Глава 578. Подготовка к пощечине (часть 1)

Предостережение, произнесенное голосом, наполненном такой мукой, заставило ворваться в умы всех одну не подлежащую сомнению мысль, которая завертелась по бесконечной спирали.

Все знали, что только Фань Чжо был биологическим сыном Фань Ци, тогда как Фань Цзинь, хотя и обладал выдающимися навыками и имел честный характер, был всего лишь усыновлен, они не были одной крови!

Такое различие в их положении заставило еще одну злобную мысль начать проникать в умы множества других учеников.

Имя Цзюнь Се презирали и бесконечно поносили, но Фань Цзинь продолжал упорствовать, защищая его, и даже позволил остаться в бамбуковой роще, которая предназначалась для выздоровления Фань Чжо. Возможно ли… что за действиями Фань Цзиня скрывалась чудовищная правда?

В мгновение ока эта мысль расцвела в умах учеников Академии Западного Ветра, и звездной репутации Фань Цзиня был нанесен настолько тяжелый удар, как никогда прежде.

Вот только сам Фань Цзинь не знал обо всем этом. Он сердито вошел в бамбуковую рощу, но остановился во дворе. Он забеспокоился, что написанная на его лице ярость могла встревожить Цзюнь У Се и Фань Чжо, поэтому долго стоял там, прежде чем решился войти.

В комнате он обнаружил только Фань Чжо.

— Старший брат, ты пришел, — Фань Чжо весело поприветствовал своего брата.

Фань Цзинь кивнул и, убедившись, что его эмоции уже успокоились, спросил:

— Где маленький Се?

— Вышел, — Фань Чжо держал на руках Лорда Ме Ме и довольно улыбался, когда его пальцы нежно пробегались по мягкому маленькому животику Лорда Ме Ме.

Лорд Ме Ме тихонько вздохнул, словно нехотя принимая ласку Фань Чжо.

Фань Цзинь на мгновение застыл.

— Вышел? Когда он ушел? — если она в такое время столкнется с учениками Академии Западного Ветра, то все может закончиться плохо.

— Давненько. Старший брат, не волнуйся. Просто садись, выпей чая и отдохни, — сказал Фань Чжо, поставив перед Фань Цзинем чашку с чаем.

Фань Цзинь стиснул зубы. Так как он не знал, куда направилась Цзюнь У Се, ему оставалось только сидеть и ждать ее здесь.

Пока Фань Цзинь бесконечно переживал в бамбуковой роще, Цзюнь У Се величественно сидела в кабинете Гу Ли Шэна.

Цзюнь У Се держала на руках маленького черного кота, и со спокойным и сдержанным выражением на лице смотрела на улыбающегося Гу Ли Шэна.

— Цзюнь Се, какова причина твоего сегодняшнего визита? — Гу Ли Шэн широко улыбался, глядя на Цзюнь Се. С тех пор как Цзюнь Се продемонстрировал ему полное понимание концепций духовного исцеления, Гу Ли Шэн обнаружил, что больше просто не может изобразить вид достойного учителя перед этим миниатюрным юношей.

Цзюнь У Се неторопливым тоном ответила:

— Я завершил доработку улучшений, необходимых для метода исцеления духа.

Глаза Гу Ли Шэна распахнулись, он с чистейшим недоверием воззрился на Цзюнь Се.

«Это же было совсем недавно. Цзюнь Се уже все завершил…»

Гу Ли Шэн думал, что улучшение займет много времени, и совершенно не предполагал, что Цзюнь Се сможет так быстро все сделать. Прошло всего ничего, и Цзюнь Се уже закончил его?!

«Этот маленький парень вообще человек?»

— Закончил? Действительно? — Гу Ли Шэн громко сглотнул.

Цзюнь У Се легонько кивнула.

Гу Ли Шэн пришел в такое волнение, что его лежавшая на столе рука задрожала.

— И теперь я готов вернуться на факультет исцеления духа, — добавила Цзюнь У Се.

— Да! Сейчас же! Все будет так, как ты захочешь! — Гу Ли Шэн согласился без малейшего колебания. Когда он поначалу отчислил Цзюнь Се с факультета исцеления духа, это было лишь потому, что он волновался, что люди со скрытыми мотивами помешают маленькому парню и попытаются прервать прогресс дальнейшего развития техники исцеления духа. Но теперь, когда техника исцеления духа была полностью завершена, Гу Ли Шэну больше нечего было опасаться.

Больше всего он сейчас желал прикрепить значок факультета исцеления духа на грудь Цзюнь Се. Немедленно. Прямо сейчас.

— Только не так, — Цзюнь У Се медленно подняла голову.

Это время приближалось. Время начала ее возмездия.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Гу Ли Шэн, подавив абсолютную радость, затопившую в сердце, он не понимал, что имел в виду Цзюнь Се.