• • •
Со дня прибытия Джина в Лафраросу прошло уже больше двух недель. Очнувшись, он попытался припомнить, в который раз за это время теряет сознание, но быстро бросил подсчёты.
По крайней мере, теперь проснулся отдохнувшим.
И неудивительно: перед последним обмороком он успел вернуть десятую часть украденного могущества.
Впрочем, дело было не только в ощущениях. Тело действительно стало заметно легче. Вернувшаяся аура вновь естественным образом укрепляла мышцы.
— Брат Джин очнулся!
— В прошлый раз он успел вернуть немного силы. Смотрите, как быстро восстановился!
Братья подошли к нему с водой и традиционными сладостями громовиков — «както».
— Сколько времени прошло на этот раз?
— Часов пять, наверное.
— О, совсем немного. Значит, возвращение силы и правда помогло. Только вот я не помню, каким образом тварь меня вырубила…
— Тебя не она вырубила, брат Джин.
В зал вошла Вана. Громовики немедленно вскочили и отдали ей честь. Они и прежде соблюдали подобающие приличия, но после недавнего разноса держались перед богиней с безупречной воинской выправкой.
— Ты потерял сознание из-за резонанса Богини битвы, а не из-за нападения скверны.
Как объяснила Вана, произошла своеобразная перегрузка: тело Джина не сумело вместить всю её силу.
— Перед самым твоим падением резонанс внезапно начал ускоряться. Слишком сильно и слишком быстро.
Резонанс возник сам собой и усилился настолько, что даже Вана перестала им управлять. Ни того ни другого она не намеревалась делать.
— Прежде подобного не случалось?
— Никогда. Более того, даже после появления Грозового сердца ты не мог полноценно вступать со мной в резонанс.
— Помню.
Грозовое сердце сформировалось у Джина во время первого периода тренировок в Лафраросе, когда Вана перелила ему кровь. Впоследствии они несколько раз пробовали установить резонанс, но, в отличие от сердец других громовиков, сердце Джина почти не откликалось на силу богини.
— Я долго размышляла над причиной, — сказала Вана.
— Наверное, дело в том, что, несмотря на Грозовое сердце, моё тело устроено иначе, чем у братьев?
— Раньше я тоже так думала. И Борас придерживался того же мнения. Но после сегодняшнего неожиданного резонанса уверена: причина была ещё в чём-то.
— В чём же?
— Представь сосуд. Ты всегда был наполнен до краёв, и моей силе попросту не находилось места.
— Похоже на правду.
— Да ещё и само тело у него другое! — вмешался Борас, подходя к ним. — Вот резонанс и не срабатывал!
Глаза кузнеца сияли, как у учёного, внезапно совершившего великое открытие. Он едва сдерживал возбуждение.
— Но теперь-то брат Джин лишился почти всей прежней силы. В сосуде освободилось место! Хо-хо!
— А как быть с различием тел, брат Борас?
— Вот это самое интересное!
Тык-тык! Тк-тк!
Борас проворно принялся ощупывать и нажимать пальцами на разные места тела Джина.
— Ты ведь рассказывал, что в карманном пространстве Глиека почувствовал, как кровь сестры Богини сопротивляется скверне? Уверен, в борьбе за выживание эта кровь изменила твой организм.
хм…
— Иначе говоря, произошла эволюция! Более того, твой резонанс совсем не похож на обычный резонанс нашего народа. Это не связь между богиней битвы и одним из воинов-громовиков. Это связь между богиней битвы громовиков и лично Джином Ранканделом!
— А какая разница?
— Возможно, мы нашли путь к легендарному боевому искусству…
— Легендарному?
Борас говорил почти как торговец, собирающийся продать чудодейственный эликсир, но Джин поневоле заинтересовался.
— Хо-хо! Слышал когда-нибудь о Единении с Богиней битвы?
— Впервые слышу.
— Задолго до нынешней сестры Богини жила другая великая воительница нашего народа — Нана. Говорят, она могла передавать своему сыну Кака всю собственную силу. Именно посредством Единения.
Девятая царица битвы Бава гордо кивнула: она происходила из рода древней богини Наны.
— При этом никому другому Нана не могла отдать всё своё могущество, — продолжил Борас. — С другими братьями получался только обычный резонанс. А её сын Кака принял полную силу матери и стал следующим богом битвы.
Если бы подобное наследование продолжалось из поколения в поколение, нынешнее место Ваны по праву занимала бы Бава. Но история Наны и Кака оставалась исключением даже для народа громовиков.
Да и происходило это так давно, что рассказ о них стал древним преданием — чем-то вроде сказания о первых героях и основателях народа.
— Поэтому мне кажется, что сестра Вана и брат Джин тоже могут освоить искусство наших великих предков, — закончил Борас.
Предположение выглядело слишком смелым. Однако Джин пережил нечто удивительно похожее всего пять часов назад, а сама Вана не возражала кузнецу ни единым словом.
Если я научусь пользоваться всей силой Ваны…
Тогда скверна, которая сейчас мирно дрыхла в тренировочном зале, не доставит ему ни малейших хлопот. Да и во всём мире людей едва ли найдётся противник, способный устоять перед ним.
