Глава 314. Король Подземного Мира (часть 4)

Ён У встретился глазами с Аидом.

Тёмные глаза, по которым трудно понять, о чём думает бог смерти.

Все знакомые Ён У боги и демоны не скрывали своих чувств. Они смеялись, выражали гнев или загадочно улыбались, у каждого была своя мимика. Однако холодная улыбка на лице Аида отличалась: глубокая, словно сам Тартар, — Ён У казалось, стоит в неё вглядеться, она засосёт твою душу.

На миг Ён У задумался, почему Аид спросил. Но…

— Лучше выбирай вопрос тщательно.

Ён У молчал.

— Превыше всего я ценю честный обмен. Доверие? Уважение? Какое они имеют значение? Всё бесполезно. Отдай ровно столько, сколько получил. Именно так нужно заключать сделки. Я прошу о сделке, ибо у меня к тебе вопрос.

Ён У кивнул. Теперь он мог хотя бы догадываться, во что верит Аид, и каков он сам.

— Кто тот гигант, которого я видел, когда пришёл?

Тело длиной в километры. Перс тоже был огромным, но по сравнению с ним казался ничтожным. Мертвец напоминал гору.

— Так вот, что тебя интересует, — Аид усмехнулся. — Кронос.

Ён У вытаращил глаза.

— Ты знаешь Кроноса?

— Разве он не король Титанов?

— Так и есть. А ещё он отец Зевса, Посейдона и мой. Ужасный отец, который пожирал собственных детей.

Легенды Олимпа начинаются с короля богов Кроноса, пожиравшего своих детей. Кронос услышал пророчество, будто один из его детей займёт его место, и начал проглатывать их сразу после рождения. Однако его жена, Рея, не вынесла такой жестокости и спрятала младшего, Зевса. Зевс вырос в дали от остальных и вернулся, чтобы бросить Кроносу вызов.

Кронос выплюнул всех проглоченных детей, и те стали верными союзниками Зевса. Это были Аид, Посейдон, Гестия, Гера и Деметра. После долгой войны они сумели заключить Кроноса и его сторонников, Титанов, в Тартар.

То есть Кронос был началом олимпийский легенд и их величайшим злодеем. Но…

«И такое существо умерло? Боги тоже умирают?»

К тому же.

«Чёрный Король, не Кронос ли это?»

Боги никогда не называли имени Чёрного Короля. Говоря просто «Он». Гермес сказал, всё из-за клятвы реки Стикс. Но с учётом текущего положения он мог ошибаться.

— Похоже, ты задаёшься вопросом, как такое существо могло умереть.

— Да… Верно.

— Так и думал. Просто мы украли его время.

Ён У изумлённо воззрился на Аида.

— То есть забрали всё, что у него было. Чтобы стать настоящим богом, нужно полное бессмертие, а тем, у кого есть бессмертие, нужно время. Не тот ли истинный бог, кто правит временем? Время ушло и вот. Он «умер».

Бог времени и смерти. То есть, когда они забрали время, осталась только смерть?

— Благодаря чему я смог получить часть смерти… так уж сложилось.

Аид отмахнулся, словно больше не хотел об этом говорить. Однако от Ён У не укрылось, как Аид быстро окинул его взглядом, будто что-то искал.

«У меня? Но что?»

Аид, должно быть, решил, что больше ничего от Ён У не узнает, и продолжил:

— Тогда теперь задам вопрос я.

— Да, сэр.

— Ты слышал от Персефоны что-нибудь ещё?

Ён У вспомнил, как покидал священную территорию Персефоны.

— Моё задание заключалось лишь в том, чтобы найти Вас.

— Неужели? Понятно…

Аид горько улыбнулся — первая искренняя эмоция, которую увидел Ён У за его холодной усмешкой. Аид показался ему каким-то одиноким.

— Задавай свой следующий вопрос.

— Что значил Ваш последний вопрос?

— Что?

Аид посмотрел на Ён У, словно спрашивая, в чём проблема. Ён У сглотнул. Аид сказал, превыше всего он ценит честный обмен. Ему так дорого послание Персефоны?

