КРА-А-АШ!
Одна из резных деревянных стен павильона Чхонрю разлетелась в щепы, словно от внутреннего взрыва.
— Кха!..
Там, где секунду назад была лишь пустая тень, раздался сдавленный стон, и на деревянный настил кубарем выкатился человек в темной маске.
А ведь еще мгновение назад там действительно никого не было видно.
— И долго ты собирался там шуршать, паршивец? Я уже заждался.
— ……
Глаза лазутчика в маске сузились от потрясения.
Следуя за догадкой Янчхуна, он проник в павильон Чхонрю под покровом ночи.
Хозяйка Ли Хян Ран и неизвестный гость сидели за низким столиком и неспешно распивали вино.
Подобраться ближе мешали посты охраны, но затем женщина неожиданно отослала всех слуг прочь.
«Идеальная возможность».
Человек в маске попытался подобраться ближе, рассчитывая в деталях разглядеть лицо таинственного чужака.
Тот сидел, склонив голову, так что спутанные волосы скрывали черты.
Шпион искренне верил в свое непревзойденное искусство скрытности.
Однако стоило ему подобраться на расстояние удара, как он в ужасе осознал, кто перед ним.
«Меч Удана»! Каким бы скрытным ни был разведчик Хаомун, он не мог не знать это лицо.
Проверка окончена.
Лазутчик решил, что продолжать слежку бессмысленно и пора уходить, но в ту же долю секунды Чжинму молниеносно метнулся вперед и буквально вырвал стену вместе с прятавшимся за ней шпионом.
— С каких это пор Хаомун стал работать так неуклюже? Се Чхан совсем обленился, раз держит таких бездарей?
Чужак знал его принадлежность к клану! Более того — он назвал Владыку Мён Се Чхана по имени, словно старого собутыльника!
И… он ждал его?
Неужели этот даос намеренно устроил погром в Чжинхэру, чтобы выманить агентов Хаомун?!
— Чего зыркаешь? Глаза выколю.
— ……
— Ты что, один приперся?
— ……
— Какое разочарование. Я рассчитывал, что прибудет хотя бы человек пять или шесть. Я ведь так старался, показывал вам и то и се, даже с охраной подрался, как последний головорез.
— ……
— Хватит молчать и пялиться на меня как баран. Иди сюда, садись. Выпей чарку.
— ……
«Он что, безумен? Какое еще застолье в таком положении?!»
Это было за гранью всякого здравого смысла.
Человек в маске лихорадочно прикидывал пути к отступлению.
Сколько мастеров во всем Муриме способны сойтись лицом к лицу с «Мечом Удана» и выжить? Бежать! Немедленно раствориться в темноте!..
— Эй, я прямо слышу, как у тебя шестеренки в башке скрипят. Даже не думай делать ноги. Хуже будет.
Чжинму, скрестив ноги и уперев руки в бока, холодно наблюдал за лазутчиком.
Шу-у-ух…
Внезапно человек в маске рухнул в густую тень несущей колонны и в мгновение ока растворился в ней.
Ли Хян Ран, наблюдавшая за этой сценой, затаила дыхание, не веря собственным глазам.
Только что живой человек стоял прямо перед ней — и вдруг исчез без следа, словно дух.
— Твою мать. Ну если не умеешь — так не берись.
Чжинму устало покачал головой и вздохнул.
Скрытность. Пускай это уловка для трусов, но техника прятаться в тенях действительно требовала мастерства.
Глазами Чжинму действительно не видел беглеца.
Однако задолго до его появления духовное восприятие Чжинму затопило весь павильон, и он без труда ощущал, как лазутчик ползет по полу на брюхе.
Шпион изо всех сил прижимался к доскам, стремясь слиться с поверхностью… но двигался при этом медленнее черепахи.
«Да любая гусеница или улитка поползет быстрее тебя, недоумок. Уж лучше бы применил технику легких шагов и рванул напрямик — хоть бы побегал за тобой для разминки».
Прошло уже порядочно времени, а беглец продвинулся всего на какие-то полчжана.
— ……
Чжинму это порядком надоело.
Если уж посылают кого-то, прислали бы матерого зубра.
А тут притащилась какая-то бездарность…
Сделав ленивый шаг в сторону, Чжинму заметил, как невидимка вздрогнул и резко сменил направление.
«Ой, надо же. Испугался и пополз прямо ко мне под ноги».
Шлеп.
