— Хозяин, я уже закрепил культивацию и могу снова отправляться в пещерное царство сражаться.
Едва Чэнь Цзянхэ вернулся на задний двор, как из заднего зала вышел Пушок, принявший истинный облик представителя Древнего божественного рода. Облачённый в боевое одеяние 5-го ранга, переливавшееся ярким сиянием, с Железом Божественной Первоосновы, Послушным Воле, в руках, он выглядел весьма внушительно.
Говорил он на человеческом языке и почти ничем не отличался от культиватора.
— Прошло всего полгода, а ты уже закрепил культивацию? Я ведь дал тебе столько жемчужин души, ты никак не мог успеть переработать их все?
Чэнь Цзянхэ недоумённо посмотрел на него.
Он дал Пушку четыре жемчужины души средней стадии 3-го ранга и десять — начальной стадии 3-го ранга.
Даже со Священным методом битвы переработать их за каких-то полгода было невозможно.
Кроме того, Чэнь Цзянхэ дал Латяо ещё четыре духовные пилюли закалки тела 3-го ранга высшего качества.
— Хозяин, я полностью осмыслил всё, что постиг во время прошлых сражений в пещерном царстве, и моя культивация значительно выросла…
Пушок принялся объяснять.
Под закреплением культивации он подразумевал полное усвоение боевого опыта, полученного в пещерном царстве. А жемчужины души и духовные пилюли он ещё не перерабатывал.
Ведь во время сражений в пещерном царстве их переработка шла быстрее, а сила души и лекарственная сила усваивались лучше.
По словам Пушка, при достатке ресурсов именно непрерывные сражения позволяли в полной мере раскрыть преимущества Священного метода битвы. Самое большее через десять лет он мог достичь поздней стадии 3-го ранга.
— В пещерное царство? Хозяин, я тоже пойду!
На голос прибыл Латяо.
Стоило ему услышать о пещерном царстве, как он становился деятельнее всех.
Чэнь Цзянхэ бросил на него взгляд. Стремление Пушка поскорее вернуться туда ещё можно было понять.
Всё-таки тот практиковал Священный метод битвы.
Но почему об этом мечтал и Латяо — юный цзяо с пробудившейся драконьей родословной? Неужели драконы тоже от природы воинственны?
— Юньсинь отправилась в Центральную область. Вернётся она не раньше чем через полгода-год. Сидите смирно. Когда она вернётся, тогда и отправитесь в пещерное царство на испытания.
Чэнь Цзянхэ отослал обоих.
Латяо практиковал драконий Метод Сосредоточения Духа Драконьей Первоосновой: при достаточном количестве душ для поглощения он мог быстро повышать культивацию.
К тому же Чэнь Цзянхэ дал ему ещё одно демоническое ядро поздней стадии 3-го ранга.
Поэтому, пусть Латяо и достигнет поздней стадии 3-го ранга не так быстро, как Пушок, отстанет он ненамного.
Два духовных зверя с родословной 5-го ранга, один — драконьего рода, другой — Древнего божественного рода. Стоило им достичь поздней стадии 3-го ранга…
И они будут равны двум избранникам высшего уровня.
А вместе с Юньсинь, служанкой, чья сила не уступала избранникам Золотого Ядра, их отряд в пещерных царствах должен был не уступать Жуань Теню и двум его спутникам в Демонической области.
В пещерных царствах 3-го ранга им, по сути, не будет равных.
«Пятнадцать лет. Ещё пятнадцать лет — и трудные времена останутся позади».
Чэнь Цзянхэ глубоко вздохнул, с удовольствием предаваясь этим мыслям.
К тому времени не только Пушок и Латяо совершат прорыв, но и Золотой Лотос Изумрудной Воды преобразится в природный духовный корень высшей категории.
И тогда у Чэнь Цзянхэ появится могущественное сокровище, связанное с жизнью.
При достатке ресурсов его Золотое Ядро с девятью узорами не столкнётся ни с какими преградами, и он без помех достигнет поздней стадии Формирования Ядра.
Наконец догонит по культивации избранников Золотого Ядра третьего разряда.
Ш-ш-ш…
Ветви и листья Демонической лозы зашевелились без ветра, издавая тихий шелест.
Чэнь Цзянхэ невольно посмотрел на неё, словно она прочитала его мысли.
Он думал лишь о Золотом Лотосе Изумрудной Воды, совершенно позабыв о Демонической лозе.
А ведь она тоже была природным духовным корнем высшей категории.
— Будешь хорошо себя вести — в будущем помогу восстановить твою изначальную сущность, — спокойно сказал Чэнь Цзянхэ.
Отказываться от природного духовного корня высшей категории он, конечно, не собирался.
В будущем у него станет ещё на одно самостоятельно развивающееся сокровище, связанное с жизнью, больше. Подумаешь, несколько духовных жил 4-го ранга! Всё равно не его. — Ш-ш-ш…
Одна из плетей Демонической лозы потянулась к нему и мелко задрожала, словно выражая благодарность.
Чэнь Цзянхэ больше ничего не сказал и достал подушку из травы Зелёной Туши. За семьдесят-восемьдесят лет, проведённых с ним, она пропиталась густой духовной аурой, и теперь на ней виднелся слабый блеск.
Скрестив ноги, он направил магическую силу по телу и приступил к практике Демонического искусства Единого Сердца Пяти Трупов.
Через четыре часа Чэнь Цзянхэ перешёл к Истинному Толкованию Управления Душами, достав для переработки жемчужину души средней стадии 3-го ранга.
Он перерабатывал эту жемчужину уже полгода. Больше половины заключённой в ней силы души было израсходовано, благодаря чему его душа значительно окрепла. Прошло ещё шесть часов.