— Ничего.

— Ты слишком много болтаешь и всё без толку. Быстро задавай свой следующий вопрос.

— Тогда… вечная битва утомляет?

Второй вопрос. Ён У уже видел поле боя, но хотел услышать точку зрения Аида.

— Битва? Ха-ха. Битва, — засмеялся Аид. — Если это можно так назвать.

Смех перешёл в очередную холодную улыбку. Точнее, в улыбку, превратившуюся в свою полную противоположность.

— Тартар уже на грани разрушения.

Так начался рассказ Аида.

Сотни лет назад он впервые спустился в Тартар из-за происходивших там странных событий. И сейчас ситуация ничуть не лучше, чем тогда.

— Тебе не показалось, будто первый увиденный тобой Титан, Перс, слишком велик? Пусть он бог, он не должен быть таким огромным и обладать такой духовной силой.

Ён У вспомнил Гигантского бога, способного достать до неба, и тяжело кивнул.

— Всё потому, что он поглотил священную силу Кроноса.

Священная сила Кроноса не исчезла лишь из-за того, что тот умер. Титаны и Гиганты, жаждавшие мести и искавшие способ понять, как использовать наследие Кроноса, кое-что выяснили. И их аномальные размеры стали побочным эффектом полученного знания.

«Чёрный дым, который я видел, и есть священная сила Кроноса?»

Он вспомнил чёрный дым, источаемый телом Перса во время нападения Аида.

— Иметь дело с преступниками, обладающими священной силой старого короля, непросто. Когда они похитили его силу, я начал терять территории, а теперь у меня осталось лишь это.

Пробормотал Аид себе под нос. Какая ирония: заключённые захватили тюрьму, в которой сидели.

«Тогда…»

Ён У вспомнил измождённые лица отряда Плутон. Солдаты считают, Титаны и Гиганты скоро захватят Тартар.

«Что будет, если это случится?»

Пришла очередь Аида задавать вопрос.

— Человек. Зачем ты пришёл сюда?

Ён У выпрямился и, глядя прямо в лицо Аиду, ответил:

— Чтобы добыть Кунен.

***

— Да, сэр.

Аид снова рассмеялся. Он был потрясён.

— Забавно. Ты знаешь, что это значит?

Ён У не сводил глаз с Аида.

— Ты станешь частью меня. Моей тенью и апостолом, который поведёт моих последователей. Ты можешь это сделать? — Сузил глаза Аид. — Как я не могу принять тебя, так и ты отнюдь не намерен служить кому-то. Я прав?

Ён У не ответил. Он просто продолжал смотреть на Аида. В обычных обстоятельствах он бы подыскал другую возможность. И хотя на словах Аид отвергал его, его поведение говорило об обратном.

— Какой удивительный смертный. Ты и сейчас не впечатлён, — положив руки на подлокотники трона, Аид смерил Ён У горделивым взглядом. — Хочешь получить Кунен, говоришь? Тогда сначала я назову тебе итог. Это невозможно. Не потому, что я не хочу его отдавать, у меня нет Кунена.

Глаза Ён У округлились.

— То есть…

— Он сломался. Давным-давно, когда я сражался с Тифоном, королём Гигантов… Если бы Кунен ещё был здесь. Хм. Интересно, могли бы мы одержать безоговорочную победу.

Астрапе стреляла молниями, символами Зевса, Трезубец вызывал вихри, символизирующие Посейдона, а Кунен испускал тяжёлую тьму и медленно толкал противника к смерти. Он также мог скрывать присутствие своего владельца и беззвучно обрывать жизни врагов.

Сейчас, вместо шлема, Аид пользовался мечом, но, сражаясь только мечом, он не мог в полной мере использовать свою священную силу. Без его священного артефакта ему всё время казалось, что чего-то не хватает. Если бы у него был шлем, позволивший сразить Кроноса, ситуация бы развивалась иначе.

— Нет. Если бы только собрать всех братьев-циклопов…

Ён У с удивлением смотрел на Аида.

