Глава 68. Расширение горизонтов твоих познаний

С точки зрения положения, Цзян Чэню было бы неудобно что-либо говорить. С другой стороны, Цзян Чжэн сейчас за раз высказал все, что было на уме у его господина.

Пока Цзян Чжэн говорил, Цзян Тун и его сын не раз кивнули, тем самым давая понять, что согласны с его словами.

Что касается Цзян Чэня, то он слегка улыбнулся и, встав, и подошел к Цзян Юю:

— Сяо Юй, твой брат задаст тебе только один вопрос: у тебя есть чувства к этой женщине?

Красивое лицо Цзян Юя покраснело:

— Брат, я видел ее только раз или два в год, и то когда мы были маленькими. У меня никогда не было с ней длительных бесед, и, соответственно, нет никаких чувств к ней. К тому же, я не люблю напористых и властных женщин, в них нет ни капли доброты.

— Хорошо! — Цзян Чэнь улыбнулся. — Даже за тысячу таэлей золота не купить любовь. Раз она тебе не нравится, то я приму решение за тебя. Начиная с этого момента, ваше брачное соглашение считается недействительным.

— Чэнь’эр, — Цзян Тун встал.

Цзян Чэнь развел руками.

— Третий дядя, я молодой герцог. Когда моего отца здесь нет, все решения в семье Цзян Хань принимаю я.

Цзян Тун хотел было что-то сказать, но так и не смог четко сформулировать свои мысли, поэтому ему ничего не оставалось, кроме как в унынии сесть обратно. Его рука слегка подрагивала, демонстрируя окружающим всю глубину его гнева.

Разве мог он еще что-нибудь сделать?

Цзин Мань от души рассмеялся и гордо поднялся на ноги, а его тон выражал презрение:

— Молодой герцог, ха-ха. Верно говорят, что сын отца-тигра не будет собакой. Юный герцог, сегодня вы расширили горизонты моих познаний.

Эти слова не были комплиментом для Цзян Чэня, скорее наоборот, они указывали на то, что Цзян Чэнь струсил. Если бы на его месте сейчас был Цзян Фэн, разве мог бы он уступить?

Цзян Чэнь слегка улыбнулся и, не отрывая взгляда от Цзин Маня, сказал:

— Я с такой легкостью расширил ваши горизонты? Похоже, вождю Цзин и в самом деле не хватает опыта и знаний.

— Что? Что ты несешь? — лицо Цзин Маня потемнело.

— Хорошо, брачное соглашение расторгнуто, но на этом дело еще не закончено, — выражение лица Цзян Чэня потемнело, а его тон стал ледяным. — Вы из племени, но посмели расторгнуть брачное соглашение, тем самым бросив вызов власти герцога. Это ваше первое преступление. Как подчиненный семьи Цзян, ты не отдал дань уважения при виде молодого герцога. Это еще одно преступление. Бушуя и крича, ты ворвался в поместье и не проявил ни малейшего уважения к своему начальству. И это третье преступление. За эти три преступления ты понесешь соответствующее наказание! Схватить их!

Как только Цзян Чэнь закончил свою речь, четыре брата из батальона Шэн набросились на Цзин Маня, словно тигры на добычу!

Цзян Тун сначала растерялся, но затем все понял и немедленно отдал приказ:

— Начальник охраны, оцепить территорию. Ни один человек, что пришел сегодня, не должен покинуть поместье!

Цзин Мань был излишне самоуверен или, лучше сказать, действовал безрассудно. Несмотря на то, что в этот раз он привел с собой охрану, с точки зрения абсолютной силы, между его охраной и личной гвардией поместья герцога была огромная пропасть.

Он посмел заявиться в поместье только потому, что Цзян Тун был слабохарактерным и неуверенным в себе человеком, который никогда бы не взялся за оружие. И тем более не посмел бы выступить против него – вождя большого племени.

Однако Цзин Мань никогда и представить себе не мог, что Цзян Чэнь, этот дьявол во плоти, именно в это время вернется в поместье. И он никак не мог ожидать, что этот юноша, оставаясь веселым, спокойным и собранным, решит принять какие-то меры!

Хуже всего было то, что четыре брата из батальона Шэн являлись экспертами из столицы. Шэн первый и Шэн второй уже достигли девяти меридианов истинной Ци.

Каждый из них мог на равных противостоять Цзин Маню в бою один на один.

А когда эти четверо объединили свою усилия, он почувствовал себя совершенно беспомощным.

Новый охранник Цзян Чэня, Го Цзинь, был самим воплощением ловкости и храбрости. Его меч полностью заблокировал атаки Цзин Цай’эр. Хоть он находился всего лишь на шести меридианах истинной Ци, но, выложившись на полную, смог довести Цзин Цай’эр до такого состояния, когда она уже просто не знала, что делать.

После этого Цзян Тун тоже вступил в битву.

