Глава 285. Поведанные Истории

Протянув руку помощи, Хедриг закрыл незримые глаза Рии, прежде чем обернуться к остальным, собравшимся вокруг Ады.

Хотя она выглядела обездвиженной тем, чем-то, что наворотил Реджи в ее теле, я знал, что это еще не конец. Светящиеся фиолетовые глаза зациклились на Рие, и трепещущая улыбка продолжала мелькать на губах, пока она боролась за контроль.

«Я не могу удерживать эту штуковину вечно!» Реджи передал мне.

«Мы должны связать ее,» сказал я, мой голос звучал безэмоционально и устало для моих собственных ушей.

Хедриг помог Келону и Эзре встать на ноги, пока я держал Аду, на всякий случай, если вдруг вырвется из-под контроля Реджи. Келон взял ее из моих рук и аккуратно уложил на скамейку рядом с телом Рии, после чего начал связывать ее с помощью веревки из своего размерного кольца.

Внезапно ее голова наклонилась вперед, и зубы защелкнулись, едва не откусив нос Келона.

«Ада… Мне жаль,» прошептал Келон, печаль спадала с голоса.

После того, как ее связали, Реджи вырвался из ее спины, приземлившись в фонтан между скамейками. Теневой волк тут же перекатился на спину и начал плескаться в фонтане, отрывисто кашляя, напоминая кошку, кашляющую комочком шерсти.

«Это—было—мерзко! Мне нужна ванна.» передавал он мне.

Спасибо, Реджи. Этого было достаточно, чтобы мы могли безопасно усмирить ее, так что—

Толчок слева застал меня врасплох, заставив меня отшатнуться назад, хотя ему не хватило силы, чтобы выбить меня из равновесия.

«Если бы ты не сбил Келона с ног, мы бы вовремя добрались до Рии!» Эзра, его лицо покраснело, а глаза выкатились с орбит, кричал всей силой что была в легких. «Она умерла из-за тебя! Я должен убить тебя прямо сейчас…»

Я дал его чувствам волю. Позади него, Келон застыл, прикрывая Рию запасным плащом. Хедриг отошел в сторону, чтобы дать братьям немного пространства. По тому, как его рука стремилась к эфесу меча, я мог сказать, что он был готов прыгнуть, если потребуется.

«Как долго ты будешь сидеть здесь и позволять ему кричать на тебя?

Он имеет право быть расстроенным, Реджи.

«Возможно, но это делает его придурком.»

«—низачто в мире не надо было брать тебя с собой, ублюдок!»

Нет, наверное, вам не стоило, думал я.

Так же, как и в зоне конвергенции, оказалось, что мое присутствие усложнило все остальным. Из всего, что я слышал, первая зона должна была быть достаточно легкой для восходящих, таких же сильных, как Келон и Хедриг.

«Сделай это, братишка! Убей его!» вклинилась Ада, ее голос выделялся злобой. убив Рию, любое притворство этого пурпурно-глазого существа, которое оставалось в Аде улетучилось, оставив позади полную насилия тень невинного возбуждения Ады.

«Захлопнись!» взревел Эзра, переключившись на Аду, как будто вот вот ударит ее. Келон появился между ними в одно мгновение, его глаза сверлили глаза Эзры. Младший брат Гранбел быстро подчинился, отвернувшись от всех нас и подойдя к разбитому зеркалу, уставившись в ничто.

Светящиеся глаза Ады последовали за ним, ее губы скрутились в разочарованную ухмылку. Затем она повернулась к Келону и сделала невинную улыбку. «О, старший братец, пожалуйста, развяжи меня? От этих веревок больно.»

С меня хватит, я выпустил волну эфирной интенции, которая заморозила всех на месте, в том числе и фальшивую Аду. Я сделал шаг ей навстречу, мои глаза сверлили дырки в ее черепе.

«Что ты делаешь?» спросил Келон сквозь скрежет зубов, моя интенция давила на него, как гигантский кулак.

