От слов Алона у всех присутствующих отвисли челюсти.
И у мудрого Ашигула, чьи глаза терялись в сетке глубоких морщин.
И у стремительной Сиркал, которая до сих пор не сводила с него настороженного взгляда.
И у Эвана, который до этого с любопытством разглядывал одну из огромных ритуальных масок в углу шатра.
И даже у Райнхарта, который, как и Эван, до этого лениво осматривался по сторонам. Все они застыли в немом изумлении.
Ведь то, что слетело сейчас с губ Алона, казалось немыслимым для каждого из них.
Сильнее остальных недоумевал Райнхарт. Он смотрел на Алона так, словно тот заговорил на неведомом языке.
«Что он... только что сказал?»
Пусть сейчас Райнхарт и выглядел как оборванец, годы тренировок в диких джунглях и бесконечные переходы между лагерями не прошли даром. Он прекрасно знал, о ком говорит Алон.
Принимающий Басилиора.
Свирепый исполинский змей, безраздельный владыка восточных земель и грозное божество, которому истово поклонялось Племя Змеи Грома.
Большинство исследовательских отрядов избегали стычек с дикарями именно потому, что за их спинами стоял Басилиора.
И вот теперь маркиз Палатио заявляет прямо в лицо его пастве, что намерен подчинить себе их бога.
«Он что... умом тронулся?»
Райнхарт посмотрел на Алона, искренне сомневаясь в его душевном здоровье.
Разумеется, он понимал, что маркиз — человек незаурядный.
Слухи слухами, но Райнхарт сам видел его в деле, а потому не сомневался в его исключительной силе.
Но даже для великого маркиза Палатио попытка подчинить Басилиору казалась безумием, граничащим с нелепым бахвальством.
«Этого монстра?..»
Райнхарт невольно вспомнил день, когда ему довелось мельком увидеть чудовище.
Одно лишь движение хвоста змея с легкостью ломало вековые деревья, словно сухие спички, а его колоссальное туловище возвышалось над самыми высокими кронами. Это было поистине подавляющее зрелище.
Тот единственный раз навсегда врезался ему в память.
И именно поэтому...
...когда Райнхарт перевел ошеломленный взгляд на Деуса, который стоял подле Алона и с невозмутимым видом согласно хмыкал, тишину нарушил чужой голос.
— ...Что вы сейчас сказали?
Мудрый Ашигул впервые растерял свое благодушие и нахмурился.
— Даже если вы наши почетные гости, подобные слова мы не можем просто пропустить мимо ушей.
В воздухе отчетливо запахло неприкрытой враждебностью.
Но Алон даже бровью не повел.
Он предвидел такую реакцию старика.
Спокойно, веско Алон произнес заранее заготовленную фразу:
— И долго вы намерены так жить?
— ...О чем это вы?
— Я спрашиваю, как долго вы еще будете скармливать своему богу собственных соплеменников.
— Откуда... откуда вы об этом знаете?..
Ашигул осекся, его лицо исказилось от потрясения.
Своим испугом он невольно выдал страшную тайну племени.
Не обращая внимания на его замешательство, Алон продолжил:
— Запомни, Ашигул. Тот, кого вы зовете богом, не прекратит требовать человеческих жертв. Он будет пожирать вас, пока Племя Змеи Грома не исчезнет с лица земли.
— Почему вы так уверены?
Алон ответил без малейшего колебания:
— Дело не в моей уверенности. Ты ведь и сам прекрасно знаешь, что этот аппетит неутолим.
— ...
— Помогите мне, и я избавлю вас от этого чудовища.
Старейшина молчал.
Алон тоже не стал настаивать.
В этом просто не было нужды.
Его задачей было лишь ткнуть вождя носом в горькую правду, от которой тот так старательно отворачивался.
И показать, что у них наконец-то появился шанс на спасение.
В шатре воцарилась тяжелая, гнетущая тишина. Наконец старик заговорил:
— ...Позвольте мне подумать до завтра.
— Я подожду.
На этом их первая встреча завершилась.
Покидая шатер вместе со своими спутниками, Алон краем глаза заметил одну деталь.
?
Зрачки стремительной Сиркал лихорадочно дрожали от волнения. Оставив ее наедине со своими мыслями, Алон вышел из святилища.
***
Чуть позже, когда они вернулись в свои покои.
— Ваша светлость.
— Что такое?
— ...Вы правда собираетесь прикончить этого их бога?
Стоило им переступить порог выделенного племенем жилища, как Эван тут же засыпал Алона вопросами. Тот лишь спокойно кивнул:
— Да.
— Нет, серьезно?
— Вполне.
— Ох, ваша светлость, никогда не поймешь, что у вас на уме... Но разве не стоило обсудить все подробнее? Судя по их лицам, они не слишком-то обрадовались вашему предложению.
Алон ответил с абсолютным равнодушием:
— Они согласятся.
— С чего бы это?
— Потому что они сами сыты по горло этими жертвами.
— Так я и думал. Значит, слухи не врали.
Эван сердито цыкнул сквозь зубы.
