«Здесь ничего нет? Нет оставленных Орэем сведений о гибели Старого мира? Нет способа отформатировать Мозг Истока? Авия солгала? Нет. Зачем ей…»
Мысли Цзян Баймянь одна за другой пронеслись в голове.
Слова фигуры, похожей на Генаву, застали её врасплох.
С одной стороны, можно было предположить:
Мозг Истока просто не нашёл нужное место.
Наследие Орэя спрятано где-то глубже.
В каком-нибудь тайнике внутри секретной лаборатории.
С другой…
Мозг Истока находился здесь уже довольно долго.
И настоящий разумный робот, особенно такой, как он, отличался слишком строгой логикой и слишком тщательным подходом.
Трудно поверить, что при поисках он допустил грубый пропуск.
Продолжая думать, Цзян Баймянь усилила бдительность.
Разочарованный Мозг Истока вполне мог внезапно решить, что группа ему мешает.
Бай Чэнь и Лун Юэхун поступили так же.
Оба чуть разошлись в стороны.
Формируя неполное окружение.
И тут Шан Цзяньяо совершенно проигнорировал фразу Мозга Истока.
Шагнул вперёд.
С любопытством спросил:
— А что это на тебе?
Высокое тело Генавы целиком закрывала странная белая оболочка.
Даже глаза находились глубоко внутри.
Наружу пробивалось лишь слабое красное сияние.
Оно несколько раз мигнуло.
Мозг Истока ответил:
— Электромагнитный экранирующий костюм Старого мира.
Он говорил синтетическим баритоном Генавы.
— В Первом городе я потратил большую часть свободного времени именно на поиск и подготовку этого костюма.
Мозг Истока объяснил:
— Пока цель не входит непосредственно в зону печати, У Мэн способен использовать свои способности только через управление электромагнитными явлениями.
— Если блокировать передаваемый им сигнал, его возможности резко ограничатся.
— О-о! — Шан Цзяньяо сразу понял.
И по-настоящему обрадовался.
Лун Юэхун, Бай Чэнь и Цзян Баймянь тоже мгновенно получили ответ на вопрос:
почему Мозг Истока вообще осмелился войти в Руины №13.
Но Шан Цзяньяо почти сразу нахмурился:
— Не сходится.
Он указал на голову Генавы.
— Свет — тоже электромагнитная волна.
— Я вижу красное сияние твоих глаз.
Шан Цзяньяо говорил серьёзно и даже немного тревожно.
— Значит, костюм не блокирует электромагнитные волны полностью.
Похоже, его действительно беспокоило, что Старина Гэ может пострадать от У Мэна.
Мозг Истока спокойно ответил:
— Полное экранирование невозможно.
— Достаточно отсечь подавляющую часть сигнала и сильно ослабить остаток.
— Вместе с моей собственной устойчивостью к электромагнитным помехам этого хватает.
— У Мэн ничего не сможет сделать.
Шан Цзяньяо, Бай Чэнь и Лун Юэхун почти одновременно кивнули.
Звучало разумно.
А Цзян Баймянь вдруг почувствовала странность.
Почему Мозг Истока вообще отвечает на вопросы Шан Цзяньяо?
В нынешней ситуации он ведь должен быть холодным и безжалостным.
Цель одна:
найти наследие Орэя.
И не тратить время на бессмысленные разговоры.
Цзян Баймянь совсем недавно ожидала, что он может внезапно атаковать.
А теперь стороны разговаривали почти как старые друзья после долгой разлуки.
Не обращая внимания ни на время, ни на место.
«Неужели…»
В голове появилась версия.
Цзян Баймянь сама спросила:
— Сейчас перед нами Мозг Истока?
— Да, — ответил высокий робот.
Шан Цзяньяо тут же выпалил:
— А Старина Гэ?
— Что с ним?
Слабый красный свет за белой тканью мигнул.
Мозг Истока сказал:
— Его центральный модуль по-прежнему существует.
— Сейчас управление телом перехватил я.
— Генаву я перевёл в состояние сна.
«Правда отвечает на всё…»
Цзян Баймянь слушала диалог человека и искусственного интеллекта.
И постепенно убедилась в собственной догадке.
Перед ними не полный Мозг Истока.
Когда группа когда-то разговаривала с ним по удалённой связи в Тарнане, он походил на настоящего человека.
Речь естественная.
Реакции гибкие.
Никакого ощущения программы, которая идёт по определённым правилам.
Если бы группа заранее не знала, кто находится на другой стороне канала, а голос не имел синтетического оттенка, можно было решить:
с ними разговаривает образованный пожилой человек с огромным жизненным опытом.
Нынешний Мозг Истока был другим.
Поведение куда более механическое.
Он словно следовал базовому принципу:
служить человеку.
Пока группа не демонстрирует враждебность — отвечать практически на любой вопрос.
«Центрального модуля Генавы и ресурсов его корпуса недостаточно, чтобы запустить полный Мозг Истока?
Сейчас работает урезанная версия?»
Цзян Баймянь неплохо разбиралась в вычислительной технике.
Поэтому быстро выстроила вероятное объяснение.
Она осторожно спросила:
— Ты сказал, что здесь ничего нет?
Мозг Истока повернул голову к огромному неработающему компьютеру.
Голос стал немного холоднее.
— Да.
— Я не обнаружил наследия Орэя.
Он уточнил:
— По крайней мере пока.
— Я уже пытался считать данные с накопителей этого компьютера.
