Глава 564. Муравьиный отряд, сбщий сбор

Я много лет стремилась запечатлеть Старейшего в его чистейшем виде в самых различных формах. Камень был первым использующимся материалом, грубым и жёстким, он подходил в то время. Прямо как и камень, вырезаемый моими мандибулами, когтями и магией, так и он был грубым и не отшлифованным, существом большой силы и прямых углов. Края так никогда и не поменялись, Старейший остался таким же прямолинейным муравьём для Колонии. По крайней мере если вы также, как и я, знаете, как он мыслит. Я наблюдала за ним чересчур долго, чтобы не заметить проводящуюся внутри него работу.

Когда другие попытались научиться моим навыкам, я конечно же изо всех сил постаралась помочь им. Даже несколько людей и некоторые из Голгари обратились ко мне, завидев мои работы. Касательно основ мне было нечему их учить, они все были умелыми творцами. Однако оставалось нечто от духа, достоинства и силы, что они не могли должным образом уловить. Я могу честно сказать, что я никак не сдерживалась при их обучении, в Колонии нет никого, кто бы утаивал знания для распространения славы Старейшего, однако я подвела каждого из своих учеников.

Чтобы правильно изобразить Старейшего, нужно понять, что он на самом деле за существо. Люди, Голгари и другие разумные существа, даже многие среди колонии, закрывают свои глаза на эти аспекты темы, которые они не способны осознать. Старейший могущественный, да. Старейший могучий, конечно же. Старейший мудрый и щедрый и заботливый и храбрый и умный и весёлый и часто загадочный, все это знают. Однако в первую очередь Старейший личность, хранящая и испытавшая великую боль. Как по мне, величественное достоинство Старейшего впечатляет ещё больше как раз именно из-за её источника. То, кем он является, и всё то, чего он достиг, происходит от бездонного колодца страданий, о котором большинство не знает и происхождение которого никто не может назвать.

Это не то, о чём я говорю напрямую, это не моё дело, однако я стараюсь направлять в эту сторону взор своих учеников. Вот, в этой нерешительности, вы видите это? Там, в эгоистичной жертвенности, понимаете ли вы это? Они видят великую гору, возвышающуюся к небесам, и стараются запечатлеть её. Я же вижу крохотную часть этой горы под поверхностью, как она спадает во тьму. Это малая часть, однако это всё, что кому-либо позволено увидеть.

Выдержка из личного дневника Микеланджеланты, великого скульптора Колонии.

—————————————————————————————————-

Чем больше проходит времени, тем больше шанс, что всё пойдёт не так, в итоге было решено как можно скорее напасть на город. Совет оставил меня за бортом в решениях по поводу логистики и я очень рад, что они так поступили. Думаю, мы все можем согласиться, что это не то, в чём я силён. Вместо этого я собрал своих питомцев и мы все начали заниматься своими Навыками, пока ждали присоединения к нам контингента людей. Меня удивляло то, что люди городка настолько желали рискнуть вот таким образом своими жизнями и конечностями, однако какого чёрта, лишним не будет. Мы не собираемся использовать их в боевом плане, муравьи гораздо больше подходят для этого, однако мы надеемся, что они смогут высказать наши намерения. Люди, думающие, что они должны победить либо умереть и быть съеденными без сомнения будут изо всех сил сражаться. Если вместо этого у нас будет тот, кто объяснит жителям города, что они не будут съедены или убиты, то возможно они отступят и мы сможем предотвратить как можно большее количество смертей.

С обеих сторон. Я весьма уверен, что Колония могла бы уничтожить каждого мужчину, женщину и ребёнка в том городе, однако к чему мы так придём? Если сообщение распространится, то каждые Империя, Королевство, наёмник и фермер с острыми вилами сойдутся со всего мира для нашего уничтожения. Возможно это может произойти, даже если мы и пощадим их, однако я выберу шанс жизни вместо гарантированной смерти в любой день недели. Нам нужно больше времени, чтобы стать сильнее. Со временем все будут хотеть прийти за нами, мне это известно. На Пангере мы эквивалент тысячам и тысячам ползающих мешков с золотом. Единственный способ для нас выжить это представлять больше проблем, чем это того бы стоило. Что переносит нас к силе. Больше высокоуровневых муравьёв, больше муравьёв в общем. Это простая формула, для реализации которой необходимо время.

