Лепестки сакуры, ещё недавно лежавшие на тротуарах розовыми сугробами, растаяли, словно снег. Солнце припекало всё сильнее, и в интернете вновь, как каждую весну, заговорили о том, что Уиллиса Кэрриера, изобретателя кондиционера, давно пора причислить к лику святых.
— Всё. Земле конец.
Кан У только что отвёз детей в школу и вернулся домой. Теперь он объявил о гибели человечества с такой серьёзностью, будто собственными глазами видел конец света.
— Что вы такое говорите, дорогой?!
— С чего ты взял, что конец?!
— …Что-то произошло с разломами?
Все три жены мгновенно помрачнели. Кан У, не ожидавший настолько бурной реакции, виновато улыбнулся.
— Да я просто о жаре! Май на дворе, а на улице будто середина лета.
— Ах вот вы о чём… Это ведь из-за глобального потепления, да? Говорят, проблема становится всё серьёзнее.
— Похоже на то.
В детстве он слышал о потеплении климата, но считал его чем-то далёким и отвлечённым. Теперь же с каждым годом жара ощущалась всё отчётливее.
— Мы тут Землю от иномирных захватчиков защищаем, а такими темпами люди и без них сами себя прикончат.
— Но ведь технологии получения энергии из магических камней развиваются, — заметила Сольа. — Благодаря им мировые выбросы углерода сильно сократились.
— О, правда?
И действительно: в последние годы все только и говорили об электростанциях на магических камнях и автомобилях, использующих ту же энергию.
— Особенно преуспела в этой области гильдия «Красная роза», — продолжила Сольа. — У неё самые передовые разработки.
— Ого! — удивилась Ёнчжу. — Наша гильдия настолько крута?
— …Ёнчжу?
Ты хоть сама в курсе, чем твоя гильдия занимается, дурында?
— Э-э-эй! Да шучу я! Конечно, знаю! — поспешно выкрутилась она. — Экологически чистые технологии на основе магических камней! Наша главная ставка на будущее, особенно теперь, когда разломов становится меньше!
Кан У прищурился.
Кажется, она просто повторила слова, которые когда-то услышала от подчинённых.
— Но если разломов становится меньше, — заметила Лилит, — магических камней ведь тоже будет меньше?
— А за это не переживай!
Ёнчжу пожала плечами и подошла к мужу. Ухмыляясь, она бесцеремонно ухватила его за ягодицу — точь-в-точь похотливый начальник, пристающий к сотруднику в офисе.
— Когда камней начнёт не хватать, попрошу любимого мужа не закрывать несколько разломов. Вот и весь секрет!
— …Гениальный бизнес-план. Просто безупречный.
Самое обидное, что в этой идиотской затее и правда был смысл: Кан У вполне мог поступить именно так.
— Хи-хи! Сделаешь ведь для меня, муженёк?
— Ну… если разлом откроется где-нибудь подальше от людей.
— Вот за что я тебя люблю!
Ёнчжу показала большой палец и шлёпнула по попе, которую только что старательно мяла.
— Кстати, тебе на работу не пора?
— У меня сегодня вы-ы-ходной!
— Что-то у тебя слишком много выходных.
— Я ведь глава гильдии!
Извинись. Немедленно извинись перед всеми главами гильдий страны.
— Между прочим, когда надо, я работаю на совесть, — возмутилась Ёнчжу. — На прошлой неделе притащила из разломов целые тонны магических камней!
— Ну… это правда.
В «Красной розе» Ёнчжу занималась не столько управлением и повседневными делами, сколько сражениями с магическими чудовищами и добычей камней. Как боевому специалисту ей и полагалось отдыхать между охотами, чтобы восстанавливать силы. Так что частые выходные были вполне оправданны.
Однако вид супруги, беззаботно разгуливающей по дому среди бела дня, почему-то ужасно раздражал.
— Всё равно бесит.
— Да за что?! Сольа и сестрица Лилит ведь тоже сегодня дома!
— Вот они меня не бесят. А смотрю, как ты бездельничаешь, — прямо зло берёт.
— Муж, ты ко мне несправедлив!
Ёнчжу обиженно оглянулась на остальных. Лилит прикрыла рот рукой и тихонько захихикала.
— Это лишь означает, что с тобой он чувствует себя совсем свободно. Вы ведь самые близкие люди.
— Красиво сказала, но что-то не убеждает.
