У заднего входа в Оружейную лавку А-Фу Цзян Баймянь и Шан Цзяньяо увидели Ан Жусян.
Тем временем Бай Чэнь и Лун Юэхун, которых тоже разбудили, наблюдали за улицей из окна одной из комнат второго этажа, готовые к любой неожиданности.
В лунном свете Ан Жусян прижимала ладонь к левому боку внизу живота, где уже лежала простая повязка. На руках и одежде виднелась кровь.
— Ничего серьёзного? — с беспокойством спросила Цзян Баймянь.
— Нормально, — спокойно ответила Ан Жусян.
По всему было видно, рана не тяжёлая.
Цзян Баймянь с облегчением выдохнула.
— Тогда сначала наверх.
В их комнате был медицинский набор. Можно было нормально обработать рану и снизить риск инфекции.
Закончив, Цзян Баймянь сказала Гу Чанлэ:
— Возвращайся к себе. Дальше не вмешивайся.
— Если тебя втянут, только наживёшь лишние неприятности.
Гу Чанлэ подумала о ребёнке и не стала геройствовать. Вскоре она ушла.
Заперев деревянную дверь, Цзян Баймянь повернулась к Ан Жусян.
— Что случилось?
Раньше она не спрашивала специально: Ан Жусян сама не торопилась рассказывать, а значит, даже узнай они всё на десяток с лишним минут раньше, догнать нападавшего всё равно не успели бы.
Ан Жусян ровным голосом сказала:
— На меня напали.
— Напали? — Цзян Баймянь удивилась.
Прямое нападение не очень походило на стиль «Отца».
Ан Жусян спокойно и последовательно объяснила:
— По вечерам я преподаю ещё в одном месте — учу грамоте людей, которые работают допоздна.
— Занятие закончилось в половине двенадцатого. Я возвращалась с Западной улицы домой и по дороге встретила человека.
После половины девятого электричество не отключали только на Западной и Северной улицах. Временный класс располагался в доме одного из учеников на Западной улице.
— Чёрный плащ, худой, болезненный вид? — перебил Шан Цзяньяо.
Ан Жусян без удивления кивнула.
— Да.
— Он, — Шан Цзяньяо улыбнулся.
Ан Жусян продолжила:
— Он подошёл ко мне и сразу сказал: «Госпожа, знания — причина гибели Старого мира».
— К странным людям я всегда отношусь настороженно. А после вашего дневного расследования тем более. Я не дала ему договорить — вытащила кинжал и велела не приближаться.
Вполне в стиле Ан Жусян… Цзян Баймянь слегка кивнула. Вот здесь события явно пошли не так, как обычно рассчитывал противник.
Шан Цзяньяо спросил:
— Почему не пистолет?
— Я хотела только отпугнуть его. Кинжал доставать удобнее, — коротко объяснила Ан Жусян. — И хорошо, что я достала кинжал, а не пистолет.
— М-м? — вопросительно отозвалась Цзян Баймянь.
Ан Жусян указала на рану слева внизу живота.
— Рука внезапно перестала меня слушаться. Я сама ударила себя ножом.
— Ещё одна способность Пробуждённого… — Цзян Баймянь была скорее насторожена, чем удивлена.
— Я тоже так думаю. Если бы у меня в руке был пистолет, я, скорее всего, выстрелила бы в себя.
Ан Жусян доводилось сталкиваться и с высшими лишёнными разума, и с Пробуждёнными, так что вывод был вполне естественным.
— А потом? — спросила Цзян Баймянь.
Выражение лица Ан Жусян немного изменилось.
— Он не попытался добить меня и не ушёл сразу.
— Просто стоял, смотрел и продолжил: «Вы отравляете человечество. Немедленно прекратите, иначе петля Владыки Времени явится за вами».
— Я взяла себя в руки и больше не нападала. Закончив, он развернулся и ушёл.
— Псих ненормальный, — от души выругалась Цзян Баймянь.
Шан Цзяньяо с пониманием заметил:
— Зато как ритуально.
