— Да что это, проходной двор?
— Вот так просто пустили? Защита вообще чем занимается?!
— Задержать его надо было! Задержать! Куда вы его вот так пропускаете?!
В тот самый момент, когда лучший бомбардир Серии А забил на «Олд Траффорд», болельщики на трибунах разразились руганью и начали размахивать кулаками в воздухе.
Они наконец дождались смены тренера. После провального прошлого сезона все наверняка готовились к новому с мыслью, что уж теперь-то команда покажет хоть какие-то перемены.
Ага. Как же.
Так легко пропустить…
— Да опять Магуайр?!
— Ага. Опять Магуайр.
— И вот это — капитан «Юнайтед»? Если уж что-то менять, начинать надо с капитана!
Очень быстро весь гнев обрушился на Гарри Магуайра.
Именно его обыграли в штрафной прямо перед голом.
Как вообще можно позволить такой проход внутри своей штрафной и при этом оставаться основным центрбеком и капитаном «МЮ»?
Впрочем, нельзя сказать, что Магуайр редко заставлял фанатов не верить собственным глазам.
Но сейчас было уж слишком.
— Он чего рухнул, будто носорог под транквилизатором?
— Носорог бы устоял. Этот просто кабан какой-то.
— Почему мне за него стыдно-то?..
Выглядело и правда унизительно.
Один финт корпусом — Магуайр пошатнулся, сам запутался в ногах и рухнул.
Настолько нелепо, что некоторые даже успели испугаться: не подвернул ли он лодыжку.
Особо впечатлительные фанаты зажмурились от чужого стыда.
— Слушай, а ведь…
— Что?
— Магуайр Магуайром, но тот пацан, по-моему, реально всё сделал круто.
Болельщики, способные взглянуть на эпизод чуть спокойнее, перевели внимание с Магуайра на двадцатый номер «Фиорентины».
Да, значительная доля вины лежала на центрбеке, которого обыграли уже в штрафной.
Но оборона развалилась задолго до этого.
Сначала Чиану позволили слишком легко развернуться под высоким прессингом.
Потом на него бросились отбирать мяч и дали себя пройти.
А затем одновременно открыли середину и пространство за линией обороны, из-за чего «Фиорентина» получила возможность отдать смертельно опасный пас вразрез.
Конечно, сыграй Магуайр в концовке лучше, гол ещё можно было предотвратить.
Но раз уж соперника вообще пустили так далеко, сваливать всё на одного Магуайра было нечестно.
— Хотя… прессинговали ведь вроде нормально…
— Да. Прессинг как раз был хороший.
Так почему же «Фиорентина» настолько легко вышла вперёд?
Вот тут уже было сложнее ткнуть пальцем в одного виноватого.
Первым Чиана упустил Фред.
Для своей позиции он, возможно, поднялся высоковато, но это было частью общей задумки — накрывать соперника уже у его ворот.
Да и сам заход в прессинг получился быстрым и вполне качественным.
Дальше — Мактоминей, который оставил сопернику возможность свободно пробить передачу из центра, и защитники, открывшие пространство за спиной.
Но и они вряд ли ожидали, что первая линия прессинга лопнет настолько быстро.
До этого «Фиорентина» вообще не могла из-под него выйти. Ей с трудом удавалось переходить центральную линию, а большинство длинных передач больше напоминали выносы.
Требовать, чтобы оборона заранее была готова именно к такому развитию эпизода, тоже было бы слишком сурово.
Магуайр, ну…
Магуайр просто сделал то, что от Магуайра давно привыкли видеть.
А Давид де Хеа даже толком не успел выставить руки — но винить его было трудно: удар получился слишком быстрым и точным.
В итоге после мысленного разбора эпизода болельщики вновь посмотрели на одного человека.
Двадцатый номер «Фиорентины».
Лучший бомбардир Серии А.
Игрок года.
Семнадцатилетний парень.
— Хорош он.
— Да, пацан серьёзный. Похоже, не на удаче Серию А разнёс.
— Талант настоящий. Вот бы купить… если вообще есть шанс его вытащить.
Если кто-то и ошибся, так это те, кто увидел миловидное юное лицо, зацепился за возраст «семнадцать лет» и на секунду забыл обо всех титулах, стоящих перед именем Чиана.
Этот гол случился не потому, что защита совершила какую-то одну чудовищную ошибку.
Просто соперник показал ненормально сильный эпизод.
И теперь талант, уже раскрывшийся в Италии, заявил о себе ещё и на «Олд Траффорд».
Люди смотрели на Чиана почти с благоговением.
Некоторым дарам, похоже, суждено притягивать к себе взгляды, где бы их обладатель ни оказался.