Остановившись у самого края густой тени, Чжинму медленно присел на корточки.
— Эй.
— ……
— Вылезай давай.
— ……
— Считаю до трех. Будешь упрямиться — я тебя так отделаю, что костей не соберешь. Я не шучу.
— ……
— Раз, два, три.
Хвать! Треск! Рывок!
— ……!
Едва скороговоркой выпалив счет, Чжинму вонзил руку прямо в черную тень и выволок человека наружу за воротник.
— Я же предупреждал, что убью?
— ……!
В расширившихся от дикого ужаса зрачках шпиона отразился приближающийся кулак.
БАМ!
— Кха-а!
Это был единственный звук, который он успел издать.
Бах! Бум! Хрясь!
Мир вокруг завертелся безумным калейдоскопом.
Чьи-то удары сыпались со сверхъестественной скоростью… Но хуже всего было то, насколько они были болезненны. Невыносимо, чудовищно болезненны!
Самое поразительное, что он даже не терял сознания: чем больше ударов обрушивалось на его тело, тем острее становилась боль и тем яснее — затуманенный рассудок.
Получив несколько десятков сокрушительных тумаков за пару мгновений, лазутчик обмяк, превратившись в безвольный кусок мяса.
Вжух.
Его тело перелетело через комнату, словно бумажный змей с оборванной нитью, и рухнуло прямо к ногам Ли Хян Ран.
Чжинму неспешно вернулся на свое место и опустился на настил напротив избитого шпиона.
Ли Хян Ран, чьи глаза стали размером с чайные блюдца, дрожащими руками торопливо наполнила чарку и протянула ее Чжинму.
Ее пальцы мелко тряслись… Что ж, вполне естественно.
Ужас от увиденного зрелища сковал ее сердце.
Наверняка сейчас она горько раскаивалась в том, что посмела дерзко спросить: «Зачем вы устроили все это?»
— Эй. Поднимайся. Сядь по-человечески.
Шурх!
Познав на собственной шкуре вкус кулаков Чжинму, шпион в маске мгновенно встал на колени, смиренно сложив ладони на бедрах.
Ему было не до жалоб на боль. Если он проявит хоть каплю неповиновения, будет в сто раз больнее — в этом он уже не сомневался.
— Снимай тряпку.
— ……
В глазах мелькнуло секундное колебание.
Замах.
Едва кулак Чжинму дернулся вверх, как маска слетела с лица лазутчика в мгновение ока.
Тайны Хаомун? Курам на смех.
Это была изощренная трепка высшего разряда — под такими тумаками даже элитные шпионы теневого «Дворца» умоляли о скорейшей смерти.
Единственным человеком во всем мире, способным выдержать удары Чжинму… нет, был лишь его наставник Мён Чжин.
— Имя.
— ……
— О, а выдержка-то у тебя хорошая. Уважаю.
Чжинму искренне восхитился стойкостью шпиона — и тут же занес кулак для продолжения воспитательной беседы.
— Хо Сам Су! Меня зовут Хо Сам Су!
Ответ последовал незамедлительно.
— Славно. А должность какая?
— Глава Сианьского филиала Хаомун!
— Глава филиала? Ты?!
— ……
Чжинму едва не расхохотался. Глава целого отделения с таким-то жалким уровнем скрытности?
Он ведь засек этого недотепу еще на подходе за десять чжанов!
Впрочем, Чжинму упускал одну деталь: Хо Сам Су действительно был выдающимся мастером маскировки. Просто сам Чжинму был за гранью человеческого понимания.
После того как он восстановил силу Искусства Хаоса Темного Дракона, его духовное чутье возросло многократно. А уж распознать обман и скрытые намерения для него не составляло никакого труда.
— Я бы хотел повидаться с самим Владыкой Хаомун.
— Ч-что? Я и сам не знаю, где он…
Даже если бы знал, он ни за что не выдал бы тайну человеку из враждебного Союза Справедливости. Но в данном случае Хо Сам Су действительно говорил правду.
— Знаю я всё. Местонахождение Мён Се Чхана известно лишь старым кошкам из отряда Ямё.
— ……!
Хо Сам Су вытаращил глаза на Чжинму так, словно перед ним возник восставший из мертвых демон.
«Он знает даже про Ночных Кошек?!»
Про абсолютно секретную группу старейшин Хаомун, о существовании которой не ведали даже рядовые члены клана?!
Сам Хо Сам Су, руководя филиалом в крупнейшем городе, слышал о них лишь краем уха и никогда не видел воочию.