— Именно.
— И все же вряд ли они так просто вам поверят. Конечно, дикарский обычай, но если они веками приносили людей в жертву, то для них это норма. Вдруг они даже не понимают, что творят зло?
В словах Эвана была доля истины.
Для цивилизованного человека жертвоприношения — дикость, но такое суждение строится на общепринятой морали.
В изолированном племени, которое веками избегало внешнего мира, понятия о добре и зле могли быть совершенно иными.
Вот только Эван упускал из виду одну важную деталь.
— Племя Змеи Грома никогда не практировало человеческие жертвы по собственной воле. Их заставили.
— Заставили?..
Алон не знал всех тонкостей их истории, но в двух вещах был уверен твердо.
Во-первых, изначально это племя никого не приносило в жертву.
Во-вторых, кровавую дань от них потребовал их собственный покровитель — Принимающий Басилиора.
— Погодите... Если так, у них вообще нет причин отказываться от вашей помощи.
Эван растерянно почесал затылок.
— Ты задаешь слишком очевидные вопросы.
Но ответил ему не Алон, а Райнхарт.
— Они боятся последствий неудачи. Разве не ясно? Если их принуждают силой, значит, в случае провала змей просто сотрет все племя с лица земли.
— Логично. Но почему бы им просто не сбежать туда, куда Басилиора не сможет добраться?
— Очевидно, есть причина, по которой они не могут уйти. Иначе они бы не терпели это унижение.
Алон с легким удивлением посмотрел на Райнхарта.
Несмотря на разбойничью внешность, этот громила на удивление точно разложил все по полочкам.
— Все верно. Племя Змеи Грома не может уйти. Точнее будет сказать, что они заперты здесь. Басилиора неусыпно следит за ними, не позволяя покинуть эти земли.
— О как...
Эван удивленно присвистнул.
Райнхарт под их взглядами самодовольно расправил плечи, но, заметив, что даже Деус смотрит на него с немым вопросом, вдруг насупился.
— Так, стоп. Чего вы на меня так вылупились?
— Ну...
— Удивились, что твоя голова соображает быстрее, чем кажется по твоему лицу? — хмыкнул Деус.
— А, ну... вообще-то да... Кхм-кхм...
Эван закивал было в знак согласия, но тут же поймал на себе свирепый взгляд Райнхарта и поспешно закашлялся, пытаясь сгладить неловкость.
Чтобы не схлопотать от здоровяка, он поспешно перевел тему:
— Э-э... А зачем вообще этому змею удерживать племя здесь?
На этот поспешный вопрос у Алона был готовый ответ.
«Ради веры».
Басилиора питался верой племени. Он прекрасно понимал, что именно их поклонение делает его сильнее.
Для него эти дикари были бесценным источником божественной энергии.
Вот только, ослепленный жаждой силы, змей осознал: страх и кровавые подношения порождают куда более истовую и слепую веру, нежели обычное покровительство и защита.
«И вождь, без сомнения, это понимает».
Алон вспомнил, как в игре стремительная Сиркал с горечью делилась этой тайной, которую ей перед смертью поведал предыдущий вождь.
— Точной причины я не знаю, — уклонился от долгих объяснений Алон.
Рассказывать обо всем подробно было бы слишком долго, поэтому он решил ограничиться малым.
— В любом случае, нам остается только ждать.
С этими словами маркиз опустился в кресло.
Прошло около трех часов.
— Вы правда... правда сможете одолеть господина Басилиору?
Алон полагал, что совету племени потребуется день или два на раздумья. Однако стремительная Сиркал явилась на порог уже через три часа.
— Да, — спокойно ответил Алон.
— Следующей жертвой... должна стать моя младшая сестра.
Теперь причина такой спешки стала ясна.
— Вот почему вы так быстро приняли решение.
— Да. Если мы начнем действовать прямо сейчас, у меня еще есть шанс спасти ее.
— Наверняка убедить остальных было непросто.
— Мы с вождем взяли всю ответственность на себя.
— ...
На мгновение Алон задумался, понимает ли эта девушка, какую цену ей придется заплатить в случае неудачи. Но расспрашивать не стал, лишь молча кивнул.
Впрочем, учитывая природу Принимающего Басилиоры, племя было ему жизненно необходимо. Скорее всего, в случае провала змей ограничился бы жизнями самой Сиркал и вождя.
Но для Алона это не имело значения.
Ведь он изначально не допускал мысли о поражении.
— В таком случае слушай, что от тебя требуется.
Глядя в полные решимости глаза Сиркал, Алон начал излагать свой план.
***
Дженира.
Младшая сестра стремительной Сиркал, сильнейшей воительницы Племени Змеи Грома.
Ей только-только исполнилось шестнадцать. В конце этого года она должна была пройти обряд посвящения вместе с остальными сверстниками и получить свое взрослое имя. Но вместо этого девочка стояла на вершине огромного храма, в одиночестве глядя на уныло моросящий дождь.
Сумерки сгущались, окрашивая тяжелые свинцовые тучи в мрачные тона. Дженира опустила взгляд на свои ладони.
