Глава 881. Костяные призраки

Несмотря на смену отношения к нему, Цзян Чэнь не ослабил бдительности.

– Вы, ребята, довольно быстрые, да? – усмехнулся он. – Держитесь подальше от меня, если не хотите, чтобы я вас снова избил.

Он не был заинтересован в том, чтобы тратить на них слова. Все пятеро поклонились в притворном смущении. Одноглазый мужчина несколько раз кивнул.

– Да, да, старший, мы сейчас же уйдем. Но у нас есть для тебя один совет. Не ходи на запад. Там опасно.

– Что за опасность? – Цзян Чэнь нахмурился.

– Мы сами не совсем выяснили, но мы видели, что принц Шанпин пошел в том направлении. Похоже, он устанавливал формацию, чтобы устроить кому-то засаду. Там должно быть что-то хорошее, – одноглазый босс хотел произвести хорошее впечатление.

«Принц Шанпин?» Цзян Чэнь совсем не удивился. Благородный на вид принца мог обмануть обычных людей, но Цзян Чэнь не верил ни единому сказанному им слову. Цзян Чэнь оглянулся на пятерку, усмехаясь уголком рта. Он не доверял и этой группе. Что там могло быть у принца Шанпина? Он направлялся на запад, и его не смогли бы остановить несколько слов этой пятерки.

– Вам следует поторопиться и уйти. Больше не показывайтесь мне на глаза, – ухмыляясь, Цзян Чэнь взглянул на них в последний раз, и собрался удалиться с Хуан’эр.

– Подожди! – крикнул одноглазый. – Разве ты не хочешь узнать о друге, который продал тебе пилюли?

Цзян Чэнь остановился, холодно глядя на одноглазого мужчину.

– Что ты имеешь в виду?

Одноглазый усмехнулся.

– Наконец-то, хоть что-то тебя заинтересовало.

– Говори. Если солжешь, я не против убить тебя прямо на месте, – лицо Цзян Чэня потемнело.

– Ты можешь убить нас, но твой друг обязательно умрет, – странно рассмеялся одноглазый мужчина.

– Продолжай, – нахмурился Цзян Чэнь.

– Пять миллионов духовных камней, – внезапно произнес одноглазый.

Взгляд Цзян Чэня был холодным.

– Я дам тебе десять, но если ты солжешь, тебе не жить.

Одноглазый мужчина усмехнулся.

– Я могу дать небесную клятву. Если я лгу насчет этого, и этот твой парень в порядке, тогда мы все умрем здесь.

Цзян Чэня очень удивило то, с какой готовностью была дана клятва, и он на мгновение удивился. Ему казалось, что одноглазый блефует, но клятва последнего заставила его изменить мнение. Он должен был отнестись к этому вопросу более серьезно. В мире боевого Дао с небесной клятвой нельзя было шутить. Любой, кто это делал, оказывал себе медвежью услугу. Более того, в такой клятве не было никаких лазеек. Одноглазый мужчина явно был серьезно настроен.

– Веди меня, – Цзян Чэнь почувствовал, как в его сердце вспыхивает множество эмоций. Он нахмурился, не в силах понять. Хотя клятва одноглазого была достаточно достоверной, Цзян Чэнь все же подозревал, что что-то не так.

Почему Пятерка Пещеры Призраков появилась так внезапно и с новостями о Линь Яньюе? Прошло всего несколько часов с тех пор, как Цзян Чэнь оставил нового товарища. Что могло произойти за такой короткий промежуток времени? То, что они смогли связаться с ним и Хуан’эр, чтобы сообщить им об этом, было еще одним совпадением. Даже если за этим стоял план, его было трудно реализовать с таким совершенством.

– Где вы его в последний раз видели? – спросил Цзян Чэнь.

– Узнаешь, если пойдешь с нами, – ухмыльнулся одноглазый мужчина. – Мы не скажем, пока не получим деньги. Больше не спрашивай нас, старший.

– Как он сейчас?

– В опасности. Попался в ловушку какого-то человека, принявшего форму растения, и не может освободиться. Думаю, долго он не протянет. Если будешь медлить, от него мало останется.

Слегка кивнув, Цзян Чэнь решил больше не задавать вопросы. Он сделал еще несколько шагов, прежде чем принюхался к воздуху, вспомнив кое-что важное.

– У вас вообще нет совести? Он продал вам Противоядие от Восьми Сокровищ, а вы берете деньги за новости о нем?

– Хе-хе, мы, практики, живущие на грани, заботимся только о деньгах. Даже если он и продал нам пилюли, мы все равно не стали бы помогать ему бесплатно.

– У тебя еще есть пилюля? – внезапно спросил Цзян Чэнь.

Одноглазый мужчина помолчал, затем усмехнулся.

– Я принял ее.

– И как на вкус? – Цзян Чэнь слабо улыбнулся.

Одноглазый мужчина покосился на Цзян Чэня.

– Какой вкус может быть у пилюль? Ничего особенного, – он дал небрежный ответ. Одноглазый мужчина, казалось, понял, что Цзян Чэнь пытается его перехитрить, и перестал выдавать дополнительную информацию. Остановившись, Цзян Чэнь позволил намеку на улыбку исчезнуть из уголка рта. Её заменило холодное убийственное намерение.

– Что? – одноглазый нахмурился. – Ты все еще не уверен и после нашей клятвы, верно? Но если ты не хочешь идти, я ничего не могу с этим поделать.

Цзян Чэнь кивнул.

– В этом нет необходимости. Мы можем остановиться здесь.