— Что Вы имеете в виду?

— Я говорю, если бы только собрать всех трёх братьев-циклопов, давших мне Кунен, его можно было бы изготовить снова. Однако теперь, когда остался лишь один, это невозможно.

Отчаяние и Печаль Чёрного Короля завибрировали. Услышав слова Аида, Бронтес закричал. Ён У прижал браслет рукой и спросил:

— Лишь один? Разве Стеропс и Аргес не добрались сюда?

На этот раз удивился Аид.

— Откуда ты знаешь? Впрочем, всё именно так, как я сказал. Первый, Бронтес, пропал по пути сюда, второй, Стеропс, погиб после нападения Титана. Остался только Аргес, и он помогает нам, чем может… но тому, что способен сделать он один, есть границы. Кунен был создан тремя братьями вместе. А его способности уже не те, что раньше.

Чёрный браслет яростно дрожал. Бронтес кричал, узнав, что его второй брат погиб. Тем не менее.

«Если воспользоваться этим с умом…»

Ён У решил, если подумать, всё может пройти гладко.

— То есть, если собрать всех трёх братьев-циклопов, Кунен можно будет восстановить? И тогда вы сможете одержать победу в этой войне?

Аид не понял замысла Ён У и нахмурил брови.

— Да. Хотя битва полностью не завершится. Так можно улучшить наше нынешнее положение, пусть мне и не хотелось бы использовать это . Но о чём ты говоришь?..

— Если я решу проблему, могу я после завершения войны получить взамен Кунен?

— О чём ты вообще говоришь?

— Просто скажите. Вы отдадите мне Кунен, даже если я не стану вашим апостолом?

Аид скривился.

— Отлично. Если хочешь, я отдам его тебе! Клянусь собственным именем! Но если не сдержишь своё обещание, тебя не ждёт ничего хорошего…

— Вы поклялись своим именем. Тогда, пожалуйста, позовите Аргеса. С вещью Стеропса.

Аид не ответил. Только с неудовольствием посмотрел на Ён У, когда тот перебил его, но, судя по уверенному взгляду, он и правда мог что-то сделать.

Чего он добивается?

Аид не понимал, о чём думает смертный. И решил: тот собирается сделать что-то с помощью Власти Чёрного Короля, — но не мог сказать, что именно. Бог смерти может лишь наказывать мёртвых. Аид не представлял, что ещё с ними можно делать. Но попытка не пытка. И если Ён У опозорит его, наказать его никогда не поздно.

Аид хлопнул в ладоши и призвал слугу, чтобы тот привёл циклопа Аргеса с вещью его погибшего брата Стеропса. Потом молча посмотрел на Ён У. Игрока, у которого «Его» предмет.

Аид не собирался злиться, как Посейдон. Он считал свои прежние действия ошибкой. Но если бы мог вернуться назад, сделал бы то же самое. Сегодня он может находиться здесь благодаря им. Вся его власть проистекает от Него. Как и власть Титанов и Гигантов.

Открылась дверь, и медленно вошёл Аргес. Из-за затяжной войны его лицо выглядело таким же измождённым, как у солдат отряда Плутон. В руках он нёс старые наковальни.

— Вы меня звали?

— Аргес. Поставь предметы перед этим Игроком.

— Да, сэр.

Аргес без лишних вопросов осторожно опустил наковальни перед Ён У.

— А теперь я дам тебе встретиться с братьями.

— Что?..

Ён У протянул руку к наковальням, глядя в безжизненные глаза Аргеса. Аргес уже хотел спросить, что он делает, как вдруг ударил луч света, и перед Аргесом появилась душа.

Аргес вытаращил свой единственный глаз. Лицо, которое он так давно хотел увидеть, предстало перед ним.

— Аргес…

— Б-брат?

— Почему ты такой худой? Почему всё обернулось так плохо?

— Эт-то и правда ты, брат?

— Наконец-то. Спустя двести лет… мы можем встретиться.

Аргес изумлённо смотрел на призрак.

А потом.

— Стеропс.

Засиял голубой свет.