С тяжёлым протяжным скрежетом распахнулась дверь. На вид она была сделана из сплошной стали и весила целую тонну, однако створки разошлись на удивление легко. Все взгляды устремились в открывшийся проход.
Внутри, чуть приподнявшись над полом, парила громадная красно-бурая глыба метров пяти в поперечнике. Перед ней стоял незнакомец, с головы до ног закованный в чёрные доспехи. Его можно было принять за рыцаря смерти, если бы не одна странность: в прорезях шлема и стыках брони не виднелось ни тела, ни даже тени лица. Там царила непроглядная чернота.
У ног незнакомца ровными рядами выстроилось войско нежити. Тишина стояла такая, что было бы слышно падение иголки. Первым заговорил тот, в ком без труда угадывался Король демонов:
— Рад приветствовать вас, люди. Вы не отчаялись и сумели добраться до меня. За проявленную вами...
— Заткнись.
ХРЯСЬ!
Ли Хан выбросил вперёд кулак, и Король демонов едва успел прикрыть лицо обеими руками. Его латные перчатки смяло так, словно по ним врезали кузнечным молотом; вмятины были заметны даже издалека. Впрочем, металл тут же восстановил прежнюю форму.
— Одну минуточку! Куда вы так спешите? Дайте мне хотя бы представиться.
— Тебе, может, и весело. А меня сюда притащили чуть ли не силком, и я уже устал от этой возни.
Услышав их перебранку, игроки поняли одну важную вещь.
«Так Король демонов — тоже бог!»
Бог — то есть, если объяснять проще, существо уровня администратора, одного из создателей мира «Миссии». И когда выяснилось, что и герой, и Король демонов, по сути, представители администрации, боевой пыл у многих заметно поубавился.
— Глупые смертные! Ради чего вы явились сюда? Ради спасения человечества? Ради славы избавителей мира? Или же...
— Короче.
— ...Я ввергну ваши души в бездну отчаяния, — уныло закончил Король демонов.
Ли Хан выглядел так, будто собирался наброситься на него в любую секунду. Даже сквозь доспехи было видно, как у повелителя тьмы опустились плечи. А мгновением позже оба исчезли.
Возникли они уже в самом центре подземного зала. Ли Хан наносил удар кулаком, Король демонов отражал его клинком, наполовину извлечённым из ножен.
Вот только никто не успел заметить, как противники оказались там. Даже те, кто только что стоял у них за спиной, в следующий миг увидели уже начавшийся поединок. Лишь несколько топ-игроков сумели смутно различить движение — и застыли в ужасе.
«Миссия» была одновременно игрой и реальностью. Бонусные очки характеристик позволяли наращивать возможности тела практически без ограничений. Дряхлый старик мог обзавестись выносливостью марафонца, а ребёнок — вырвать из земли целую гору и швырнуть её, словно камешек. С ростом ловкости повышались скорость, реакция, острота зрения и даже способность соображать на лету.
Однако и для обладателей высочайшей ловкости движения этих двоих оставались едва различимыми.
«Не зря нас назвали массовкой. Обычные рейтинговые игроки здесь и правда ничего не решают».
— Чёрт побери! Всем открыть огонь! — рявкнул Кан Мухан.
Игроки разом обрушили на противника всё, что успели приготовить. Разбойники метали кинжалы, бойцы ближнего боя пускали в ход припасённые на крайний случай дистанционные умения. Их целью стала армия нежити, уже надвигавшаяся на людей.
Филипп тоже вложил все силы в заклинание. Он обрушил на врага «Инферно» — самую разрушительную магию в своём арсенале. Но едва чары сорвались с его рук, перед глазами потемнело. Он покачнулся.
«Что со мной? Откуда эта слабость?»
Казалось, выносливость и мана уходят из тела, словно вода сквозь пальцы. Ничего подобного быть не могло: он ведь даже выпил восстанавливающее зелье, которое лично вручила ему принцесса империи! Филипп так и не успел понять, в чём дело.
Тук.
Даже будь Филипп героем, он не выдержал бы внезапного удара в спину, особенно после отравления. По сравнению с прежними подвигами смерть Филиппа вышла до обидного будничной.
Окружавшие его люди оторопели, а затем вскинули оружие.
— Какого чёрта?! Его что, подчинили ментальной магией?
— Опустите мечи, — спокойно произнесла Серена. — Я всего лишь следую сюжету.
— Сюжету?
Чхве Чхольхён вопросительно взглянул на неё. Серена едва заметно кивнула:
— Граф Филипп добровольно пожертвовал жизнью ради победы над Королём демонов.
— Да какая связь между его смертью здесь и победой над Королём демонов?!
— Вам не кажется, что сейчас есть дела поважнее? Или вы не собираетесь останавливать нежить?
Враги подступили уже совсем близко. Игроки помрачнели. Что здесь творится, они ещё разберутся, а пока надо было выжить. Тем более Чхве Чхольхён, до последнего настороженно следивший за Сереной, вернул ей Рунный клинок и шагнул навстречу монстрам.
— Держать строй! Валите тварей!
— Щиты не бросать! Ни при каких обстоятельствах! Стоять!
Когда все вновь повернулись лицом к противнику, Серена крепче сжала Рунный клинок. Проверять, жив ли Филипп, не требовалось: стоило Чхве Чхольхёну отсечь ему голову, как перед глазами возникло сообщение.
[Миссия «Рунный клинок» завершена.]
[Получено 10 000 очков миссии.]
Закрыв окно, Серена некоторое время смотрела на Филиппа. Вернее, на то, что от него осталось.
