— Третья новость касается самого города, — продолжил Ёнги. — Похоже, этот мир во всём следует законам компьютерной игры. Здесь не одно бюро заданий, где мы с вами встретились, а несколько. Есть оружейные лавки, рестораны, гостиницы, магазины всякой всячины... И даже Храм классов.
— Храм классов? Здесь есть и такое?
— Да. Правда, чтобы выбрать класс, нужны деньги, поэтому сегодня никто этого сделать не смог. Но если накопить достаточно гильдов, думаю, никаких препятствий не будет.
«Постой-ка. У меня ведь уже есть классы! Значит, если я пройду посвящение в храме, получу ещё и новые навыки?»
Поначалу строка «Класс» в окне статуса пустовала, однако за день охоты в ней появились сразу три записи: мечник, вор и ученик мага. Сонхун запомнил, где находится храм и как добраться до остальных полезных заведений. В храм ему определённо стоило заглянуть.
— И последнее, — сказал Ёнги. — Люди, пропавшие после получения заданий. Мы по вашему совету отправились уничтожать вредителей. Большинство остальных, как вы знаете, взяли квест на истребление крыс. И почти никто из них до сих пор не вернулся.
— Что ж, неудивительно.
Вряд ли они уже погибли. Обычная крыса вряд ли сумеет убить вооружённого человека — если, конечно, целая стая не набросится разом. Беда в другом: не поймав хотя бы пять крыс, минимальные условия квеста не выполнить.
Сонхун живо представил, как несчастные мечутся с мечами и копьями по тёмному складу, пытаясь настичь юрких зверьков. Если они, в отличие от него, не запаслись едой и водой, то меньше чем за сутки выбьются из сил. А чем усерднее станут гоняться за крысами, тем быстрее растратят последние силы. С каждым часом опасность умереть будет только расти.
— Сонхун, можно спросить? — Ёнги подался вперёд. — Насколько же сложен этот квест, если люди никак не могут вернуться? Там что, крысы размером с чудовищ?
— Ничего подобного. Самые обычные, с ладонь величиной.
— Тогда почему...
— А вы сами сможете поймать крысу, Ёнги? Не ту, что сидит смирно и ждёт, пока её схватят, а настоящую — которая юркнет под ящик, спрячется, убежит? Представьте огромный склад, никаких подходящих приспособлений и необходимость изловить сразу пять штук.
Ёнги был не дурак. Он помолчал, потом понимающе кивнул.
— Теперь ясно. Сами понимаете, всё вокруг настолько невероятно, что голова плохо соображает. Я представлял себе что-то вроде виртуальной игры из фэнтезийных романов.
— Виртуальная игра... Что ж, пожалуй, похоже.
И впрямь, определение подходило почти идеально: реальный мир с игровой системой. Разница лишь в том, что умереть здесь можно по-настоящему, зато выжившим якобы уготовано блистательное будущее — стать наследниками богов.
Закончив рассказывать, Ёнги с Хеной принялись за еду. Сонхун молча наблюдал за ними, а мысли его уже мчались дальше.
«Допустим, этот мир — игра. Причём игра, которую только что запустили и в которой ещё никто толком ничего не знает. Тогда непочатый край работы».
В обычной игре всё относительно просто: ветераны выкладывают руководства, находят оптимальные способы прокачки, делятся хитростями. В одиночной игре всегда можно прибегнуть к читам, в сетевой — купить преимущество за реальные деньги.
Здесь ничего подобного не было. В «Миссии» придётся выживать исключительно собственными силами.
«Чёрт, столько всего надо успеть... Первым делом охота. Награды за первое прохождение упускать нельзя, да и вещи, выбитые из монстров, наверняка будут стоить целое состояние».
Даже перчатки из волчьей шкуры, которые он сейчас носил, в нынешних условиях представляли немалую ценность. А значит, нужно захватить как можно больше подобных трофеев, пока конкуренты не опомнились.
Но одной охоты мало. Информация тоже была нужна, и в большом количестве. Правда, тратить драгоценное время на самостоятельные поиски Сонхун не собирался: уж лучше лишний раз сходить на миссию.
Тут его взгляд остановился на Ёнги, почти покончившем с ужином, и решение сложилось само собой.
— Ёнги, не хотите заключить со мной ещё одну сделку?
— Сделку?
Ёнги относился к Сонхуну с искренней симпатией: тот помог им советом, теперь вот угостил ужином. Однако принимать любое предложение не глядя он всё-таки не собирался.
— Я буду ежедневно выделять вам с Хеной по двести гильдов на питание. Тратьте их как хотите.
У обоих округлились глаза. Бесплатная еда три раза в день! Несколько посетителей за соседними столиками, невольно подслушавших разговор, даже обернулись.
«Шесть тысяч гильдов в месяц, — прикинул Сонхун. — Немало. Но если взамен я смогу получать новости, не отвлекаясь от охоты, это сущие пустяки».
— Всё, что я прошу, — снабжать меня информацией. Рассказывайте о происшествиях, о том, что нового происходит в городе. Если ничего интересного нет, сообщайте хотя бы, где что находится. Согласны?
— Конечно!
Ёнги не дал ему даже закончить: схватил за руку и закивал так энергично, словно боялся, что предложение вот-вот исчезнет.
— Уа-а-а-х...
Дверь гостиницы протяжно скрипнула, и Сонхун вышел на улицу, зевая во весь рот. После крепкого сна настроение было прекрасное — ровно до того момента, как он почувствовал на себе десятки голодных взглядов.
Если бы взглядом можно было убить, от него уже ничего бы не осталось.