Чэнь Цзянхэ опустился на дно лотосового пруда, принял Пилюлю Истинной Сущности 3-го ранга среднего качества и приступил к практике Истинного канона Десяти тысяч вод.
А вот Искусство Девяти Превращений Восполнения Небес практиковать было незачем.
Без духовных пилюль, полагаясь лишь на поглощение духовной ци для закалки тела, он мог потратить все свои тысячу шестьсот двадцать лет жизни…
И всё равно не достиг бы ступени Преобразования Духа.
Прошло ещё шесть часов.
Оставшиеся восемь часов Чэнь Цзянхэ посвятил Тайному искусству Водной Первоосновы, Побегу Пяти Стихий Потоком Света, тайным техникам Истинного Толкования Управления Душами, Печати Девяти Превращений, Опрокидывающей Небеса, и другим способностям и заклинаниям.
Особое внимание он уделял Демоническому искусству Единого Сердца Пяти Трупов.
Достигнув поздней стадии Формирования Ядра, он заодно доведёт это искусство до совершенства.
Тогда можно будет приступить к изготовлению трупных марионеток, связанных с жизнью.
Создав пять таких марионеток, Чэнь Цзянхэ получит некоторую защиту, даже если покинет хребет Небесной Выси.
Практикой Преображения Девяти Небес и Мириад Явлений он тем более не смел пренебрегать. Каждый девятый день лунного месяца он культивировал под звёздным небом, поглощая небесную ци.
Хотя Преображение Девяти Небес и Мириад Явлений было способностью превращения, в него входило и искусство сокрытия ауры, позволявшее ему надёжнее скрывать себя.
Именно на это ему предстояло опираться после ухода с хребта Небесной Выси. Разве можно было лениться?
Время пролетело в мгновение ока.
Незаметно миновали два года.
Куньлуньсюй. Золотой зал.
— Внук приветствует деда! Не ожидал, что дедушка прибудет лично.
Увидев сгустившуюся в зале фигуру, Цзи Тайсюй тут же подошёл и поклонился.
Старцем был не кто иной, как его дед, Цзи Ханьшань.
Самый могущественный культиватор Куньлуньсюя, он сопровождал другого молодого господина, Цзи Умина, на испытаниях в Демонической области и Море Хаоса.
— Уцзинь начал практиковать Метод Поглощения Духа и Захвата Судьбы?
Цзи Ханьшань строго посмотрел на главу клана Цзи Тайсюя и задал этот вопрос с предельной серьёзностью.
Метод Поглощения Духа и Захвата Судьбы был чрезвычайно могущественным тайным искусством Куньлуньсюя, и далеко не в каждом поколении кто-то из потомков брался за его практику.
До Цзи Уцзиня в Куньлуньсюе никто не практиковал его больше десяти тысяч лет.
Ведь стоило начать освоение этого метода…
Как это означало, что Род Цзи из Куньлуньсюя выбрал ясную цель: Руины Бессмертных, первые среди трёх запретных земель Моря Рассыпанных Звёзд.
В будущем удача и благие возможности двух других молодых господ тоже могли достаться Цзи Уцзиню.
Можно было сказать и так: они сами передадут ему всё это.
На кону стояло будущее Рода Цзи из Куньлуньсюя.
— Докладываю дедушке: Уцзинь обрёл Истинную Воду Сокровенного Инея, его духовный корень превратился в Небесный духовный корень стихии металла, а также пробудилось Драгоценное Тело Духовного Общения. Метод Поглощения Духа и Захвата Судьбы подходит ему как нельзя лучше, поэтому…
— Практика этого метода — дело огромной важности! Разве можно браться за него лишь потому, что он подходит?! Неужели ты не знаешь: как только Уцзинь начнёт его практиковать, в следующих двух-трёх поколениях Рода Цзи никто уже не сможет разбить ядро и сформировать Зарождающуюся Душу!
— Дедушка, прошу, не гневайтесь. Выслушайте меня.
Хотя Цзи Тайсюй и был главой клана, он оставался родным внуком Цзи Ханьшаня, да и культивацией уступал ему.
Цзи Умин мог отправиться на испытания в Море Хаоса и Демоническую область лишь благодаря покровительству Цзи Ханьшаня.
Иначе давно погиб бы в Море Хаоса.
— Если Уцзинь добьётся успеха, не беда, что следующие два-три поколения не дадут Истинных Владык Зарождающейся Души. Одного его хватит, чтобы защищать Куньлуньсюй три тысячи лет! А за три тысячи лет сменится уже семь-восемь поколений, и к тому времени появятся новые Истинные Владыки!
Говоря это, Цзи Тайсюй всё сильнее воодушевлялся и с возбуждением смотрел на деда.
— И ты настолько уверен, что Уцзинь преуспеет? Что он сможет войти в Руины Бессмертных? — мрачно спросил Цзи Ханьшань.
Десять тысяч лет назад один из патриархов Рода Цзи, достигший поздней стадии Зарождающейся Души и практиковавший Метод Поглощения Духа и Захвата Судьбы, потерпел неудачу.
Если бы его близкий друг не достиг полного совершенства Зарождающейся Души и не спас положение, Куньлуньсюй, вероятно, уже давно поделили бы между собой сильнейшие силы мира культивации Южного Неба.
Ведь практикующий Метод Поглощения Духа и Захвата Судьбы не только отбирал удачу у избранников своего поколения, но и заранее расходовал удачу собственных потомков. Стоило ему погибнуть в Руинах Бессмертных…
В Куньлуньсюе не осталось бы ни единого Истинного Владыки Зарождающейся Души, и над ним неизбежно нависла бы угроза уничтожения.
