Цзян Баймянь и Шан Цзяньяо переглянулись.
После короткой паузы она ответила:
— Помощники нам не помешают.
— Можно идти одной дорогой, а на месте каждый будет исследовать своё. Если найдём что-нибудь важное — обменяемся сведениями.
Никто не знал, что ждёт их в Тайчэне.
Если Армия спасения направит сильных людей, часть риска ляжет и на них — это было выгодно.
К тому же в вопросе Пяти буддийских святых мест группа искала прежде всего истину, а не конкретную добычу.
Истина не обязательно должна принадлежать только одной стороне.
Если фундаментального конфликта интересов нет, сотрудничество вполне разумно.
Хуан кивнул.
— Позицию понял.
— Но что именно мы будем делать, ещё обсудим внутри.
Говоря это, он вынул из кармана мятую пачку сигарет, достал одну, сунул в рот и прикурил.
Похоже, табак помогал ему думать.
Цзян Баймянь и Шан Цзяньяо мешать не стали.
Сами открыли дверь и вышли.
Вернув оружие и усевшись в зелёный внедорожник, Шан Цзяньяо тут же сказал Дин Лин:
— Член комитета Хуан просил передать кое-что начальнику Хуну. Давай сначала в Отдел въезда.
«Почему у меня всё сильнее ощущение, что его эмоциональный интеллект приближается к уровню Старины Гэ? Или просто чем честнее человек, тем сильнее раздражает окружающих?»
Цзян Баймянь промолчала.
Дин Лин удивлённо спросила:
— Что передать?
— Что выдавать нам пропуск было безобразием.
— В этот раз Хун Гуанмина прощают, но больше так нельзя.
— И даже если он думает о детях, нельзя нарушать правила.
Умение выделять суть у Шан Цзяньяо действительно было хорошим.
Проблема заключалась только в одном:
именно из-за их группы Хун Гуанмин теперь получал выговор.
А Шан Цзяньяо пересказывал всё с таким видом, будто вообще не имел к делу отношения.
Дин Лин несколько секунд молчала.
— Не нужно вам это передавать.
— Я сама потом поговорю с дедушкой Хуном.
«Подходящими словами и в подходящий момент», — мысленно закончила за неё Цзян Баймянь.
Лицо человеку оставлять нужно.
Похоже, опасаясь, что Шан Цзяньяо будет настаивать, Дин Лин вздохнула и, не отрывая взгляда от дороги, добавила:
— У дедушки Хуна несколько детей погибли в первые годы Нового календаря — во время больших кампаний по освоению, строительству и спасению людей.
— Остался только младший сын, родившийся уже когда Хун был немолод. Он его очень бережёт.
Она помолчала.
— Возможно, слишком избаловал.
— Младший не любит тяжёлую работу и не хочет идти на сложные должности. Само по себе это ещё ничего: дедушка Хун всё равно мог бы устроить его куда-нибудь неплохо.
— Но тот связался с детьми нескольких членов комитета.
— То вино с поместий Первого города, то новейшая электроника компании «Апельсин», то дорогие машины «Объединённой промышленности»…
— Ни его должность, ни уровень ничего подобного ему не позволяют.
Шан Цзяньяо серьёзно кивнул.
— Думаю, мне необходимо поговорить с этими людьми.
— Объяснить: сначала трудности, потом удовольствие. Помочь вернуть чистоту идеалам.
«Ого. Он что, собрался применить Направление Мысли?» — Цзян Баймянь мысленно цокнула языком.
Дин Лин вообще не понимала, почему посторонний человек проявляет столько инициативы и ответственности за совершенно чужие дела.
— Эм… — Она аккуратно подобрала слова. — Стремиться к лучшей жизни естественно.
— Станут постарше, появится ответственность — возможно, сами изменятся.
Смысл был очевиден: «Мы разберёмся без тебя».
— Ладно… — Шан Цзяньяо заметно расстроился.
***
В «Отеле Пепельных земель» Лун Юэхун, Бай Чэнь и Генава по очереди дежурили у окна, следя за джипом на парковке.
— Интересно, когда командир вернётся… — пробормотал Лун Юэхун, сменив Бай Чэнь.
Стояло лето. Кондиционеров, пожирающих слишком много энергии, в отеле не было.
У окна хотя бы гулял ветер, и это было намного приятнее, чем сидеть в душной комнате.
Лун Юэхун лениво переводил взгляд с места на место.
И вдруг заметил странного человека.
На нём была выцветшая почти до серого чёрная форма Армии спасения.
Корпус слегка наклонён вперёд.
А на голове — глубокая серо-белая алюминиевая кастрюля. Из-под неё виднелась только нижняя часть лица.
«Один из тех психов?»
Лун Юэхун сразу вспомнил людей, которых группа встретила при въезде в Убэй, и объяснения Дин Лин.
Оставался другой вопрос.
Почему такой человек бродит по парковке отеля для приезжих?
— Маленькая Бай, Старина Гэ, тут что-то странное, — позвал Лун Юэхун.