«Мне нужны ответы,» констатируя, сказал я. «Так что я собираюсь задать этой. штуке… несколько вопросов.» Я снял давление и встал на колени перед Адой. Она расплылась в улыбке.

«Кто ты?» спросил я, желая начать с очевидного.

«Ада из Дома Гранбел,» уверенно сказала она.

«Где настоящая Ада?»

«Я настоящая Ада», сказала она, без капли сомнений и намека на ложь.

«Как нам вытащить ее из зеркала?»

«Вы не сможете» ответила она глумясь.

Я сузил глаза. Неужели существо невзначай допустило ошибку, признав, что настоящая Ада попала в ловушку зеркала? Я не мог быть уверен, имел ли я дело с пойманным в ловушку авантюристом или с каким-то воплощением Реликтомб, так что я не мог знать, какова была цель этого фантома.

«Как нам выбраться из этой комнаты?»

«Вы не сможете,» повторила она, презрительная усмешка превратилась в мстительный оскал.

«Джинн не разработал бы тест, который не смог бы быть завершен», подметил я шепотом.

На мгновение я обдумал все, что знал о Реликтомбах.

Некоторые зоны, которые мы посещали, были явным испытанием нашей силы, требующим сражаться против могущественных существ, чтобы пройти. Другие, как, например, многоножковые джунгли, проверяли находчивость и приспособляемость, требуя меньше чистой силы, но больше осторожности. Затем была зона платформ, которая требовала тщательного разбора, а не прямого вмешательства для завершения.

Эти «эфирные зоны», однако, казались менее понятными, чем те, что я видел на моем первом восхождении. Зал лиц представлялся как проверка нашей силы против змеиных чудищ, но теперь я не сомневался, что орда никогда бы не была побеждена. Тогда какой был тест?

Для этого потребовалось использовать эфирную способность, о которой я уже знал—Божественный Шаг—чтобы завершить. Кроме того, это заставило осознать предел моих сил; ни один воин не может вечно сражаться против бесконечной армии врагов, каким бы сильным он ни был. Вместо победы в сражении, отступление было единственным способом победить.

Какой закон моего контроля над эфиром тогда находился в комнате зеркал и предназначался для проверки? Мы с Реджи разделили контроль над руной разрушения, но я не мог понять, как разрушение поможет нам выбраться из зоны.

Я взглянул на Келона, который внимательно следил за моим разговором с Адой. Говоря прямо о своих способностях перед другими, я раскрыл бы больше, чем предполагал, когда разыскал группу для моего вступительного восхождения, но это также может быть единственным способом уйти.

«Требуется ли способность манипулировать эфиром, чтобы сбежать отсюда?»

Взгляд Хедрига, который следил за Эзрой до разбитого зеркала, с ярой силой вернулся ко мне. Он сделал шаг вперед, разинув рот, и я встретил его взгляд. В его выражении лица было что-то странно знакомое; это напомнило мне о ком-то другом, но это был не подходящий момент.

Я понял, что Ада говорила, но я так сосредоточился на Хедриге, что пропустил ответ.

«Что?»

«Нет.» Хотя Ада произнесла это слово с подлой уверенностью, я услышал его так, как будто это была ложь. Я не мог поверить, что эта зона не была проверкой какого-то закона эфира.

«Должен ли я использовать руну разрушения, чтобы сбежать отсюда?» Келон кинул в меня растерянный, не поверивший взгляд. Хедриг выглядел удивленным, но на этот раз он лучше скрыл свое выражение лица.

Ада оскалилась. «Да.»

Реджи пыхтел у меня в голове. «Но в этом нет смысла. Если развязка требует использовать разрушение, тогда оно требует использовать эфир, верно? Эта штука просто запутывает нас, дружочек.»

Я улыбнулся Аде, встретив ее сияющие фиолетовые глаза, отдавая себе отчет в этом. Я думал, что понимаю, что происходит, но мне нужно было удостовериться в этом, задав несколько остроумных вопросов.

«Кто это?» спросил я, указывая на Эзру.

