— М-м-м...
Придя в себя, Пхун Хван тяжело вздохнул. Его взгляд, обращенный на сидящего перед ним Чжинму, был полон сожаления.
— Прошу прощения. Моя болезнь…
Он говорил так, будто находился в глубочайшей депрессии.
«Да уж, я чуть не сдох, даже не успев найти вторую половину Искусства Разума Двух Начал».
Если бы был способ привести старика в чувство, Чжинму сразу бы им воспользовался. Но какой смысл вмешиваться, просто долго наблюдать и получить в итоге внутренние травмы?
«Какого хрена, вообще? Я не понимаю, почему я так бешу этого безумного старика».
После того как Пхун Хван успокоился, лица окружающих, улыбающиеся после тяжелой работы, выражали облегчение и… глубокое удовлетворение.
Они, должно быть, досмотрели бой до самого конца. Чертовы даосы Конрюна!
Более того, когда Чжинму осознал, что старик якобы «узнал» в нем Владыку Сапэчхона, его пробил холодный пот.
«С какой стати мое тело вообще напоминает им этого великого и крутого Хёкрён Мугана?»
Это бессмыслица. Их даже сравнивать нельзя.
Понимая, что Чжинму даже не пытается скрыть свое раздражение, Пхун Хван почувствовал еще большую неловкость.
— Мастер, вы перегнули палку. Вы перепутали даоса Чжинму, Меча Удана, со злейшим врагом Праведной Фракции из Сапа, — проворчал Ун Ам, наливая чай в пиалу, стоявшую перед Пхун Хваном.
«И ты туда же, сопляк!»
Чжинму лишь поначалу блокировал атаки, но потом заметил, как глава Конрюна и остальные просто стоят и с удовольствием наблюдают за боем. И как бы Ун Ам ни пытался защитить его сейчас, само слово «враг» сильно раздражало. Тем более, что этот молодой даос никогда в жизни не видел Владыку.
— …Ты прав. Я слышал, что этот злодей мертв. Это все мое безумие.
— …
«И этот ребенок тоже? Мое уважение к Пхун Хвану истончается, как весенний лед».
— В любом случае, мастерство Удана поразительно. Слышал, ты заблокировал Восемь Форм Облачного Дракона, в которые я вложил всю свою силу, за семь секунд?
— Точнее, за шесть, — недовольно буркнул Чжинму.
— …
— Поток Хлопковой Ладони прервался на седьмой секунде, и я едва не умер на восьмой.
Услышав ворчание Чжинму, Пхун Хван тепло улыбнулся:
— Хо, неужели ты и правда собирался победить?
— Предок действительно намеревался меня убить.
— …Мне очень жаль.
Смутившись, Пхун Хван молча поднял пиалу с чаем и отвернулся.
«Ему просто неловко, вот он и притворяется, что пьет чай. Если тебе действительно жаль, разве ты не должен подарить мне что-нибудь, как это делают в других школах? Например, какой-нибудь священный эликсир Конрюна или, скажем… фрагменты Искусства Разума Двух Начал?!»
Чжинму сверлил его сердитым взглядом, но Пхун Хван сделал вид, что ничего не замечает, и посмотрел на Ун Ама.
— Ун Ам.
— Да, Мастер.
— Пока даос Чжинму будет гостить у нас, ты многому научишься. Это поспособствует твоему развитию.
— Разумеется! Если вы позволите, мое тело прямо-таки чешется от желания сразиться! — Ун Ам сжал кулаки, тяжело дыша от возбуждения.
«Сразиться? С кем? С этим зеленоглазым юнцом, переполненным добрыми намерениями? Да он свалится замертво через секунду после начала!»
— И это касается не только меня, Мастер!
— Что?
— Даже ученики первого поколения выстроились в очередь и слоняются вокруг Павильона Небесного Дракона, надеясь получить от него наставления!
— Хо? Прекрасно. Правильно. Традиционно, тренировки важны для воина, но куда больше можно получить через реальный бой.
— Да, Мастер!
Ун Ам посмотрел на Чжинму горящими глазами. Казалось, он вот-вот начнет нести какую-то восторженную чушь.
«Спарринги? Вы издеваетесь?!»
Чжинму казалось, что он превращается в сварливого старика, которому постоянно досаждают эти полные благих намерений праведники.
«Я даже не думал о таком, чертовы надоедливые даосы!»
— Итак, как долго даос Чжинму планирует оставаться в Конрюне?