— Дедушка, прошу следовать за мной.
На губах Цзи Тайсюя появилась улыбка.
Он сразу повёл Цзи Ханьшаня к алтарю за горой. Посмотрев на покоящееся на нём тайное сокровище наследия, Цзи Тайсюй протянул руку, и на его пальце появилась нить ауры Цзи Уцзиня.
Сложив печать, он указал на алтарь.
Нить ауры мгновенно погрузилась в тайное сокровище.
Грохот!
Над алтарём взметнулось золотое сияние и заклубилась пурпурная ци, явив чудесное небесное знамение.
— Золотое сияние благих возможностей?! Откуда у Уцзиня столь могучее благоволение судьбы?!
Цзи Ханьшань не удержался от возгласа.
Это уже нельзя было назвать просто обилием благих возможностей.
Сгустить их в золотое сияние не мог даже Сюань Тяньцзун из Секты Божественного Небосвода.
Лишь у божественного сына Секты Небесного Дао, Сюаньчэня, благие возможности были необъятны, как море, и собирались в золотой свет.
— А теперь, патриарх, взгляните на удачу Уцзиня.
Цзи Тайсюй привёл в движение магическую силу и, подобно яркой солнечной радуге, влил её в тайное сокровище наследия на алтаре.
Грохот!
Золотой столп диаметром три чи (около 1 м) пронзил облака, соединив высшие небеса с глубинами преисподней.
В тот же миг магическая сила в даньтяне Цзи Тайсюя иссякла. Он побледнел; даже сила души была выжжена до капли.
Чтобы с помощью тайного сокровища наследия подробно рассмотреть удачу и благие возможности Цзи Уцзиня, требовалась огромная плата, вплоть до сокращения срока жизни.
За один этот раз Цзи Тайсюй лишился двадцати лет жизни.
И это ещё благодаря тому, что у Куньлуньсюя имелось тайное сокровище.
Иначе обычному Истинному Владыке Зарождающейся Души, пожелавшему открыть небесное око и увидеть чужую удачу, пришлось бы пожертвовать по меньшей мере сотней лет жизни.
После разрушения ядра и формирования Зарождающейся Души культиватор получал всего тысячу лет жизни. Кто без тайного сокровища наследия согласился бы отдать сотню из них, лишь бы увидеть удачу и благие возможности другого культиватора?
— Удачей он не уступает Сюань Тяньцзуну, а благими возможностями — божественному сыну Сюаньчэню… Тайсюй, кто близкий друг Уцзиня?
Цзи Ханьшань покинул Куньлуньсюй больше ста лет назад и столько же не видел Цзи Уцзиня.
Но прекрасно понимал: сам по себе Цзи Уцзинь никогда не обрёл бы подобной удачи и такого благоволения судьбы.
— Вольный культиватор, чистый сердцем, искренний и добрый. Он получил наследие Секты Небесной Воды и, вероятно, вступит в неё, достигнув полного совершенства Золотого Ядра, — слабо произнёс Цзи Тайсюй.
— Наследие Божественного Владыки Водной Первоосновы — могучего мастера, совершившего вознесение? Похоже, после десяти тысяч лет затишья для Секты Небесной Воды вновь настанет пора расцвета.
Услышав, что Чэнь Цзянхэ получил наследие Божественного Владыки Водной Первоосновы, Цзи Ханьшань немного улыбнулся, и напряжение на его лице ослабло.
Секта Небесной Воды пришла в упадок, но наследие её Божественного Владыки сохранилось.
В Роде Цзи из Куньлуньсюя остались записи о том, насколько могущественным был этот владыка в древности. Если у Уцзиня появился такой близкий друг…
То, даже если сам он в будущем не добьётся успеха…
Род Цзи из Куньлуньсюя не будет уничтожен.
— Тайсюй, ты слишком поспешил. Достаточно было рассказать мне об удаче Уцзиня. Незачем тратить годы жизни, приводя в действие тайное сокровище наследия.
Цзи Ханьшань протянул руку и направил в Цзи Тайсюя поток магической силы, помогая ему немного восстановиться. Лицо того заметно порозовело.
— Вы правы, дедушка. Я поступил опрометчиво.
— Теперь ты глава клана. Прежде чем что-либо делать, всё обдумывай и будь предельно осторожен.
— Внук запомнит ваши наставления.
— С делом Уцзиня я разобрался и согласен, чтобы он практиковал Метод Поглощения Духа и Захвата Судьбы. Впредь ресурсы Рода Цзи можно сосредоточить на нём. Умин будет помогать ему накапливать удачу и благие возможности в Море Хаоса.
— Не беспокойтесь, дедушка. Я непременно позабочусь об Уцзине.
— Хорошо. Я ухожу.
Фух…
Цзи Ханьшань не мог надолго оставаться в Куньлуньсюе. Цзи Умин был в Море Хаоса, и без его защиты малейшая неосторожность могла стоить молодому господину жизни. Море Хаоса не отличалось спокойствием мира культивации Южного Неба.
Там было множество злодеев и приверженцев демонического пути, которым плевать на приличия: сильные повсюду притесняли слабых.
Некоторые демонические культиваторы Зарождающейся Души ради изготовления сокровищ прямо нападали на культиваторов Формирования Ядра, ничуть не заботясь о достоинстве старших мастеров.
Проводив Цзи Ханьшаня взглядом, Цзи Тайсюй выплюнул кровь.
Он потерял двадцать лет жизни, полностью истощил магическую силу в даньтяне и силу души; даже жизненная сила была израсходована почти без остатка.
Такова была цена созерцания небесных знамений с помощью тайного сокровища наследия.