Ада закатила глаза. «Почему ты задаешь мне такой глупый вопрос?»

Снова указывая, я спросил: «Его имя?»

Она смотрела на меня. «Фиг знает»

Эзра отвернулся от разбитого зеркала, чтобы посмотреть. Он, кажется, собирался прервать, но я попросил тишины.

«Ты убила Рию?»

«Нет.»

«Ты знаешь, кто такая Риа?»

Она жадно взглянула на плащ, покрывающий труп Рии. «Нет.»

Покрутив головой, я задал самый простой вопрос, какой только мог придумать. «Один плюс один равняется двум?»

«Нет!» Ада прошипела, ее лицо скрутилось в чудовищный сердитый вид.

Хедриг первым уловил суть. «Все, что говорит существо ложь!»

Я кивнул, еле-еле улыбнувшись Келону. «Видишь? Она сказала, что Аду невозможно вызволить из зеркала, но все, что она говорит — ложь, даже если ответ очевиден. Это работает в обратку, мы можем использовать ложь, чтобы построить картину правды.»

Далеко не обрадовавшись этому открытию, Келон смотрел на меня, как на сумасшедшего пьяницу, выкрикивающего диковинные сказки на углу улицы.

Впрочем, первым молвил Эзра. «Кто ты, черт возьми, такой? Что это за вопросы об эфире, разрушениях и т. д.?»

«Ты ведь не впервой восходящий из какой-то деревенской крови, не так ли?» спросил Келон, его взгляд затвердел, подозрения прошлись по нему. «Эзра был прав. Из-за тебя первая зона была такой тяжелой, и из-за тебя мы не попали в комнату-убежище».

Больше не было смысла скрывать свои способности, поэтому, когда в руке Эзры появилось багровое копье, сияя от злобы, Реджи появился из моего тела и набросился на него сверху, пригвоздив к земле.

«Что ты делаешь!» Рука Келона направилась в мою сторону, но я схватил ее, неподвижно сжав.

Окутав свое тело эфиром, я сдавил запястье бронированного восходящего. Его выражение лица исказилось от боли, в то самое время попытавшись вырваться из моей хватки.

«Я чувствую ответственность за то, что случилось с твоей сестрой, с которой по явным причинам ничего не смог поделать, в то время твой младший брат продолжает оскорблять и гнать на меня,» сказал я с ледяным взглядом, продолжив держать его мертвой хваткой. «Но я надеюсь, ты не перепутаешь мое бездействие со страхом.» После паузы я вздохнул, смягчая голос, «У меня тоже есть сестра, и я знаю, что бы я сделал—что я должен сделать—чтобы обезопасить ее.»

Глубокий рык Реджи вибрировал по комнате, словно тихое громыхание далекого грома, пока его теневая пасть приближалась к горлу Эзры.

«Достаточно,» я предупредил своего компаньона, который скрылся в моем теле.

Эзра взобрался на ноги, пытаясь отступить на некоторое расстояние, и я ослабил хватку на запястье его старшего брата.

«Если то, что ты говорил ранее, правда, ты должен знать, что я лучший способ спасти Аду и вытащить нас отсюда,» сказал я, обращаясь к Келону.

Келон сморщился, потирая запястье. «Я не буду притворяться, что понимаю, что происходит, и не буду обещать, что мы уладим ситуацию, когда выйдем из Реликтомб, но я не дурак. Просто спаси нашу сестру, и вытащи нас отсюда к чертовой матери, ладно?»

«Брат!» взорвался Эзра.

«Прекращай.» Голос Келона был уставшим, но властным. Эзра стиснул зубы, ничего больше не произнося.

Чувствуя удобный момент, Хедриг кашлянул и сказал: «Может быть, вы двое могли бы найти зеркальную копию Грея и самих себя? И Рии, по возможности.»

«И что нам делать, если мы их найдем?» спросил Эзра, глядя на нос Хедрига…

«Уничтожьте их,» сказал я. «Тоже самое что и сделал Хедриг. Не прикасайтесь к ним ни одной частью своего тела. Только оружием.»

