Глава 931. Вход в Призрачный Дворец

«Если Призрачный Дворец будет не настолько резок в своих заявлениях… тогда после того, как я успешно пристрою это дерево в Пагоде, я смогу им всё возместить… Вне зависимости, примут они это или нет, но сейчас у меня нет другого выбора, только так. И со Священным Дворцом… тоже можно так же поступить… — Цзюнь Мосе мысленно сказал сам себе. — Вы были искренни ко мне, значит, я должен спасти ваши жизни. Хотя вы вряд ли узнаете об этом, но главное — я буду спокоен! И сделаю это с радостью!»

Есть некоторые вещи, о которых мы предпочитаем не говорить, либо они сделаны исходя только из личной выгоды… Однако если бы Мосе вёл себя так же, как те старики из Священного Дворца, не пройдёт и нескольких столетий, как его любимые превратятся в груду костей, и он останется один-одинёшенек… на протяжении многих тысяч лет…

Цзюнь Мосе ни за что не может допустить этого!

Поэтому в этих делах он будет до конца эгоистом! Если ты даже не можешь позаботиться о своих родных, что тогда говорить об остальном народе?

Возможно, эти слова предвзяты, но тем не менее не лишены смысла…

Услышав, что Мосе согласился, Четырнадцатый Шао фыркнул и сказал:

— Негодник, ты согласился на условие господина. Значит, ни за что не можешь позабыть об этом! Иначе, как бы твой учитель тебя не защищал, я всё равно смогу убить тебя!

Цзюнь Мосе фыркнул и про себя подумал:

«Пусть даже и забуду… и что ты мне сделаешь?»

Цао Гофэн и все остальные предвидели свою смерть, но на их лицах сохранялось мужественное выражение. Что они могут поделать против Четырнадцатого Шао, который находился в своей лучшей форме…

Разница между уровнем их сил была настолько велика, что им бы даже не удалось заставить Четырнадцатого Шао хоть немного вспотеть.

Все семеро Шенхуанов пребывали в высшей степени отчаяния. Но сейчас они увидели, как Шао прекратил свои свирепые речи, и в позе показушника резко застыл, не произнося ни слова.

«Мать твою, собрался убивать — так давай убивай, не лучше ли быстро с этим разобраться? К чему эти игры? Мы дети разве малые?» — мысленно про себя ругались Шенхуаны.

Псих!

Пребывая в максимальном беспокойстве, внезапно они увидели, как Четырнадцатый Шао нахмурился, задрал голову и уставился куда-то далеко в горы, а потом вдруг расстроенным голосом выругался:

— Б*ядь, что за дела? Как так снова получилось?

Договорив, он резко поднялся в воздух, и в один миг бесследно исчез! Даже не оставил ни слова на прощание, просто поспешно удалился.

Что это значит?

Увидев эту странную картину, все семеро Шенхуанов пребывали в замешательстве:

«Ты прибыл сюда, чтобы убить нас, с чего вдруг резко ушёл? В самом деле, конченный психопат!»

Сложно найти разумное объяснение такому поведению, однако всё же, результат очень хороший. Как минимум временно удалось избежать смертельной опасности…

— Всё, быстро уходим, очевидно, этого психопата отвлекло какое-то другое дело. Нам нужно попасть во Дворец до его возвращения! Иначе нам действительно придётся оставить свои жизни в этом месте, медлить нельзя! — Цао Гофэн первым пришёл в себя и шёпотом сказал, а потом, подхватив Цзюнь Мосе, словно молния резко рванул вперёд.

Все остальные тотчас же очнулись и тоже стремительно двинулись прочь; Бай Цифэн задержался ненадолго и двинулся самым последним.

Это было тоже одним из их устных соглашений: в случае опасности, сильнейший из них должен двигаться во главе колонны, освобождая дорогу для братьев, а второй по силам должен завершать колонну и двигаться позади всех.

Такой порядок имел свои преимущества: если впереди их ждали препятствия, самый сильный из них, Цао Гофэн, мог запросто преодолеть его; Бай Цифэн, двигаясь позади всех, в случае если Четырнадцатый Шао всё-таки бросится в погоню за ними, мог рискнуть своей жизнью и на время задержать его, дать возможность своим братьям попасть в безопасную зону Призрачного Дворца. Цзюнь Мосе был особенно восхищён этим распорядком.

В обычных командах старейшина всегда двигался в середине колонны, а младшие братья рисковали и шли на гибель, чтобы любыми средствами спасти его. Таких команд, где бы старейшина, наоборот, рисковал собой ради своих младших подчинённых, было действительно очень мало…

Снежное поле било своим блеском прямо в глаза, в его просторах горделиво ютилась маленькая таверна. Если бы Цзюнь Мосе мог открыть глаза, он бы, разумеется, узнал это место. Он уже как-то раз бывал здесь, в тот раз он возвращался от своей матушки и ненадолго остановился в этой таверне. Именно здесь он впервые встретился с великим убийцей, Чу Цихуном!

Шенхуаны стремительно пронеслись мимо этой таверны. Они прошли примерно около километра и попали в покрытое снегом горное ущелье. Все медленно спустились вниз, Цао Гофэн взмахнул рукой, и снег, покрывавший отвесную скалу, взлетел вверх, обнажив весьма причудливый наскальный орнамент.

Все Шенхуаны переглянулись, а потом расслабленно вздохнули.