* * *
И после первого гола, и ещё долго потом я не мог отделаться от ощущения, что изначально что-то понял неправильно.
Предсезонка — это всего лишь предсезонка.
Чего я вообще так ждал?
Наверное, просто впервые попал в такую ситуацию и слишком многого себе напридумывал.
— Чиан! Не опускайся! Оставайся там!
Я уже по привычке собрался спуститься ниже помочь в обороне, но крик со скамейки остановил меня.
До конца первого тайма оставалось пять минут.
Похоже, мне велели не тратить силы и не лезть в ненужные стыки.
Даже меня в предсезонке заставляют себя беречь.
А что тогда говорить о соперниках?
Я вспомнил разговор сонбэ в автобусе перед матчем.
Они обсуждали зарплаты и трансферную стоимость игроков «Юнайтед».
Точных цифр не помню, но суммы там были такие, что хотелось присвистнуть.
Наверняка и им перед игрой сказали примерно то же самое.
Не травмироваться.
Не рвать жилы.
Отработать своё и спокойно уйти.
Сегодняшний результат ничего не решает. Это всего лишь предсезонный матч.
Так, наверное, играли и остальные.
Даже Бруну Фернандеш, которого я одновременно больше всех боялся и больше всех хотел увидеть.
Именно поэтому, когда мы наконец столкнулись на поле, я почувствовал странную пустоту.
Они не выкладываются на полную.
…Так же, как и я.
Иначе…
не может же всё быть настолько пресным.
— Эй!
Мы перехватили передачу на своей половине. Я быстро осмотрелся и поднял руку.
Пах!
Мяч пришёл ко мне, и я принял его в центре поля, сразу развернувшись лицом к чужим воротам.
Тататат!
Впереди пока никто не открывался, и я на мгновение задержался.
Сзади тут же послышались тяжёлые шаги.
Я ушёл от наскока, вытянув мяч влево, сохранил владение и снова посмотрел вперёд.
Передо мной оказался Бруну Фернандеш.
— …
— …
Мы замерли друг против друга.
Между нами было шага два.
Он низко сел, не сводя горящего взгляда с мяча.
До матча по лицу мне казалось, что он должен быть каким-то весёлым человеком.
Но сейчас, один на один, от него исходила совсем другая энергия — острая, нервная.
…По крайней мере выглядит не так, будто играет спустя рукава.
В официальном матче, наверное, от этого взгляда было бы ещё неуютнее.
Жаль, конечно, что сегодня мне не увидеть настоящую игру гения на максимуме.
Но есть и плюс.
У меня становится больше возможностей покрасоваться перед Чиу, которая наверняка сейчас смотрит.
Тататат!
Из полной остановки я внезапно толкнул мяч влево и ускорился.
Тататат!
Бруну сразу пристроился рядом.
Просто убежать от защитника на скорости можно только тогда, когда ты быстрее его настолько, что это уже не натренируешь.
У меня такого дара нет.
Поэтому ещё с детства мне приходилось искать способы обманывать соперника.
Я перепробовал много всего, и один из самых простых и действенных способов оказался таким:
менять скорость.
Лучше всего, конечно, быть быстрее всех.
Но если не получается — сделай медленнее соперника.
Неважно, насколько быстро бежишь ты сам.
Чтобы обыграть человека перед собой, достаточно быть быстрее именно его.
И для этого порой важнее не ускорение, а торможение.
Татат!
Протолкнув мяч примерно на четыре шага, я жёстко упёрся левой ногой в газон и резко остановился.
Татат!
Соперник тоже затормозил следом.
Ключевое слово — «следом».
Если у защитника нет способности видеть будущее, он сначала видит действие нападающего и лишь потом отвечает.
Значит, неизбежно проигрывает хотя бы полтемпа.
А этого хватает, чтобы снова уйти первым.
Тататат!
Я услышал, как шаги Бруну отдаляются.
Вот и результат моих летних тренировок на взрывную работу.
После этого я отдал влево вперёд Сапонаре-сонбэ, который забегал из фланга за спину защитникам.
Ш-ш-ш!
БАХ!
Он принял и сразу пробил, но мяч прошёл мимо ворот.
Ничего.
Само ощущение от передачи, проскользнувшей по газону точно туда, куда я хотел, было достаточно приятным.
Всё равно предсезонка.
Раз соперник играет вполсилы, я тоже не буду геройствовать.
* * *
— Хорошо отработал.
— Найс, найс.
Шестьдесят пятая минута второго тайма.
Бруну Фернандеш вернулся на скамейку после замены, хлопнул по протянутым ладоням партнёров и тяжело опустился на место.
— Фух.