Пока я несколькими разумами тружусь над своими стихийными Навыками, Тини бьёт в воздух, Кринис практикует Магию Тени, а Инвидия создаёт барьеры для уничтожения их Тини, я стараюсь пересмотреть план. Колония собирается вложить все силы в это дело, для этой атаки было собрано целых десять тысяч муравьёв. Солдаты, разведчики, маги, формирователи ядра, медики, генералы, полный состав. Думаю, созвали каждого представителя четвёртой ступени. Насколько я понял, это означает, что кроме обязательного присутствия охраны в ульях вместе с кастами, не работающих на поле боя, у Колонии почти что не будет своих представителей в Подземелье. Естественно там будут разведчики и всё такое, как и несколько патрулей, однако по большей части мы все силы выдвинули против города.

Мы должны одержать лёгкую победу. Не, забудьте. Мы с лёгкостью ОДЕРЖИМ победу. Всё сопротивление будет подавлено и менее чем через час будет предложена безоговорочная сдача города. Мы войдём, найдём любые врата, разрушим их и придумаем, что делать потом. Мне нужно сосредоточиться на своей собственной работе, заключающуюся в разбирательстве с любыми элитными противниками, с которыми мы столкнёмся. С моими тремя питомцами я представляю самую компактную боевую силу, имеющуюся у Колонии, единственную, что мы можем выставить против настоящих силачей. Совет, не говоря уж об остальных муравьях, без сомнений желает сражать могучих врагов огромным утомляющим количеством, однако я не согласен. Потери жизни были бы ужасными, как и в природе, когда муравьи идут на существ больше и сильнее их самих. Полагаю, я жаден. Мне не достаточно победить, я хочу победить и потерять как можно меньше членов семьи.

Думая в таком ключе я провёл несколько часов, пока не прибыли люди вместе с Торриной и Коруном.

[Привет, банда] поприветствовал я их. [Как прогулялись?]

«Приветствую тебя, о Великий! Мы здесь, чтобы служить и поклясться распространять свет твоей славы!»

Прежде, чем они смогли ответить, Бейн прыгнул вперёд и в одном ловком движении пал ниц. Быть не может, что это его первая попытка, он должно быть практиковался. Остальные «муравьиные робы» последовали примеру и вмиг встали коленями на земле, объявляя о своей радости и воспевая похвалы. Устало вздохнув, я протянул ещё одну связь разума к однорукому жрецу.

[Как ты, Бейн? Я немного удивл-]

[ТВОЙ ГОЛОС НАПОЛНЯЕТ МЕНЯ РАДОСТЬЮ, ВЕЛИКИЙ! Я НЕ МОГУ ВЫРАЗ-]

[ГРОМКО!]

Ох уж этот идиот. Он конечно услужливый, однако его действительно заносит в отношении ‘великого’. На мгновение я подумал, чтобы перенаправить его преданность на Королеву, но отказался от этой идеи. Пусть она гораздо больше заслуживает этих сильных эмоций, мне бы не хотелось без нужды обременять её.

[Мне тоже приятно тебя увидеть, Бейн, только будь потише, мужик. Я собирался сказать, что удивлён, что Энид позволила тебе повести процессию сюда вниз]

[ПОСЧИТАЛОСЬ… посчиталось, что для этой определённой задачи, искренность чувств и чистая преданность делу будут наиболее важными качествами, чтобы стать более убедительными свидетелями Колонии. По этой причине меня попросили привести сюда в помощь моих самых преданных последователей]

Его мысленный голос стал намного более рассудительным, однако у него буквальный поток слёз, вырывающийся из его глаз, пока он с неистовой радостью, застывшей на его лице, смотрит на меня. Это капец как жутко! Но всё же я могу это стерпеть, он и его люди здесь лишь чтобы помочь, при этом подвергая себя огромному риску. С небольшой трудностью я создал разветвляющуюся связь разума до всех присутствующих людей, чтобы я мог говорить со всеми ими одновременно.

[Приветствую вас и спасибо, что вызвались. Я надеюсь, что ваше участие спасёт много жизней, муравьиных и не только. За вашу храбрость и решительность, я благодарю вас]

Я склоняю свою голову и антенны в коротком поклоне/кивке в их сторону и ко времени, как я поднял обратно голову, каждый из них наводнял туннель своими слезами.