Откуда этот сопляк, этот «Меч Удана», мог знать подобные тайны?!
— С ним я еще свижусь. А пока сделаешь кое-что для меня.
«Сделать кое-что? Он смеет раздавать мне приказы?»
— …Что именно?
— В Сиань сбежали шпионы из ордена Чоннам. Мне трудно поверить, что ты настоящий глава филиала, раз попался так глупо… но если ты действительно главный, то уже знаешь, где они прячутся. Верно?
— …Верно.
Их искали и нищие из Кэбана, и люди из Чоннама.
— Значит, адресок тебе известен?
— Известен.
— Выкладывай. И разойдемся миром.
— ……?
«Разойдемся миром?»
Значит, он больше не станет преследовать Хаомун?
Выходит, великий «Меч Удана» всего лишь хотел запросить сведения у их клана?
Изначально Хо Сам Су явился сюда проверить, не была ли черная энергия, о которой доложил Янчхун, легендарной Ци Темного Дракона. Но узнав в наглеце даоса из Удана, он понял, что дальнейшие проверки бессмысленны.
Даос, постигающий чистую даосскую энергию Сонги, не мог иметь ничего общего с демонической Ци Темного Дракона.
Очевидно, как это часто бывает, донесения осведомителей оказались преувеличением.
А раз даос не желал лишней крови и просто искал информацию, то их отношения следовало перевести в привычное русло:
Торговец сведениями и покупатель.
Первая встреча выдалась шумной и болезненной, но в их ремесле такое случалось сплошь и рядом.
Кэбан — разведка Союза Справедливости.
Хаомун — информационная паутина Сапэчхона.
И Саквольчхон — глаза и уши Демонического Культа.
Эти три великие организации враждовали, но одновременно зависели друг от друга, нередко продавая нужные сведения за хорошую цену, если дело не касалось сокровенных тайн их собственных фракций.
Более того, старейшины Кэбана уже передавали негласную просьбу разузнать о беглецах из Чоннама, осевших в Сиане.
Так почему бы не подсобить и этому даосу?
В конце концов, с тех пор как Сапэчхон погряз в смуте, лишнее серебро клану отнюдь не помешало бы.
— Если вам нужны были сведения, следовало воспользоваться тайной линией связи. Зачем было устраивать такой погром? Неужто «Меч Удана» не знает, как связываться с нами через тайники?
Чжинму лишь усмехнулся на это брюзжание. Осмелел, надо же, решил вернуть деловой тон.
«Тайная линия? Разыгрывает он тут».
Чжинму прекрасно знал, что орден Чоннам уже запрашивал эти сведения через нищих Кэбана.
И что в итоге?
Даже если бы Хаомун соизволил ответить, они бы выдали пару бесполезных обрывков и содрали гору золота.
К тому же истинная цель визита Чжинму в Чжинхэру заключалась вовсе не в поимке каких-то жалких беглецов.
Ему нужно было не просто найти шпионов — ему требовалось громко заявить о себе, чтобы весть о его силе долетела до ушей самого Мён Се Чхана.
Только так можно было подчинить себе весь Хаомун.
— Что ж, начнем с назначения цены за сведения…
«Ну каков наглец!»
Лицо в синяках, пара зубов выбита, а он уже деловито торгуется, будто ничего и не произошло. Профессиональный инстинкт торговца тайнами пересилил даже страх перед побоями.
Вот только с какой стати Чжинму должен платить серебром за то, что принадлежит ему по праву? У него что, деньги лишние?
— Эй, Сам Су.
— А?.. Сам Су?..
— Ты, кажется, не совсем правильно понимаешь расклад.
— Что?..
— Я пришел сюда не для того, чтобы покупать у тебя бумажки за деньги.
— А за чем же?
— Я пришел отдать тебе приказ.
От ледяной, кровожадной улыбки Чжинму по спине Хо Сам Су пробежали крупные мурашки.
— Я же сказал: сделаешь — и разойдемся миром. А знаешь, что будет, если не сделаешь? Случится непоправимое. С сегодняшнего дня ты и весь Сианьский филиал Хаомун просто перестанете существовать.
Неприкрытая, абсолютная угроза.
Ли Хян Ран в углу судорожно сглотнула и дрожащими руками залпом осушила свою чарку.
— Вы хотите сказать… что вы, воин праведного Союза Справедливости, объявляете войну нашему клану?