Он вытер пот и, посмотрев на табло, выдохнул.
Отчасти — с удовлетворением.
Да, в первом предсезонном матче поначалу многое не получалось.
Зато во втором тайме «Юнайтед» сравнял счёт, а потом вышел вперёд.
И Бруну сыграл важную роль в обеих голевых атаках.
После 0:1 в раздевалке ему уже казалось, что всё идёт совсем плохо, так что такой поворот хотя бы немного успокаивал.
К этой предсезонке он готовился особенно упорно.
Прошлый сезон вышел почти худшим из возможных — и для команды, и лично для него.
Корабль безвольно шёл ко дну, а у Бруну в одиночку не хватало сил вытащить его обратно.
Шестнадцать побед, десять ничьих и двенадцать поражений.
Даже пятидесяти процентов побед не набрали.
Трудно описать, насколько это его бесило.
Поэтому к новой предсезонке он подошёл почти чрезмерно серьёзно.
Хотел показать, что новый сезон будет другим.
И самому себе это доказать.
Даже сегодня, несмотря на товарищеский статус матча, он играл почти на сто процентов — словно это уже официальный сезон.
— …
Немного отдышавшись, Бруну снова посмотрел на поле.
И задумался.
Нет.
Сказать, что всё его устраивало, всё равно было нельзя.
Во втором тайме игра пошла лучше, но первый они проиграли.
Да, владение было выше.
Да, моментов создали больше.
Но при счёте 0:1 всё это ничего не значит.
И главным источником проблем в том тайме стал один игрок.
Двадцатый номер «Фиорентины».
Тот самый мальчишка с совсем юным лицом.
До матча, пожав ему руку, Бруну даже удивился.
Вживую парень совсем не производил того впечатления, которое складывалось по рассказам и видео.
Не чудовищный талант.
Просто очередной пацан из молодёжки.
Нет, дело не в росте — он был примерно одного роста с самим Бруну.
Скорее…
лицо у него было как у сельского мальчишки, впервые приехавшего в большой город.
Он выглядел настолько напряжённым, что слова тренера о необходимости особенно внимательно следить за ним казались почти смешными.
А потом прозвучал свисток.
И стоило встретиться с ним уже как с соперником…
всё изменилось.
Наивный провинциальный мальчишка исчез.
На его месте возник опасный игрок, от которого почему-то исходило давление.
Такие футболисты иногда встречаются.
Они могут просто стоять и ничего не делать, а ты всё равно постоянно проверяешь их краем глаза.
Когда они молчат и не двигаются, от этого только тревожнее.
А когда получают мяч — кажется, будто на стадионе включается сирена.
Будто предупреждение орёт: если сейчас не остановить, маленькое пламя превратится в пожар.
Именно так Бруну чувствовал себя ещё несколько десятков минут назад, когда стоял с тем парнем на одном поле.
Внутренняя тревога почти не выключалась.
Инстинкт снова и снова заставлял следить за ним.
Не оставлять без внимания.
Поглядывать.
Держать в уме.
И всё равно они пропустили.
Тот самый гол.
Если честно, какой-то одной фатальной ошибки до самой концовки не было.
Конечно, позже запись ещё придётся внимательно пересмотреть, но по ощущениям с поля было именно так.
Ну, эпизод с последним защитником…
его, пожалуй, лучше пока не вспоминать.
Первая линия прессинга сработала нормально.
Дальше оборона тоже принимала вполне разумные решения.
Просто мальчишка сыграл слишком хорошо.
Решил идти в обводку там, где большинство предпочло бы отдать.
Прошёл.
Вместо того чтобы притормозить атаку, сразу разогнал её убийственным пасом.
После передачи не выключился, а честно добежал в опаснейшую зону и снова получил мяч.
Потом обыграл защитника — и не факт, что на месте Магуайра кто-то другой справился бы лучше.
И завершил всё ударом, будто иглой прошившим оборону.
Такому в учебниках не учат.
Почему?
Потому что это невозможно просто выучить.
Попробуешь без нужных качеств повторить — только сам себе всё порвёшь.
— …
И что самое смешное:
после этого безумного эпизода во время празднования гола он снова стал тем самым растерянным мальчишкой, которого Бруну видел перед матчем.
Не будь этого, в возраст вообще невозможно было бы поверить.
Семнадцать.
Бруну усмехнулся.
Смешно самому от себя.
Почувствовать такое давление от семнадцатилетнего игрока.
Во всей Премьер-лиге футболистов, способных вызывать у него подобное чувство, можно пересчитать по пальцам.
Кто вообще приходит в голову?
— …
Разве что несколько человек из светло-голубой команды по соседству.
Загружаем комментарии…