Одному можно было что-нибудь упустить.
Пока Бай Чэнь и Генава подходили, человек в кастрюле медленно двигался вперёд.
Похоже, из-за слишком глубокой посуды он видел только землю прямо под ногами.
Эта кастрюля была заметно больше и глубже тех, что носили встреченные раньше люди.
Идущий добрался до джипа группы.
Бам!
Словно не заметив препятствия, врезался головой в машину.
Отшатнулся.
И сел на землю.
Лун Юэхун почему-то сразу вспомнил старые истории о мошенниках, которые специально бросались под транспорт и требовали компенсацию.
— Спустимся посмотреть? — спросил он, когда человек долго не вставал.
Бай Чэнь подумала.
— Да.
Она повернулась к Генаве:
— Старина Гэ, оставайся здесь. Следи за нами и за окрестностями.
— Хорошо.
В таких вопросах Генава был идеальным напарником.
Бай Чэнь опёрлась руками на подоконник и выскочила наружу.
Используя трубы и выступы стены, за несколько движений спустилась на землю.
После генетической модификации «Оружейный талант» реакция, оценка расстояний и координация у неё заметно улучшились.
Даже в обычном лазании по зданию она теперь двигалась очень уверенно.
Тем более это был всего третий этаж.
Лун Юэхун без военного экзоскелета последовал за ней гораздо осторожнее.
Движения выглядели скованными и чуть неуклюжими.
Бай Чэнь обернулась и кивнула:
— Я уже хотела тебя подстраховать.
— Да тут ничего сложного, — машинально выпрямился Лун Юэхун.
Бай Чэнь ничего не сказала и пошла к джипу.
Человек в кастрюле всё ещё сидел на земле.
Создавалось впечатление, что ударом он заработал сотрясение.
Лун Юэхун обеспокоенно присел рядом.
— Вы как? Не сильно ударились?
Ответа не было.
Лун Юэхун посмотрел на Бай Чэнь.
Показал на кастрюлю и жестом спросил: снять?
Она слегка кивнула.
Ей всё сильнее казалось, что группа «людей с кастрюлями» может скрывать нечто интересное.
Слишком уж легко списать всё на внешнюю нелепость.
Группа не собиралась лезть во внутренние дела Армии спасения, но осторожность ещё никому не вредила.
Лун Юэхун взялся обеими руками за серо-белую кастрюлю и поднял.
Солнечный свет упал на спрятанную голову.
Под ней оказался старик.
Белые волосы спутаны, кожа на лице похожа на кору дерева, морщины глубокие.
Он тяжело дышал и смотрел расфокусированно.
Но едва свет попал в глаза, словно мгновенно очнулся.
Поднял руку, закрывая лицо.
— Что вы делаете?!
— Вы кто такие?!
— Вас прислали эти разложившиеся мерзавцы?
— Верните мою защиту!
Реакция оказалась настолько бурной, что Лун Юэхун растерялся.
Он неловко опустил кастрюлю обратно.
Снова оказавшись под защитой алюминия, старик постепенно успокоился.
Ощупал землю руками и медленно поднялся.
Несмотря на возраст, спину держал очень прямо.
— Извините, — искренне сказал Лун Юэхун. — Вы упали рядом с нашей машиной. Мы боялись, что вам плохо.
— Я вообще не знаю, кого вы называете разложившимися. Мы приезжие охотники. Хотим пройти через земли Армии спасения к Ледяной равнине.
Старик фыркнул:
— Вот потому приезжие ещё подозрительнее.
— Если снять с меня защиту и тайно взять под контроль, никто даже не подумает на тех разложившихся.
«Точно из тех, кто боится контроля разума», — окончательно понял Лун Юэхун.
Бай Чэнь мягко перевела разговор:
— Почему вы уверены, что эти люди разложились и кем-то тайно контролируются?
Старик фыркнул.
— А разве не очевидно?
Он заговорил всё громче.
— За последние годы они забыли, что нужно спасать тех, кто в Пепельных землях всё ещё голодает и мёрзнет.
— Забыли, что люди равны, что нет высших и низших.
— Забыли клятвы не пользоваться властью, чтобы урвать себе больше еды, больше вещей, чужих жён и дочерей.
— Забыли держать в узде собственные семьи, чтобы дети не перепродавали ресурсы, не лезли в чужие дела и не наживались на системе.
— Народ злится, нравы портятся!
Старик перевёл дыхание.
— Я говорил им это прямо в лицо.
— А они отвечали: старый упрямец, мозги закостенели, не понимаешь перемен, не видишь, куда идёт общество, тебя эпоха выбросит.
Голос поднялся ещё выше.
— Так кто из нас ненормальный?
— Это они изменились!
— Значит, их контролируют!
— Только из-за контроля разума можно вот так забыть первоначальные идеалы и добровольно скатиться!
Он словно пытался убедить не только собеседников, но и самого себя.
— Да. Их точно контролируют!
Загружаем комментарии…