— Живого? — у Уэйта вырвалось раньше, чем Лун Юэхун успел открыть рот.
В таких руинах незнакомый живой человек пугал куда сильнее, чем труп, лишённый разума или мутировавший зверь.
Лун Юэхун был с ним полностью согласен.
Феррингтон крепче перехватил дробовик.
— Улица там примерно такая же, как здесь: грязь, мусор, вонь. Видно, десятилетиями никто не убирал.
Он сделал паузу, будто снова видел всё перед собой.
— У дороги стояла скамейка. На ней сидел мужчина. Человек с Пепельных земель. На нём был старомировский костюм — серый, шерстяной, в чёрную полоску. На вид ему меньше тридцати. Волосы аккуратно зачёсаны назад, на носу маленькие круглые очки.
Лун Юэхун нахмурился:
— Пока ничего особенного…
Даже в настолько опасных руинах один незнакомец ещё не повод сразу считать его чудовищем. Для начала можно было хотя бы заговорить и понять, настроен ли он мирно.
— В нём самом и не было ничего особенного. Кроме того, что он вообще был жив, — выдохнул Феррингтон. — Но на дереве за скамейкой обвилась огромная змея. Питон. Глаза — круглые, здоровенные, словно два прожектора, и красные, будто налитые кровью. Верхняя половина тела свисала вниз и лежала на спинке скамьи, будто он охранял этого человека…
Феррингтон сглотнул.
— Но самое страшное не это. Я увидел белого волка. Того самого огромного белого волка. Он сидел рядом с этим человеком!
У Цзян Баймянь, Ван Фугуя и остальных почти одновременно всплыло одно имя.
У Мэн.
Хозяин радиостанции «Дао и ремонт техники».
«Разве не говорили, что достаточно не подходить к станции ближе чем на километр и не брать с собой электронику? Разве У Мэн не запечатан? Тогда что он делает посреди улицы? И вообще, это совсем в другой стороне от радиостанции — там точно больше двух километров…»
Теперь Лун Юэхун прекрасно понимал ужас Феррингтона. И даже, пожалуй, чувствовал его сильнее: сам Феррингтон, скорее всего, понятия не имел, что за существо скрывается за именем У Мэна и насколько оно опасно.
— Он сидел и читал газету, очень увлечённо, — продолжил Феррингтон. — А волк и питон смотрели прямо на меня. Я перепугался и побежал сюда, крича о помощи.
Цзян Баймянь едва заметно нахмурилась.
«Если ты уже их увидел, У Мэн тем более должен был заметить тебя. При его способностях подчинить одного человека — пустяк. Почему он просто отпустил Феррингтона?»
Объяснений напрашивалось два.
Первое: Феррингтона отпустили намеренно, уже успев незаметно на него повлиять. Тогда в нужный момент он мог дать восьмерым ложную подсказку — и этого хватило бы, чтобы все погибли.
Второе: тот человек вовсе не был настоящим У Мэном. Возможно, он всего лишь создал образ через какое-то электронное устройство.
С учётом сведений компании и того, что только что говорила Галоран, второй вариант казался Цзян Баймянь вероятнее. У существ уровня У Мэна не было нужды выдумывать настолько сложную схему, если можно просто прийти самому.
Но осторожности это не отменяло.
Цзян Баймянь не стала расспрашивать о странном человеке дальше.
— У тебя есть при себе какая-нибудь электроника?
Феррингтон опешил:
— Нет. А что?
Он явно не понимал, при чём тут вообще это.
— И хорошо. Здесь электроника может стать опасным проводником.
— Вот как… — Феррингтон всё ещё сомневался, но спорить не стал.
Белый волк уже показал ему, что в этих горах бывают вещи, которые лучше не пытаться объяснить обычной логикой.
Куда больше его волновало другое.
— Так где мы вообще? Вы явно знаете это место. И отсюда есть другой выход?
— Руины №13, — коротко ответил Ван Фугуй.
— Что?..
Глаза Феррингтона округлились.
Среди охотников за реликвиями, работавших из Первого города, трудно было найти человека, который никогда не слышал о Руинах №13 и связанных с ними слухах. Разве что совсем новичка, только недавно перебравшегося в эти края.
На несколько секунд Феррингтон просто застыл.
