— Конечно.
— Можно.
— Без проблем.
— Садись.
Бай Чэнь, Лун Юэхун, Цзян Баймянь и Шан Цзяньяо ответили почти одновременно и без малейшего колебания.
Молодой мужчина в тёмной рубашке и брюках под чёрным плащом обошёл капот, подошёл к переднему пассажирскому месту и открыл дверь.
С лёгкой улыбкой он сказал Цзян Баймянь:
— Пересядешь назад?
— Конечно! Садись, садись. — Цзян Баймянь тут же поднялась и освободила место.
Когда мужчина снял с плеча серебристую винтовку и устроился спереди, она слегка наклонилась к нему и с почти заискивающей улыбкой спросила:
— Как к тебе обращаться?
Чёрноволосый мужчина с золотистыми глазами едва заметно нахмурился.
— Цяо Чу.
— Какое красивое имя, — искренне похвалила Цзян Баймянь.
Шан Цзяньяо тут же повернулся к Лун Юэхуну:
— Слышал, какое у человека имя? А теперь вспомни своё.
Лун Юэхун ничуть не обиделся:
— Да, да.
Под их восхищённые голоса Цзян Баймянь открыла заднюю дверь и сказала Шан Цзяньяо:
— Подвинься к середине.
Но тут же передумала:
— Нет. Сначала выйди. Я сяду посередине.
Шан Цзяньяо явно не хотел уступать, и Цзян Баймянь подчёркнуто добавила:
— Я командир!
Только тогда он нехотя вылез из машины и посмотрел, как Цзян Баймянь занимает середину заднего сиденья.
Услышав слово «командир» на языке Пепельных земель, Цяо Чу машинально повернулся и взглянул на неё.
Цзян Баймянь будто только этого и ждала. Их взгляды встретились, и она очаровательно улыбнулась.
Цяо Чу ничего не сказал и спокойно отвернулся.
Цзян Баймянь не расстроилась. Наклонилась вперёд, подперла подбородок рукой и принялась смотреть на его профиль так, словно не могла оторваться.
Вернувшись в машину, Шан Цзяньяо обнаружил, что с его места виден только затылок Цяо Чу, да и тот периодически закрывает подголовник переднего сиденья. Разочарование на лице скрыть не удалось.
Цяо Чу посмотрел на разрушенный мост впереди и спросил:
— Есть еда?
— Есть! — Бай Чэнь мгновенно наклонилась и открыла бардачок.
— Конечно есть! — Цзян Баймянь перестала подпирать подбородок и торопливо полезла по карманам.
Шан Цзяньяо и Лун Юэхун одновременно развернулись назад, собираясь достать банку тушёной говядины.
Бай Чэнь оказалась быстрее всех. Она протянула Цяо Чу маленький пакет прессованного печенья и энергетический батончик.
— Этого хватит. Вы тоже поешьте. В полдень, скорее всего, останавливаться не будем — будете сменять друг друга за рулём, — распорядился Цяо Чу тоном командира.
Никто не возразил.
Запив печенье и батончик водой из фляги, Цяо Чу убрал мусор, немного подождал и повернулся к Бай Чэнь:
— Поехали.
— Держи курс к холмам на северо-западе.
— Хорошо, — Бай Чэнь, тоже уже пообедавшая, согласилась без вопросов, но продолжала смотреть на него.
Цяо Чу протянул левую руку, слегка похлопал её по правой руке и мягко улыбнулся:
— Смотри на дорогу.
— Хорошо! — Бай Чэнь словно получила высшую похвалу. Тут же выпрямилась и завела джип.
Цяо Чу посмотрел назад:
— Я немного посплю. Следите за обстановкой. Когда доедем до тех холмов — разбудите.
— Хорошо! — хором ответили остальные.
Цяо Чу больше ничего не сказал и отвернулся.
Улыбка мгновенно исчезла. Взгляд стал холодным.
Он достал из кармана небесно-голубой футляр и щёлкнул крышкой.
Внутри оказалось маленькое зеркало.
Цяо Чу внимательно посмотрел на отражение, поднял правую руку и аккуратно поправил волосы.
Несколько раз проверив результат, он медленно закрыл футляр, откинул голову назад и закрыл глаза.
К вечеру джип снова добрался до холмов Чернокрыса. Двадцать третий оперативный отряд Ван Бэйчэна давно ушёл.
Без напоминания все четверо превратились в живые будильники и точно вовремя разбудили Цяо Чу.
Он посмотрел на темнеющее небо:
— Ночуем здесь. Утром продолжаем на северо-запад.
— Хорошо, — Бай Чэнь нашла знакомое место для лагеря и остановила машину.
Затем все четверо наперегонки поставили палатки, развели огонь и достали из багажника несколько военных консервов.
— Припасов у вас хватает… — Цяо Чу сидел на переднем пассажирском месте с открытой дверью и спокойно наблюдал за их суетой.
Через некоторое время к нему подбежал Шан Цзяньяо:
— Я схожу за водой.
Цяо Чу посмотрел туда, куда он показывал, где находился чистый источник, и подумал пару секунд.
— Не нужно. Нашей воды хватит ещё на несколько дней.
— Угу. Консервы ещё не скоро согреются. Может, я пока спою тебе песню? — Шан Цзяньяо тут же сменил предложение.