Глядя на то, как Хо Сам Су пытается хорохориться, Чжинму снова не сдержал смешка.
Этот дурак искренне верил, что принадлежность к Удану и Союзу Справедливости связывает Чжинму по рукам и ногам и не позволит ему тронуть Хаомун.
Смешной парень.
Видимо, мало ему досталось, раз мозги до сих пор не встали на место.
И ведь Чжинму действительно считал членов Хаомун своими людьми.
Но этот недоумок упорно отказывался понимать, с кем говорит.
— Сам Су, Сам Су, Хо Сам Су…
— ……
— Не заставляй меня повторять дважды. В последнее время я стал на редкость добродушным и терпеливым, но даже у моего терпения есть пределы. И сколь бы крепкими ни были наши прошлые узы…
Чжинму осклабился и пробудил Искусство Хаоса Темного Дракона.
ВЖУХ!
В то же мгновение его ладони окутало смоляное, клубящееся марево, а зрачки вспыхнули леденящей душу жаждой крови.
— Э-это же!..
Глаза Хо Сам Су распахнулись шире, чем когда-либо в жизни, а челюсть мелко задрожала.
— А глаз у тебя наметанный. Не зря хлеб ешь на посту главы филиала.
Чжинму весело оскалился и небрежно махнул рукой.
ГРОХОТ! БУ-У-УМ!
Черная плеть концентрированной энергии рассекла воздух и окончательно разнесла остатки стены в мелкую пыль.
— ……
Хо Сам Су забыл, как дышать; его ноги подкосились, и он едва не распластался на полу.
— Если понял — иди и делай. И на всякий случай предупреждаю, чтобы не было кривотолков: мой характер ни капли не изменился со времен того благородного господина, о котором ты сейчас подумал.
«Точнее, это я и есть».
— ……
Та техника, которую только что явил Чжинму…
У Хо Сам Су не осталось ни единого сомнения.
Немыслимое искусство, явленное прямо перед его взором. Искусство Хаоса Темного Дракона: Черный Зверь.
На памяти Хо Сам Су во всей Поднебесной существовал лишь один человек, повелевавший этой жуткой силой.
— Владыка Хёкрён…
Чжинму сдержанно кивнул онемевшему от потрясения шпиону.
Он не стал отрицать очевидного.
Глоток.
Хо Сам Су судорожно сглотнул вязкую слюну и часто-часто заморгал.
«О боги… Боевые искусства Владыки Хёкрён Мугана… в теле „Меча Удана“?!»
«Нет, да что за чертовщина здесь творится?!»
Главе филиала показалось, будто по затылку со всего маха опустился тяжелый кузнечный молот.
Глядя на ошарашенного шпиона, чей разум окончательно помутился от противоречий, Чжинму негромко произнес:
— Сам Су. Дико звучит, правда? Меч Удана, владеющий Ци Темного Дракона.
— ……
— Ступай и передай Мён Се Чхану: истинный Владыка Черного Дракона вернулся в этот мир. Похоже, нынешний Сапэчхон пришелся ему не по вкусу.
Лицо Хо Сам Су окончательно окаменело.
Он услышал это собственными ушами и своими глазами узрел легендарную черную Ци — не поверить было невозможно.
Бывший Владыка Небес Зла в теле даосского мечника Удана…
Две взаимоисключающие сущности, соединившиеся в одном человеке!
— Ах да, перед этим найди мне беглецов из Чоннама. Я гоняюсь за этими крысами уже больше суток, но так и не настиг их. Даю тебе на всё про все полдня.
Улыбка Чжинму стала еще шире, обнажая белоснежные клыки.
— Слушаюсь приказа!
— Чего ты там мямлишь про приказы? Пошел вон!
— Слушаюсь!
Хо Сам Су вылетел из павильона с невиданной для себя прытью.
Он сам толком не понимал, почему выкрикнул эти слова повиновения.
Было ли дело в леденящей жажде крови, сокрытой в улыбке Чжинму, в страхе перед новыми побоями или в застарелой, выжженной в душе верности прежнему Владыке Сапэчхона?..
Одно он знал наверняка: за все десятилетия своей жизни в мире теней он только что прикоснулся к величайшей тайне Мурима.
Ему хотелось бежать по улицам и кричать во всю глотку: «Темный Дракон явился в Чжинхэру!»
Но сперва нужно было отыскать тех проклятых шпионов из Чоннама…
Загружаем комментарии…