Но столь прекрасный исход не мог достаться даром.
— Допустим, это действительно возможно. Наверняка за такую силу придётся платить. Предания ничего об этом не говорят?
— Ничего определённого. Но мы уже видели побочные последствия: сестра Вана не сумела контролировать резонанс, а ты потерял сознание.
— Верно…
— Приготовься, брат Джин, — произнесла Вана. — Идём на тренировочную площадку.
Она имела в виду не немедленный новый поединок со скверной, а серию опытов, которые помогли бы понять природу Единения.
— Слушаюсь, сестра Богиня.
Чудовище сладко спало, когда всего через пять часов после падения Джин снова ввалился в зал в сопровождении целой толпы братьев. Тварь мгновенно подняла голову и насторожилась.
Кха-а!
Пусть в предыдущей схватке она одержала верх, зато лишилась десятой доли украденной ауры. Поэтому теперь относилась к Джину ещё враждебнее.
Но, как всегда, одного взгляда Ваны хватило, чтобы спесь скверны испарилась.
— Ступай в тот угол. Можешь спать, можешь развлекаться. Проведи оставшееся время по своему усмотрению.
Ки-и… Кинь…
Чудовище понуро побрело в угол. Глядя на его несчастную спину, Джин опять поймал себя на жалости.
Пожалуй, оно не такое уж плохое… Нет, постой! Оно порождено скверной Хелурам и Глиека и украло всю мою силу. Проклятье, почему я опять так остро сочувствую его переживаниям?
Он старался убедить себя, что тварь только притворяется несчастной. Но это было непросто: она и вправду сжалась в углу и смотрела на громовиков такими жалобными глазами, что хоть плачь.
Ей было любопытно, чем они занимаются. Особенно после того, как в недавнем бою Джин внезапно получил силу Ваны и стал представлять реальную угрозу.
В конце концов Джин заставил себя отвернуться и сосредоточился на богине.
У-у-у-у…
Через несколько мгновений Грозовое сердце в его груди засияло. Сердца других братьев при этом остались тёмными.
— Всё, как и предположил Борас, — произнесла Вана. — Это исключительно наш с Джином резонанс. Обычного резонанса Богини битвы я сейчас даже не вызывала.
— Точно! — ахнул один из воинов. — Наши сердца не светятся. Только у сестры Богини и брата Джина!
Громовики с изумлением переводили взгляды с одного на другого. Джин же улыбнулся, вновь ощутив, как тело наполняется силой Ваны.
Этой энергии, наверное, в несколько раз больше, чем отвоёванной десятой доли. Если у чудовища нет какого-нибудь тайного козыря, я могу разделаться с ним хоть сейчас.
И всё же оставалось опасение: как в прошлый раз, он мог внезапно потерять сознание не от вражеского удара, а от перегрузки Единения.
Вана задумчиво склонила голову.
— Странно другое. Почему это случается только здесь, на тренировочной площадке? Возле твоей постели никакого отклика не было.
— Разве вы не применили какую-то технику, когда мы пришли сюда?
— Нет. Я ничего не делала. Стоило мне вспомнить ощущение, возникшее во время твоего боя с тварью, как резонанс начался сам собой.
Ки-и… Ки-и-и… Кинь-кинь!
В тот миг скверна вдруг жалобно заскулила, словно хотела что-то сообщить Ване.
Джин нутром почувствовал: между чудовищем и Единением может существовать связь.
Неужели…
Вана пока не пришла к той же мысли. Зато вой твари ей надоел.
— Братья Первый и Второй. Похоже, эта штука мешает нашим тренировкам сильнее, чем я думала.
— Немедленно отведём её на вторую площадку, — отозвался Балтирок.
Они с Луморой направились к чудовищу с самыми грозными лицами.
— Как смеешь мешать сестре Богине?!
— Если бы в тебе не было силы Джина, тебя давно бы уничтожили. Иди за нами!
Запуганной твари оставалось покорно подчиниться. Джин смотрел ей вслед, отчаянно надеясь, что его предчувствие ошибочно.
Ох, чёрт…
Но стоило чудовищу пересечь порог, как резонанс между Джином и Ваной оборвался. Оба почувствовали это одновременно.
— Сестра Богиня, кажется…
— …Я тоже заметила. Первый, Второй! Верните её сюда.
Оба царя привели скверну обратно, и Грозовое сердце Джина вновь засияло ослепительным светом.
— Да уж…
— Что за чудеса? Неужели резонанс сестры Богини и Джина связан со скверной?!
Громовики растерянно чесали затылки. Борас же пробормотал, будто не веря собственным выводам:
— Значит, Единение с Богиней битвы… возникает через скверну как посредника?!
А чудовище вновь мгновенно сообразило то, что отвечало его интересам: оно опять стало для этих людей ценным. И невольно расплылось в такой же хитрой улыбке, как в первый раз.
— Ах ты дрянь, — тихо произнесла Вана.
Тварь тут же жалобно пискнула и отвела взгляд.
Загружаем комментарии…