Ёнчжу надулась и плюхнулась на диван. Кан У последовал её примеру и с наслаждением потянулся на мягких подушках.
— Кстати, а у тебя самого сегодня работы нет? — спросила она.
— Нет. Вчера закрыл один разлом, сегодня, думаю, будет спокойно.
— О! Значит, мы впервые за долгое время все вместе отдыхаем в будний день?
Конечно, через несколько часов дети вернутся из школы. Но пока у них оставалось время, которое можно провести только вчетвером, наслаждаясь семейным уютом.
— Хм-м. А ведь правда! — оживилась Лилит.
Она поднялась и изящной походкой приблизилась к Кан У. Затем устроилась у него на коленях.
— В таком случае, дорогой супруг, не укрепить ли нам супружеские узы, пока дети не вернулись?
— Каким образом?
— Фу-фу… Как же именно? Есть идеи?
Её глаза загорелись, словно у хищницы, заметившей особенно лакомую добычу. Лилит склонилась к его уху, обдала тёплым дыханием и медленно провела языком по мочке.
От щекочущего, влажного прикосновения по спине Кан У пробежали мурашки.
— К-кхм… Может, не стоит посреди бела дня…
— Хи-хи. Да я шучу, — подмигнула Лилит и поднялась с его колен.
— Ч-что-то жарко стало. Может, кондиционер включить?
— Пф-ф! Ты только посмотрите, покраснел-то как! Хочешь, я тебе тоже так сделаю? — захихикала Ёнчжу.
— Отстань.
Оставив довольную своим остроумием жену смеяться, Кан У включил кондиционер в гостиной.
— Уф-ф, благодать.
Тело Кан У выдерживало купание в кипящей лаве. Но это не значит, что он не ощущал жары. Прохладный поток воздуха приятно обдувал кожу и вновь заставил его задуматься: может, изобретатель кондиционера действительно заслуживает святости?
— Ах да, Кан У! Нам недавно подарили мороженое. Хотите попробовать? — спросила Сольа.
— Отличная мысль.
— И я! Я тоже хочу! — воскликнула Ёнчжу.
— Сейчас, сейчас.
Сольа сбегала на кухню и вернулась с набором маленьких стаканчиков мороженого размером с ладонь.
— Везде разные вкусы. Дорогой, выбирайте первым.
— М-м… Пожалуй, возьму что-нибудь классическое. Мятное с шоколадной крошкой.
— По-твоему, это классика?! — скривилась Ёнчжу. — Не понимаю, зачем вообще зубную пасту жрать!
— Между прочим, мята с шоколадом очень вкусная…
— Да-да, ешь свою пасту на здоровье! А мне ванильное!
— Я возьму клубничное, — улыбнулась Сольа.
— Фыр! — протянула Лилит, разглядывая стаканчик с фиолетовой этикеткой. — Тогда мне, пожалуй, вкус лиловых щупалец.
— Сестрёнка, это виноградное.
Разобрав мороженое, все четверо уютно устроились на диване и включили YouTube.
— О, гляньте! Эхидна! — воскликнула Ёнчжу.
— Ой, и правда она, — обрадовалась Сольа.
— А девочка рядом с ней тоже прелестная, — заметила Лилит.
— А-а, Сон Ари? Говорят, она тоже страшно популярная.
— Кх!
При одном упоминании Сон Ари Кан У напрягся всем телом.
— Чего это ты? — удивилась Ёнчжу.
— Да ничего.
Он отчаянно отогнал вспыхнувшие в памяти картины того кошмарного концерта и зачерпнул ложечку мороженого.
— Эх… Вот она, жизнь.
Дети в школе, кондиционер работает вовсю, а он сидит на диване в компании любимых жён, ест мороженое и никуда не торопится.
Так хорошо, что хотелось остановить время.
— Хе-хе! Ну что, — ухмыльнулась Ёнчжу, — больше не злишься, что я взяла выходной?
— Не-а. Я просто счастлив.
Может, вообще бросишь к чёрту руководство гильдией и будешь всё время дома, Ёнчжу?
— Идиот, — ласково хмыкнула она.
Ёнчжу вытянула стройные ноги и бесцеремонно уложила их мужу на колени.
— Ну-ка, разомни натруженные ножки своей драгоценной супруги. Снимай усталость, давай!
— Вообще-то у нас больше всех трудится Сольа.
Ведь домашнее хозяйство практически целиком было на ней.