Почему каждый первый задает один и тот же вопрос?
— Я еще не решил.
— Вот как?
Пока Чжинму сохранял напускное равнодушие, Пхун Хван медленно поднялся и посмотрел в окно.
— Ох, я не знаю, почему каждый раз творю подобное. Столько всего было разрушено. Я и подумать не мог, что злодей Хёкрён Муган нападет на Удан в самый разгар Великой Войны. Слишком многие тогда погибли… Даже если Чхоль Чжи Рян остановил меня в тот раз, я должен был пойти и помочь Удану…
Ун Ам с сочувствием посмотрел на лицо Пхун Хвана, полное глубокого раскаяния.
Но кого он пытается обмануть? Чжинму прекрасно понимал, что старик просто придумал неубедительное оправдание, чтобы облегчить свое чувство вины.
В любом случае, Чжинму нужно было достичь своей цели. Пхун Хван был бывшим Главой ордена и самым старшим в Конрюне. Даже нынешний Глава, управляющий всеми делами, не смог бы проигнорировать его влияние.
«Если меня не пустят в архив открыто, я обшарю каждую книжную полку. А если не найду там, перерою все павильоны, начиная с Павильона Небесного Дракона и заканчивая малейшими сараями».
Как и в Чхонсоне, подсказка должна быть где-то спрятана.
«Найти ключ в тот раз было настоящей удачей, посланной небесами. Но в этот раз, если я найду хоть малейшую зацепку, я раскопаю всё дно этого ордена».
— Предок.
— Говори.
— У меня тоже есть огромное желание поучиться у учеников Конрюна в спаррингах.
— Хо? Правда? — Пхун Хван с радостью посмотрел на Чжинму.
«Дай мне то, что я хочу».
— Но у меня есть к вам одна просьба.
— Озвучь ее.
— Я хочу прочувствовать атмосферу Даосизма в Конрюне.
— Атмосферу Даосизма?
— Да. Историю, боевые искусства, самую суть вашего ордена.
— Хм.
Пхун Хван тихо посмотрел на Чжинму и кивнул. Услуга за услугу.
— Хе-хе, как я могу отказать? Я передам просьбу Главе, чтобы Меч Удана мог свободно перемещаться по главной горе.
«Отлично! Разрешение получено, осталось только найти чертов манускрипт».
— Ун Ам.
— Да, Мастер.
— Сопроводи даоса Чжинму. Хотя наши идеалы несколько разнятся, Удан — это еще один корень Даосизма на Центральных Равнинах, наряду с нашим Конрюном. Иди с ним, учись тому, что он видит, слышит и чувствует.
— Слушаюсь!
«А? Что? Этого не было в уговоре!»
Чжинму нахмурился и обратился к Пхун Хвану:
— Вы имеете в виду, что даос Ун Ам пойдет со мной?
— Разумеется! Ха-ха!
— …
Пока Пхун Хван смеялся, Ун Ам смотрел на Чжинму глазами, полными невероятного энтузиазма.
— Пожалуйста, наставляйте меня в будущем, даос Чжинму!
«К моему хвосту снова прилипла заноза. Бесполезный багаж и надзиратель в одном лице».
Павильон был настолько огромен, что три его этажа делились на двенадцать залов каждый, и в каждом стояли десятки книжных шкафов. Только в этой библиотеке хранились десятки тысяч томов.
Чжинму, вошедший в первый зал вместе с Ун Амом, чтобы изучить базовые книги по боевым искусствам, не мог закрыть отвисшую челюсть.
«Как же здесь просторно! И сколько тут всего!»
Когда он собирается всё это прочесть? Это займет целую жизнь!
Ему невероятно повезло в Чхонсоне. Тогда он сразу наткнулся на строчку, в которой был ключ к разгадке. И даже это стало возможным только благодаря вмешательству Дан Се Рён.
«Может, стоило притащить эту чертову девчонку с собой?»
Чжинму внезапно покосился на Ун Ама. Лицо того сияло от предвкушения. Возможно, в этот раз слепая курица найдет свое зерно…
— Даос Ун Ам.
— Да!
Чжинму язык не поворачивался называть его «шишу» (младший боевой дядя). Называть кого-то дядей только потому, что у того уровень внутренней энергии чуть выше, было оскорблением его гордости. Впрочем, Ун Ама это, похоже, совершенно не волновало.
— Вы знаете, кто был Главой Конрюна около ста лет назад?
— Сто лет назад?
— Да.
