Голова горела, словно в череп вогнали раскалённый железный прут. Каждый удар сердца грохотал в ушах, будто тяжёлый барабан.
Канхён смотрел на Канхи, которую Чон Ёнун держал за горло, и никак не мог поверить в происходящее. Всё казалось кошмарным сном.
— Ты… откуда…
Почему Ёнун здесь? Впрочем, он же приехал на экскурсию вместе с остальными, это понятно. Но какого чёрта он держит его младшую сестру?!
В голове беспорядочно метались вопросы. И всё же, увидев мерзкую ухмылку Ёнуна, Канхён понял одно.
— Это ты… сделал с ней такое?
Он заскрежетал зубами, глядя на бессознательную Канхи. На первый взгляд серьёзных ран не было, но на белой коже виднелись мелкие порезы.
Следы схватки. Причём такой, в которой Канхи даже не успела толком дать отпор.
— Хе-хе. Сначала она, правда, огрызалась, но в итоге оказалась пустышкой, — насмешливо протянул Ёнун.
— Что?
Пустышкой? Да о чём он вообще?
Канхи была на год младше брата, но запас демонической энергии у неё в несколько раз превосходил его собственный.
По меньшей мере она не слабее Сиа. А может, и сильнее.
И вот эту Канхи Ёнун, которого Канхён недавно разгромил в пух и прах, назвал пустышкой?
Бред какой-то.
Да, сестра не имела боевого опыта. Но ведь человек, никогда не дравшийся в жизни, всё равно способен раздавить муравья.
Канхён нервно усмехнулся и обратился к лежащей без сознания сестре:
— О Канхи, если ты сейчас притворяешься, немедленно прекрати и вста…
— Хотя ты прав, сестрёнка твоя действительно гораздо сильнее тебя, — перебил Ёнун.
— …Чего?
— Я даже удивился. Она использовала ту самую странную силу, которую ты показывал в прошлый раз.
Подожди.
Он знает, что Канхи сильнее меня?
Значит…
Неужели она и правда…
— Но теперь, когда у меня есть вот это, — Ёнун стукнул пальцами по левой стороне груди, — ни у кого из вас нет шансов.
На коже зловеще мерцала звёздная метка, источавшая мрачный сине-чёрный свет. Канхён узнал её сразу.
— Откуда у тебя…
Перед глазами снова промелькнули события на курорте. Беспомощность, подавляющее могущество врага, собственные безуспешные попытки сопротивляться… Воспоминания перехватили горло.
— Меня избрали, — важно заявил Ёнун.
— Избрали?
— Да. Сам бог.
Он горделиво выпятил грудь, указывая на метку.
— Ну, знаешь, как в старых легендах: герой получает благословение божества и побеждает демона. Примерно такая история.
— …Какой же ты придурок, — выдохнул Канхён.
Слушать о «божественном герое» из уст Ёнуна было просто смешно.
— Ты хоть сам понимаешь, что творишь? Это, по-твоему, героический поступок?
Напасть на маленькую девочку, избить её, а затем хвастаться перед старшим братом своей победой — хорош герой!
— Да ладно, это же просто сравнение. Я ведь не настоящий герой. Как и ты, О Канхён, не настоящий демон.
Ёнун криво усмехнулся.
— Ты всего лишь обычный, никому не нужный зубрила. Таких в каждой школе навалом.
С этими словами он яростно заскрежетал зубами. В его глазах запылала ненависть.
Канхён нахмурился и, не отвечая, призвал демоническую энергию. В ладони возник клинок, созданный его властью.
Он не знал, насколько сильным сделало Ёнуна благословение созвездия, но было очевидно: драки уже не избежать.
— Что, решил подраться? Ха-ха! Забавно… Только вот сегодня я вообще-то не за тобой пришёл.
— …Что?
Не за мной? Тогда зачем захватил мою сестру?
— Тот, кто меня избрал, велел привести вовсе не тебя, — продолжил Ёнун и посмотрел на Сиа. — А вот эту девчонку.
Сиа поморщилась от его липкого взгляда.
— Он приказал похитить Сиа?
— Именно.
Ёнун самодовольно пожал плечами.
— Но раз уж ты сюда припёрся, придётся сначала превратить тебя в отбивную, а потом забрать Ким Сиа. Ты ведь не будешь спокойно смотреть, как уводят твою подружку, правда?
— …Чон Ёнун.
Канхён стиснул зубы.
Вот оно что. Всё это было задумано заранее.
Созвездие поручило Ёнуну привести Ким Сиа. Но похитить её по-тихому — слишком скучно для человека, который куда сильнее ненавидел Канхёна, чем саму Сиа.
Поэтому Ёнун первым делом заманил его сюда с помощью Канхи. И наверняка рассчитал, что Сиа отправится следом.
— Для безмозглого недоумка ты придумал слишком много хитростей, — ледяным голосом сказала Сиа и выступила вперёд.
Она вытащила из чехла на поясе бамбуковый тренировочный меч и направила его на Ёнуна. Во взгляде сверкнула сталь.
— Это ты кого тут собрался уводить без разрешения?
Её гордая осанка словно сама напоминала, чьей дочерью она была. Вокруг бамбукового меча заполыхала чистая голубая энергия клинка — яркая и ясная, разительно отличавшаяся от зловещего тёмно-синего свечения Ёнуна.
— Пф-ф… Ха-ха-ха-ха!