— ...
В руках она сжимала спелое яблоко.
Последний прощальный подарок от любимой сестры. Сиркал, которая никогда в жизни не плакала, разрыдалась, когда вкладывала это яблоко в ее ладонь.
Дженира отрешенно смотрела на багровый бок плода, казавшийся в этих сумерках блеклым и серым, под стать небу.
Сестра умоляла ее съесть его, но Дженира так и не смогла сделать ни одного укуса.
Не смогла себя заставить.
Хотя она так любила яблоки.
Хотя в животе пустовало от голода.
Горло сжимал спазм.
Ей казалось, что, съев его, она окончательно останется одна.
Страх перед неизбежным концом сковал ее тело.
Ведь это была ее последняя трапеза.
Глупости.
Дженира и сама это понимала.
Сколько ни держи это яблоко в руках, оно не вернет ее в теплые объятия сестры.
Смерть все равно придет за ней, и этот час уже близок.
«Хочу убежать».
Вспышка отчаянного желания спастись обожгла ее разум, но ноги словно приросли к каменным плитам.
Если она сбежит, следующей жертвой станет Сиркал. Дженира не могла так поступить.
И она просто стояла, безмолвно наблюдая, как тьма окончательно поглощает небосвод.
Вдруг...
Грохот сотряс землю.
Сквозь пелену дождя она увидела его.
Нечто колоссальное, извиваясь, медленно скользило в ее сторону.
Великий бог, которому она молилась.
Божество, встречи с которым она боялась больше всего на свете.
Сама смерть явилась за ней.
Сминая и перемалывая вековые стволы одним лишь весом своего тела, исполинский змей выполз на поляну.
Принимающий Басилиора неторопливо обвил кольцами массивный алтарь и уставился на застывшую девочку.
Когда огромный, превосходящий ее ростом вертикальный зрачок сфокусировался на ней, Дженира оцепенела.
— А...
Первобытный ужас сковал ее разум.
Колени подогнулись, тело забила крупная дрожь.
Яблоко, подарок Сиркал, выскользнуло из ослабевших пальцев и покатилось по мокрым плитам под дождь.
Внутри нее все кричало, умоляя о спасении.
«Хочу жить хочу жить хочу жить хочу жить хочу жить хочу жить хочу жить хочу жить!»
Безумный, отчаянный вопль бился в ее голове.
Но она знала.
Сколько ни кричи, сколько ни моли о пощаде — никто не придет. Никто не сможет защитить ее от гнева бога.
Ее судьба была предрешена.
Все, что ей оставалось — это беззвучно глотать слезы, смешивающиеся с каплями дождя.
Насладившись вдоволь зрелищем ее беспомощного страха, Принимающий медленно раскрыл пасть — огромную, способную без труда проглотить целый дом.
В этот самый миг тишину прорезало холодное слово:
— Холод.
Треск разнесся над алтарем.
Все вокруг мгновенно сковал лед.
Каменные плиты под ногами.
Лужи грязной воды.
Упавшее яблоко.
Даже струи дождя, застывая на лету, превращались в ледяные иглы. Все замерло.
На краю храмовой площадки...
Раздались неторопливые шаги. Шаг, еще шаг.
Сквозь застывшую изморозь шел мужчина с абсолютно равнодушным лицом.
Его руку окутывала серовато-белая дымка маны.
Рядом в воздухе безмолвно парил массивный железный брусок размером в половину человеческого роста.
Поднимаясь по ступеням, незнакомец едва слышно прошептал заклинание.
Его голос утонул в шуме ветра, но последствия не заставили себя ждать.
Скрежет металла разорвал воздух.
Парящий кусок железа с неестественным визгом деформировался, вытягиваясь и превращаясь в исполинское копье.
Почувствовав смертельную угрозу, Принимающий Басилиора попытался захлопнуть пасть, но не смог.
Челюсти змея заклинило.
Внутри его огромной пасти, прямо в серой полутьме, вспыхнули и переплелись тонкие Нити Чистого света. Они намертво зафиксировали челюсти твари, не позволяя им сомкнуться.
Осознав это, змей забился в ярости. Его гигантское тело, обвивавшее алтарь, пришло в движение.
Гул прокатился по округе.
Одно лишь судорожное движение монстра заставило древний каменный алтарь заходить ходуном, словно при землетрясении.
Но мужчина шел вперед так спокойно, словно под его ногами была ровная твердь. Он поднялся на самый верх, прошел мимо замершей Джениры и встал прямо перед разинутой пастью чудовища.
Направив указательный и средний пальцы на бьющегося в путах змея, он негромко произнес последнее слово силы:
— Пронзание.
Раскат грома расколол небеса.
■■■■■■■■■■■■■■-!!!!!!!!!!!
Исполинское железное копье насквозь пробило нёбо змея, и поверженный бог с глухим грохотом рухнул наземь.
— А...
Дженира могла лишь потрясенно смотреть на человека, который только что низверг ее бога.
***
Загружаем комментарии…