Цзян Баймянь утешать его не стала. Она посмотрела туда, откуда он прибежал.
— Поворачиваем обратно. Сделаем небольшой крюк и по дороге ещё соберём что найдётся.
— Отлично! — Уэйт снова успел ответить раньше Лун Юэхуна.
Сегодня он и без того набрал добычи на хороший куш. Лезть дальше ради лишнего риска не имело никакого смысла.
Остальные тоже не возражали.
Феррингтон из их слов понял главное: у этих людей есть путь наружу. И заметно успокоился.
Обе команды снова выстроились и двинулись обратно.
Через некоторое время Цзян Баймянь с улыбкой обратилась к Феррингтону:
— Ты сам видел: белый волк умеет подчинять людей и превращать их в марионеток. Поэтому ради общей безопасности мне надо задать тебе несколько вопросов. Нужно убедиться, что ты действительно тот, за кого себя выдаёшь, и что на тебя никто не повлиял.
Феррингтон удивлённо посмотрел на неё:
— Вы меня знаете?
— Мы знаем человека, который знает тебя, — ответила Цзян Баймянь. — Итак, первый вопрос: как тебя зовут?
— Феррингтон.
— Второй: тебе известна секта, которая поклоняется зеркалам?
Ван Фугуй и Грей тоже повернулись к нему.
Феррингтон вдруг понял:
— А-а. Вы друзья Теренса?
О зеркальном культе он рассказывал лишь нескольким людям, и среди них именно у Теренса было больше всего знакомых.
— Нет, — мрачно сказал Шан Цзяньяо. — Мы ему должны.
«А этот „кредитор“ всё время трясётся от страха, что должники его прикончат…»
Лун Юэхун едва не фыркнул. Шан Цзяньяо сегодня явно переигрывал.
Феррингтон, впрочем, не стал спрашивать о сумме долга.
— Да, я знаю такую секту. Я знаком с одним их верующим, довольно хорошо. Недавно он пытался втянуть меня к ним.
— Как его зовут и где он живёт? — спросила Цзян Баймянь, не переставая следить за улицей.
Феррингтон и не подумал покрывать знакомого.
— Смит. Район Золотого Колоса, улица Харли, дом девять, квартира пятьсот три.
Шан Цзяньяо тут же оживился:
— А что у них на священной трапезе?
Феррингтон непонимающе покачал головой.
Шан Цзяньяо посмотрел на него с искренним сочувствием.
— Тогда понятно, почему ты так и не вступил.
Цзян Баймянь воспользовалась случаем:
— А кому они поклоняются? Какому Владыке Времени?
— Вроде бы никакому. Они поклоняются зеркалам. Постоянно твердят: «Новый мир — по ту сторону зеркала» и «Ты смотришь на человека в зеркале, а человек в зеркале смотрит на тебя». Теперь каждый раз, когда вижу собственное отражение, становится как-то не по себе. Иногда даже жутковато…
Шан Цзяньяо слушал с большим интересом, будто уже выбирал себе новую любимую фразу.
Когда Феррингтон закончил, Цзян Баймянь незаметно показала Шан Цзяньяо условный знак — подняла большой и средний пальцы правой руки.
Знак означал: пора «подружиться» или «убедить» человека и убрать возможную угрозу.
До сих пор Феррингтон вёл себя совершенно нормально, говорил связно и не вызывал подозрений. Но он провёл в Руинах №13 слишком много дней, и Цзян Баймянь не собиралась рисковать.
Шан Цзяньяо сразу улыбнулся ему:
— Ты только не обижайся, что мы так много спрашиваем. Сам посмотри: мы в Руинах №13. Чтобы выбраться отсюда живыми, всем нужно говорить друг другу правду, держаться вместе и не оставлять места недоверию. Только так можно максимально обезопасить себя. Поэтому…
До этого момента всё звучало совершенно разумно. Феррингтон слушал и кивал; Ван Фугуй, Уэйт и остальные тоже не замечали никакого подвоха.
Но едва прозвучало «поэтому», лицо Феррингтона внезапно исказилось. Словно на него легла тень.
Губы несколько раз дрогнули.
И низким голосом он произнёс:
— Чем опаснее, тем сильнее стоит рискнуть, ибо движение Дао — в возвращении к противоположному…
Загружаем комментарии…