Но он был вынужден пойти на это.
Никто не знал его деда лучше него.
На слово Цзи Ханьшань не поверил бы. А если бы Цзи Тайсюй надавил на него властью главы клана, тот затаил бы недовольство.
Дед уже много лет жил вдали от Куньлуньсюя.
Почти два столетия в таком пристанище демонов и злодеев, как Море Хаоса, давно изменили его сердце Дао.
К тому же он был защитником Цзи Умина на пути культивации.
Естественно, ему хотелось, чтобы ресурсы Рода Цзи направлялись прежде всего Умину.
Поэтому Цзи Тайсюй и заплатил столь высокую цену: он должен был показать Цзи Ханьшаню, насколько Цзи Уцзинь важен для их рода.
Лишь тогда дед от всей души сделает ставку на Уцзиня.
«Ресурсы Рода Цзи пойдут Уцзиню, но и Чэнь Цзянхэ нельзя обойти вниманием. Судя по тому, как он проявлял себя с самого Озера Зеркальной Луны в области Южного Неба, даже если в будущем случится беда, он сможет уберечь Куньлуньсюй от гибели».
— Юйчэнь опять отправился в пещерное царство?
Чэнь Пинъань нахмурился, глядя на Чжао Мулань.
— Докладываю учителю: старший брат не хочет прибегать к Пилюле Преодоления Преграды 3-го ранга. Он сказал, что совершит прорыв в бою.
Чжао Мулань отвечала почтительно.
Теперь Му Юйчэнь, покинув пещерное царство, сразу уходил в уединение, а выйдя из уединения, снова отправлялся в пещерное царство. Увидеть его можно было лишь тогда, когда он приходил к Чжао Мулань за ресурсами. В остальное время застать его было почти невозможно.
— Ладно. С твоим младшим дядей-наставником, который так укрепляет его основу, он, возможно, пойдёт дальше меня.
Чэнь Пинъань хотел было дать ещё пару наставлений, но вспомнил о природных духовных водах, приготовленных Чэнь Цзянхэ для Му Юйчэня.
И больше ничего не сказал.
Ведь получить столько природной духовной воды и не прилагать всех сил к практике Тайного Искусства Сражения означало бы впустую растратить эти ресурсы.
Чэнь Пинъань тоже понимал, что положение изменилось.
Секте Небесной Воды больше не подходил прежний путь: отступать и идти на уступки уже не требовалось.
Развиваться по-прежнему следовало осмотрительно, однако теперь секте был нужен могучий защитник.
Чэнь Цзянхэ олицетворял надежду Секты Небесной Воды, а потому, разумеется, не мог стать её защитником, посвятив себя боевому мастерству.
Эта тяжёлая обязанность ложилась на плечи Му Юйчэня.
Что же до Чжао Мулань…
Ей, вдумчивой и внимательной к мелочам, достаточно было управлять делами секты.
— Даою Юньсинь и твой дядя-наставник Чжэн уже вернулись?
— Докладываю учителю: они вернулись два месяца назад.
— Хорошо.
Чэнь Пинъань кивнул, покинул главный зал центрального пика и вернулся к своей бессмертной усыпальнице, чтобы продолжить уединённую культивацию.
В то же время.
Пик Созерцания Луны. Передний двор Дворца Ваншу.
— Младшая сестра, тебе давно следовало приехать! Тогда мы смогли бы раньше воссоединиться в Секте Небесной Воды.
После возвращения Юньсинь услышала от Чжао Мулань о Лань И и, конечно, догадалась, почему та прибыла в Секту Небесной Воды.
Впрочем, к Лань И она и сама относилась с симпатией.
Когда-то в Секте Южного Неба они принадлежали к разным пикам, но затем вместе покинули секту.
Их связывали десятилетия дружбы, испытанной жизнью и смертью.
А то, что обе они пришли в мир культивации Южного Неба из одной секты, делало их ещё ближе.
— За возможность приехать сюда я должна благодарить даою Чэня, — с искренней признательностью сказала Лань И.
— Моего господина связывает глубокая дружба с феей Пэйяо. К тому же в Секте Небесной Воды его слово кое-что значит. Так что, младшая сестра, можешь спокойно культивировать здесь, а на досуге мы с тобой будем вместе выбираться в бессмертные города, — со смехом сказала Юньсинь.
Лань И смотрела на старшую сестру, которая вступила в Секту Южного Неба раньше неё. Всего несколько десятилетий рядом с Чэнь Цзянхэ — а какое разительное изменение! Когда-то высокопоставленная старейшина Формирования Ядра превратилась в обездоленного вольного культиватора той же стадии, растеряла прежний дух, натерпелась невзгод и, оставаясь внешне молодой, состарилась сердцем. А теперь?
Юная красавица с живыми, блестящими глазами, полная задора и подвижности, — совсем молоденькая девушка.
Сама же Лань И лицом и манерами напоминала женщину за тридцать: девичья живость давно покинула её.
— Кстати, ты ведь только прибыла в Секту Небесной Воды. Наверное, ресурсов у тебя немного. Возьми это.
Юньсинь достала сумку-хранилище.
— Старшая сестра, так не годится. Пусть я лишь недавно стала приглашённой наставницей Секты Небесной Воды, условия здесь очень щедрые: по три духовных предмета 3-го ранга среднего качества в год… Старшая сестра, ты… — Лань И осеклась.
Она ошеломлённо смотрела на Юньсинь, не веря своим глазам.
В сумке-хранилище лежало больше тридцати духовных предметов 3-го ранга среднего качества, несколько Пилюль Истинной Сущности того же ранга и качества и три духовные пилюли для души 3-го ранга среднего качества. И это действительно служанка?