Пока Цзян Баймянь косилась на него, Ан Жусян закончила:
— Я наскоро перевязалась и пришла к вам.
Была уже глубокая ночь.
— Это Церковь Антиинтеллектуализма. У напавшего на тебя, скорее всего, прозвище «Отец», — поделилась Цзян Баймянь частью известных им сведений.
Шан Цзяньяо покачал головой.
— Бедняга.
— Что? — на этот раз Цзян Баймянь совершенно не поняла ход его мыслей.
Шан Цзяньяо тяжело вздохнул и назидательно произнёс:
— Вот к чему приводит антиинтеллектуальное воспитание.
— Всё приходится делать самому. Подчинённые ни на что не годятся, только мешают.
Цзян Баймянь рассмеялась.
— Точно.
— Три нападения подряд — и каждый раз «Отец» лично. Что за жалкий начальник? Я уже за него устала.
Говоря это, она задумчиво пробормотала:
— Неудивительно, что он решил взять под контроль Лэй Юньсуна и Линь Фэйфэй. Для Церкви Антиинтеллектуализма толковых помощников, наверное, днём с огнём не сыщешь…
— Хотя могла быть и другая причина: подстава и провокация.
Цзян Баймянь подозревала, что Церковь Антиинтеллектуализма узнала о принадлежности Лэй Юньсуна и остальных к «Паньгу-Био» и поэтому взяла их под контроль — чтобы заставить совершить нечто такое, что серьёзно оскорбит Дикотравье и Первый город, а затем столкнуть крупные силы между собой.
Ан Жусян регулярно следила за заданиями Гильдии и слышала о деле Лэй Юньсуна и Линь Фэйфэй, поэтому ничего странного в рассуждениях Цзян Баймянь не заметила.
Вскоре Цзян Баймянь вернулась к делу.
— Сегодня переночуешь здесь.
— Утром сходишь в штаб городской обороны, расскажешь всё. Потом вместе с ними разместишь в Гильдии задание на поиск главы Церкви Антиинтеллектуализма по прозвищу «Отец».
Ан Жусян представляла независимую от истории Лэй Юньсуна и Линь Фэйфэй линию, поэтому опасаться, что они этим спугнут противника, не приходилось.
— Почему не сейчас? — спросила Ан Жусян.
— Ночью одними силами городской обороны всё равно ничего не сделать. Придётся ждать, пока откроется Гильдия, — объяснила Цзян Баймянь. — И есть ещё одна небольшая проблема, которую нужно решить.
Ан Жусян больше не спрашивала.
— Хорошо.
Шан Цзяньяо поднял руку.
— А я где сплю?
— На своей кровати, конечно. — Цзян Баймянь закатила глаза. — Ан Жусян ляжет со мной.
— Издевательство над раненой, — объективно заметил Шан Цзяньяо.
— Отлично! — Цзян Баймянь мгновенно приняла решение. — Ан Жусян спит на твоей кровати. А ты либо иди к Лун Юэхуну и теснись с ним, либо сиди на стуле.
Ан Жусян не очень понимала, как устроено общение этих двоих, но вмешиваться не стала и, как велели, легла на кровать.
Шан Цзяньяо воспользовался случаем, сходил в соседнюю комнату и рассказал Бай Чэнь с Лун Юэхуном, что произошло.
Ночевать там он не остался. Вернувшись, сел на стул у стола, положил голову на руки и приготовился спать сидя.
Неизвестно сколько прошло времени, когда Ан Жусян внезапно проснулась и обнаружила, что её шея находится в петле.
Обеими руками она сама держала края этой петли.
Верёвка была перекинута через верхнюю койку двухъярусной кровати и вполне могла её задушить.
Разбудил Ан Жусян Шан Цзяньяо. В ночном лунном свете его глаза блестели совершенно ясно.
Цзян Баймянь на верхней койке тоже проснулась и смотрела вниз.
— Это я сама сделала? — Ан Жусян сняла петлю с шеи и спросила с сомнением.