Вдоль стен домов сидели и лежали люди, явно переночевавшие прямо на улице. Теперь они провожали постояльца гостиницы такими жалобными глазами, словно перед ними явился спаситель.
— П-парень... Прости старика, но не мог бы ты купить мне чего-нибудь поесть? Я обязательно отплачу за доброту. Умоляю, хоть один раз накормить...
— Дорогу освободите. Мне некогда.
Сонхун почувствовал, как от хорошего настроения не осталось и следа.
— Сынок, ну пожалуйста... Считай, что жизнь человеку спас. Всего одну порцию...
Ещё несколько дней назад этот старик, наверное, жил самой обыкновенной жизнью. Его главными заботами были ноющие суставы, больная поясница да семейные неурядицы. Теперь же он стоял на пороге голодной смерти, не имея денег даже на кусок хлеба.
Возможно, поначалу старик хотел попробовать силы в квестах. Но стоило услышать, сколько людей погибло и сколько пропало без вести, как решимость улетучилась. Оставалось одно — просить милостыню.
— Я сказал: отойдите.
— Ну хоть немножечко, прошу...
Прежде, в обычном мире, Сонхун, возможно, пожалел бы такого человека и дал ему мелочь. Но прежнего Сонхуна больше не существовало. Он без колебаний убил троих во время обучения, а затем, в стартовой комнате, раз за разом привыкал к самому процессу убийства. Что-то внутри него необратимо переменилось.
Он слегка оттолкнул старика, чтобы наконец отцепился, и тут же услышал пронзительный вопль:
— Караул! Убивают старого человека!
— Так вы не только побираетесь, но ещё и спектакли с вымогательством устраиваете?
— Ах ты поганец! Тебя что, родители уважать старших не учили?!
— А вас учили хватать прохожих за рукава и выпрашивать еду?
— Да у меня внук твоего возраста!
— Поздравляю. Может, ещё паспорт себе на лбу вытатуируете, чтобы никто не сомневался в ваших заслугах?
Со стороны картина выглядела скверно: седовласый старик на земле, рядом здоровый молодой мужчина, осыпающий его колкостями. Случись такое на Земле, не прошло бы и часа, как интернет заполонили бы ролики с заголовками «Бессовестный молодчик издевается над пенсионером» и «Вот до чего докатилась нынешняя молодёжь».
— Молодой человек, по-моему, вы перегнули палку. Извинитесь перед дедушкой.
— Дедушка, вы не ушиблись? А вам, молодой человек, не стыдно? Немедленно попросите прощения!
— Гляньте-ка, герои выискались, — процедил Сонхун. — В обычной жизни небось из дома носа показать боялись.
Люди, до сих пор наблюдавшие за перепалкой, начали собираться вокруг. Кто-то помогал старику подняться, какой-то мужчина, сжимая кулаки, угрожающе шагнул вперёд. Женщина рядом с ним разразилась гневной тирадой. Большинство на месте Сонхуна извинилось бы хотя бы от страха.
Все эти люди, разумеется, считали себя хорошими: почитали старших, не терпели несправедливости и были готовы вступиться за слабого. Будь перед ними порядочный или просто ничем не примечательный человек, они, пожалуй, пристыдили бы его и заставили повиниться.
Но Сонхун хорошим человеком себя не считал. Более того — прекрасно сознавал, что он злодей.
Ш-шинг!
Звон стали разрезал многоголосый гвалт. Словно кто-то задул свечи, один за другим умолкли голоса. Посреди толпы стоял Сонхун с обнажённым мечом и холодно оглядывал окруживших его людей.
У кое-кого из них тоже было оружие, однако при взгляде на его клинок все невольно цепенели, будто лягушки перед змеёй. Сам меч не обладал какой-то пугающей магией. Меч предателя всего лишь немного повышал вероятность критического удара.
Пугало другое.
Кровь.
Их собственное оружие, выданное при появлении в этом мире, зачастую даже не вынимали из ножен. А на клинке Сонхуна темнели засохшие кровавые пятна. Он так и не отмыл меч после вчерашней охоты на волков.
Одного этого оказалось достаточно. Люди, минуту назад кричавшие на него, словно лишились дара речи. Мужчина, уже готовившийся пустить в ход кулаки, незаметно попятился и оказался далеко позади остальных.
Сонхун подумал, не пустить ли меч в дело. Убивать людей ему уже не претило. Он не собирался резать всех без разбора, как маньяк или психопат, но если появится достаточно веская причина — или просто возникнет выгода, — колебаться не станет.
Скрипнула кожа: Сонхун крепче сжал рукоять меча. В наступившей тишине даже этот тихий звук показался оглушительным. И всё же он медленно убрал клинок в ножны.
Сражение сейчас принесло бы одни неприятности. По рассказу Ёнги, в городе действовали стражники-неписи, которые следили за порядком.
— Хотите есть — идите работать и зарабатывайте. А рот без нужды не раскрывайте. Особенно если жить не надоело.
Говорил он тихо и ровно, однако в голосе слышалось обещание, от которого холодело под ложечкой. Те, с кем он встречался взглядом, невольно сглатывали: казалось, стоит им произнести хоть слово — и окровавленный меч тут же окажется у горла.
Убедившись, что все успокоились, Сонхун вдруг едва заметно улыбнулся, словно только что не стоял с оружием наголо.
— Ну, бывайте.
Человек, который минуту назад готовился кого-то прикончить, а теперь улыбался и как ни в чём не бывало уходил, выглядел настоящим безумцем.
И никто даже не попытался его остановить.
Загружаем комментарии…