Ёнун вдруг схватился за живот и расхохотался, глядя на сияющий меч.
— Ох, если бы люди только знали…
— Чего именно они не знают?
— Что дочь Боевого бога — жалкая трусиха, которая до смерти боится каких-то букашек!
Он щёлкнул пальцами.
ЩЁЛК!
В воздухе раскрылся чёрный разлом, и из него хлынула масса копошащихся опарышей и мух.
— Ах!..
Сиа мгновенно побледнела и попятилась. Эти насекомые не были огромными чудовищами, напавшими на парк, но кишели так плотно, будто кто-то свалил вместе десятки осиных гнёзд. От одного их вида кровь стыла в жилах.
— А… у…
Мух-чудовищ Сиа ещё могла воспринимать как монстров. Уродливых, страшных, но всё-таки монстров. А эти опарыши и мухи были обычного, хорошо знакомого размера, и от этого пугали гораздо сильнее.
— О-опарыши… М-мухи… Их… их т-так много…
— Сиа! Ким Сиа!
Канхён схватил её за плечи, пытаясь привести в чувство. Но страх уже полностью завладел девочкой.
— Ха-ха-ха! Какая незадача! Твоя надёжная подружка, кажется, выбыла из игры! — глумливо заявил Ёнун.
— Чон Ёнун!
Сейчас было не до старой комедии положений с возмущённым «Она мне не девушка!».
Канхён рванулся вперёд с яростным криком, быстрый, словно стрела, сорвавшаяся с тетивы. Чёрное лезвие, возникшее благодаря власти клинка, рассекло воздух, целясь в Ёнуна.
— Вот так-то лучше!
Тот протянул руку с безумной улыбкой.
ШШШ-Ш-Ш!
Мухи и опарыши, вырвавшиеся из разлома, слиплись в гигантскую живую стену, закрыв хозяина.
— Ух…
От зрелища чуть не передёрнуло даже Канхёна, не испытывавшего особенной брезгливости к насекомым. Но он быстро взял себя в руки и с размаху ударил по преграде.
ШРАХ!
Чёрный клинок глубоко вошёл в копошащуюся массу — и внезапно замер.
— Кх!
Тысячи мух зажали лезвие с двух сторон. Каждая в отдельности была всего лишь насекомым, но давление передавалось такое, будто клинок угодил в промышленный гидравлический пресс.
— Ну как тебе? Совсем не то, что раньше, верно?
Ёнун оскалился и раскрыл ладонь.
ВУ-У-УМ!
Сгустившаяся телекинетическая сила закрутилась бешеным вихрем, втягивая окружающий воздух и насекомых.
Канхён узнал этот приём. Раньше Ёнун уже применял свою сильнейшую атаку. Но теперь было одно существенное отличие.
— Психокинетические сферы. Залп!
Перед рукой Ёнуна возник не один шар телекинетической энергии, а сразу несколько десятков.
БАХ! БУМ! ГРРРОХ!
Громовые удары обрушились на Канхёна один за другим. Его тело отбросило, словно мяч, и протащило по земле.
— Кха! Кхе!
Изо рта хлынула кровь.
— Кх-х…
Удар сотряс внутренности. Канхён застонал и, пошатываясь, поднялся.
Он стал несравнимо сильнее.
В прошлый раз Ёнун едва сумел создать одну сферу и сразу выбился из сил. А сейчас выпустил целый пулемётный залп, будто его запас магии стал неисчерпаемым, и даже не вспотел.
— Ну что? Уже всё?
— …
— Пф-ха-ха! Вот! Именно такая рожа и должна быть у неудачника, которого никто не избрал!
Ёнун с торжествующим хохотом бросился вперёд. Вокруг обеих его рук вращались гудящие сферы телекинеза.
ХРЯСЬ!
Кулак Ёнуна, окутанный силой, врезался Канхёну в живот.
— Кха-а!
Боль была такая, будто его внутренности вывернуло наизнанку. Канхён рухнул, обхватив живот руками, а Ёнун захохотал ещё громче.
— Понимаешь теперь? Ну? Вот какой всегда должна была быть разница между тобой и мной! Вот где твоё место!
Он, избранный самим богом, имел полное право смотреть сверху вниз на ничтожных простолюдинов.
— Вы, букашки, должны ползать у ног таких, как я! Извиваться в грязи — вот для чего вы существуете!
ТУК! ТУК! ХРЯСЬ!
С наслаждением он принялся топтать поверженного Канхёна.
И тогда раздался холодный голос:
— Единственная букашка здесь — ты, Чон Ёнун.
ШРАХ!
Голубая энергия клинка пронеслась сквозь воздух прямо к Ёнуну.
— Кх!
Он поспешно создал перед собой стену из мух, но сияющий удар рассёк её, даже не замедлившись, и распорол ему грудь.
— А-а-а!
Ёнун отшатнулся, судорожно прижимая ладони к глубокой ране, из которой хлестала кровь. Его вопль был жалким и пронзительным. Отступая, он смотрел на внезапную противницу с неподдельным ужасом.
— К-Ким Сиа?! Как ты…
Она ведь только что осела от страха перед насекомыми!
— Чон Ёнун.
Сиа легко взмахнула бамбуковым мечом. Поднявшийся резкий ветер клинка смёл кружащихся вокруг мух, и они градом посыпались на землю.
Девочка устремила на Ёнуна ледяной взгляд.
— Не смей трогать моего парня.
Загружаем комментарии…