Примерно в то же время, когда у кургана костей вот-вот должна была начаться битва, Кю-са, главный надзиратель Пак Пи-ока, крутился как белка в колесе, будучи занят в несколько раз больше обычного.
Работы здесь всегда хватало, но на этот раз, из-за отлучки Кёма, на его плечи легли все обязанности владыки тюрьмы.
Кю-са даже толком не понимал, какую именно должность теперь занимает, хотя ходили слухи, что вскоре он может получить повышение…
— Уф… Я точно сгину от такой работы. И когда только вернется Владыка?
Вся беда заключалась в том наглеце с ушами Инь и Ян, который посмел разгромить Морскую Казнь и Казнь Расчленения.
Нет, ну правда.
Сам же приказал сидеть смирно и никуда не дергаться, а в итоге сорвался лично. Даже словом не обмолвившись!
— Да что с ним может случиться? Скоро вернется.
На самом деле подобные переживания были непозволительной роскошью. Кто вообще способен одолеть демонического владыку, если против него не выйдет хозяин другого круга Ада?
Пусть даже мятежники захватили Морскую Казнь и расчленение — удерживать их они все равно не смогут.
— Пустые мысли. Надо закончить еще одно дело. Если Владыка вернется и увидит бардак, мне несдобровать…
Кю-са тряхнул головой, отгоняя лишние думы, и снова погрузился в груду документов.
Это были отчеты из каждого лагеря заключенных. Среди них наверняка числились новые мертвецы и голодные духи, попавшие сюда из Мира Смертных за грехи предательства и непочтительности к родителям.
И как только в мире людей умудряется рождаться столько грешников?
— Ха-а… Сначала нужно разобрать их по важности и сложить в стопки.
Когда-то давно он и сам совершил непростительное преступление, из-за чего стал узником Пак Пи-ока. Но с тех пор утекло слишком много времени, и Кю-са, давно позабывший прошлое, лишь тяжело вздохнул.
Разобрать, сложить, затем еще одна стопка…
Бумажная башня выросла до приличной высоты и едва заметно покачивалась, заставляя надзирателя нервно вздрагивать.
— Фух, готово.
Кю-са, потративший кучу времени на возведение этой шаткой конструкции, довольно улыбнулся, боясь даже лишний раз выдохнуть.
— Отлично. Теперь возьмем самый верхний…
Но едва он осторожно протянул руку…
Грохот!
— ?!
Снаружи раздался оглушительный рев, и кресло под надзирателем заходило ходуном.
— Что еще за новости?
На лице Кю-са отразилось недоумение. Он резко повернул голову к окну.
Пак Пи-ок никогда не был тихим местом. Здесь отбывали наказание грешные души и голодные призраки, так что бесконечные происшествия и бунты были в порядке вещей. Кто-то не выдерживал мук и бросался в бега, кто-то внезапно впадал в безумие и нападал на стражу, а иные каждый день грызлись с вышестоящими демонами за теплое местечко. Обычные будни преисподней.
Судя по силе сотрясения, какой-то особо ретивый смутьян применил силу прямо возле его резиденции. Такое уже случалось в прошлом…
— Ха-а, плевать. Мелкие сошки сами разберутся.
Пробормотав это с полным безразличием, Кю-са повернулся обратно к столу.
Его взору предстали раскиданные во все стороны бумаги и опрокинутая мебель.
Шелест…
— Моя башня?..
Она рухнула.
Башня из документов, которую он с таким трудом и усердием выстраивал лист к листу, рассыпалась прахом.
— Ах ты ж тварь! Что за ублюдок это сделал?!
Кю-са взбесился до белого каления. Мгновенно призвав свой демонический артефакт, он с яростным воплем вылетел в окно.
Чертов кусок мертвого мяса!
Ну погоди! Кем бы ты ни был, я лично отомщу за свой разрушенный труд!
Скрипя зубами от гнева, Кю-са окинул яростным взором окрестности своей резиденции.
— Где эта падаль?.. А?
Однако вокруг не было видно ничего, что могло бы послужить источником столь чудовищного удара.
Странно.
Земля дрожала так, будто ходуном ходил весь чертог… Неужели этот наглец намного сильнее, чем казалось?
Ярость Кю-са постепенно сменилась растерянностью, и он перевел взгляд дальше.
И застыл.
Грешники, искупающие вину в камерах пыток, голодные духи, чудовища-истязатели и даже демонические судьи — все как один смотрели в одну сторону.
Вдали до самого неба вздымался исполинский столб пыли… Да не может быть, неужели оттуда?
Глаза Кю-са полезли на лоб.
Он отказывался понимать. Донести ударную волну такой чудовищной мощи через столь огромное расстояние?!
Пока надзиратель ошарашенно хлопал глазами, сквозь клубы пыли на горизонте начало подниматься нечто циклопическое.
