— Молодой господин… Вы ведь ещё не до конца оправились, может, полежите ещё немного!..
— Да, брат… Ничего страшного не случится, если ты ещё чуть-чуть отдохнёшь…
Они обе изо всех сил пытались меня остановить.
Раны могли ещё не зажить полностью.
Нужно ещё немного покоя.
Все слова — только из заботы обо мне.
На миг я едва не поддался этому бескорыстному теплу.
Но, как ни жалко, времени на отдых у меня почти не было.
Потому что я всё ещё слишком слаб.
Как ни смягчай формулировку, я всего лишь обычный талант.
Не гений, который увидит одну вещь и поймёт из неё десять.
Как бы ни хотелось это отрицать, как бы ни бесила такая правда — реальность от моих чувств не изменится.
Значит, её нужно принять.
Я слаб.
— Своё состояние я знаю лучше всех, Ария.
— Но…
— Не волнуйся. Перегружаться не буду.
Но и сидеть на месте из-за этого я не собирался.
Мой враг.
Тот ублюдок, которого мало разорвать на куски.
Тот, кто погубил мою мать.
Он помнил меня.
Он насмехался надо мной.
Он оставил меня в живых и ушёл.
А та сука, из-за которой я вообще оказался здесь, сказала, что всё случившееся со мной — лишь моя судьба.
Таких, как я, вокруг полно.
Не слишком ли я высокого мнения о собственной исключительности?
Одной фразой она уничтожила все вопросы, над которыми я мучился бесчисленное количество раз.
И сделала это самым мерзким способом.
Разве этого недостаточно?
Как бы ни измотала меня жизнь, прямо сейчас отдыхать мне не хотелось совершенно.
Наоборот.
Хотелось двигаться ещё больше.
Если с таким настроем я просто лягу и ничего не буду делать, тогда уже сам почувствую вину.
— …Я тоже считаю, что сейчас тебе лучше просто отдохнуть.
— Я того же мнения, молодой господин.
После того как я едва не умер, желающих заставить меня отлежаться было не двое.
Но со мной правда всё было нормально.
Настолько, что это спокойное время казалось роскошью.
— Услышал, что ты очнулся, и решил зайти…
СКРИП.
Дверь открылась, и вошёл мужчина.
Уверенность человека, который не считает нужным стучать даже в герцогском особняке.
Спокойные шаги без малейшего колебания.
Если подумать здраво, людей, способных так вести себя в этом доме, было очень мало.
— Не думал, что сразу после пробуждения ты успеешь устроить такой переполох.
Герцог Шарлотта.
Он вошёл в комнату с улыбкой настоящего кукловода из-за кулис.
«…Хотя он, наверное, и есть такой человек».
— Юноша… Нет, теперь мне следует называть тебя бароном Дженисоном?
— Обращайтесь как вам удобно, герцог.
Даже если я получил титул моложе всех, забывать о положении нельзя.
Он герцог.
Я — всего лишь барон.
К тому же теперь он практически мой спаситель.
Если смотреть на случившееся прямо, я жив именно потому, что он помог.
Проявить хотя бы такое уважение — естественно.
— Тогда не возражаешь, если я буду без церемоний?
— Напротив, буду только благодарен.
— Д-добрый день, герцог.
— Хм. Рад видеть, что юная леди Райнхардт тоже в порядке.
— Всё благодаря вашей великой милости…
— Ха-ха. Приятно слышать.
Закончив разговор с Арией, герцог подошёл к Джону, который до этого стоял рядом со мной как вкопанный.
По пути потрепал дочь по голове.
— У тебя неплохое мастерство.
— Ха-ха… Всё-таки я ношу сан епископа.
— Излишняя скромность уже начинает походить на хвастовство.
Герцог щёлкнул пальцами.
И сразу же из тени за спиной Джона появилась чёрная рука.
— ?!
— Ха-ха, не пугайся. Возьми.
ДЗЫНЬ-ДЗЫНЬ.
В мешке, который держала чёрная ладонь, звякнули монеты.
Джон тут же принялся отказываться.
Для жреца это, наверное, было естественно.
Он лечил людей не ради мирских денег.
Но герцог всё равно практически насильно всучил ему кошель.
— …Поэтому, что бы вы ни говорили, эти деньги я принять не…
— Ты считаешь, жизнь моей дочери стоит меньше этого мешка?
— Я вовсе не!..
— Если ты откажешься, что станет с моим достоинством?
— …
— И сразу скажу: мне совершенно всё равно, куда ты потратишь деньги.
— …
— Например… их можно направить на восстановление храмов Церкви, которое до сих пор продолжается.
— !..
— Деньги — вещь мирская, но одновременно одна из самых первичных в этом мире.
— …
— Ну как? Если примешь, можешь считать это просто благодарностью отца, чью дочь спасли…
— …Прошу простить бесстыдство. Я приму.
— Ха-ха! Спасибо, что принял мою искренность!
Половину разговора он, кажется, буквально заставлял Джона согласиться.
Но раз всем от этого только лучше, я не стал придавать значения.