Откуда у служанки столько духовных предметов?
Эти предметы Юньсинь приготовила, узнав, что Лань И приехала в Секту Небесной Воды и по рекомендации Чэнь Цзянхэ стала её приглашённой наставницей.
При её уме и проницательности разве могла она не догадаться о причине?
Наверняка дело было в Гао Пэйяо.
Поэтому Юньсинь побывала в Бессмертном городе Небесной Выси и Бессмертном городе Ледяной Стужи, где обменяла четыре духовных предмета 3-го ранга высшего качества на эти ресурсы для культивации. Во время поездки в Секту Небесного Дао в Центральной области она поняла, какой вес имеет положение Гао Пэйяо, личной ученицы главы секты.
Она узнала, насколько полезна та могла быть её господину.
А поскольку с Лань И их связывали ещё и узы прежней секты, оставить её без внимания было тем более нельзя.
— Младшая сестра, скорее забирай.
— Старшая сестра, столько ресурсов… Даою Чэнь не будет…
— Не беспокойся. Пусть мой господин и стеснён в средствах, зато наша старшая фея…
В этот момент…
Чэнь Цзянхэ, сидевший со скрещёнными ногами под каменной галереей, отозвал духовное сознание. Лицо его помрачнело от недовольства.
«Совсем распустилась! Разве можно так отзываться о собственном господине? Слишком уж много я ей позволял».
Только что он завершил практику.
И простёр духовное сознание, чтобы узнать, вернулись ли Ло Сиюэ и Юньсинь.
Как раз в этот миг он и услышал слова Юньсинь.
Что значит — он стеснён в средствах?
Почему это Ло Сиюэ вдруг богачка?
Сказала так, будто Ло Сиюэ его содержит!
«Ладно. При посторонней на этот раз пощажу её».
Чэнь Цзянхэ не стал выходить.
Судя по беседе Юньсинь с Лань И, первая вернулась совсем недавно и после приезда разговаривала с младшей сестрой впервые.
Незачем было мешать встрече двух сестёр по секте.
— Хозяин, Юньсинь вернулась! Значит, мы можем отправляться в пещерное царство?
Почувствовав, что Чэнь Цзянхэ завершил уединение, Пушок и Латяо вихрем вылетели наружу и уставились на него с надеждой.
Два года. Целых два года!
Пушок едва не сошёл с ума от безделья.
У него уже нестерпимо чесались руки: так и хотелось найти демонического зверя и всласть подраться.
Латяо тоже стремился сразиться со зверями, но побуждения у него были иными, чем у Пушка: он хотел охотиться и пожирать души.
А ещё вынимать блестящие звериные глаза и собирать их.
У него уже накопилось множество таких глаз, и каждый сиял, словно драгоценный камень.
Алые, синие, зелёные, белые, пурпурные и даже похожие на россыпь звёзд.
По мнению Латяо, красивее ничего не было.
Всякий раз в свободное от культивации время он доставал звериные глаза, внимательно разглядывал и любовно перебирал их.
Если бы он не боялся, что Пушок начнёт отнимать его сокровища, то выложил бы все глаза и культивировал прямо среди них.
— Пока возвращайтесь к практике. Когда придёт время идти в пещерное царство, я вас позову, — хмуро сказал Чэнь Цзянхэ.
Пушок и Латяо немедленно умчались в задний зал.
Прибежали они быстро, а убежали ещё быстрее.
Когда гневался Сяо Хэй, худшее, что им грозило, — взбучка. С виду он лупил крепко, а на деле это было всё равно что почесаться.
По-настоящему бить их он не решался.
Но Чэнь Цзянхэ был другим.
Тогда он одним ударом меча рассёк красную сосну с драконьим узором, не проявив ни тени колебания.
Их хозяин казался добряком, но в гневе становился беспощаднее всех.
Иначе как бы он держал в узде ту злобную черепаху, Черепашьего Владыку?
Глядя на удирающих поджав хвост Пушка и Латяо, Чэнь Цзянхэ не находил слов. Юньсинь только вернулась из поездки.
А им уже хочется, чтобы она вела их в пещерное царство.
Разве не безобразие?
Нужно же дать Юньсинь отдохнуть.
Выбросив эти мысли из головы, Чэнь Цзянхэ достал жемчужину души и приступил к главе Закалки Души из Истинного Толкования Управления Душами.
За последние два года он переработал те четыре духовные пилюли закалки тела 3-го ранга высшего качества.
Сила его тела достигла силы двадцати двух драконослонов. Без ресурсов практиковать Искусство Девяти Превращений Восполнения Небес было слишком трудно.
Зато при достатке ресурсов продвижение шло очень быстро.
Он мог принимать по одной духовной пилюле закалки тела 3-го ранга высшего качества в месяц и за год увеличивать силу на шесть драконослонов.
А вот культивация души росла стремительно.
Жемчужину души средней стадии 3-го ранга он уже полностью переработал. Даже жемчужина поздней стадии была усвоена наполовину. Ещё самое большее два года — и он переработает её целиком.
Мощь его духовного сознания уже достигла пяти тысяч чжанов (около 16,7 км). Иными словами, при полном напряжении он мог охватить область радиусом тридцать три ли (около 16,5 км). Сила управления предметами достигла четырёх тысяч цзюней (около 60 тонн). Даже не прибегая к техникам атаки души, одним грубым прямым ударом духовного сознания он мог тяжело ранить душу культиватора начальной стадии Формирования Ядра.
По меркам обычных магических культиваторов его душа уже давно достигла поздней стадии Формирования Ядра.
Но душа Чэнь Цзянхэ отличалась от обычной, к тому же он практиковал Истинное Толкование Управления Душами.