Р-р-ра-а-а-а!
Разинув пасть невиданных размеров, чудовище издало сотрясающий основы мироздания рев.
— Д-дракон?..
И не просто дракон — иссиня-черный, источающий первозданный мрак.
— Какого черта?! Откуда в Аду взялся дракон?!
Более того, несмотря на колоссальное расстояние, чешуя на его теле просматривалась до мельчайших деталей… Насколько же он огромен?!
— Разве в Пак Пи-оке есть хоть кто-то, способный призвать подобное существо?
Черный дракон, взмывший ввысь настолько, что стал виден кончик его гигантского хвоста, достиг наивысшей точки, а затем, изогнувшись спиралью, с грохотом обрушился вниз.
Бум! Бу-у-ум!
Вторая волна ударила по ногам Кю-са с еще большей свирепостью. Земля пошла волнами, вздымая пепел, а ураганный порыв, рожденный ударной волной, с силой хлестнул надзирателя по лицу.
— Да что здесь происходит?!
Шок от происходящего безумия не желал отступать.
Но в следующий миг…
— А-а-а-а-а-а-а!
— ?!
Пронзительные предсмертные вопли сокрушили остатки самообладания Кю-са.
Их просто сметало.
Мертвецов, голодных духов и даже исполинские строения лагерей наказаний — все сущее в Пак Пи-оке перемалывалось ударной волной в труху и щепки.
И это в отсутствие господина Кёма…
— Проклятье!
Кровь бросилась Кю-са в голову, и он, больше не раздумывая ни секунды, со всех ног помчался к эпицентру катастрофы.
Гр-р-ра-а-а-а!
Чжинму лишь покачал головой, глядя на то, как Ёый выворачивает землю наизнанку и дико ревет во всю глотку.
Ему явно нравилось происходящее.
Что ж, вполне понятно: дракон слишком долго томился запечатанным в форме посоха, так что возможность размять затекшие кости привела его в неописуемый восторг.
Впрочем, сам Чжинму чувствовал себя точно так же.
— Как и ожидалось, нет ничего приятнее, чем крушить все подряд без всяких ограничений!
Всего два удара.
Временно передав Чхон Сану меч Зачунг, Чжинму с помощью посоха Ёый в мгновение ока пробил внешнюю линию обороны Пак Пи-ока. Окинув взглядом сотворенное им пепелище, он ухмыльнулся во весь рот.
— Господин!
— Да, господин!
— Они тут все до единого конченые ублюдки! Не сдерживайтесь, кромсайте их на куски так быстро, как только можете! Да повеселее!
— Хе-хе, слушаюсь!
Хван Син кровожадно облизнул свое шило и со свирепым хохотом сорвался вперед.
— Пэк Пё! Сам знаешь, что делать!
— Положитесь на меня! Свежевать шкуры — это вообще моя прямая специальность!
— Отлично! Вперед!
— Есть!
Хван Син, Пэк Пё, а следом за ними и Ли Сэн, без всяких приказов ринувшийся в бой и яростно размахивающий боевым цепом.
Грешники Пак Пи-ока, проклятые за непочтительность, предательство и бесчисленные преступления смертного мира, а также демонические твари, мучившие их… Какая к черту разница, кто станет их палачом, если все они — не заслуживающий пощады мусор?
Чжинму с радостью возьмет на себя обязанность покарать их за земные грехи от имени всего Пак Пи-ока.
Здесь не требовалось ни капли милосердия. Не нужно было просчитывать последствия и оглядываться по сторонам.
Только тотальное уничтожение. Быстрее, чем когда-либо. Жесточе, чем когда-либо!
— Дядюшка-наставник, а как же я…
Чхон Сан стоял с унылым видом, глядя, как свита Чжинму по первому слову хозяина рвет врагов на части.
Да, бедолага держался из последних сил.
После того как они столкнулись со способностями Кёма, существовал немалый риск, что использование божественной силы привлечет внимание Матери Призраков. Но теперь ситуация изменилась.
Если вмешается Гвимо, можно просто взять ноги в руки и убраться отсюда с помощью жетона.
Чжинму, сжимавший в рукаве нефритовый шарик, усмехнулся и окликнул племянника:
— Чхон Сан-а.
— …Да, дядюшка.
— Можешь использовать свою божественную силу на полную катушку.
— Правда?!
— Но с одним условием! Если этот клинок снова попытается тобой завладеть — пеняй на себя. Понял?
Глаза Чхон Сана вспыхнули диким восторгом, стоило Чжинму лукаво подмигнуть и шутливо пригрозить ему расправой.
— Вы серьезно, дядюшка?! Клянусь, подобного больше никогда не повторится!
— Тогда вперед! Выколи глаза и вырви кишки этому проклятому Пак Пи-оку!
— Ха-ха-ха! Слушаюсь, дядюшка!
