно юноша был опечален.

Лян Фэйсюэ несколько секунд стоял в растерянности, после чего взял кулак в ладонь, кивнул Дин Хао и сказал: «На это всё, Старший Дин. Пришло время прощаться». Он пришёл спасти Ли Муюня, но не смог.

«Ты не останешься в Секте Пытливого Меча?» Попытался спросить юноша.

Лян Фэйсюэ был не такой, как Ли Муюнь. Он всегда был очень лояльным и решительным, в нём не было высокомерия. Иначе он не мирился бы столько лет с тем, что Ли Муюнь всегда затмевал его, хотя силы их были примерно равны.

Сейчас Лян Фэйсюэ был очень силён. Если удастся удержать его в Секте Пытливого Меча, она станет намного сильнее. Им легче будет сдержать вторжение Божественного континента в Северный регион.

«Второй брат, ты уходишь?» Чэн Шэн и остальные тоже попытались удержать его.

Лян Фэйсюэ покачал головой и сказал: «Теперь я человек Секты Бессмертных Голубых Небес, у меня дела…» На этих слова он поднял взгляд на Дин Хао и сказал: «Я знаю что сейчас происходит на Бескрайнем Континенте. Старший Дин, если будет нужна моя помощь, зови меня в любое время. Я обязательно помогу секте».