— Карманное пространство внутри меча?.. — переспросил Джин.
— Чтобы всё объяснить, мне придётся сначала рассказать, как мы с госпожой Нэру вообще проникли в пятую гробницу.
Валерия не заключала договора с Солдеретом. Она не владела скверной, подобно дочери Хелурам. Да и проводника, как когда-то в лесу Вантарамо, у неё не было.
Наконец, она не взламывала гробницу силой, как поступали Ципфели и другие фракции. Следовательно, по всем известным правилам попасть внутрь она не могла.
— Кажется, скверна всё-таки вымотала тебя, Валерия. Ты мне уже рассказывала. С помощью кошколюдей вы нашли в храме кошачьего бога вещь, принадлежавшую древним Ранканделам.
— Вот как? А я сказала, что это было?
— Носовой платок.
Самый обыкновенный на вид лоскут ткани. Пустяк, если судить по ценности материала. Но в нём сохранилось множество историй, которым была тысяча лет.
— Верно. Этот платок принадлежал одному из древней Десятки рыцарей Ранканделов. Потому-то гробница и открылась, даже без теневой силы и проводника. Ключом послужили память и судьба, оставшиеся в платке.
Правда, такой ключ годился лишь на один раз.
История ткани была слишком старой и едва различимой. Валерия собиралась бережно хранить платок, пока её искусство летописей не станет достаточно совершенным для настоящего исследования.
Но стоило дверям открыться, как он мгновенно рассыпался и исчез. Валерия до сих пор об этом сожалела.
— Значит, Прорицательница могла воспользоваться таким же способом, — предположил Джин.
— Вполне вероятно. Причём открыть гробницу ей пришлось не меньше двух раз: ведь она перенесла судьбу её прежнего стража, Падлера Ранкандела, на твою вторую старшую сестру. Но важнее сейчас другое. Я успела найти сведения о следующей гробнице ещё до того, как Рунтия заняла место Падлера.
В отличие от других гробниц, пятая хранила прямую подсказку, как добраться до шестой.
— Внутри были записи не только о Падлере Ранканделе, но и о другом рыцаре — Бейле, которому принадлежал тот самый платок. Поэтому гробница на него и откликнулась.
— Бейл?.. — повторил Джин.
— К сожалению, его история сохранилась совсем плохо. Я смогла выяснить только, что шестая гробница скрыта внутри меча Бейла, и примерно определить, где клинок спрятали изначально. В Чёрном море. Правда, едва ли он остался там по сей день…
В этот момент Джина словно огрели дубиной по затылку.
— Подожди, Валерия.
— Что такое?
— Ты говоришь, платок принадлежал Бейлу, и потому открылся вход в пятую гробницу. А шестая находится внутри меча того же Бейла, изначально спрятанного в Чёрном море. Всё верно? Ты точно сказала «Бейл»?
— Точно.
Джин несколько секунд ошеломлённо моргал. Валерия пожала плечами и оглянулась на остальных: судя по их лицам, никто тоже не понимал, к чему он клонит.
— Кажется, этот меч уже найден.
— Что?!
В памяти Джина вдруг зазвучали голоса, услышанные во время бегства из Калдрана.
— Хедо! Твой меч! Он засветился и что-то создаёт! Небеса услышали наши молитвы!— Я и сам вижу, госпожа. Но что это?..— Похоже, именно этот меч открывает гробницу. Где ты его нашёл?— В молодости убил в Чёрном море одно чудовище и забрал клинок.
В тот день Джин влил теневую силу в меч Хедо и вскользь заметил выгравированное на клинке слово «Бейл».
Даже сам Хедо считал это названием меча, поэтому Джин не придал надписи особого значения.
А теперь выяснилось, что это имя рыцаря из древней Десятки Ранканделов.
Джин начал понимать, отчего Муракан испытал такую боль, впервые увидев меч с надписью «Бейл», и почему тот смог стать ключом к пятой гробнице.
— Я был так занят твоим спасением, что, кажется, даже не рассказал, каким образом вошёл в гробницу. Меч сейчас у Хедо, хранителя Башни Белой Ночи.
— Не думала, что тебе настолько повезло. Выходит, операция по моему спасению была куда безрассуднее, чем я представляла.