Вжих!
Получив долгожданное разрешение, Чхон Сан расплылся в самой злодейской улыбке, какую только можно было представить, и стрелой метнулся в гущу боя, сжимая в руке Зачунг.
— Ха-а, а ведь я искренне переживал за этого парня…
Тот самый добродетельный, кристально чистый Чхон Сан только что злобно хохотал, как законченный головорез. Видимо, общение с Чжинму бесповоротно сломало его даосский характер.
Впрочем, ничего страшного. Настоятель потом подправит ему манеры!
Пусть пока выпустит пар. Если слишком долго копить все в себе, можно и меридианы от застоя Ци повредить.
Однако кое с кем следовало разобраться окончательно.
[Слушай сюда, паразит.]
[…]
[Если ты, пока находишься в руках Чхон Сана, снова посмеешь покуситься на его разум — я лично переплавлю твое лезвие в мотыгу. И будешь ты до скончания времен ковырять навоз на грядках.]
[…]
Меч Зачунг испуганно затих, ощутив исходящую от Чжинму леденящую угрозу.
Что это за монстр такой?! Как божественная сила великой Матери вообще может превратиться в какую-то жалкую крестьянскую мотыгу?!
Это звучало абсурдно, но клинок не посмел пропустить угрозу мимо ушей — слишком уж свежи были воспоминания о недавней трепке. Если этот даосский выродок достаточно безумен, чтобы избивать до полусмерти великих владык подземного мира, то превратить живой меч в садовый инструмент для него не составит ни малейшего труда.
Разве сам божественный дракон Ёый, запечатанный в посохе задолго до появления этого меча, не пресмыкался перед Чжинму, унизительно выпрашивая похвалу?
Вжух!
Как бы сильно Зачунг ни бесился про себя, глотая кровавые слезы унижения, ему оставалось лишь яростно рассекать воздух в руках Чхон Сана, оглашая окрестности леденящим звоном.
Превозмогая сопротивление сталкивающихся энергий, хлещущих во все стороны…
Чжинму от души расхохотался, наблюдая, как его подручные разбежались в разные стороны и превращают хваленый Пак Пи-ок в пылающие руины.
К слову, те демоны, которым посчастливилось пасть от руки Чхон Сана, могли считать себя настоящими счастливчиками. Убей их кто-то другой, они бы возродились в Реке Возвращения, но под ударами божественной духовной Ци даоса их скверные души просто распылялись в небытие без лишних мук.
Воистину, благословенная смерть!
Ву-у-ух!
Посох в руках Чжинму требовательно задрожал. Ёый словно умолял хозяина не забывать и о нем.
— Да-да, вижу. Раз уж подчиненные так стараются, мне тоже негоже стоять в сторонке!
Крепче перехватив Син Чжин Чхоль, Чжинму хищным взглядом окинул поле брани.
Судя по тому, что владыка Кёма до сих пор не объявился, Юкчжан и Чо Ым отлично справились с ролью наживки.
Значит…
— Надо разнести здесь все до основания, пока этот ублюдок не вернулся.
Бум!
Мощно оттолкнувшись от земли, Чжинму взмыл в темные небеса Пак Пи-ока. Застыв над пылающей твердью, он окинул преисподнюю взглядом карающего божества.
[Ёый! Расти!]
Едва сорвался приказ, как черный шест в его руке начал стремительно разрастаться, закрывая собой горизонт и отбрасывая колоссальную тень на весь Ад Сдирания Кожи.
Целью было самое огромное здание в округе — резиденция самого Кёма.
Отныне эта земля принадлежит Чжинму.
А значит, необходимо оставить здесь свой неизгладимый след! И не какую-то там закорючку на бумаге, а печать абсолютной силы прямо на поверхности этой проклятой земли!
[Прими узду! Ёый!]
Искусство Хаоса Темного Дракона! Дэчжичханпха!
Никаких полумер, чистая первобытная мощь!
Это моя личная печать на моих новых владениях!
Свист!
Разросшийся до исполинских размеров Ёый последовал за взмахом левой руки Чжинму и, подобно карающей небесной молнии, с чудовищной силой врезался в землю.
В то же мгновение черный дракон, дремавший в недрах посоха, пробурился в глубины тверди и взорвался безудержной мощью.
Грохот! БУ-У-УМ!
Земля вздыбилась гигантскими волнами. Сгустки концентрированной энергии Черного Дракона вырвались наружу вместе с сокрушительной ударной волной, накрывая Пак Пи-ок сплошным валом разрушения, грозящим поглотить саму преисподнюю.
Полное удовлетворение.
Все-таки левая рука у Черного Дракона — это нечто особенное…
Именно так начался полномасштабный, сокрушительный погром Пак Пи-ока, учиненный великим Чжинму.
Загружаем комментарии…