Келон кивнул и отвел Эзру в затемненные глубины зала, его рука оставалась на плече младшего брата. Это не помешало Эзре повернуться и кинуть в меня ледяным взглядом, до тех пор пока он не скрылся во тьме.

Хедриг молчал, пока я задавал вопросы фальшивой Аде. Теперь, когда я понимал характер ответов фантома, я смог целенаправленно задавать вопросы, чтобы получить представление о комнате зеркал и ее правилах.

Любой восходящий, вошедший в это место, найдет зеркало со своим собственным изображением, так же, как и мы. Если восходящий коснётся собственного зеркала, будет создан проход, который втянет жизненную энергию восходящего в зеркало, выпустив при этом сущность зеркала—я решил называть их фантомами—чтобы заселить тело восходящего.

Было труднее понять, как повернуть процесс вспять, но в конце концов я задавал правильные вопросы.

Как и зал лиц, комната зеркал требовала знаний конкретного эфирного закона. Было трудно точно определить, что именно за способность сделала бы это, или в какую ветку эфира она входит, но что я смог разузнать, так это то, что она позволит мне обратить эффект зеркала, освободив Аду и поймав фантома в ловушку обратно в реликвию.

Проблема, конечно, заключалась в том, что я не знал о такой способности.

«Ты должен что-то знать,» утверждал Реджи. «Это место не могло привести нас сюда по ошибке.»

Почему не могло? Я спросил с горечью. Я сидел на земле в нескольких футах от фонтана, оставив Хедрига охранять Аду, пока я думал. Реликтомбы старые. Они постоянно подвергаются вылазкам Агроны и Алакрийцев, кто знает, как долго. Они проваливаются.

Думаю, это объяснило бы, как остальные восходящие сюда попали. Блять. Что же нам тогда делать?

Остальные восходящие…

По глупости, мне даже в голову не приходило задуматься о их присутствии. Теоретически, каждый из восходящих, попавший в ловушку зеркал вокруг нас, должен был быть пользователем эфира, которого перенесло сюда.

Если они не являются, правда состояла в том, что возможно мы оказались в ловушке. Все же, если они являются…

Думая о восходящем в заключении, который ранее пытался заставить меня общаться с ним, дотронувшись до его зеркала, я вскочил и начал искать отражение. Он был рядом с фонтаном, и я нашел его в мгновение ока.

Келон и Эзра смогли услышать Аду, дотронувшись до ее зеркала, и они не пострадали. Разве я не должен быть в состоянии сделать то же самое с этим заключенным восходящим? подумал я. В надежде, что я был прав, я прижал руку к зеркалу, наблюдая, как его уставшее, морщинистое лицо засветилось, как только я это сделал.

«Привет?» Я спросил. «Ты меня слышишь?»

«Да, да!»

Его голос звенел в моей голове, таким же способом как делал Реджи, или Сильви до него. Его голос был полон шероховатости и скрипучести, как будто он не был в пользовании десятилетиями.

«О, спасибо тебе, спасибо тебе. Не могу передать, как приятно поговорить с кем-нибудь—с кем угодно!»

«Я не могу представить,» честно сказал я. Мысль о том, что застряв в этой стеклянной тюрьме, наблюдая, как восходящий за восходящим проходят мимо, не понимая, что ты можешь их видеть, и зная, что они, скорее всего, скоро разделят твою судьбу… это было слишком отвратно, чтобы думать об этом. «Прости, что игнорировал тебя раньше. Я не знал, что будет, если я дотронусь до зеркала. Могу я задать тебе несколько вопросов?»

Конечно! Мои знания — единственное, что у меня осталось. Все же» — отражение смущенно заерзало — «Могу ли я попросить кое-что взамен.»

Я кивнул, моя рука все еще прижималась к прохладной поверхности зеркала. «Если твоя просьба — это то, что я могу сделать, я сделаю. Вперед.»

«Я прошу только об одном —на тот случай если ты найдешь способ — освободи меня из этой тюрьмы.»