Цзян Тун был на девяти меридианах истинной Ци. И как только он присоединился к битве, исход сражения стал очевиден.

В течение часа Цзин Мань и все его люди были взяты под стражу.

— Цзян Чэнь, даже у твоего старика не хватает смелости что-либо сделать со мной! Ты смеешь устраивать заговор против меня! После того, как ты унизил меня, мое племя Красного Бутона будет до конца времен враждовать с тобой!

Цзин Мань сильно разозлился. Он всю свою жизнь провел на территории Цзян Хань. Кроме небольших уступок Цзян Фэну, он никому и никогда не позволял ставить себя в невыгодное положение.

Но сегодня его схватили и связали. Для него это было крайней степенью унижения.

— Третий дядя, призови всех членов клана. Я хочу устроить семейное собрание!

Цзян Чэнь бросил взгляд на Цзин Маня.

— Тайно посадите этих людей за решетку. Первый брат Шэн, заставь их принять эти пилюли, чтобы не были слишком шумными.

От имени герцога Цзян Тун созвал всех членов клана. В этом случае никто не посмел проигнорировать его.

Они не пошли встречать Цзян Чэня, так как в их глазах Цзян Чэнь ничего особенного из себя не представлял. Они считали его бесполезным человеком и именно поэтому посмели действовать столь дерзко.

Несмотря на то, что Цзян Тун был слабохарактерным, он все еще оставался человеком, которому Цзян Фэн лично поручил исполнять обязанности герцога во время его отсутствия. Когда он воспользовался властью герцога, ни один из членов семьи Цзян не посмел ослушаться его.

В конце концов, уровень его боевого развития и личностные качества позволили ему стать первым человеком после Цзян Фэна!

К концу дня пришли все члены семьи Цзян, которых насчитывалось примерно двести человек.

Однако главный зал поместья был достаточно просторным и, несмотря на такое большое количество людей, в нем еще оставалось немало свободного места.

Цзян Тун и его сын стояли справа от Цзян Чэня, а его люди — слева.

— Приветствуем молодого герцога!

— Почему никто не сообщил нам, что молодой господин вернулся?

— Действительно. Я уезжал на два дня, и мне никто не сообщил об этом. Прошу прощения за то, что я не смог встретить вас.

Эти члены клана были довольно умны. Они не пришли встретить Цзян Чэня, потому что могли позволить себе подшутить над ним в таком незначительном вопросе, но никто из них не посмел действовать дерзко на глазах у юного герцога.

Цзян Чэнь окинул взглядом всех собравшихся и кивнул.

— Цзян Чжэн, говори.

С тех пор, как Цзян Чжэн начал следовать за Цзян Чэнем, его характер сильно изменился, а после случившегося в Зале Исцеления его покорность стала абсолютной. Поклонившись Цзян Чэню, Цзян Чжэн заговорил:

— Во-первых, я хотел бы сообщить, что Цзин Мань из племени Красного Бутона и его дочь сегодня вызвали большой переполох в поместье Цзян Хань. Они не выразили никакого уважения представителям власти и молодому герцогу. Поэтому сейчас они взяты под стражу юным герцогом и сидят за решеткой!

— Что? Цзин Мань был взят в плен и заперт за решеткой?

— Это… Мы недавно сами видели, как дерзко вел себя Цзин Мань у дверей поместья.

— Цзин Маня схватили?

Члены семьи Цзян были потрясены и сбиты с толку, когда услышали эту новость. Для них это было невероятным событием. Цзин Мань был схвачен? Вот только в этих словах был заключен и скрытый смысл.

Цзин Мань вызвал переполох в поместье Цзян Хань и не проявил уважения к его главе. Он не уважал молодого герцога. Когда они услышали это, все волосы на их телах встали дыбом.

Стоило упомянуть, что практически никто из клана не пришел поприветствовать молодого господина. Это тоже могло быть расценено как неуважение к молодому герцогу.

Подумав об этом, все они стали чрезвычайно нервными, независимо от своего статуса и положения.

Если Цзян Чэнь захочет поднять этот вопрос, вероятно, им всем не избежать наказания.

Цзян Чжэн слегка улыбнулся:

— Как члены одного клана Цзян все мы имеем одно и то же происхождение. Кровь гуще воды, и когда мы сталкиваемся с проблемами, все мы должны работать как одно целое, а не спасать собственную шкуру. Молодой герцог хотел воспользоваться этой возможностью, чтобы ознакомить вас со своими принципами!

Слова Цзян Чжэна также намекнули им на то, как они могут оправдаться за прежние действия.

Умные сразу поняли свою ошибку. Старейшина клана, которому было более пятидесяти лет, улыбнулся:

— Моя семья Цзян всегда действовала как единое целое под руководством герцога. Этот Цзин Мань часто приходил в поместье и устраивал беспорядки. Его давным-давно нужно было взять под стражу. Мы полностью поддерживаем ваше решение!