— С тобой мне почему-то всегда везёт. Ты ведь сама когда-то говорила, что мало на свете людей удачливее меня.
— О-о-о… — почти одновременно протянули товарищи.
В их голосах звучало такое многозначительное восхищение, что любой другой непременно смутился бы. Но Джин и Валерия словно ничего не услышали.
— Я собиралась отдохнуть несколько часов и сразу отправиться в Чёрное море. Хорошо, что не придётся. Насколько знаю, Сандра Ципфель и Хедо к тебе расположены.
— Боюсь, только Сандра, госпожа Валерия, — вставил Джет. — Зато этот здоровенный дворецкий выполняет любое её слово! Стоит позвать Сандру, и меч окажется перед нами на блюдечке.
— Господин Джет, вы так говорите, словно Джин из тех негодяев, что играют чужими чувствами ради собственной выгоды.
— Чего-о?! Госпожа Валерия, как можно так превратно понимать добрейшего человека! И наш господин никогда бы таким не занялся!
— Мы пока не можем вызывать Хедо и Сандру, — вмешался Джин. — В последнее время мы и так многого потребовали от Ципфелей. Выждем несколько дней и только потом свяжемся с ними. За это время как раз можно посетить Замок Императора Меча.
— Э-э… Господин, вы же сами так сказали, а теперь мне неловко… — пробормотал Джет.
— Наш Джин даже когда поступает дурно, всё равно такой замечательный… — мечтательно вздохнула Эния.
— Джет, Эния. Речь не о том, чтобы использовать их ради меча. Думаю, нам следует постараться привлечь обоих на нашу сторону. Если удастся.
Он видел, что случилось с Берадином.
И Джин был убеждён: если Сандра останется у Ципфелей, рано или поздно с ней произойдёт то же самое.
Ему хотелось избавить её от самого клейма «Ципфель».
Но Валерии мысль сделать союзником кого-то из этого клана пришлась не по душе.
— Делай как знаешь. Только помни: когда-нибудь каждый Ципфель, оставшийся на свете, умрёт от моей руки.
Она поднялась из-за стола.
— А мне нужно ещё немного отдохнуть. Господин Кваул, вечером продолжим исследования. Джин привёз из Лафраросы немало материалов, да ещё оказалось, что «Красная сова» может устанавливать связь с тем миром через особую точку. Похоже, скоро работы будет невпроворот.
— Ух ты, Валерия, ты разве вообще не устаёшь? — поразился Кваул. — Только что обрадовалась, что не придётся в Чёрное море идти, и уже рвёшься в лабораторию.
Дело было не в том, что она не уставала. Она просто не могла позволить себе отдых. В душе Валерии жили боль и ненависть за уничтоженный род, за родных, которых убили.
Джин оставил эту мысль при себе.
— Тогда и мне пора готовиться к поездке в Замок Императора Меча.
Он вышел вслед за Валерией. Остальные какое-то время молча смотрели на закрывшуюся дверь.
— Знаете, а они чем-то удивительно похожи, — заметил Балкас.
— И я так думаю, дядь Балкас! — подхватила Амела.
— Только господин Джин всё-таки человечнее, — отозвался кто-то. — А в остальном словно росли у одного наставника или одних родителей.
— Вот я и думаю: может, организовать фан-клуб Валерии? Так, в качестве подработки? — предложила Эния.
— Иногда ты меня пугаешь, — сказала Фэй.
— Даже ты, Фэй, говоришь мне такое?! Неужели всё так плохо?!
— Ладно, хватит разговоров, — спохватился Касимир. — Нам тоже пора за работу. Джет, займись Айреном Вермонтом. Госпожа Мэри, Хейтона, Дейтона, вас попрошу…
— Можете говорить попросту, ваше величество, — любезно предложил один из близнецов.
— Да, чего уж церемониться, король! — добавил второй.
— Эй, Тона, оба! — тут же осадила их Мэри. — Вы потеряли Сад клинков, а заодно решили растерять остатки воспитания знаменосцев? Я вам сейчас вместо Мью и Энн устрою школу хороших манер!
— Простите, сестра. Исправимся.
— Мы решили стать новыми людьми, сестра.