— …Не надо. — Цяо Чу несколько секунд подозрительно его изучал.
— Тогда танец в травяной юбке с Золотого Берега? — не сдавался Шан Цзяньяо.
Цяо Чу нахмурился:
— Не надо. Я хочу посидеть в тишине. Когда еда будет готова — позовёте.
— Хорошо! — бодро ответил Шан Цзяньяо.
Когда он отошёл к костру, Цяо Чу снова достал небесно-голубой футляр и открыл зеркало.
Увидев своё отражение, он немного оживился и тихо вздохнул:
— Эх, одни неприятности…
Так незаметно прошла ночь. Над Чёрными Топями снова поднялось солнце.
После завтрака и короткой негласной борьбы Цзян Баймянь наконец воспользовалась властью командира и отвоевала водительское место. Шан Цзяньяо, Лун Юэхун и Бай Чэнь с обиженным видом теснились сзади.
Цяо Чу посмотрел на механические часы и по встроенному в циферблат компасу определил направление.
— Едь туда. И всё время прямо, — он указал немного северо-западнее.
Цзян Баймянь не спорила. Сначала вывела джип из холмистой местности, а затем направила его строго туда, куда показал Цяо Чу.
Чем дальше они ехали, тем ровнее становился рельеф, а земля — тем темнее и жиже. В конце концов вокруг почти везде была грязь, твёрдые участки встречались всё реже.
Они углублялись в Большую Топь.
В отличие от Бай Чэнь, опыта в таких местах Цзян Баймянь немного не хватало. Дважды машина едва не застряла в бездонной жиже.
Пришлось уступить руль. Бай Чэнь вернулась на водительское место и с необыкновенным старанием повела джип — почти как ребёнок, который ждёт похвалы.
Скорость заметно упала. К полудню они не проехали и тридцати километров. Вокруг в болоте появлялось всё больше странных растений.
Их цвета были либо слишком тусклыми, либо неестественно яркими.
Цзян Баймянь всё же помнила об обязанностях командира и между делом объяснила Шан Цзяньяо и Лун Юэхуну:
— Если видите скопление таких мутировавших растений — значит, вошли в загрязнённую зону. Но эти ещё не слишком уродливые и опасные, так что уровень загрязнения, вероятно, невысокий.
— Обычный человек здесь может находиться, но без защиты лучше не дольше трёх дней. После зрелой генетической коррекции — около десяти. При условии, что еда и вода подготовлены заранее.
Цяо Чу снова повернулся к Цзян Баймянь, но почти сразу отвёл взгляд и указал в сторону:
— Едем сюда.
— Но… — Бай Чэнь машинально хотела возразить.
Она всё время выбирала маршруты с меньшим загрязнением и более твёрдым грунтом. Если свернуть вслепую, легко попасть в участок топи, который расширился и затянет на дно и машину, и людей.
— Сюда, — повторил Цяо Чу.
— Хорошо. — Бай Чэнь подчинилась.
После поворота они вошли в незнакомую для неё часть болота, и скорость упала ещё сильнее: приходилось по опыту оценивать каждый участок прямо на ходу.
Примерно через двадцать пять минут, когда все уже успели поесть и собирались снова сменить водителя, пейзаж впереди резко изменился.
Из бескрайней чёрной топи поднимались толстые лозы, покрытые гниющей грязью. Они образовывали низкий «лес».
Цвет — чёрно-зелёный. Каждая толщиной с обычного питона. Поверхность усеяна бесчисленными красноватыми шипами.
Лозы переплетались и заполняли всё видимое пространство впереди. Кроме самой чёрной воды, они были повсюду. Даже небо над этим низким лесом казалось серым, мрачным и давящим — то ли из-за зарослей, то ли по какой-то другой причине.
Увидев одновременно величественную и страшную картину, Цзян Баймянь, Бай Чэнь, Шан Цзяньяо и Лун Юэхун испытали почти одинаковое потрясение.
И вместе с ним у всех возник один вопрос:
«Как мы вообще сюда попали?»
Цяо Чу мягко улыбнулся:
— Не нервничайте.
Одних слов и его голоса хватило, чтобы сомнения рассеялись. Все снова с восхищением посмотрели на него.
Цяо Чу выпрямился и принялся внимательно указывать Бай Чэнь, куда и как ехать.
За окном проплывали толстые чёрно-зелёные лозы с красноватыми шипами. Пальцы левой руки Цзян Баймянь слегка шевельнулись.
Почти инстинктивно она достала бумагу и ручку и начала записывать увиденное.
Шан Цзяньяо то смотрел на затылок Цяо Чу, то на лозы снаружи. Они почему-то всё сильнее казались ему источником огромной опасности.
В этот момент его локтя слегка коснулись.
Он повернулся и увидел, как Цзян Баймянь придвинула к нему лист.
На бумаге она подробно описала происходящее, а в конце добавила несколько странных строк:
«…В глубине Большой Топи существует зона настолько сильной мутации. Но удивительно: чип в моей левой руке показывает, что уровень радиационного загрязнения здесь не слишком высокий. Возможно, со временем загрязнение распалось и ослабло?
…На лозах полно красноватых шипов, словно они только что напились крови…
…Чип в левой руке показывает: нынешнее направление прямо противоположно маршруту к Цифэну…»
Загружаем комментарии…