— Эй, как смеешь сравнивать какую-то домашнюю работу с тяжким бременем управления гильдией?! — важно возмутилась Ёнчжу.
— Ёнчжу, ты не хочешь больше ужинать дома? — невинно поинтересовалась Сольа.
— А-а! Простите, госпожа! Виновата, каюсь! Нет мне прощения!
Ёнчжу мгновенно убрала ноги с мужа и с преувеличенным усердием поклонилась Сольа. Её комическое раскаяние рассмешило обеих женщин.
Так они и сидели, поддразнивали друг друга и наслаждались отдыхом.
— Супруг мой, а не желаете попробовать моего мороженого? — неожиданно спросила Лилит.
— А? Конечно, давай.
— Тогда… фу-фу…
Она игриво улыбнулась, расстегнула несколько пуговиц рубашки и ловким движением приспустила бельё.
— Э-э… Простите, госпожа Лилит?
Вы вроде мороженое предложили. Зачем раздеваться-то?!
— В прошлый раз нам помешали дети. Вы ведь тогда так расстроились, правда?
С этими словами Лилит зачерпнула ложкой мороженое и поместила его в ложбинку между грудей, показавшуюся из-под расстёгнутой блузки.
Сладкая холодная капля начала медленно таять на тёплой коже. Зрелище угрожало нанести сокрушительный удар по остаткам рассудка Кан У.
— С-сестрица?!
— Н-ничего себе…
Даже Ёнчжу и Сольа, наблюдавшие со стороны, потрясённо сглотнули. Уж если женщинам было трудно оторвать от этого глаза, что говорить о мужчине?
— Э-э-э?..
У Кан У, окончательно лишившегося дара речи, рот сам собой приоткрылся. Он не мог отвести взгляд от ложбинки между грудей Лилит.
Та обворожительно улыбнулась и нежно притянула его голову к себе.
— До прихода детей ещё далеко. Можете не торопиться и наслаждаться сколько душе угодно.
Такому искушению разве способен сопротивляться смертный? Последняя нить самообладания лопнула, Кан У крепко обхватил Лилит за талию и уткнулся лицом ей в грудь.
— Ах…
Он с таким рвением принялся слизывать мороженое, будто путник, измученный жаждой, добрался до оазиса посреди пустыни. Лилит слегка вздрогнула, но лишь ласково погладила его по волосам и счастливо улыбнулась.
— Я… Я тоже хочу угостить Кан У мороженым!
Очевидно, Сольа решила наверстать упущенное на прошлом пикнике. Она шагнула вперёд и расстегнула блузку.
Перед Кан У открылись две величественные округлости. Нет, «холмы» — слишком слабое слово для такой мощи. Перед ним возвышались настоящие горы.
«О боже…»
Почему же в горле так пересохло? Ведь он только что вдоволь напился сладкого нектара в одной прекрасной долине.
— Идите ко мне, дорогой…
Словно зачарованный, Кан У отправился исследовать новые просторы.
Может, теория о святости Уиллиса Кэрриера всё-таки была ошибочной? Кондиционер работал на полную мощность, а в гостиной стояла такая жара, что по спине текли ручьи пота.
— К-кхм! Ну, если моему мужу так уж захотелось ванильного, ничего не поделаешь! — объявила Ёнчжу, наблюдая за происходящим.
Она гордо вышла вперёд.
— Ну-ка, муженёк! А вот тебе ещё и ванильный вкус…
Плюх!
Мороженое не удержалось на абсолютно ровной поверхности, соскользнуло и шлёпнулось на пол гостиной.
Повисло молчание.
Вот теперь всё встало на свои места.
Настоящим чудотворцем оказался вовсе не Уиллис Кэрриер, а Чха Ёнчжу. Ведь только ей удалось в одно мгновение охладить раскалённый до предела воздух.
— Мы дома.
— Государь батюшка! Сегодня ужасно жа-а-арко!
— З-здравствуйте…
Щёлкнул дверной замок, и в квартиру вошли трое детей Кан У.
— Отец, нам выдали уведомление: в следующую среду будет открытый урок для родителей. Нужно… А?
Канхён замолчал, почувствовав что-то неладное. Посмотрел в гостиную — и увидел свою мать, забившуюся в угол дивана и жалобно всхлипывающую. Рядом сидел отец и старательно её утешал.
— Что-нибудь случилось?
— Нет… Ничего.
Кан У печально покачал головой и продолжил гладить жену по спине.
Загружаем комментарии…