Цао Гофэн и Бай Цифэн сомкнули свои ладони воедино, громко закричали и, используя все свои силы, произвели грандиозный удар. В воздухе сформировался неясный туман, вслед за этим произошли волшебные метаморфозы — из тумана появился зелёный дракон с коварным видом, который проник прямо сквозь причудливый орнамент на скале.

Потом воздух задрожал, и там возникли большие ворота!

Если бы эти ворота, скажем, появились в скале, в этом бы не было ничего удивительного, однако они появились прямо из пустоты. На протяжении всего пути Цзюнь Мосе то и дело цокал языком от удивительных явлений, происходящий вокруг него.

Похоже, люди, создавшие этот Призрачный Дворец, были ещё теми чудаками.

Цзюнь Мосе отчётливо почувствовал, что силы, которые Цао Гофэн и Бай Цифэн объединили для совместного удара, были не обычной Суань. По крайней мере они сильно отличались от той, которую использовали в бою, словно это было особенное уникальное мастерство, резко отличающееся от всего остального.

Возможно, это была особая сила, которая была необходима для открытия Призрачного Дворца…

Как раз, думая об этом, Мосе почувствовал, что его тело колыхнулось и попало в пустоту. Спустя довольно долгое время, он наконец почувствовал, что обе ноги Цао Гофэна снова достигли земли…

«Туманный Призрачный Дворец! Я наконец попал в это легендарное место!»

До Битвы за Захват Небес осталось ровно 5 месяцев и 10 дней!

Цзюнь Мосе с закрытыми глазами обдумывал: к тому моменту у него уже было одиннадцать мастеров, обладающих уровнем Шенхуана; Мэй Сюэ Янь, Одинокий Сокол, Фэн Цзянь Юнь и еще восемь старейшин-Шенхуанов из леса Тянь Фа… если считать с ним, то ровно дюжина.

Но эти восемь Шенхуанов, в конце концов — старшее поколение леса Тянь Фа, они на протяжении долгого времени действовали обособленно и независимо; судя по всему, управлять ими будет не так и легко. Хотя Мосе сейчас, в принципе, и не рассчитывал на это, сегодняшнее состояние его достаточно устраивало.

После принятия волшебного молока, Король медведей, Чен Инсяо и остальные тоже должны продвинуться до уровня Шенхуанов. После своего возвращения Мосе даст им ещё по волшебной таблетке, тогда их силы значительно увеличатся… подчинённые из Небесного отряда Разрушителей Душ тоже должны продвинуться…

Настоятельно необходимо завершить все подготовительные работы до начала Битвы за Захват Небес! А потом истребить дочиста всех этих тошнотворных Чужаков!

Сейчас его планы… выглядят примерно так. Обязательным условием выполнения этих планов является успешное и быстрое завершение операции в Призрачном Дворце!

Другими словами, он обязательно должен заполучить волшебные плоды и оружие Четырнадцатого Шао за эти два месяца, а потом вернуться в Тянь Фа для осуществления подготовки!

Время действительно поджимает!

Цзюнь Мосе невольно вздохнул… ему нельзя было терять ни секунды…

Цао Гофэн и остальные семеро Шенхуанов продолжали движение. Цзюнь Мосе смог совершенно чётко почувствовать, что они двигались к большому тронному залу.

По обеим сторонам дороги располагались жилые дома, вокруг были деревья, сияло солнце… плыли облака… доносились какие-то звуки, рядом был рынок…

Цзюнь Мосе про себя прокричал: «Твою мать! Призрачный Дворец мало чем отличается от внешнего мира!»

Наконец, они оказались в тронном зале.

— Повелитель! Пожалуйста, посмотрите на этого ребёнка… вы непременно должны спасти его! Это дитя — носитель легендарной непревзойдённой сущности! — раздался тревожный голос Цао Гофэна. В зале было шумно и оживлённо, но после его слов в мгновение установилась гробовая тишина…

Вслед за этим внезапно вся толпа окружила «бездыханное тело» Цзюнь Мосе. Их глаза сверкали, они смотрели на него, словно на редчайшую в мире вещь!

— Непревзойдённая сущность!

Эти два слова разрушили прежний покой всех жителей Призрачного Дворца!

Такой сущностью обладал только легендарный Первый Шао!

Одна рука дотронулась до запястья Цзюнь Мосе, и в его тело начала проникать тёплая энергия; сделав кружок, Мосе понял, что это поток энергии несколько шокировал его организм. Похоже, человек, вводивший энергию, испытывал крайнее потрясение…

Цао Гофэн воскликнул:

— Повелитель… вы… будьте немного помягче! Этот ребёнок очень слаб, он может не перенести такой удар Суань! — тело Цзюнь Мосе задрожало, он слабо простонал, и из уголков его рта появилась кровь…

Эта покорная сила тотчас же покинула его тело, два сверкающих глаза в полном изумлении глядели на Мосе:

— В самом деле! Каналы пусты, как бамбук! Даньтянь — как пустое озеро… Ай-яй-яй! Действительно, мифическая непревзойдённая сущность! Быстрей, кто-нибудь, принесите разноцветные плоды…

Кто-то стремительно выбежал из зала.

Говоривший человек был настолько взволнован, что несколько раз обошёл тело Цзюнь Мосе, потирая руки. Мосе даже услышал, как трещали и похрустывали суставы его пальцев:

— Непревзойдённая сущность… Действительно, именно она! Милость господня! Наш Туманный Призрачный Дворец снова ждёт подъём! Я обязательно должен сделать его своим учеником, лично обучить его! Если он собьётся с пути, разве это не будет слишком досадно?

Бай Цифэн и другие растерянно переглянулись, Цао Гофэн был ошарашен…