— Вот та маленькая проблема, о которой я говорила, — с улыбкой объяснила Цзян Баймянь.
Судя по опыту Цзэн Гуанвана, заложенная гипнозом попытка самоубийства должна была сработать лишь один раз.
Хотя необязательно во сне.
Ан Жусян вспомнила всё, что слышала и видела.
— Гипноз?
— Что-то вроде того. — Цзян Баймянь не стала вдаваться в детали.
Она не попросила Шан Цзяньяо использовать Логику Клоуна, чтобы снять эффект гипноза. Во-первых, они не знали точных особенностей способности «Отца» и боялись упустить что-нибудь важное, только ухудшив положение Ан Жусян. Во-вторых, без необходимости Цзян Баймянь не хотела раскрывать способность Шан Цзяньяо.
— Значит, теперь прошло? — осторожно спросила Ан Жусян.
— Теоретически — да. Продолжай спать, а мы ещё понаблюдаем.
Другому человеку после таких слов было бы трудно расслабиться: мало кто способен спокойно спать под чужим взглядом. Ан Жусян это совершенно не беспокоило. Она быстро уснула и больше не просыпалась до утра.
После завтрака, ближе к половине девятого, все разошлись по делам. Одна группа направилась в штаб городской обороны, другая — в Гильдию охотников искать Оудика.
Едва Цзян Баймянь и Шан Цзяньяо вошли в зал, как увидели Оудика в зоне ожидания у стены.
— Доброе утро! — бодро поздоровался Шан Цзяньяо. По нему совершенно нельзя было сказать, что он не спал всю ночь.
Оудик кивнул.
Затем указал на лестницу:
— Сюй Лиянь хочет вас видеть.
— Хорошо, — без колебаний согласилась Цзян Баймянь.
Именно этого она и ждала.
Следуя за Оудиком по второму этажу, примерно через десяток метров Цзян Баймянь внезапно повернула голову к Шан Цзяньяо.
Тот посмотрел на неё в ответ и через пару секунд кивнул.
В самом конце коридора Оудик остановился у комнаты, которую охраняли четверо вооружённых людей.
После короткого разговора и сдачи оружия им разрешили войти.
Комната была просторной и хорошо освещённой. Внутри стоял широкий рабочий стол и две полные стены книжных шкафов; в ключевых точках находились вооружённые телохранители.
За столом сидел молодой мужчина немногим старше двадцати. На нём была довольно старомодная чёрная одежда, волосы аккуратно зачёсаны назад — будто он специально старался казаться взрослее.
Рост средний, черты лица глубокие; возможно, в нём была примесь крови жителей Красной реки.
— Господин Сюй, они пришли, — сделав два шага вперёд, сказал Оудик.
Сюй Лиянь слегка кивнул и указал на несколько стульев напротив стола.
— Садитесь.
Рядом с ним стоял очень высокий человек.
На нём была закрывающая тело с головы до ног длинная мантия с капюшоном.
Поздоровавшись, Цзян Баймянь и Шан Цзяньяо совершенно естественно заняли места.
Сюй Лиянь окинул их взглядом и задумчиво спросил:
— Вы из одной группы с Лэй Юньсуном и Линь Фэйфэй?
— Мы расследуем причины их исчезновения, — уклончиво ответила Цзян Баймянь и тут же перевела тему. — Господин Сюй, когда они приходили к вам, что именно хотели узнать?
Сюй Лиянь улыбнулся.
— Кое-что о «Механическом Рае».
— Они откуда-то услышали, что у «Механического Рая» есть «Главный Мозг» — система, работавшая ещё до гибели Старого мира.
***
Перевод выполнен командой «Дом Некроманта»
Телеграм (новости, анонсы, эксклюзивы): https://t.me/domnekromanta
Наш бот, там можно подключить уведомления о выходе новых глав на ваши любые тайтлы: @domnekromanta_bot
Читать раньше всех на бусти: https://boosty.to/domnekromanta
Загружаем комментарии…