— Действительно, этот Цзин Мань осмелился поставить под сомнение власть семьи Цзян, правильно, что его взяли под стражу!

— Молодой герцог — выдающийся и мудрый человек!

— Он действительно сын герцога, мы поддерживаем наследника!

Все они с полуслова поняли, откуда дует ветер. Увидев, что Цзян Чэнь удалил даже такую занозу, как Цзин Мань, они осознали, что если он захочет разобраться с членами клана, для него это будет так же просто, как сдуть пылинку.

Судя по текущему состоянию Цзян Чэня, если это воплощение дьявола разозлится и обвинит их в преступлении, то для них все это может обернуться очень и очень плохо.

Следовательно, все они поспешили заявить о своей поддержке. Во-первых, для перестраховки, а во-вторых, как у членов клана Цзян, у них не было никаких причин защищать Цзин Маня.

Члены семьи Цзян также сильно презирали высокомерное отношение Цзин Маня. Но раз даже у Цзян Туна не было никаких способов противостоять ему, то и им пришлось молчать.

Теперь, когда Цзин Мань был схвачен Цзян Чэнем, они почувствовал глубокое удовлетворение от того, что их гнев, наконец-то, нашел выход, но наравне с этим они не могли не ощутить замешательство. Как Цзян Чэнь смог обрести такую смелость и решительность за 2-3 года своего отсутствия?

Когда они заметили свирепо смотревшую на собравшихся личную охрану, стоявшую позади Цзян Чэня, сердца их застучали, как барабаны, никто не смел и лишнего слова сказать.

Цзян Чэнь не имел ни малейшего желания распинаться перед членами своего клана и застенчивым тоном сказал:

— Третий дядя, по приказу поместья герцога, созови все племена на территории Цзян Хань. Скажи им, чтобы явились в Город Речной Волны для участия в собрании племен. У меня есть важное дело, которое нужно с ними обсудить. Если они откажутся и не явятся в течение трех дней, то это будет расцениваться как измена!

Разумеется, раз приказ был отдан от имени герцога, то ни одно племя не посмело остаться в стороне.

Все они с максимально возможной скоростью отправились в Город Речной Волны.

Той же ночью Цзян Чэнь пригласил на банкет в поместье всех старейшин, обладавших высоким положением и репутацией.

И если бы не недавний инцидент с Цзин Манем, то, возможно, не все они явились бы на банкет Цзян Чэня. Однако времена изменились. Увидев сегодня Цзян Чэня, они поняли, что за этим приглашением что-то стояло.

Как было сказано ранее, шестеро старейшин вовремя явились на банкет. Эти люди были очень мудры и проницательны. Встретившись друг с другом в дверях поместья, они переглянулись и неловко улыбнулись, не в состоянии понять текущую ситуацию.

— Старейшина Си, какие еще козыри прячет этот Цзян Чэнь?

— Эх, я не могу этого знать. Я тоже его не понимаю. Вы заметили, что за те три года, что мы его не видели, Цзян Чэнь сильно изменился? — произнес старейшина с седыми волосами. Он имел самый длинный послужной список среди старейшин клана Цзян, и все называли его старейшиной Си.

— Я слышал, что этот Цзян Чэнь был донельзя смешон в столице. Ходили даже слухи, что он не смог сдать базовый экзамен. Если этот ребенок продолжит дурачиться, то как семья Цзян сможет сохранить герцогство?

— Это не похоже на правду! — старейшина Си покачал головой. – Когда я смотрю на Цзян Чэня, то не вижу того, кто не смог бы пройти базовые экзамены.

— Хе-хе, какой толк от разговоров. Давайте пройдем внутрь и посмотрим, что он скажет! — сказал относительно молодой старейшина и, взяв инициативу в свои руки, вошел в поместье.

Банкет был чрезвычайно роскошным. Цзян Чэнь сидел во главе стола, а Цзян Тун по левую руку от него.

Все заняли места, согласно своему положению. Цзян Чжэн предусмотрительно разливал всем вино в том же порядке.

— Теперь, когда все старейшины собрались, я, Цзян Чэнь, хотел бы кое-что сказать. Я не буду поднимать на рассмотрение предыдущие вопросы, и хочу сегодня обсудить лишь одно дело. Сейчас я конкурирую за место герцога первого ранга в Испытаниях Затаившегося Дракона, и на этот раз я вернулся сюда для того, чтобы завершить вторую миссию. Мне понадобится помощь каждого из вас в этом вопросе. Если старейшины готовы помочь, то, пожалуйста, выпейте со мной чашу вина!

Цзян Чэнь поднял свою чашу, отчего внезапно проявилась его величественная аура.

Что?

Герцог первого ранга? Миссия первого ранга?

Эта новость ошеломила даже Цзян Туна. От волнения его рука так затряслась, что он чуть было не выронил чашу с вином.