Ун Ам склонил голову набок, всем своим видом выражая непонимание, к чему такие вопросы.
— Если сто лет назад, то это прямо перед поколением моего Мастера… Значит, это предок Му Хён.
Му Хён.
Изучать историю Конрюна с самого начала слишком долго. На это уйдут годы, если только ты не родился в клане Чжугэ с их врожденным талантом запоминать всё с первого взгляда или не обладаешь даром скорочтения.
Чтобы сэкономить время, нужно начать с записей Му Хёна, который правил орденом сто лет назад.
— Есть ли какие-нибудь книги или записи, которые он оставил после себя при жизни?
— Конечно, есть.
«Так я и знал!»
— Где они?
— Записи, касающиеся его правления, скорее всего, находятся в Зале Истории на третьем этаже.
«Зал Истории!»
На губах Чжинму расплылась широкая ухмылка. Он пока не знал, сможет ли этот парень найти зерно, но как проводник он был очень полезен.
— Идем.
— А? А как же книги здесь?
Чжинму проигнорировал вопрос Ун Ама и направился прямиком на третий этаж.
«Их всё еще слишком много».
Но он собирался сосредоточиться исключительно на истории Му Хёна.
Чжинму нашел тихое место у стены и сел на пол.
— Следующая.
По команде Чжинму Ун Ам вытащил с полки десяток книг и тоже сел читать, разложив их перед собой. Это было слепое подражание, проистекающее из огромного уважения к Мечу Удана.
Он читал и перечитывал, поклявшись себе, что если Чжинму найдет здесь что-то ценное, то он тоже должен это обрести.
Так, в тишине и «близости», время для них двоих летело незаметно.
Сколько часов прошло в попытках выудить тайный смысл из сухих исторических строк? Наступила ночь или уже занялся рассвет? Время просто текло сквозь пальцы.
И хотя Ун Ам понятия не имел, что именно ищет Чжинму, одно поражало его до глубины души.
Концентрация.
Она была пугающей. Любой бы решил, что перед ним ученый, готовящийся к сдаче сложнейшего государственного экзамена. Чжинму читал страницу за страницей, не выказывая ни малейших признаков скуки.
«Я просто устал. Но я ни за что не сдамся!»
Утробное рычание от невыносимого голода звенело в ушах, но Ун Ам терпел до последнего. Пусть боевые искусства — это одно дело, но он не хотел проиграть даже в концентрации и настойчивости. Этот человек почти сравнялся по силе с его мастером. Этот человек нес волю своего ордена. Это была битва гордости между Уданом и Конрюном!
— …
С каких это пор?
Чжинму тупо уставился на Ун Ама.
«Этот придурок вообще знает, что я ищу?»
То, что искал Чжинму, было лишь короткой фразой или подсказкой, но Ун Ам читал и запоминал тексты наизусть, словно собирался стать чиновником.
«Вот же гребаный идиот».
Он догадывался, что Ун Ам хотел извлечь из этого какую-то выгоду, но в глазах Чжинму это выглядело как слепое подражание. Истинный дурак из Конрюна.
— Даос Ун Ам.
— Да!
— Я проголодался.
— А!
Ур-р-р!
Словно в ответ, желудок Ун Ама издал могучий рев, сотрясший тишину зала.
— Понял.
— Пойдем.
— Да!
Было уже далеко за полночь, когда они вдвоем, расставив книги по местам, направились к Павильону Небесного Дракона. Поскольку они вошли в павильон Хёнчхон около девяти утра, то провели за чтением более пятнадцати часов. Мало того, что глаза грозили выпасть из орбит, так они еще и пропустили два приема пищи.
Первый день провалился. Но сдаваться нельзя. Нужно найти этот манускрипт любой ценой.
Чжинму принял твердое решение и провалился в сон в выделенной ему комнате.
Наступил следующий день. И еще один. Прошло пять дней с тех пор, как они начали посещать Зал Истории.
— А-а-а-а! Какого хрена?!
Терпение Чжинму лопнуло.
Он прочитал все записи, касающиеся Му Хёна, но это было всё. Почему там так много бесполезной истории?! И даже протерев глаза до дыр, он не нашел ни одной подозрительной строчки.
— Гр-р-р, проклятье… Почему всё должно быть так сложно?!
Ун Ам вздрогнул, увидев Чжинму, готового разрыдаться от разочарования, и на мгновение задумался, не сошел ли Меч Удана с ума.
Загружаем комментарии…