Поэтому его собственная культивация души была ещё далека от поздней стадии Формирования Ядра.
Однако чем сильнее становилась душа, тем больше ресурсов требовалось для дальнейшей практики.
Даже переработав до конца эту жемчужину души поздней стадии 3-го ранга, он не обязательно сумеет расширить дальность духовного сознания до пяти тысяч ста чжанов (около 17 км).
В дальнейшем потребность Чэнь Цзянхэ в душах демонических зверей будет лишь расти.
Пушок и Латяо должны как можно скорее достичь поздней стадии 3-го ранга: только тогда он сам сможет беспрепятственно дойти до поздней стадии Формирования Ядра.
Иначе его остановит либо душа, либо тело.
Вольному культиватору приходилось нелегко.
«Интересно, какой метод культивации души практикует Сюаньчэнь? Впрочем, за ним стоит Секта Небесного Дао, так что о ресурсах ему беспокоиться не приходится». Порой Чэнь Цзянхэ казалось, что он переоценил свои силы.
Но поделать с этим он ничего не мог.
Совместная культивация магической силы, тела и души наверняка давала огромные преимущества.
Иначе Цзи Уцзинь, говоря о Сюаньчэне, не смотрел бы с такой завистью.
Если бы любой культиватор мог одновременно развивать все три составляющие, каждый прямой наследник величайших сил выбрал бы этот путь.
Особенно такие наследные молодые господа, как Цзи Уцзинь.
Прошло шесть часов.
Чэнь Цзянхэ медленно открыл глаза, поднялся, убрал подушку и подошёл к Знамени Управления Душами, направив внутрь нить духовного сознания.
Он вызвал Золотой список печатей душ и посмотрел на лотосовую кровавую печать, залитую ярким золотым сиянием.
Цин Лиян совершал прорыв. Для иньского духа это можно было назвать и преображением.
Переход с поздней стадии иньского духа к полному совершенству требовал немалого времени.
Ощущая ужасающую мощь, исходившую от лотосовой кровавой печати…
Чэнь Цзянхэ радовался.
Чем сильнее становился Цин Лиян, тем больше пользы мог ему принести.
Но лишь при одном условии: всё должно оставаться под контролем Знамени Управления Душами. Иначе дух мог обратиться против хозяина.
После повышения ранга знамени Чэнь Цзянхэ уже мог управлять иньскими духами полного совершенства Формирования Ядра.
Затем он посмотрел на печать души Цин Ифэна. Всё оставалось как прежде, без малейших изменений.
Видимо, Секта Реки Забвения пока не придумала, как справиться с Цин Ифэном.
Вообще-то справиться с ним было легко. Трудно было снять оковы Знамени Управления Душами.
Особенно теперь, когда знамя стало сокровищем 6-го ранга.
Чэнь Цзянхэ вывел сознание из знамени и покинул задний двор.
Лань И уже ушла.
Юньсинь вернулась в боковой зал для практики.
Чэнь Цзянхэ передал ей мысленное сообщение и позвал наружу.
— По дороге ничего не случилось? — спросил он, увидев её.
— Господин так добр ко мне, — растроганно сказала Юньсинь.
Всякий раз, когда она возвращалась из поездки, Чэнь Цзянхэ первым делом спрашивал не о добыче, а о том, благополучно ли всё прошло.
Так же было и перед каждым уходом с горы Пурпурных Облаков.
Он снова и снова напоминал ей: главное — безопасность, а духовные предметы и ресурсы второстепенны.
Потерянные сокровища можно раздобыть вновь.
Но потерянной жизни уже не вернуть.
— Знаешь, что я к тебе добр, а сама позоришь господина перед посторонними. Бессовестная! — Чэнь Цзянхэ протянул палец и крепко ткнул её в межбровье.
— Господину не подобает подслушивать, как служанка беседует с младшей сестрой.
Чэнь Цзянхэ застыл. Ещё не успел толком начать наступление, а уже получил ответный удар.
— Хи-хи, я ведь говорила правду. Старшая фея и правда богаче господина. Впрочем, всё её — ваше.
— Ладно, хватит об этом. Ты видела Синьянь и Жусюй?
Чэнь Цзянхэ принял серьёзный вид и перешёл к делу.
— Вторая фея отправилась на испытания в пещерное царство, поэтому я встретилась только с младшей. Она как раз тоже собиралась на алхимическое собрание.
— Как Жусюй живётся в Секте Небесного Дао? Какова теперь её культивация? Нет ли у неё каких-нибудь трудностей?
Чэнь Цзянхэ задал сразу несколько вопросов.
За семьдесят лет разлуки он очень соскучился по Чжуан Синьянь и Цзян Жусюй.
— Младшая фея — последняя личная ученица верховного старейшины, в Секте Небесного Дао её никто не обижает. Она уже достигла поздней стадии Формирования Ядра. Старейшина Чжэн говорит, что её познания в алхимии очень глубоки: она может изготовить практически любую духовную пилюлю 3-го ранга.
Юньсинь с улыбкой добавила: — Если у младшей феи и есть трудность, то лишь одна: она слишком выдающаяся, и за ней увивается множество учеников Секты Небесного Дао. Хи-хи… — Услышав это, Чэнь Цзянхэ улыбнулся.
Главное, чтобы у Цзян Жусюй всё было хорошо.
А внимание учеников Секты Небесного Дао было неизбежно.
Слишком выдающейся культиваторше непременно приходилось с этим сталкиваться. Тем более Цзян Жусюй была гением алхимии.
На пути алхимии она, как госпожа Цзинхун на пути меча, поражала талантом и сияла ослепительным светом.