— Вот и посмотрю. Идите к Космосу, передайте, чтобы подготовил корабль. Выходим в ближайшие дни. Заодно принесите список рыцарей, завершивших восстановление.
— Есть, сестра!
• • •
1 апреля 1803 года.
у-у-ух!
— Вот это да-а!
Двое детей не уставали восторженно оглядываться по сторонам. Золотошёрстые изготовили для них косметику и средства маскировки: теперь и волосы, и глаза обоих были чёрными.
Впрочем, один из «детей» на самом деле был драконом, прожившим сотни лет. Но по поведению он ничем не отличался от ребёнка, впервые отправившегося в увлекательное путешествие.
Латри и Юлия.
На этот раз Джин решил взять их с собой в Замок Императора Меча. Квикантель отправилась вместе с ними — как защитница на случай непредвиденных обстоятельств.
Переоделись не только дети. Впервые за долгое время вся четвёрка прибегла к маскировке. Джин и Квикантель изображали брата и сестру из драконьего рода — оба с чёрными волосами, отливавшими синевой.
— Брат Джин, госпожа Квикантель! «Красная сова» — это просто чудо! Мы ведь одним махом оказались в империи, прямо как через портал!
— Приятно знать, что даже человеку, заключившему договор с Аз Милль, ещё есть чему удивляться, — улыбнулся Джин.
— А меня больше удивляет, почему госпожа Квикантель выбрала именно это место, — добавил он, оглядываясь. — Деревянный домик… Сколько же воспоминаний!
Посреди тихого леса на окраине столицы Вермонтской империи стоял сруб.
Именно здесь когда-то, в первые годы подготовки Джина к статусу знаменосца, начались события, изменившие судьбы Юлии и Энии.
Дом был точной копией того, в котором очень давно жили Муракан и Квикантель.
Сама Юлия знала об этом месте лишь по рассказам. Она почти не бывала за пределами Тикана. И в день первой встречи с Джином, и теперь её жизнь была полна ограничений: особые способности избранницы Аз Милль требовали осторожности во всём.
— Воспоминания? Хм… — Юлия присмотрелась. — Здесь и вправду видны чьи-то тяжёлые чувства. Что-то вроде тоски и давнего сожаления, во всех уголках дома.
— Юлия, хватит об этом, — прервала её Квикантель. — Не лучше ли сперва поесть твоего любимого супа с морепродуктами, а уже потом ехать в Замок Императора Меча?
— Да! Давайте! Брат Джин, а можно не только поесть? Может, ещё и погуляем до вечера?
Неподдельное детское счастье на лице Юлии было одновременно трогательным и горьким зрелищем.
— Юлия, — торжественно объявил Джин, — ты единственная принцесса Вольного Тикана, государства Союза Вамеля.
— Ну… и что?
— А то, что ты можешь развлекаться сколько душе угодно. Если будем гулять достаточно весело, самый могущественный человек империи сам придёт к тебе с визитом.
И они действительно отправились в столичные торговые кварталы, гуляя и соря деньгами без всякой меры.
Пусть весь мир охватили тревоги из-за останков Глиека и козней Розы, столица Вермонтской империи всё ещё оставалась оживлённой, почти такой же, как в прежние времена.
Это означало, что Данте справлялся с управлением страной.
Джин с невольной гордостью смотрел на мирные улицы, которые друг отстоял и сумел сохранить ценой стольких усилий.
К вечеру они зашли уже в очередной ресторан морской кухни. Им как раз принесли вторую за день порцию любимого супа, когда из зала тихо исчезли все прочие посетители. Следом удалились даже официанты с хозяином.
— Всё точно как ты говорил, брат Джин! — воскликнула Юлия, когда открылась дверь. — Господин Данте пришёл!
Джин и вошедший Данте долго смотрели друг на друга, молча улыбаясь.
Они не встречались около трёх лет.
— Как ты нас здесь нашёл, Данте?
— Мне доложили, что некий ремесленник по имени Пол Грей Мик и его компания разбрасываются чеками направо и налево в столичных магазинах. Пришлось немедленно приехать посмотреть на этих чудаков.
Джин широко ухмыльнулся.
— Садись, Данте. Еду как раз принесли.
Загружаем комментарии…