В этом мире никто не заботился о ней и не защищал её так самоотверженно, как он. Но печали не было. Вместо неё — брезгливость. Причём не отвращение к собственному поступку, а самое обыкновенное омерзение при виде трупа.
«Так вот кого называют психопатом?»
Человек, глухой к чужим страданиям, почти лишённый сочувствия. Пока Сонхун жил на Земле, он не замечал за собой ничего подобного. Но стоило вспомнить всё, что он натворил в этом мире, — и слово «психопат» начинало казаться даже слишком мягким. Ради собственной выгоды он предавал людей без тени сомнения.
«Хотя нет. „Психопат“ звучит как-то зловеще. Никакой я не психопат. Просто не цепляюсь за моральные условности, знаю, чего хочу, и не трачу время на колебания».
Собственно, это и было почти идеальным описанием психопата. Но, к несчастью, рядом не нашлось никого, кто мог бы ему об этом сообщить.
Осмотрев Рунный клинок, Серена убедилась, что все упоминания печатей исчезли. А в описании «Адского пламени» теперь значилось, что заклинание доступно.
«Если применить „Адское пламя“, вложить его в Рунный клинок, а затем выпустить через искусство талисманов, удар выйдет куда мощнее, точнее и быстрее обычного заклинания».
Обычная магия походила на взрыв бомбы: как правило, она поражала определённую область. Талисманы же сокращали радиус действия, зато концентрировали всю разрушительную силу в одной точке и ускоряли полёт заряда.
Попади «Адское пламя» в Короля демонов, ему наверняка пришлось бы несладко. Только вот вскоре Серена не удержалась от досадливого шёпота:
— Да он же слишком быстрый...
Ли Хан и Король демонов метались по залу с такой скоростью, что в глазах оставались лишь размытые силуэты. Даже заклинание, ускоренное техникой талисманного выстрела, почти наверняка пролетело бы мимо.
Можно владеть лучшей снайперской винтовкой в мире, но без умения стрелять она бесполезна. Да что там — здесь и первоклассный стрелок бы не справился. Попасть по этим двоим было всё равно что сбить одну летящую пулю другой.
А заряд имелся всего один. Разумнее дождаться случая, чем промахнуться и впустую потратить единственный шанс.
Серена достала талисманы и принялась насыщать Рунный клинок энергией. Пока ей оставалось лишь помогать остальным расправляться с монстрами талисманными выстрелами.
Тем временем бой Ли Хана, Короля демонов и топ-игроков превратился в невероятное светопреставление. Вспышки метались из конца в конец зала. Правда, теперь, в отличие от первого столкновения, даже обычные рейтинговые игроки хотя бы приблизительно понимали, как развивается схватка.
Жрец Ким Ихён вообще не участвовал в нападении: все силы он отдавал усиливающей магии, повышая физические возможности союзников. Ю Пэку накладывал чары непосредственно на их оружие и поддерживал барьер, не дававший противникам вырваться за пределы определённой области.
Разумеется, Король демонов мог пробить даже барьер архимага в мгновение ока. Но за пределами ловушки его поджидали двое, готовые пресечь попытку бегства.
— Небесная сеть. Видоизменённая форма.
Преграда Ю Пэку задерживала Короля демонов лишь на миг. Большего и не требовалось: тотчас оживали тончайшие серебряные нити, заранее рассеянные ассасином Чхве Юджэ, и опутывали жертву. Пока враг освобождался, Чхве Чхольхён наносил заготовленный сокрушительный удар, сковывая его движение ещё на секунду.
И вот уже Ли Хан, Кан Мухан и Мирина вновь наседали на повелителя тьмы. Для построения, собранного на ходу, взаимодействовали они на удивление слаженно.
— А-А-А! Ну как тебе?! А вот так?! А ЭТО?!
Кан Мухан орал во всё горло и яростно орудовал копьём, но каждый выпад уходил в пустоту. Со стороны могло показаться, будто он только зря предупреждает врага о своих ударах. Однако у воинственного крика было своё назначение: он поднимал боевой дух, приковывал внимание противника и даже слегка прибавлял силы. Так что молчать воину было попросту невыгодно.
— Ты вопишь, словно ярмарочный шут, — заметил Король демонов.
— Вот как? Тогда почему же ты шарахаешься от ударов этого шута?
— Дешёвая провокация.
Повелитель тьмы презрительно усмехнулся, но, как ни странно, подобные дешёвые провокации действовали превосходно. На них клевали не только низшие чудовища, но и вполне разумные противники. Даже понимая, что их дразнят, они всё равно шли на поводу.
Вместо того чтобы, как прежде, уклониться, Король демонов поднял левую руку. Кан Мухан стиснул зубы и направил всю ману в копьё.
«Сейчас — мой сильнейший удар!»
У Короля копья хватало навыков, но большинство, что было необычно для воина, предназначалось для атаки по площади. К счастью, одно умение годилось именно для такого случая.
На острие возник маленький красно-зелёный сгусток уплотнённой ци — базовая техника третьего пробуждения. Теперь оставалось усилить её ещё одним навыком.
— Рывок ядовитого дракона!
Это было уникальное умение Копья ядовитого дракона. Едва Кан Мухан выкрикнул название, древко изогнулось, словно живая змея, и рванулось вперёд сразу в четырёх местах. Самое страшное заключалось в том, что это были не обманчивые следы движения: все четыре удара были настоящими.
Король демонов собирался принять атаку в лоб, но, почувствовав опасность, передумал и попытался уйти в сторону. В поединке один на один он отбил бы все выпады. Однако сейчас его, если выражаться совсем просто, били толпой.
Загружаем комментарии…