Кроме того, обрести Цзян Жусюй в качестве спутницы Дао означало получить рядом грандмастера алхимии 3-го ранга.
Если же в будущем она разобьёт ядро и сформирует Зарождающуюся Душу, то станет грандмастером алхимии 4-го ранга.
Ведь у Цзян Жусюй было Золотое Ядро с семью узорами, а значит, и надежда на формирование Зарождающейся Души.
Было бы странно, если бы у столь одарённой девушки не нашлось поклонников.
— Ты разговаривала с Жусюй?
— Конечно! Узнав, что я служанка господина, младшая фея сразу меня разыскала.
Юньсинь ненадолго замолчала, а затем продолжила: — Она хотела приехать к вам, но я обманула её: сказала, что господин скоро сам отправится в Центральную область повидать их.
— Господин, я поступила неправильно?
— Э-э…
Чэнь Цзянхэ подумал и покачал головой: — Нет, ты всё сделала верно. Им безопаснее оставаться в Секте Небесного Дао.
Он и сам теперь жил под постоянной угрозой гибели.
Приезд Цзян Жусюй мог принести ему огромную пользу, но здесь она была бы далеко не в такой безопасности, как в Секте Небесного Дао.
Пока ни ей, ни Чжуан Синьянь не следовало приезжать в Секту Небесной Воды. Лучше всего было остаться там.
— А Синьянь? Как она?
— Младшая фея очень обрадовалась, увидев волшебные мечи, которые вы приготовили для второй феи: та как раз собирает всё необходимое для изготовления Семи Мечей Большой Медведицы. Но я заметила в глазах младшей феи разочарование. Господин, вам следовало передать подарок и ей.
Юньсинь говорила серьёзно.
— Подарок?
Чэнь Цзянхэ закатил глаза, не зная, что сказать.
Он заботился о культивации Чжуан Синьянь и передал ей сокровища. С каких пор это стало подарком?
— Да, пусть даже какую-нибудь мелочь. Ведь младшая фея думает о вас день и ночь!
Чэнь Цзянхэ каждый день упорно культивировал и продумывал будущее. Когда ему было думать ещё и о подарках?
Он старался помогать им во всём, в чём мог.
Просто так сложилось, что он мог помочь Чжуан Синьянь, и потому поручил Юньсинь отвезти шесть Мечей Яогуан.
А передавать сокровище Цзян Жусюй?
Она ведь не практиковала Искусство Меча Большой Медведицы. Ничего подходящего у него и не было.
— Кхм… Обсудим в следующий раз.
— Пф, господин совсем не разбирается в женских чувствах.
— Не отвлекайся. Культивация Синьянь продвинулась?
— Младшая фея сказала, что вторая уже достигла средней стадии Формирования Ядра, а в Искусстве Меча Большой Медведицы довела Меч Небесной Жемчужины до великого достижения.
— Меч Небесной Жемчужины — до великого достижения?
Чэнь Цзянхэ сглотнул.
«Неужели Истинный Владыка Северного Полюса был женщиной? Точно, наверняка женщиной! Это искусство меча просто не предназначено для мужчин».
Сам он пока достиг лишь малого достижения Меча Тяньцюань.
А Чжуан Синьянь уже довела Меч Небесной Жемчужины до великого достижения. Иначе говоря, она почти догнала госпожу Цзинхун по владению мечом на средней стадии Формирования Ядра.
— По словам младшей феи, её учитель очень высоко оценивает талант второй феи к пути меча. Кстати, я ещё встречалась с феей Пэйяо. Она тоже сказала, что вторая фея очень талантлива. Сейчас та уже известна в Центральной области как фея меча.
— Господин, младшая фея сказала, что Искусство Меча Большой Медведицы вторая получила от вас. Значит, ваше мастерство должно быть ещё выше? — с любопытством глядя на Чэнь Цзянхэ, со смешком спросила Юньсинь.
— Искусство Меча Большой Медведицы могут практиковать только женщины. Я никогда его не практиковал, — с совершенно серьёзным видом заявил Чэнь Цзянхэ.
— А? Только женщины?!
Юньсинь растерялась, а затем с сожалением сказала: — Фея Пэйяо говорила, что это искусство очень могущественно. Как жаль, что вы не можете его практиковать.
— А ты хочешь попробовать?
— У меня нет таланта к пути меча, так что лучше не стану, — искренне глядя на Чэнь Цзянхэ, ответила Юньсинь, прекрасно сознававшая свои возможности. Он лишился дара речи.
За короткую беседу, длившуюся всего с одну курительную палочку благовоний, она успела пять-шесть раз поставить его в тупик.
— Кхм… Ну а… каковы результаты твоей поездки в Центральную область?
— Всё здесь.
Юньсинь достала сумку-хранилище.
Чэнь Цзянхэ взял её, встал и направился на задний двор. Сейчас ему совершенно не хотелось продолжать разговор.
— Господин, тридцать две духовные пилюли закалки тела 3-го ранга высшего качества там — это вам подарок от младшей феи!
Услышав это, Чэнь Цзянхэ прибавил шагу.
Он вернулся на задний двор.
Посмотрев на каменную галерею, Чэнь Цзянхэ всё же предпочёл прыгнуть в лотосовый пруд и уже рядом с Золотым Лотосом Изумрудной Воды изучить содержимое сумки. «Восемьдесят семь духовных пилюль закалки тела 3-го ранга высшего качества! Недаром это алхимическое собрание охватывает весь мир культивации Южного Неба. Удалось раздобыть столько пилюль!» Тридцать две из них подарила ему Цзян Жусюй.
Остальные пятьдесят пять Юньсинь и старейшина Чжэн выменяли у других участников.