– Здесь? Зачем? – одноглазый мужчина недоумевал.

– Я отправлю вас туда, где вам место, – шквалом жестов Цзян Чэнь очертил Пятерку Пещеры Призраков свежеактивированной формацией. Окрестности мгновенно наполнились магмой. Бесчисленные вулканы с изнуряющим жаром окружили их.

– Что?.. Во что ты играешь? – одноглазый мужчина искренне запаниковал.

Глядя прямо на одноглазого мужчину, Цзян Чэнь четко произнес каждое последующее слово.

– Ты хорошо замаскировался, так хорошо, что я с трудом заметил разницу. Если бы ты немного лучше скрыл свой гнилостный запах, если бы ты смог воссоздать слегка резковатый запах Противоядия от Восьми Сокровищ, то все было бы идеально. Какая досада… Такая мелочь выдала тебя.

Красивые глаза Хуан’эр поднялись вверх, она задумалась. Когда Линь Яньюй сказал им использовать Противоядие от Восьми Сокровищ, он сказал, что примерно через пятнадцать минут после употребления пилюли появится резкий запах, который будет легко различить. Тем не менее никто из Пятерки Пещеры Призраков не упомянул эту деталь. Она осмотрела пятерых с новым интересом. Одновременно она была втайне впечатлена умом Цзян Чэня. Его, казалось бы, бездумные вопросы были наполнены скрытым смыслом. Он нашел дыры в их истории всего несколькими словами.

Гнилостный запах? Выражение ее лица стало более настороженным. С другой стороны, Цзян Чэнь уже начал действовать. С поворотом Зеркала Полета Пера один луч света разделился на пять, двигаясь в сторону Пятерки Пещеры Призраков. В сиянии света Цзян Чэнь призвал Магнитную Золотую Гору. Ее мерцающие вершины и гребни с тяжелым грохотом спускались сверху, словно божественное провидение. Свет от зеркала, палящий зной и давление горы заставили Пятерку раскрыть себя. Их тела задвигались и трансформировались. Внезапно все пятеро закричали в унисон, их тела раскололись во вспышке черного света и превратились в груды костей. Кости, казалось, жили своей собственной жизнью и бесконечно боролись с весом золотой горы. Однако ее сильные стороны были непревзойденными.

– Умри, – Цзян Чэнь надавил ладонью на воздух.

*Бум!*

Во вспышке золотого света сокрушительный вес горы превратил кости в пыль. Изнутри формации раздался громкий крик, который еще не скоро исчез. Если бы он не был мастером боевых искусств с большим опытом, один этот крик вселил бы в него страх.

Хуан’эр с тревогой смотрела на происходящее.

– Это не Пятерка Пещеры Призраков?

– Меня чуть не одурачили, – Цзян Чэнь покачал головой. – Это не Пятерка Пещеры Призраков, а призрачные видения. Трансформация костей – метод, принадлежащий расе демонов… – он был очень серьезен. Они так скоро столкнулись с расой демонов, и даже не с Лесными Демонами.

Судя по свидетельствам, Лесные Демоны были не единственной расой демонов, обитающей в пустынных диких землях. Были и другие расы. О расе демонов в человеческих владениях всегда ходили легенды. Даже Император Павлин следил за ними. Он смог обнаружить следы их неизбежного возвращения в мир своими Всевидящими Глазами. Несмотря на различные намеки, Цзян Чэнь не думал, что это произойдет так скоро. Теперь казалось, что Император был не излишне пессимистичен. Скорее, Цзян Чэнь и все остальные практики из числа людей были слишком оптимистичны. Фактически, большинство людей в мире вообще не реагировали на эту угрозу. Хотя существовала скрытая опасность, они не хотели сталкиваться с ней лицом к лицу из-за своего естественного страха перед расой демонов.

– Неудивительно, что они дали небесную клятву, как только заговорили, – пробормотала Хуан’эр. – В конце концов, они не являлись Пятеркой Пещеры Призраков.

– Да, это была гениальная часть их плана, – Цзян Чэнь после этого тоже почувствовал облегчение. Когда дело доходило до подобных ситуаций, он полагался только на инстинкт. Он обнаружил недостатки в их рассказе только после того, как медленно начал их искать. Без хитрости было невозможно сказать, что их уловки лживые. Однако Цзян Чэнь вспомнил еще одну вещь. Очевидно, Хуан’эр тоже, потому что их лица изменились одновременно.

– Они не знали подробностей о Противоядии от Восьми Сокровищ, но знали о том, что произошло за пределами долины, – Цзян Чэнь был очень бледен. – Это должно означать, что у расы демонов были союзники в группе снаружи. Их связь, безусловно, очень развита. Даже их костяные призраки обладали такими подробными знаниями. Было трудно заметить что-либо неуместное в их истории.

Пара напряжено изучала свои основные проблемы. Раса демонов, возможные предатели, дикие земли… Все это лишь усиливало беспокойство.

– По крайней мере, они ничего не знали о том, что произошло после того, как мы вошли. Это показывает, что хотя бы Линь Яньюй не один из них, – добавила Хуан’эр. Цзян Чэнь согласился. Если бы Линь Яньюй был союзником расы демонов, ему незачем было бы раскрывать отличительную черту Противоядия от Восьми Сокровищ. Но этот лакомый кусок информации о едком аромате пришел прямо из уст юноши.

– Тогда кто здесь предатель? – лица других практиков одно за другим промелькнули в голове Цзян Чэня. Он понятия не имел. Никто из них не походил на хорошего человека, но чтобы работать на расу демонов? Никаких доказательств этого не было.