«Я сделаю все, что смогу. А теперь, когда ты—прежде чем попал в ловушку, ты знал что-нибудь про эфир?»

Отражение вздохнуло и повертело головой. «Нет, у меня была пара среднячковых гербов для ледяных заклинаний. Я никогда не был особенно хорошим восходящим, если честно. Неудивительно, что я попал в эту ловушку, полагаю.»

Хотя его ответ был разочаровывающим, я подделывал свои вопросы.

«У тебя происходило что-то такое… немного необычное? Силы, которые не совпадали с твоими метками?»

Мужчина на мгновение задумался, затем улыбнулся и вытащил тонкий кинжал из ремня.

«Это старая семейная реликвия. Когда мне ее подарили, она больше походила на ржавый гвоздь, чем на лезвие. Я взял ее с собой на моем вступительном восхождении, знаешь, на удачу». Он подбросил кинжал в воздух и показательно резанул им. «Ну, я разговаривал с одной девушкой—она была из моих товарищей по команде, очень красивой—и я вытащил его, чтобы показать ей, и, ну, что-то вроде вибрации пробежалось по моей руке, и вся ржавчина спала с лезвия, и оно было блестящим и новым, как будто в тот же день кованое.»

«Как?» Я спросил, хотя у меня уже было представление об ответе.

Понятия не имею. Я просто подумал, что это как-то связано с Реликтомбами, честно. В любом случае, все получилось, потому что та красивая девушка вышла за меня замуж и…» Отражение замолкло, его взгляд перешел от кинжала к толстому кольцу на одном из пальцев левой руки.

«Спасибо. Это помогло, честно. Я найду способ освободить тебя, я обещаю.» Я отошел от зеркала, оставив дух восходящего, чтобы поразмышлять о жизни, которую он оставил позади, я надеялся, что мое обещание станет правдой.

***

Я повторил это упражнение с парой других более вменяемых восходящих с похожими результатами. Однако никто не знал об обладании какими-либо эфирными способностями, у каждого из них были похожие истории, в которых странные и необъяснимые вещи происходили вокруг них, точно так же, как и у первого восходящего с его ножом.

Знание того, что те, кто попал в эту ловушку, показали, по крайней мере, потенциал использования эфира, дало мне надежду.

«Так что ты знаешь… чего не знаешь, зная об этом?» спросил Реджи без намека на свою обычную болтливость.

Я не знаю, думал я, сидя на твердом полу и наблюдая за другими…

Келон и Эзра вернулись, найдя и уничтожив зеркало, содержащее каждое из наших изображений. Часть меня надеялась, что уничтожение зеркал освободит нас, но потом еще оставалось зеркало Ады, с которым стоило разобраться.

В то время как Келон ушёл сидеть с Адой, присматривая за ней, Эзра стал слушать восходящих в зеркалах. Я наблюдал за ним некоторое время, удивляясь тому, что говорят ему попавшие в ловушку мужчины и женщины вокруг нас. Эзра избегал более здравомыслящих отражений, предпочитая прислушиваться к самым диким и потерянным. Он ничего им не говорил, видимо, удовлетворяя себя тем, что чувствовал их боль и ярость.

«Эзра,» сказал я, привлекая его внимание «тебе не стоит их слушать. Им нечего тебе предложить, кроме злости и ненависти».

Когда мальчик проигнорировал меня, я только покрутил головой и обернулся.

Хедриг лежал на скамейке напротив тела Рии, его зеленые волосы закрыли лицо, грудь ритмично подымалась и опускалась. Его реакция на мой вопрос ранее про эфир отягощал меня, но я был слишком занят, чтобы задумываться об этом. Я был уверен, что если бы зеленоглазый восходящий обладал какой-нибудь ключевой частичкой знаний, которая помогла бы нам сбежать, он бы уже раскрыл ее.

Ключевая частичка знаний…

Мой разум гремел осознав, одновременно подскочив на ноги. «Ключ-камень!»