Помимо этих восьмидесяти семи духовных пилюль закалки тела 3-го ранга высшего качества, нашлось ещё четыре вида духовных материалов 3-го ранга высшего качества для трупных марионеток.
Можно было сказать, что во время поездки в Центральную область Юньсинь выжала из взятых духовных предметов всё возможное.
Все они превратились в нужные ресурсы.
На этот раз Чэнь Цзянхэ поручил ей прежде всего раздобыть духовные пилюли закалки тела 3-го ранга высшего качества.
Если купить их никак не удастся, следовало постараться выменять духовные материалы 3-го ранга высшего качества для трупных марионеток.
Получить столько ресурсов за духовные предметы стоимостью чуть больше трёх тысяч Духовных камней — Чэнь Цзянхэ был очень доволен.
Заслуга Юньсинь была велика.
Конечно, старейшину Чжэна тоже следовало поблагодарить лично.
— Эх…
Вспомнив Чжуан Синьянь и Цзян Жусюй, Чэнь Цзянхэ беспомощно вздохнул. Он всегда держал слово: сказанное непременно исполнял.
Но перед этими двумя девушками своего слова не сдержал.
Тогда, отвечая на их вопросы, он сослался на слабую культивацию, с которой ещё не мог прочно обосноваться в области Южного Неба, и отложил окончательный ответ до Формирования Ядра. А теперь он был уже на средней стадии.
«Если сумею вместе с Сиюэ выйти из Пещерного царства Снежного Края, отправлюсь в Центральную область».
Чэнь Цзянхэ принял решение.
К тому времени он, возможно, уже достигнет полного совершенства Золотого Ядра и сможет отправиться в Центральную область с некоторой уверенностью в своих силах.
Даже встретив божественного сына Секты Небесного Дао Сюаньчэня, он хотя бы не лишится удачи.
Всякий раз, думая о девушках, он чувствовал, что слишком многим перед ними в долгу.
Но ничего не мог поделать.
Это был мир культивации. Без достаточной силы малейшая неосторожность могла стоить жизни.
Он не смел легкомысленно давать обещания.
Затем Чэнь Цзянхэ сосредоточился, отбросил посторонние мысли и с помощью Золотого Лотоса Изумрудной Воды успокоил смятенное сердце.
Спустя время горения одной курительной палочки.
Чэнь Цзянхэ вышел из лотосового пруда, мысленно позвал Пушка и передал ему сорок духовных пилюль закалки тела 3-го ранга высшего качества.
А также сто Пилюль Истинной Сущности 3-го ранга среднего качества и двадцать — 3-го ранга высшего качества.
— Хозяин, столько ресурсов?! Я ещё и прошлые не израсходовал! — удивлённо воскликнул Пушок.
В прошлый раз Чэнь Цзянхэ дал ему немало ресурсов, которых хватило бы ещё на год культивации, а теперь передавал новую гору.
Этого хватит на следующие шесть лет практики.
— Когда войдёте в пещерное царство, помни: больше не действуй опрометчиво. Достигнешь поздней стадии 3-го ранга — тогда возможностей посражаться будет сколько угодно, — сказал Чэнь Цзянхэ, похлопав Пушка по плечу.
— Да, хозяин, я обязательно… Войдём в пещерное царство?!
Пушок вдруг опомнился и восторженно посмотрел на Чэнь Цзянхэ. Счастье обрушилось слишком внезапно: всего около часа назад хозяин велел ему ещё немного подождать.
Кто бы мог подумать, что около часа — это тоже «немного»!
Свист!
Латяо вылетел из заднего зала, извивая в воздухе змеиное тело длиной три чи (около 1 м). Его голова цзяо была гордо поднята, драконьи глаза сияли радостью.
— Пещерное царство? Мы отправляемся в пещерное царство?!
— Не беспокойтесь, хозяин! На этот раз я обязательно буду прилежно учиться у брата Пушка разделке демонических зверей!
Латяо говорил с восторгом.
Глядя на возбуждённых Пушка и Латяо, Чэнь Цзянхэ беспомощно улыбнулся, достал талисман управления духовными зверями и убрал их внутрь.
Затем снова вышел с заднего двора.
Юньсинь только вернулась из Центральной области, ещё не успела успокоиться и приступить к практике, а ей уже предстояло снова идти в пещерное царство.
Чэнь Цзянхэ было немного жаль её, но время поджимало. Он не мог позволить себе слишком долго считаться с её чувствами.
Дни уходили один за другим, срок похода в Пещерное царство Снежного Края приближался.
А он всё ещё оставался на средней стадии Формирования Ядра.
С такой культивацией отправиться туда означало обречь себя на смерть.
Он должен был как можно скорее достичь поздней стадии Формирования Ядра, чтобы справиться с любой неожиданностью.
Даже если войти в Пещерное царство Снежного Края придётся раньше срока.
С культивацией поздней стадии он хотя бы сможет защитить себя.
— Господин, вы очень тронуты?
Увидев вышедшего Чэнь Цзянхэ, Юньсинь с улыбкой поспешила навстречу. Когда Цзян Жусюй достала тридцать две духовные пилюли закалки тела 3-го ранга высшего качества, она сама была потрясена.
Младшая фея была так добра к господину!
Совсем как старшая фея: готова отдать ему всё.
Глядя на её весёлое лицо и думая о том, что предстояло сказать, Чэнь Цзянхэ ощущал бессилие. Но промолчать не мог.
— Юньсинь, мне нужно, чтобы ты снова отвела Пушка и Латяо в пещерное царство.
— В пещерное царство?
Юньсинь застыла, а затем в её прекрасных глазах вспыхнула радость.
Загружаем комментарии…