Человек потрудился и получил заслуженную плату.
Что тут ещё обсуждать?
К тому же куда больше сейчас меня беспокоило другое.
«А, барон Дженисон. Хотел бы поговорить с тобой наедине…»
«Со мной?»
«Не мог бы ты устроить это?»
«Б-брат ещё пациент…»
«Хорошо. Папа, позовёшь, когда закончите?»
«Ха-ха. Обещаю».
«П-подождите, леди?!»
«Хи-хи, пошли лучше поедим!»
«П-подождите, брат?!»
Теперь в комнате остались только мы двое.
Глава герцогского дома и какой-то непримечательный барон.
Кто в такой ситуации не занервничает?
Я невольно сглотнул и стал следить за каждым движением.
Даже я не хотел грубить человеку, который спас меня и мою семью.
Поэтому пришлось изображать манеры, к которым я за всю жизнь почти не прибегал.
Смотреть прямо.
Не двигать руками и ногами.
Не открывать рот без необходимости.
В какой-то момент сам почувствовал себя куклой.
Вот она, дворянская этика.
Ноль практической пользы и гора показухи.
Настоящая вершина расточительства.
И все мои усилия уничтожил сам герцог.
— Хм… Мышцы и рост не сказать чтобы выдающиеся.
— !..
После того как все вышли, он некоторое время молча меня разглядывал.
А потом протянул руку и начал ощупывать предплечье.
Не как нормальный человек.
Скорее как мясник, проверяющий тушу перед разделкой.
И смотрел с чистым любопытством.
— Ладони тоже не похожи на руки человека, который много лет держал меч…
— …
— А ещё слышал, что особого дара к магии у тебя нет.
— …
— Не понимаю. Совершенно не понимаю…
Мять-мять.
Щуп-щуп.
Даже если передо мной герцог, когда взрослый мужчина вот так трогает мне руку, неприятно и физически, и морально.
Но он мой спаситель, поэтому я терпел.
К счастью, вскоре герцог отпустил руку и даже извинился за бесцеремонность.
— Всё нормально.
— Правда? Даже если это лишь вежливость, спасибо.
— Ха-ха…
— Если я задам барону несколько вопросов, ответишь?
И тут атмосфера изменилась.
До этого он выглядел добродушно.
Теперь стало ясно: именно ради этого он и пришёл сразу после моего пробуждения.
— Отвечу, насколько смогу.
— Хорошо. Тогда спрошу прямо.
— Да.
— Твоя личная сила совершенно не соответствует возрасту.
— …
— Ты ведь и сам это понимаешь?
Разумеется.
Потому что возраст этого тела и мой настоящий возраст — не одно и то же.
На фоне настоящих гениев мне ещё далеко до выдающегося уровня.
Но среди ровесников я сейчас наверняка сильнее большинства.
У меня было подавляющее преимущество — время.
Хотя однажды они наверняка быстро меня догонят.
— Можно допустить, что как бывший сын герцогского дома ты с детства ел множество эликсиров…
— …
— Но даже с этим твоя сила выходит далеко за рамки нормы.
— …
— До совсем недавнего времени ты ни разу не показывал ничего подобного.
— …
— И пусть со стариком ты раньше не был знаком, связь между вами явно есть.
— …
— Барон. Один вопрос.
— Слушаю.
— Ты намерен враждовать с империей?
Его улыбка мгновенно исчезла.
Лицо стало твёрдым.
Если он заметит хоть каплю лжи, казалось, тут же вытащит оружие.
— Если такое намерение у тебя есть…
— …
— Я подумываю вырвать росток, пока он не вырос.
— Я…
— Говори.
— Не собираюсь враждовать с империей.
— …
— …
— Ха-ха. Правда.
Будто убедившись, что я говорю искренне, герцог с облегчением поднялся.
Словно узнал всё, что хотел.
— Извини. С возрастом становишься подозрительным.
— Всё в порядке.
— Хм… Но просто уйти после такого мне неловко.
— Нет, правда, всё…
— Вот. Это подойдёт.
Он вообще не слушал.
Снова щёлкнул пальцами.
Из тени под ним появилась чёрная рука с листом бумаги и пером.
Шорх-шорх.
Звук пера.
Когда-то я слышал его до отвращения часто.
— Готово.
— ?..
— Что скажешь, если сможешь стать сильнее, чем сейчас?
— Что?
— Не хочешь ведь ещё раз упустить того старика?
— …
— Ха-ха! Лучшее выражение лица, которое я сегодня у тебя видел.
— Есть… способ?
— Я напишу рекомендацию.
— ?..
— Возьми её и трижды брось монету у фонтана на площади.
— …
— Тогда появится человек, который сам тебя проводит.
— К кому?..
— К тому, кто сможет сделать тебя сильнее.
— …
— Будет тяжело. Но, думаю, ты справишься.
— Спасибо. Даже не знаю, чем отплатить.
— Хе-хе… А, точно. Пароль вот такой.
«Подворотни едины во тьме».
Фраза до смешного хорошо подходила настоящему подполью.
Загружаем комментарии…