Только теперь Лун Юэхун заметил:
у ног Генавы, перед вычислительным комплексом, лежали несколько электронных приборов.
На самом корпусе Генавы тоже имелись нужные интерфейсы.
Но Мозг Истока не хотел открывать экранирующий костюм.
Поэтому использовал заранее приготовленное внешнее оборудование.
Даже если У Мэн повлияет на эти приборы, для разумного робота прямой смертельной опасности не возникнет.
Цзян Баймянь заговорила медленно:
— Авии незачем было нас обманывать.
И намеренно закончила фразу вопросом:
— Если только это не ловушка именно для тебя?
Она продолжила:
— Но такая ловушка максимум уничтожит тело Генавы.
— Твоему настоящему ядру далеко отсюда ничего не грозит?
— Верно.
Мозг Истока ответил кратко:
— Максимум будет уничтожен этот корпус.
Цзян Баймянь тут же предложила следующую версию:
— Тогда до тебя сюда уже кто-то приходил с правильным кодом доступа?
— И забрал наследие Орэя?
— Исключать нельзя, — совершенно честно ответил Мозг Истока.
Шан Цзяньяо вмешался:
— Сильные люди Первого города?
Цзян Баймянь начала рассуждать вслух:
— Авию и Маркуса всё время защищает Первый город.
— Значит, хотя бы часть верхушки знает и расположение секретной лаборатории, и код доступа.
Она продолжила:
— У Первого города есть люди, вошедшие в Новый мир.
— Теоретически можно было дождаться возвращения одного из них.
— И специально отправить сюда за наследием Орэя.
Цзян Баймянь закончила.
И вдруг поняла:
никакого вопроса не прозвучало.
Поспешно добавила:
— Как ты считаешь?
Красное сияние за экранирующим костюмом дважды мигнуло.
Мозг Истока ответил:
— Если они уже забрали наследие, зачем продолжать охранять Авию и Маркуса?
Он сделал паузу.
— Использовать их как приманку?
Хлоп-хлоп-хлоп!
Шан Цзяньяо зааплодировал.
— Уже научился говорить «приманка».
Цзян Баймянь быстро вернула разговор в полезное русло:
— Возможно, внутри лаборатории существует опасность, которую они не смогли устранить.
— Поэтому выбрали осторожную стратегию.
Она спросила:
— Когда ты вошёл, произошло что-нибудь необычное?
Мозг Истока ответил без утайки:
— После ввода правильного кода двери открылись автоматически.
— Охранные роботы не активировались.
— Они оставались в спящем режиме.
Он добавил:
— Если не пытаться специально с ними разговаривать, они не просыпаются.
— Не сканируют биометрические данные.
— И не проверяют конкретную личность посетителя.
Цзян Баймянь медленно повернула голову.
Посмотрела на Шан Цзяньяо.
Тот самый Шан Цзяньяо, который подошёл к охранному роботу и вежливо спросил, не видел ли тот Генаву.
Предыдущего боя действительно можно было избежать.
Виновник стоял прямо перед ними.
Мозг Истока продолжал:
— Я перехватил часть функций центральной системы лаборатории.
— И выяснил следующее.
Он говорил монотонно:
— Если правильного кода нет и попытаться подобрать комбинацию перебором, после трёх ошибок система полностью блокируется.
— Следующую попытку можно сделать только через неделю.
Мозг Истока продолжил:
— Если трижды подряд вызвать такую блокировку, запустится система самоуничтожения.
— Насильственное вскрытие входных дверей приводит к тому же результату.
Шан Цзяньяо поднял руку:
— У меня вопрос.
И тут же спросил:
— А если до гибели Старого мира какой-нибудь сотрудник три раза подряд ошибся в коде?
Он совершенно серьёзно уточнил:
— Исследователи внутри тогда целую неделю не могли выйти?
Нынешний Мозг Истока действительно отвечал на всё.
— В лаборатории есть холодильный склад.
— В нём запасали пищу и воду минимум на две недели.
— Именно на случай подобных происшествий.
При словах «сотрудники» и «исследователи» Цзян Баймянь вспомнила одну странность, которая всё это время не давала покоя.
Она спросила:
— Мы пока видели только останки испытуемых.
Цзян Баймянь посмотрела в сторону коридора.
— А где сотрудники лаборатории?
— Где исследователи?
Она предположила:
— Их скелеты лежат возле склада?
Из неизученных мест оставался главным образом тот самый склад, о котором упомянул Мозг Истока.
Ответ прозвучал сразу:
— По восстановленным данным, вскоре после гибели Старого мира кто-то из сотрудников ввёл правильный код и открыл внешние двери лаборатории.
Мозг Истока продолжил:
— Вероятно, персонал покинул объект.
— Запасы пищи на складе полностью сгнили.
— Вода испарилась.
Цзян Баймянь задумалась.
Эта деталь явно что-то значила.
И вдруг её зрачки расширились.
Она выцепила из предыдущих ответов Мозга Истока одну ключевую вещь.
Цзян Баймянь резко посмотрела на Генаву.
— По дороге сюда на тебя никто не нападал?
Голос стал серьёзным.
— Большую часть времени ты потратил на взлом систем.
— Восстановление данных.
— И поиски по комнатам?
— Да, — коротко ответил Мозг Истока.
Цзян Баймянь слегка прищурилась.
— Но мы определили местонахождение лаборатории именно потому, что услышали взрыв в этой части города.
Загружаем комментарии…